Дебора Бианкотти Марго Лэнэгэн Скотт Вестерфельд 
Рой

Жестокие игры – 

Зерои – 2

текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=31265749
«Скотт Вестерфельд, Марго Лэнэгэн, Дебора Бианкотти. Зерои 2. Рой»: «Э»; Москва; 2018
ISBN 978-5-04-091867-6
Аннотация

Жулик и компания Зероев оттачивают свои способности в подпольном танцклубе. Светомузыка и заводные треки Банды и Аварии заставляют людей радоваться, дар Нэта объединяет их. А есть способности, которые доставляют носителю лишь боль – трудно, когда собственная семья забывает тебя, стоит лишь отвести взгляд. Но среди Зероев есть и разрушители, которым плевать на закон. Парочка незваных гостей появляется на вечеринке, и после этого все летит кувырком, потому что за ними приходит убийца, которого не победить. Его имя – Рой.

Скотт Вестерфельд, Марго Лэнэгэн, Дебора Бианкотти
Зерои 2. Рой

Scott Westerfeld, Margo Lanagan and Deborah Biancotti
ZEROES 2
Copyright © 2016 by Scott Westerfeld, Margo Lanagan, and Deborah Biancotti
© Ф. Гомонова, перевод на русский язык, 2018
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Э», 2018
Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

***

Посвящается всем, чья сила подверглась испытанию 

Так много силы.
Так мало границ.

Глава 1
Жулик

– Ты шикарно смотришься в этих джинсах! – Итан протянул парню рекламный листок.
Выглядел парень совсем не шикарно, слишком уж хорошо было видно, что влезать в джинсы ему пришлось с мылом, а ноги у него вообще теперь не гнулись.
Но Итана, пребывающего в отличном настроении и готового улыбнуться всему миру, это не беспокоило. Он двинулся дальше, разглядывая людей в толпе.
В последнюю субботу перед Рождеством Айви-стрит буквально гудела от наплыва народа. Один за другим открывались клубы, и толпа была настроена потанцевать.
Итан увидел девушку в фиолетовом боа из перьев:
– Привет! Ты не переживай, твой босс на самом деле полный идиот.
Она взяла протянутый ей флаер:
– Откуда ты зна…
Итан только плечами пожал: откуда… Действительно, откуда?..
– Тебе этот цвет очень идет, – восторженно добавил он.
Девушка счастливо улыбнулась, а он почувствовал, что просто готов петь.
Разумеется, говорил все это не Итан, а тот, другой, Голос. Который всегда знал, что нужно сделать, чтобы Итан получил желаемое. А сегодня он желал, чтобы весь мир был так же счастлив, как и он. Вот голос и говорил людям то, что им необходимо было услышать.
Итан пошел дальше, ощущая счастье и позволяя этому чувству озарять себя изнутри.
Несколько странно было чувствовать себя так хорошо, но на этот раз жизнь явно налаживалась. Прошлое лето, то самое Гнусное Лето потихоньку исчезало позади, как в зеркале заднего вида, и Итан чувствовал себя свободно и легко. Можно было больше не беспокоиться о грабителях банков и бандитах-наркодилерах. Можно было не бояться, что мать посадит под домашний арест. И даже остальные зерои перестали третировать Жулика и стали относиться к нему, как к члену команды.
Теперь у него была Келси. После похищения и того случая, когда она едва не погибла при взрыве в здании, девушка была сильно подавлена. К тому же она еще и отца потеряла, так что настроение у нее было совсем никудышное.
Но сейчас Келси явно стала выходить из этого кризиса. Иногда она даже выглядела счастливой. А когда Келси была счастливой, Итан тоже чувствовал себя счастливым. Очень  счастливым.
– Знаешь, твоя мама купила тебе Рэйстар-47 в подарок на Рождество. – Итан словно со стороны услышал свой голос. Он понятия не имел, что это такое, но, судя по тому, как алчно загорелись глаза неизвестного парня перед ним, он отчаянно хотел получить этот самый Рэйстар.
– Эй, а откуда ты вообще… – начал было парень, но Итан просто сунул ему в руки листок и ускользнул в толпу.
Келси очень легко приспособилась к жизни среди Зероев. Моя семья теперь – это ты, застенчиво сказала она Итану, и тот засиял от гордости, как сверхновая звезда. Келси вообще нравилось быть среди людей с суперспособностями. Она любила свою работу диджея в «Чашке», любила экспериментировать, что еще она может сделать с танцующей толпой. Даже постоянные «тренировки» Великого Вождя ей не надоедали.
Келси как-то упомянула, что пробудет в Кембрии ровно столько времени, чтобы заработать достаточно денег и отправиться на поиски ее матери в Нью-Орлеан. Но пока она была здесь, так что, может быть, у нее была и другая причина оставаться в Кембрии. Кто-то, с кем она не хотела расставаться.
По крайней мере, Итан надеялся именно на это.
– Эй ты! – закричал его Голос, когда Итан передавал флаер какому-то невысокому парню. – Ты просто должен рассказать ей о своих чувствах! Это любовь, парень!
Итан моргнул, мысленно повторяя фразу. Может быть, это знак? Сомнительно, конечно, – голос никогда  не обращался к Итану напрямую. Но сегодня была такая ночь, когда все казалось возможным.
Отлично, он поговорит с Келси прямо сегодня, когда закроется «Чашка».
– Погоди, ты что, знаешь про мою приемную мать? – На лице у парня было знакомое ошалелое выражение, как у всех, чьи секреты выведал Голос.
– Я… постой… она твоя приемная мать? – Это уже говорил сам Итан. – Забудь, что я сказал. Я серьезно. Забудь. Отмена задания!
Он выхватил листок из рук парня, все равно тот был слишком молод для танцев в «Чашке».
Великий Вождь – Нэт – отправил его на Айви-стрит с наказом собрать как можно больше готовой потанцевать молодежи. Но вряд ли кто похвалит Итана, если какой-то четырнадцатилетний малолетка заявится на танцы.
Он напомнил себе, что нужно сосредоточиться и не поддаваться чувству счастья. И особенно позже, когда он будет разговаривать с Келси. Признайся он в любви голосом зероя, Келси сразу поймет, в чем дело. Значит, Итану Куперу придется говорить с ней своим собственным голосом – неловким и неуверенным.
Раздача флаеров служила отличным разогревом. Хорошие новости и комплименты, которые он раздавал людям вокруг, заставляли его чувствовать себя щедрым и уверенным. Чувствовать себя повелителем мира.
Дело шло так хорошо, что у него почти закончились листовки, но уходить было еще рано. Если он хочет поговорить сегодня с Келси – а он на самом деле собирался с ней поговорить без уверток, – то ему нужно, чтобы в «Чашке» собралась огромная, счастливая и довольная толпа. И тогда под влиянием возбуждения и восторга толпы Келси увидит, что он говорит правду. Да, Итан, я тоже тебя люблю. Я люблю тебя с того момента, когда ты показал мне, что в этом мире есть и другие люди с суперспособностями! 
Итан мысленно проговорил фразу – звучало не слишком убедительно. Но, может, если она и не скажет именно так, то хоть не выдаст какой-нибудь уничтожающий ответ.
Келси никогда не причинит ему боль.
Так что надо раздать побольше флаеров, чтобы как следует разогреть «Чашку» сегодня ночью.
Итан двинулся в сторону следующего квартала, где находилась контора компании Офис-О.
Офис был практически пуст. Итан прошел мимо дремлющего за стойкой старого вахтера и направился в глубь помещения, туда, где выстроившиеся в ряд копировальные машины поблескивали под светом флуоресцентных ламп, словно маленькие броневички. Возле копиров стояла молодая пара, одетая явно в расчете на веселую ночь в клубах Айви-стрит. У парня была забавная стрижка с наполовину обритой головой, а его девушка щеголяла в черной юбочке с оборками.
Девчонка была не во вкусе Итана, но такой парочке самое место было в «Чашке Петри». Надо набрать еще флаеров, а тогда уж его голос расскажет им, как они потрясающе выглядят, и заставит их почувствовать себя счастливыми.
Он подошел к первому копиру, но на табло мигала красная надпись «нет бумаги». Он попробовал следующий – то же самое. И в третьем тоже. Итан увидел, что весь ряд машин мигает красными огоньками.
Итан раздраженно огляделся в поиске кого-нибудь из сотрудников Офис-О в форменной синей рубашке и увидел, как парень вынул бумагу из подноса и отнес ее к бумагорезательной машине в конце ряда. Девушка выровняла пачку и принялась резать бумагу.
Черт возьми, что здесь происходит?
Итан шагнул вперед и кашлянул:
– Ребята… Здесь можно купить бумагу, не обязательно вынимать ее из копиров.
– У нас нет денег, – ответила девушка.
Итан нахмурился. Они что, думают, кто-то позволит им вынести тысячу листов бумаги из офиса просто так?
Но ему не хотелось спорить и нарушать ощущение счастья, наполнявшее его. Поэтому он просто улыбнулся и позволил себе на мгновение почувствовать, как ему хочется, чтобы этот парень просто отдал ему  бумагу и был бы счастлив это сделать.
Голос включился сам:
– Слушай, парень, мне нужно сделать несколько копий. Кстати, тебе интересно будет узнать, зачем они нужны.
Юноша вытащил поднос с бумагой из последней машины, не обращая на Итана ни малейшего внимания. Он был худощав, но высокого роста и держался так, словно не боялся никого.
– Тут есть один интересный клуб. Ну, ты понимаешь, о чем я говорю.
Парень заинтересованно обернулся к нему, и Итан показал ему последний оставшийся у него флаер:
– Самый крутой подпольный клуб в Кембрии, – продолжал Голос. – Потрясные диджеи и шикарная тусовка. Мне просто нужно немного бумаги для рекламы, чтобы организовать супервечеринку сегодня ночью.
Парень улыбнулся Итану, как старому другу:
– Звучит классно, приятель. На, держи.
Он вставил поднос с бумагой обратно в копир и с поклоном уступил Итану место у машины.
– Спасибо, – произнес Итан своим собственным голосом.
Всегда стоило помнить, что Голос необязательно должен был быть оружием. Ему необязательно было срезать людей и принуждать их делать что-то. Пока Итан испытывал чувство любви ко всему человечеству, Голос с удовольствием переходил на ласковые интонации.
Может, это и был ключ к сверхспособностям? Не принимать их слишком всерьез. Не принимать себя  всерьез.
Использовать свою силу во имя добра. Как-то так.
Он заправил последний флаер в машину, провел карточкой Нэта по считывающему устройству и запустил копирование. Машина, дребезжа, принялась печатать несколько сотен копий, а Итан достал из кармана мятную конфету и сунул ее в рот. В горле слегка першило, как всегда, когда он часто пользовался Голосом.
Но хорошая тусовка для Келси стоила того.
Целых полгода ожидания – для него это был рекорд. Его прошлая влюбленность – Мэри Прендергаст на первом курсе – продлилась недели полторы. То, что в этот раз он ждал признания столько времени, только добавляло ему уверенности, что с Келси все будет по-настоящему.
С тех пор как умер ее отец, Итан уже раз десять готов был признаться ей в своих чувствах. Но горе в глазах Келси, ее отчужденный, углубленный в себя взгляд каждый раз останавливал его. Странно и жестоко было бы говорить с ней о своей любви в такое время.
Поэтому он и ждал, пока все успокоится и уляжется.
Копир замолк. Итан собрал флаеры и вручил один парочке у бумагорезательной машины, включая Голос, чтобы они тоже получили свою дозу счастья:
– Ребята, вам там очень понравится. А самое классное, что они даже не поймут, кто к ним нагрянул!
Фраза получилась какая-то странная. Впрочем, не страннее, чем тот совет насчет приемной матери.
Парень с девушкой выглядели удивленными, но Итан только кивнул, улыбнулся, словно все было в полном порядке, и направился к двери.

Глава 2
Жулик

Народу на улице еще прибавилось. Магазины работали допоздна, и народ бешено метался в поисках последних подарков к Рождеству.
Прямо рядом с Офис-О Итан заметил девушку, глазевшую на витрину с роботами Санта-Клаусами. Ярко-фиолетовая полоса пересекала над ухом ее выбеленные волосы. Отлично, то, что надо.
– Сегодня в «Чашке» вечеринка. – Он вручил ей флаер. – То, что надо для следующего выпуска твоего блога!
Он поморщился, услышав свою фразу: Нэт не хотел, чтобы кто-нибудь писал о «Чашке» в Сети.
Девушка обернулась к нему с удивленным видом, который быстро перешел в узнавание:
– Это ты!
Итан заставил Голос замолчать.
– Простите, кто…
Но он уже узнал ее.
Девушка усмехнулась:
– Приходилось в последнее время участвовать в интересных ограблениях банков?
Соня Соник. С которой он столкнулся в прошлом году на мраморном полу Центрального банка Кембрии. Та самая, что записала на видео, как он использует Голос, и выложила запись на всеобщее обозрение.
Та самая Соня! И его дурацкий Голос только что пообещал ей новый материал!
Он отдернул флаер, но Соня выхватила листовку из его рук и с молниеносной быстротой сфотографировала ее на телефон.
У Итана намечались серьезные проблемы.
Нэт предупреждал всех Зероев, чтобы держались потише, и под страхом смерти приказал избегать Сони Соник. Именно так и сказал: под страхом смерти . Это звучало, как обещание серьезных неприятностей.
– Я так и знала, – заявила Соня. – Ты и твои чокнутые друзья опять что-то затеваете?
Итан попытался сделать вид, что он вообще не понимает, о чем идет речь. Но все Зерои постоянно читали колонку Сони.
К настоящему времени она практически превратилась в профессиональную охотницу за всяческими странными случаями и явлениями. Она писала о непонятных происшествиях с толпами людей со времен того банковского ограбления. Хоть она и не присутствовала сама во время неприятностей в полицейском участке прошлым летом и при беспорядках на Айви-стрит на следующий день, но она опросила многих из тех, кто там был.
Как и большинство жителей Кембрии, она лично наблюдала за странными событиями во время фейерверка по случаю Дня независимости неделей позже. После этого она стала отслеживать случаи внезапного массового помешательства от Сиэтла до Майами и Санта-Розы. По ее теории, все эти случаи были связаны между собой, а Итан и его друзья участвовали в каком-то странном заговоре.
Разумеется, приличная часть ее выводов была ошибочна. Для начала, большинство зероев вообще никогда не покидали Кембрию. И никакого заговора не существовало, хотя понятно было, что где-то должны существовать и другие зерои, создающие все эти проблемы.
Но что, если она дознается, что шесть подростков с суперспособностями экспериментируют над людьми в нелегальном ночном клубе? Да все прошлое Гнусное Лето покажется невинной забавой по сравнению с этой  историей.
Соня заговорщически наклонилась к нему:
– Знаешь, то видео про банк было самым большим прорывом в моей жизни. Люди по всей стране читали мой блог. Мне звонили журналисты, и даже сенатор из Вашингтона. Так что я теперь, считай, знаменитость!
– Я рад, что мое унижение пошло тебе на пользу, – ответил Итан.
После того как она выложила то видео, Итан много недель не мог показаться на улице, чтобы кто-нибудь его не узнал. А это было совсем ни к чему, учитывая суть его способности. Если твоя сверхспособность состоит в умении лгать, быть знаменитым крайне вредно.
Впрочем, все Зерои старались не попадать в поле зрения Сони Соник. Если люди поймут, что магия толпы управляет ими, заставить их делать то, что нужно, будет куда труднее.
– А что означает название «Чашка Петри»? – Соня смотрела на флаер.
– Означает, что тебе там будут не рады, – ответил Итан.
– А, собственно, почему?
Потому, что «Чашка» была убежищем Зероев, местом, где они могли экспериментировать со своими способностями (отсюда и дурацкое название). Клуб оставался нелегальным по трем основным причинам: никакой прессы, никакой полиции и никакой Сони Соник, черт бы ее побрал.
Само собой, Итан не стал произносить все это вслух. Он понял, что единственным выходом оставалось выпустить на волю зверя, что совсем его не обрадовало, потому что Голос был в таком счастливом настроении весь день. Но безопасность команды была важнее его хорошего настроения.
– Тебе что, на самом деле хочется, чтобы куча людей увидела тебя с этой прической? – услышал он свою фразу.
Соня открыла рот, но ничего не смогла сказать. Голос прекрасно знал, как вызвать нужную реакцию:
– Я понимаю, ты планировала «цвет фуксии». Но пока что больше похоже на «Леденец от кашля» или «Вспотевшего фламинго». А может, это «Розовая Кошачья Рвота»?
– Заткнись! – закричала Соня. – Это Цельнометаллическая Фуксия от ГотЛайф. Это такая фуксия, что дальше просто некуда.
Но Голос был в ударе. Итан уже много дней не чувствовал такой свирепой обжигающей силы. Словно все то счастье, которое он швырял в мир сегодня, было просто подготовкой к настоящему.
– Может, с утра она и была цельнометаллическая, детка. Но если ты не хочешь стать известной в народе, как Соня Лососина…
– Зачем ты это делаешь? – Она уставилась на него сердитыми, влажно блестящими глазами.
Итан ощущал, как Голос готовится к новой атаке. Он сделал болезненное усилие и подавил готовую прорваться оскорбительную реплику. Это было совсем не то, для чего ему была дана сила. Он больше не был тем  человеком. Тот остался в прошлом.
– Извини, – прохрипел он, борясь с Голосом, пытаясь заставить его молчать. Выражение лица Сони внезапно изменилось.
– Погоди, это же именно то, что ты проделал в банке. Ты поговорил с грабителем, и он словно сошел с ума.
– Я… розовые волосы… – с трудом выдавил Итан. – Плохо…
– Я непременно приду в твой клуб, – мрачно пообещала Соня. – Можешь говорить что угодно, меня это не остановит.
И на этом Голос тихо умер в горле Итана. Интересной особенностью его силы было понимание, когда нужно замолчать. Если сказать было нечего и добиться цели нереально, Голос умолкал.
Похоже, избежать визита Сони в «Чашку» было невозможно.
Он нервно сглотнул, представляя себе, как прозвучат его объяснения. Нэт, слушай, помнишь, ты под страхом смерти запретил приглашать ту блогершу? Вон она, полюбуйся на ее новую прическу! 
– Хорошо. Но только давай ты придешь со мной. – Итан соображал, как можно спасти ситуацию. – Моя подружка там диджей. Ну, вроде того.
– Вроде того подружка или вроде того диджей?
– Она точно диджей.
– Хорошо. – Соня заправила прядь цвета фуксии за ухо. – Придется проверить, такой ли уж мастер-класс – твоя подружка.
Она произнесла «класс» так, что ему послышалось «з» в конце.
Может быть, Келси удастся уговорить Соню не писать о клубе. Келси отлично работала с любыми людьми, готовыми стать частью толпы.
– Вообще-то, мне нравится твоя прическа, – признался Итан.
– Ну ты и придурок! – Соня усмехнулась и взяла его под руку. – Ты совсем не такой плохой, когда не психуешь. И мы с тобой, считай, кембрийские знаменитости!
Внезапно позади прозвучал знакомый голос:
– Эй, вы все, послушайте! Бесплатная пересылка рождественских подарков!
Итан обернулся и увидел того парня, который воровал бумагу в Офис-О. Сейчас он стоял в дверях, зазывая прохожих. Его подружка стояла рядом, грея озябшие руки в оборках своей черной юбки.
– Стоящее предложение, – добавила она. – Вы можете отослать подарки прямо здесь и сейчас. У нас есть все для упаковки! Оберточная бумага и почтовые бланки! Мы оплачиваем все расходы!
Возле них уже начала собираться толпа, с руками, полными пакетов и подарочных сумок. Люди выглядели усталыми и явно были готовы поверить в рождественское чудо.
Парень поднял руки над головой – в каждой руке он держал толстую пачку денег.
Итан хмыкнул. А ведь говорил, денег нет.
– Что ты застрял, пошли. – Соня потянула его за рукав.
– Тебе все это не кажется странным? – Итан указал на парочку в дверях.
– Итан, я видала всякие странные вещи, но здесь как раз нет ничего странного. Толпа всегда сбегается на обещание халявы. – Соня уставилась на свой телефон. – А вот это  действительно странно. Чей это телефон?
– Разве это не твой… – начал было Итан и вдруг почувствовал, как горло его конвульсивно дернулось. – Забыть все это… она никогда… я недостаточно хорош для нее… как я вообще мог…
Итан умолк. Горло стало словно чужим, и даже голос звучал как чужой. Но хуже всего было то, что  он говорил. Это больше не были его слова. Хотя он столько времени провел, учась говорить, а Голос мог сказать все еще лучше. Но внезапно у него возникло ощущение, что он говорит какие-то чужие слова и не может произнести их так, как нужно.
Он попробовал снова:
– Я хочу чего-то, что я никогда не смогу…
Проблема была не в Голосе. Это был его собственный голос, голос Итана Купера, голос, власти над которым он добивался всю жизнь – голос, каким-то образом ставший чужим.
Итан почувствовал, как его охватывает паника:
– Я пытался, но он вообще не хотел ничего знать… – это не были его слова! Ощущение было такое, словно губы и язык онемели и не слушались его, как от укола обезболивающего в кабинете зубного врача.
– Что, опять помрачение нашло? – Соня оттащила его от толпы, собравшейся у дверей Офис-О. – Пошли. Я все равно приду в твой клуб, даже если мне придется перед этим затащить тебя к психиатру.
Итан повернулся к ней, пытаясь что-то сказать, но не мог выговорить ни звука.
Наконец ему удалось выкрикнуть:
– Месопотамия!
Это было его кодовое слово. Код безопасности он придумал еще в детстве, на тот случай, если ему нужно было убедиться, что говорит он сам, а не Голос. Последний раз он пользовался кодом в десять лет.
– Никогда не знаешь, что ты еще выкинешь, – спокойно заметила Соня.
– Эй? Эй, послушай! – Да, похоже, наваждение начало проходить. Слова звучали почти нормально, и горло снова принадлежало ему самому. – Извини, на какую-то минуту я вроде как сам себя не узнавал.
Сердито смотрящая на экран телефона Соня даже не подняла глаз:
– Да, знаю, это бывает. Давай, пошли, надо же наконец разобраться, что это у тебя за клуб такой.
Итан позволил Соне тащить его прочь от Айви-стрит в сторону Верхов. По пути он раздал еще несколько флаеров, но использовать Голос в присутствии Сони было невозможно. Впрочем, после того что случилось, он не был уверен, что вообще хочет разговаривать.
Единственное, чего ему сейчас хотелось, это чтобы Нэт не встретил его в дверях, когда он заявится в клуб под ручку с Соней Соник.

Глава 3
Вожак

В очереди перед дверью было двадцать семь человек, явно недостаточно, чтобы открыть клуб.
Нэт терпеть не мог, когда заведения слишком рано впускали первых посетителей, и в результате те слонялись по огромному пустому пространству, сбиваясь в маленькие разрозненные кучки.
Только не в его клубе.
К тому же пока посетители ждали открытия клуба, у него было время присмотреться к составу сегодняшних гостей. Вот хипстеры в массивных очках – явно из местных жителей. Группка молодых женщин в дизайнерских джинсах – эти были полны настороженного предвкушения приключений в трущобах Верхов. Вечные подростки, знающие, что в «Чашку» пускают всех. Разумеется, кроме тех, кто был слишком не в себе и мог помешать Келси и ее дару.
В «Чашке Петри» шел контролируемый эксперимент, все составляющие которого имели значение. Например, количество мужчин в очереди значительно превысило количество женщин. Нэт послал Итану эсэмэску: компаний, состоящих из парней, больше не надо.
Большую часть лета и осени Нэт провел вместе с Келси на Айви-стрит, ведя записи и расспрашивая посетителей. Ему нужно было определить, какая ночь в неделю оказывается лучшей для веселой тусовки, правильное соотношение молодежи и людей постарше, минимальное количество людей, нужное, чтобы на танцполе начался настоящий угар.
Ага, уже тридцать один человек. Но этого все равно было слишком мало.
«Дуга» начиналась примерно с шести человек, но за это лето зерои уже поняли, что чем больше была толпа – тем лучше. Действие приобретало значение. И мощь. Теперь Нэт каждый вечер дожидался, чтобы собралось хотя бы человек сорок, прежде чем открыть двери «Чашки».
Прежде Нэту не особо нравились ночные клубы, но сейчас, когда у него появился свой собственный, он понял, что все проблемы подобных заведений исправить довольно просто. Просто – когда ты принимаешь решения.
– Эй, парень. – Это была девушка в пурпурном боа из перьев, стоявшая приблизительно в середине очереди. – Только не говори мне, что внутри уже набито. Давай пусти нас!
Энергия толпы на секунду сконцентрировалась в ней, затем вновь отхлынула к Нэту. Он улыбнулся, собирая воедино все их беспокойное внимание:
– Еще пять минут – и мы откроемся.
Очередь слегка успокоилась, но чувство предвкушения, владевшее людьми, только усилилось. Кто-то принялся приглаживать волосы, девушки начали подкрашивать губы. Стоявший в начале очереди парень потянулся поправить галстук своего бойфренда.
К очереди присоединились две пары белых подростков, старавшихся выглядеть уверенно в «подозрительном» районе. Тридцать пять человек – это уже ближе к нужному числу. Нэт чуть сильнее потянул ниточку внимания толпы к себе. Больше всего он любил эти моменты, когда ему удавалось держать толпу в напряжении, как сейчас.
Внезапно его внимание ослабло – мимо медленно проехала полицейская машина, сидевшие внутри копы осмотрели очередь долгим, пристальным взглядом.
«Чашка Петри» существовала нелегально. Чизара привела в порядок всю электрику, и владельцы некогда полуразвалившегося здания только рады были получать процент с доходов. Но у клуба не было лицензии на продажу спиртного, да и вообще никакой лицензии не было – все держалось на сети личных договоренностей.
Формально «Чашка» была просто частной вечеринкой, местом, арендованным для посиделок группы друзей. Предполагалось, что голоса Итана и чар Нэта будет достаточно, чтобы поддерживать эту версию и не запятнать безупречную репутацию Нэта в местной полиции. Но на практике это еще никто не проверял.
Патрульная машина уехала, но ее появление заставило Нэта задуматься, не пора ли открыть двери клуба. Толпа перед зданием выглядела слишком подозрительно, особенно если учесть, что после событий прошлого лета Кембрийское отделение полиции с особым вниманием относилось к большим сборищам народа.
Конечно, новые истории об охватившем толпу безумии появлялись постоянно. В последнее время флеш-мобы, группы безумствующих подростков и необъяснимые вспышки насилия превратились в настоящую моду. Так что было вполне очевидно, что где-то существовали и другие люди со сверхспособностями.
Нэтана слегка раздражало понимание того, что он и его друзья были не единственными Зероями в мире. Но его команда хотя бы по-настоящему училась, как лучше использовать свои способности. Может быть, у тех, других зероев, не было своего Вожака, который мог бы повести их за собой. Может быть, в будущем его ждало нечто большее.
Еще одна пара подошла к дверям, и число людей в очереди возросло до тридцати семи. Но почему Итан вернулся так рано? Ему нужны были еще человек двадцать, чтобы открыть клуб до конца этого часа и чтобы не нарушать динамику толпы, достигнутую в прошлом месяце.
Вот дерьмо. Само собой, Итану не дано было понять, что означают слова «контролируемый  эксперимент». Скорее всего, нарушение порядка как-то было связано с девушкой, пришедшей вместе с ним. У девушки были серебристые волосы с яркой вишневой полосой, она оживленно крутила усыпанным стразами телефоном, снимая все происходящее. Именно тот типаж, на который Итан постоянно западал – когда не чах мелодраматически по Келси.
Девушка выглядела странно знакомой…
Нэт направился к концу очереди, игнорируя всплески недоумения, мелькающие в толпе: «Куда это он двинулся? Разве еще не пять минут до открытия?»
– Привет, – промямлил Итан, когда Нэт подошел поближе. – Познакомься, это Соня.
– Рад вас видеть. Итан, почему ты не…
Нэт замолк… Соня… Соник ? Единственная особа во всей Кембрии, которая твердо нацелилась разоблачить Зероев? И вот она тут, пожалуйста, фотографирует Нэта.
– Могу я задать вам несколько вопросов о вашем ночном клубе? – Соня держала телефон направленным на него. Она не фотографировала – она снимала видео .
– Это не мой… – начал было он, но было уже поздно. Любые попытки оправдаться или закрыть камеру рукой только заставили бы его выглядеть виновато. Ему нужно было оказаться с ней внутри «Фарадеевой клетки» клуба прежде, чем она успеет выложить видео в Сеть. Что означало, что нужно было позволить ей продолжить снимать.
– Это не клуб, это просто вечеринка. – Нэт улыбнулся в камеру, потом повернулся и поманил Соню за собой. – Если хотите, я вам все тут покажу.
Соня радостно кивнула. Итан открыл было рот, но ничего не сказал. Вот и отлично, только его Голоса и не хватало в этой ситуации.
– Мы проводим такую вечеринку всего лишь в третий раз, – сказал Нэт. – И всегда открываемся в третью субботу месяца.
Что поделаешь, теперь придется изменить расписание. Но они всегда могли собрать новую толпу, к тому же меняющееся расписание поможет избежать лишнего внимания полиции.
– Я слышала, что это лучшая вечеринка во всем городе, – заявила Соня. – Могу я поинтересоваться, что делает ваши вечеринки такими… особенными?
При этих словах Нэт с трудом удержал улыбку на лице: Соня Соник и так слишком много знала об особенностях  Зероев.
Начиная с прошлого лета, куча народа стала читать ее колонку, и она в некотором роде превратилась пусть в третьеразрядную, но знаменитость Кембрии. Пока Нэт вел ее к дверям клуба, он услышал, как несколько человек в очереди произнесли ее имя. Соня представляла собой проблему – и в настоящем, и в будущем.
Но для начала надо было решить главную проблему и разобраться с ее телефоном. Соня не любила посты без картинок в них.
– Мы как раз собираемся открыть двери, – сказал он, когда они подошли к началу очереди. – Может быть, сперва снимете очередь? Толпа – это всегда хорошо для рекламы.
– Да, конечно. – Соня повернулась и навела телефон на людей в очереди. Все оживились, напряжение и предвкушение, словно искры от провода, окружили столпившихся людей. Некоторые помахали рукой в камеру.
Пока она снимала очередь, Нэт открыл дверь и подозвал вышибалу, ожидавшего внутри. Эта ходячая гора мышц выглядела слишком устрашающе, чтобы выставлять его на всеобщее обозрение в самом начале вечера.
– Передай кое-что Чизаре, – тихо сказал Нэт.
– Конечно, господин Салдана, – ответил сразу оживившийся Крейг. Он обожал Чизару – точнее, Аварию , и его отношение к ней было очень похоже на поклонение.
– Нельзя, чтобы эта девушка ушла со всей информацией в телефоне. – Нэт кивком указал на Соню. – Передай Чизаре, чтобы сделала из ее телефона кирпич.
Крейг слегка нахмурился, но Зерои постоянно говорили какие-то странные вещи, и он уже привык:
– Понял, босс. Телефон – в кирпич.
Нэт одарил его ослепительной улыбкой одобрения. Крейг был абсолютно неподкупен и не страдал излишками воображения – идеальный сотрудник для подпольного ночного клуба. Ему и в голову бы не пришло предать Аварию – после того, как он видел, как она одним-единственным взмахом руки превратила отель «Паркер-Хэмилтон» в руины.
Когда Нэт еще раз оглядел очередь, Крейг уже был на полпути к будке осветителей, торопясь передать его поручение. К толпе присоединились еще трое. Отлично – набралось как раз сорок человек.
– Ну что, пойдем? – Он повернулся к Соне, бросил на Итана еще один разъяренный взгляд и открыл двери «Чашки».

Глава 4
Авария

Толпа разлилась по танцполу, начиная извиваться и подрагивать в такт звучащему вокруг трансу.
Чизара поставила пару разноцветных прожекторов на медленное вращение – вечер лучше было начинать с простых эффектов, постепенно увеличивая накал. Келси, стоявшая в соседней будке диджея, подкручивала свои вертушки и проглядывала стопку винила. Чизара откинулась на спинку кресла, ожидая, что дальше будет делать Келси.
Несколько человек в толпе недоуменно посмотрели на свои телефоны, потрясли ими и, пожав плечами, убрали в карман. Чизара только весело усмехнулась: «клетка Фарадея» была отличным изобретением. Что, разве не так? Она подняла уважительный взгляд вверх: под лепным потолком старого театра мерцала и переливалась отраженными огнями тонкая металлическая сетка. Просто удивительно, что такое редкое переплетение нитей способно было полностью заглушить рев электронных сигналов, болезненную болтовню башен-ретрансляторов и накатывающую от соседних зданий волну Wi-Fi. В «Чашке» весь этот шум мгновенно гас.
Чизара невольно поежилась, подумав, как легко было бы в тот раз на работе не обратить никакого внимания на слова Боба, вместо того чтобы небрежно поинтересоваться: «Фарадеева клетка? Что это за хрень такая?»
Почему только ей раньше не пришло в голову поинтересоваться, как можно блокировать сигналы. Она могла бы давным-давно выяснить, что все ее проблемы можно решить с помощью металлической сетки, и давно уже устроить для себя личную «зону молчания».
Ее мать была права, когда говорила, что человек, выращенный «в вате», ни с чем в жизни потом не справится. Живи Чизара с детства под защитой «клетки Фарадея», ей никогда не удалось бы выработать сопротивление электронным сигналам. Сейчас же даже толпа с мобильниками уже не воспринималась как заросли колючего шипастого кустарника. И все равно тишина внутри «Чашки» была настоящей роскошью.
Чизара потянулась, разминая плечи в тесной осветительской будке. Отсутствие боли было фантастически приятно, и это ощущение становилось только острее, когда она вспоминала, что убежище создано ее собственными руками.
«Чашка Петри» была построена по эскизам Чизары. Это она придумала, как построить «клетку» и как провести в помещение звуковую и светопроводку на основе аналогового сигнала, без мешающего гула электронных сетей.
Разумеется, всю физическую работу проделал Крейг с помощниками: они таскали тяжелое оборудование, монтировали световые башни и фермы, вешали зеркальный дискотечный шар, точечные светильники и стробоскопы – все, что превращало танцпол клуба в магическое место. Боб, ее бывший босс из магазинчика через дорогу, дал ей кучу полезных советов, а его приятель Джастин, диско-король далеких 80-х, продал Нэту большую часть нужного оборудования и подыскал разные интересные ретропримочки подешевле.
Но окончательные решения принимала только Чизара.
На данный момент ультрафиолетовые стробоскопы и зеркальный шар были самыми эффектными элементами светового шоу, но ей хотелось установить еще парочку вращающихся световых дисков, напоминающих «летающую тарелку» – по одному в каждом конце клуба.
При этой мысли ей захотелось прибавить яркости: она включила два белых прожектора и запустила узкие лучи в хаотичный бег по помещению.
Один из лучей на мгновение высветил Крейга, пробиравшегося к ней через редкую пока еще толпу – явно не просто так. Вообще-то, он любил остановиться и поболтать с ней о всякой технике. Точнее, с Чизарой он готов был говорить на любые темы, но обычно у него был готов какой-нибудь технический вопрос, чтобы завязать разговор. Он вечно подсказывал ей разные идеи по поводу освещения, которых нахватался в клубах на Айви-стрит.
Но большинство из его идей требовало цифрового управления, а она не собиралась пускать эту сетевую дрянь в свое убежище. Так что ей постоянно приходилось напоминать Крейгу: «Ты не забыл, что в «Чашке» мы пользуемся только аналоговыми системами?» Он очень смутно понимал, в чем состоят ее способности. Иногда казалось, что он уже почти поверил, но, похоже, большую часть времени он думал, что она просто случайно постоянно оказывается рядом с различными авариями электросетей.
– Чего у тебя, Крейг? – спросила она, стараясь перекричать музыку.
– Мистер Салдана попросил кое-что сделать.
Чизара подавила улыбку, услышав уважительный тон великана.
Крейг кивнул в сторону танцпола:
– Видишь вот ту девчонку? Он попросил угробить ее мобилу, прежде чем она уйдет.
Чизара вопросительно приподняла брови:
– Какая девчонка?
– Да вон та, рядом с Итаном. Которая видео снимает.
Чизара мысленно дернула электрическую систему управления массивным прожектором, заставив бегающий луч метнуться в нужном ей направлении, и подавила маленький всплеск гордости. Она столько практиковалась, что теперь могла управлять даже самой тупой системой, подталкивая тяжелые электромагниты с такой легкостью, словно это были микрочипы.
Пару секунд она держала девушку в столбе белого света, изолировав ее от бегающих цветовых пятен.
– Крутая прическа. С этой полосой ее легко… погоди-ка, да это же Соня Соник!
Она почувствовала приступ нервной тошноты. Самозваная кембрийская охотница за странностями пыталась вынюхать их секреты еще с прошлого лета, когда Жулик использовал свой дар, чтобы сбежать из полицейского участка. Соня хваталась за любую возможность написать о странных случаях необъяснимого поведения толпы и о сбоях в электронных системах. Она знала о существовании зероев.
Кто, черт возьми, взял и разболтал ей про «Чашку»? Какой тупой придурок приволок ее в клуб?
Итан заметил, что луч света задержался на Соне, и бросил виноватый взгляд в сторону Чизары. Ну конечно, кто же еще.
– Какая Соня? – спросил Крейг. В Интернет он лазил только тогда, когда нужно было закупить припасы для клуба.
– Старая знакомая. – Чизара увела луч прожектора в сторону, пока он не привлек лишнее внимание. – Скажи мистеру Салдане, что я обо всем позабочусь.
– Тебе нужно, чтобы Крейг подогнал ее поближе?
– Нет, я и так справлюсь. – И она с невозмутимым видом подмигнула Крейгу.
– У тебя есть какая-то глушилка для телефонов? – Он принялся рассматривать будку вокруг нее и осветительскую стойку с толстым ребристым кабелем, ведущим к панели управления светом.
– Нет. – Чизара указала пальцем на свою голову. – Я все держу здесь.
Крейг глянул на нее со своим обычным выражением полуиспуга-полувосхищения, словно задавая вопрос: ты на самом деле волшебница?
– Ну, как скажешь… Мне, пожалуй, надо вернуться.
Он направился вниз, а Келси прокричала из соседней будки:
– Ну что, Авария, готова задать им жару?
В ответ Чизара подняла большие пальцы и залила толпу ослепительными вспышками белого света. Танцующие восторженно вскинули руки, и Келси запустила первый трек, заводной ритм которого заставил их трястись и вибрировать, как помпоны чирлидерш.
Чизара запустила дополнительные вращающиеся огни и добавила еще вспышек, заставив копья лилово-белого света метаться между танцующими. Минуты на три должно было хватить – Келси никогда не ставила на «разогрев» длинные треки.
Чизара прищурилась, вглядываясь в подпрыгивающую толпу на танцполе. Похоже, телефон Сони можно было поджарить и попозже: девушка явно не собиралась уходить. Она убрала телефон в крохотную, усыпанную блестками сумочку на бедре и присоединилась к танцующим.
Чизара старалась не упускать ярко-малиновую полосу в волосах Сони из вида, периодически подталкивая один из прожекторов в ее направлении. Мобильники танцующих подпрыгивали и дрожали в их карманах, безуспешно пытаясь найти доступный сигнал. Это было похоже на зрелище ночного города, сотрясаемого непрекращающимися подземными толчками.
Точно нацелиться на перемещающуюся точку одного-единственного телефона будет непросто.
Но разве не в этом и был весь смысл существования «Чашки Петри»? В том, чтобы зерои могли испытывать и совершенствовать свои таланты в безопасном месте.
Продолжая следить взглядом за серебристыми волосами с малиновой полосой, Чизара попыталась мысленно нащупать слабый сигнал телефона, совпадающий с движениями девушки.
Келси запустила следующий трек. Один ритм сменился другим, и Чизара смешала цветные огни, скользящие между танцующими. Они с Келси еще два месяца назад, перед первой вечеринкой в «Чашке», отрепетировали все переходы и связки, так что теперь ей почти не требовалось думать о них, и можно было сосредоточиться на Соне.
Которая внезапно обнаружилась пританцовывающей прямо перед Келси с телефоном в руках. Соня подняла телефон и принялась делать панорамные фото Келси за вертушками и Чизары в осветительской будке. Она явно снимала документальный клип о работе «Чашки».
Авария мысленно сканировала телефон. Крохотный лабиринт электронных контактов вспыхнул светом в ее мозгу, такой изящный и красивый по сравнению с грубыми шестеренками и вольфрамовыми вспышками прожекторов. Так, где тут у нас основное действо? Где точка, через которую звуки и образы передаются в память?
Ага, вот оно. Прямо как младенцы в яслях, лежащие в рядок – все по порядку. Телефон был готов загрузить видео в облако, как только ему удалось бы выбраться из-под контроля «фарадеевой клетки».
Чизара использовала свою силу, как раскаленную иглу, прикосновение которой превратило телефон в искрящийся брусок пластика и металла.
Но, вернувшись мысленно в состояние радости и довольства, транслируемое Келси, она внезапно почувствовала легкую дрожь, крохотный миг замешательства… и это ей не понравилось.
Чизара опустила взгляд на свои руки, лежащие на пульте, полном переключателей, клавиш и слайдеров. Пометки возле переключателей – RB1, VNSP – внезапно потеряли всякий смысл, хотя и были написаны ее аккуратным почерком.
Она должна была знать, как управлять пультом, но вместо этого…
Она запустила свои мысли в систему, и ей почудилось, что перед ней расстилается непонятная карта чужого города, освещенная случайными вспышками огней. Разве не она построила этот город? И разве не должна она была знать все его закоулки? Но сейчас все казалось бессмысленным.
Не зная, что делать, Чизара замерла в панике. Чужой город простирался перед ней, вздрагивая от пробегающих всполохов напряжения, но она не видела никаких соединений. Для чего все это? Что она здесь делает? Ее сердце колотилось быстрее, чем пульсирующий ритм музыки. Запрограммированные зигзаги света пробегали по сетке на потолке и по поцарапанной штукатурке стен клуба. Она должна была управлять этим светом, не позволяя огням метаться в беспорядке – она должна была удерживать и вести лучи света.
Но она не знала как… Однако свет не был беспорядочным…
И вдруг все встало на место, и Чизара ощутила знакомую логику системы – логику кабелей под напряжением тысяч метров проводов, расходящихся из двух сияющих центров света и музыки, которыми управляли они с Келси. Странный сбой в ее мозгу, на мгновение лишивший ее доступа ко всему этому, прошел и вернул ей все ее ощущения.
Чизара покрылась холодным потом и с трудом перевела дыхание.
Черт, что это было?

Глава 5
Анонимус

Прожектора на мгновение замерли, и Тибо глянул вверх.
Чизара стояла за пультом управления, напряженно замерев и скрючив пальцы, как когти, словно ее ударило током. Нити ее внимания беспорядочно вихрились вокруг головы, словно оборванные светящиеся провода.
Тибо соскользнул с барного табурета, готовый броситься ей на помощь, но она внезапно вздрогнула и опустила руки на клавиши пульта. Ее внимание вновь сосредоточилось на Келси, на толпе танцующих и на работе. Вспышки света возобновили свой скачущий танец среди поднятых лиц и рук.
Тибо уселся обратно, продолжая наблюдать за Чизарой.
Келси врубила новый трек, и Чизара последовала за ней, безупречно противопоставив скольжение огней гремящему ритму. Все снова было в порядке.
Одно удовольствие было наблюдать, как эта пара заводит толпу, как на танцполе образуются и распадаются все новые линии связей, словно постоянный рассеянный свет облаком окутывает танцующих, не разделяя людей резкими лазерными нитями. Толпа, объединенная музыкой и движением, превращалась в единое существо, состоящее из множества тел – но с единым мозгом и сердцем. Никто не сопротивлялся, никто не пытался приставать к другим танцующим и не выпадал из общего ритма, создавая проблемы другим людям.
В такие минуты талант Тибо казался особым даром. Может, ему и не дано влиться в эту сеть связей между людьми, но он видел ее, как никто другой – разумеется, за исключением Нэта.
К тому же взгляд снаружи – это было не так уж и плохо. Толпа была похожа на облако дыма – ее общие очертания куда лучше были видны со стороны. Тибо видел все происходящее так, как оно было на самом деле, поскольку поднятая Келси волна эйфории не затрагивала его.
Кто-то должен был держаться в стороне, чтобы иметь возможность помочь, если что. Тибо был тайным вышибалой. Если Крейг напоминал боевой крейсер, то Тибо был невидимым бойцом.
Клип работала за барной стойкой, уверенно и свободно двигаясь в знакомом пространстве. Сегодня на ней было платье «под зебру» и ее легко можно было заметить отовсюду, когда она решала «позаимствовать» чьи-то глаза.
Сейчас она складывала банки под стойкой. В «Чашке» был один-единственный древний холодильник, поэтому холодное пиво заканчивалось быстро. Но, как сказал Нэт, тренировать свои способности лучше на трезвой толпе.
Сегодня среди посетителей было особенно много молодежи – наступила последняя суббота перед Рождеством, начались каникулы. Тибо многих знал в лицо: он всегда старался запомнить постоянных гостей. Ему хотелось знать «Чашку» так же хорошо, как он знал свое предыдущее обиталище – отель «Magnifique».
Его внимание привлекла девушка с яркой малиновой полосой в серебристых волосах, пробирающаяся, покачиваясь, через толпу. Серьезно? Соня Соник? Она же буквально охотилась на зероев. Зачем Нэт вообще пустил ее? Следом за Соней плелся Итан – похоже, Нэт приказал ему приглядывать за ней.
– Пить хочешь? – Клип передала ему через барную стойку бутылку с водой. Удивительно, но даже среди всей этой толпы Клип ни на секунду не забывала про него.
Вода была ледяная – скорее всего, последняя бутылка из холодильника.
– Спасибо.
Клип наклонилась поближе:
– Давай посмотрим, смогу ли я держать тебя в фокусе, даже когда народ набежит.
– Даже если не сможешь, не страшно.
– Думаю, я смогу. – Она прикоснулась пальцем к внутренней стороне левой руки: чуть раньше, когда они были вдвоем в его комнате наверху, он медленно провел губами по этому месту, вдыхая ее запах, заставляя ее дрожать. Клип не забыла этот момент.
Вот черт, как жаль, что вечеринка в клубе была именно сегодня.
Прошло уже полгода, а Тибо не уставал удивляться, что у него есть подружка, что кто-то помнит его имя и какой кофе он предпочитает. Кто-то, ради кого он с готовностью напялил эту нелепую красную кожаную куртку, чтобы ей легче было заметить его в толпе. Иногда она даже цитировала ему что-нибудь из коанов дзен-буддизма. Как тогда, когда она прошептала ему на ухо: «Привязанность ведет к страданию». В данный момент Тибо был вполне доволен своей привязанностью к этой девушке, к этому месту и людям. У него был свой дом, в комнате наверху, которая была раньше чьим-то кабинетом в старом театре. И соседка – Келси, которая не слишком удивлялась, застав его с утра готовящим завтрак.
Первый раз в своей жизни он был частью чего-то большего – частью эксперимента зероев, которые здесь в клубе могли испытывать свои способности, не рискуя нарваться на полицию или кого-нибудь покалечить.
– Крутая сегодня тусовка, – заметила Клип.
Тибо кивнул:
– Толпа с каждым разом все интереснее.
Над туманной сетью связей внутри толпы он видел крохотную фигурку Келси в облегающем серебряном платье и с огромными наушниками на светлых кудрях. Она пританцовывала, выбирая следующий трек. Глядя на разгоряченные, блестящие от пота лица и открытые рты танцующих, Тибо подумал, что она изрядно завела толпу – может, лучше немного сбавить накал?
Словно услышав его мысли, Келси сменила музыку на более медленную. Тибо усмехнулся, вспомнив, как в первый свой вечер за пультом Келси заставила всех свалиться с ног меньше чем за час. Сейчас она уже не допускала таких ошибок.
Гипнотическое состояние ослабло, и внимание толпы слегка рассеялось, линии отдельных связей подрагивали, словно антенны насекомых, становясь ярче, когда люди приветствовали друзей или наблюдали за кем-то, вызвавшим их интерес. Некоторые из гостей двинулись к бару за холодным пивом, пока оно не закончилось.
Он почувствовал, как ослабло направленное на него внимание Клип, но знал, что ощущение позднее вернется.
Тибо соскользнул с барного табурета, наблюдая, как пустеет танцпол. Соня Соник стояла в центре пустеющего пространства, внимательно оглядывая все вокруг: старую сцену театра, прожектора, установленные в ложах, шаткую лесенку наверх.
Нэт что, на самом деле не возражал против ее присутствия? Соня достала телефон, подняла его и вдруг нахмурилась. Тибо проследил взглядом за мерцающим лучом направленного на нее внимания и увидел Чизару, смотрящую на Соню с легкой улыбкой на губах. Нет, не Чизару – Аварию .
Тибо улыбнулся вместе с ней.
– Что значит «только пиво»? – раздался рядом чей-то рассерженный рев. – Моя девушка хочет шампанского!
Тибо обернулся. Высокий худой парень перегнулся через стойку к Клип. Половина головы у него была обрита. Рядом с ним, подбоченившись, стояла сильно накрашенная девушка в сапогах и юбке с оборками. Их внимание было словно два острых лезвия, направленных в лицо Клип.
Как это он их раньше не заметил? Ведь сразу ясно было, что с ними будут проблемы.
Повышенный голос привлек внимание танцующих, и паутина взглядов стала разрастаться.
– Извините, – жизнерадостно ответила Клип, – либо пять долларов за пиво, либо доллар за воду. Нам даже пиво и то продавать не положено.
Девушка продолжала стоять со скучающим видом. Парень пожал плечами, полез во внутренний карман куртки и вытащил деньги – целую пачку, прямо как на картинке в комиксе. Тибо не видел столько наличности с прошлого лета, когда Жулик ввалился к Нэту с утащенной у Крейга сумкой наркоденег.
Парень кинул пачку на барную стойку и пошел вдоль нее, раскладывая деньги на ходу, как крупье – карты на столе. Потом он схватил свою девушку за руку и потащил ее прочь через толпу, крича на ходу:
– Эй, сучки, кому пиво по пять долларов! А мы пошли танцевать!
За долю секунды сцена у бара изменилась: внимание всех было приковано к купюрам, протянувшиеся со всех сторон руки хватали деньги, толпа ринулась вперед. Клип отпрянула с изумленным видом.
Секунду назад толпа была единым магическим зверем на танцполе, зверем, вызванным к жизни всей силой и волей Банды. Но сейчас толпа распалась на беспорядочное месиво из отдельных шумных и жадных людей. В голове у Тибо зазвучал коан: «даже денежный дождь не приносит удовлетворения ».
Но деньги уже исчезли. Народ у стойки принялся требовать пиво, воду и закуски. Линии их внимания остриями кололи Клип. Парень с небольшой пачкой купюр, которые он складывал на ходу, протиснулся мимо Тибо, направляясь к двери.
– Так, это уже чересчур. – Тибо двинулся следом за ним. Парень, кинувший деньги на барную стойку, может, и придурок, но тут уже было открытое воровство.
Когда Тибо догнал парня, тот как раз засовывал деньги в карман куртки. Чизара подсвечивала танцпол ультрафиолетом, и блестящие полоски фольги на купюрах блеснули, как сигнал тревоги, словно деньги просили забрать их у этого типа.
Вот он и забрал, выхватив пачку прямо из рук парня. Воришка резко развернулся, но Тибо отсек линию его внимания прежде, чем тот успел сконцентрироваться на нем. Возмущение на лице парня сменилось растерянностью:
– Кто… – Он проверил пустой карман и принялся оглядывать толпу.
Тибо спрятал деньги и двинулся через толпу танцующих к свободному местечку у стены, где его никто не толкал бы.
Тот богач со своей подружкой стояли прямо в центре зала, взявшись за руки и глядя друг другу в глаза. У Тибо перехватило дыхание – настолько мощный и интенсивный тоннель внимания соединял эту парочку. Каждый из них представлял центр вселенной для другого. Но это не было похоже на чувство, соединявшее его с Клип, – здесь было что-то более темное, более сильное. Тибо почувствовал дрожь страха.
Келси тем временем сменила трек на более ритмичный и мощный, словно почувствовала страсть, овладевающую танцполом. Толпа оживилась, нити связей стали расти и тянуться в стороны, объединяя танцующих ритмом, возрождая единое танцующее существо.
Вот и хорошо. Глядишь, эта парочка исправит тот вред, который они нанесли, кидаясь тут деньгами. Народу на танцполе все прибавлялось, все новые люди присоединялись к толпе, кружащейся и извивающейся под непреодолимый ритм. Тибо вдруг понял, что кивает головой в такт музыке.
Следуя за Келси, Чизара приглушила огни, и теперь в «Чашке» было почти совсем темно, если не считать сверкающих в ультрафиолетовых лучах зубов и белых маек посетителей. Только отдельные узкие и редкие лучи прожекторов пробегали по толпе…
Внезапно тьму прорезал мощный луч света, когда стоявшая в центре парочка принялась медленно кружиться, и свечение, окружающее их, словно огненным лезвием прорезало зал и толпу.
Это была не просто любовь.
Эти двое были Зерои.
Связывающий их луч словно ударил Тибо, и тот пошатнулся, внезапно теряя всякую связь с миром.

Глава 6
Банда

Больше всего Келси любила тот момент, когда толпа наконец начинала танцевать всерьез.
Люди были на грани того, чтобы потерять контроль над собой. Она видела кругом лица, знакомые еще со времен ее клубных дней на Айви-стрит. Были и новенькие. Она была готова к вечеринке: благодаря слиянию музыки и ее силы, это будет самая потрясающая вечеринка, которую когда-либо видела Кембрия.
Мощные динамики рядом с ней вибрировали, пол диджейской платформы вздрагивал от басового ритма, словно в такт биению огромного сердца. Келси позволила энергии заполнить зал, ощущая, как этот прилив уносит ее. Затем она прибавила басов, сдвинула наушники с одного уха, чтобы слышать, как вопит и беснуется толпа, и наклонилась вперед, словно опираясь на исходящую от танцующих волну нетерпения, понимая, насколько ей все это необходимо.
Только здесь, в своей будке диджея, она могла забывать о той глупой путанице, в которую превратилась ее жизнь. Крутящаяся пластинка заставляла отступить воспоминания о прошлом лете.
Келси наклонилась над вертушкой, подгоняя ритм следующего трека под уже играющий ремикс популярной мелодии. Потом она мысленно потянулась к толпе и свела обе мелодии в один ритм…
Толпа дружно взревела.
Яростное удовольствие от реакции танцующих напоминало радость дикого зверя, спущенного с поводка. Чем более распалялась толпа, тем необузданнее чувствовала себя Келси. Чем сильнее она рисковала, тем послушнее шла за ней толпа. Сейчас ей казалось, что вместо позвоночника у нее ярчайший луч света, стоящий столбом у нее над головой.
Отец бы так ею гордился. Хотя ему было бы трудно узнать ее в этой девушке, колдующей музыкой и магией в будке диджея в пяти футах над танцполом. Это было достаточно близко, чтобы чувствовать себя частью толпы, но все же позволяло сохранить некоторую дистанцию.
Внезапная мысль болью пронзила сознание – если бы только она добилась помощи для него много лет назад.
Чувство утраты выплеснулось наружу, и энергия, заполняющая клуб, потемнела. Она глубоко вдохнула и постаралась отогнать мрачные мысли. Приступы паники начали повторяться с той ночи, когда умер отец, но сейчас, благодаря помощи Зероев, ей становилось все лучше. Ее сосед по квартире – его звали Тибо – начал учить ее Срединному пути.

Два месяца назад, когда Келси только начала работать диджеем, энтузиазм толпы так захватывал ее, что она забывала, что должна была контролировать музыку. И поэтому мелодии у нее то нервно дергались, то совершенно глупо затухали.
Сегодня она не собиралась позволить такому случиться. Она должна была отплатить зероям за то, что они приняли ее в свою семью, и показать им, чего она стоит. Показать им, что она одна из них, пусть даже она совсем недавно начала тренировать свою силу.
Прожектора Чизары скрестились в центре зала, высветив танцующую там пару. Парень с девушкой танцевали, глядя друг на друга так, словно занимались сексом прямо посреди танцпола, не обращая внимания ни на кого вокруг. Келси почувствовала укол зависти к этим двоим, находившимся в своем, отдельном мире, и задумалась, удастся ли ей когда-нибудь стать частью чего-то, полного такой же силы и напряжения.
Что странно – толпа вокруг этой пары стала проявлять признаки нервозного беспокойства, словно люди чувствовали что-то, к чему они не могли даже прикоснуться. Энергия зала непредсказуемо завихрилась, кто-то из танцующих споткнулся. Возникло ощущение, что люди не знают, что делать со своими телами.
Келси ахнула, ощутив, как дрожь толпы передается ей. Все еще можно было исправить. Поставить что-то легкое и несложное, типа того, что играют в перерывах баскетбольных матчей – просто чтобы вернуть людей в нормальное состояние.
Келси потянулась за пластинкой, и тут случилось нечто странное: она не узнавала вытащенный диск. Такое впечатление, что имя на обложке и названия треков были написаны странными нечеловеческими письменами. Рисунки на разных обложках поплыли и смешались, сливаясь в одну нечитаемую массу.
Ей внезапно показалось, что ее пульты превратились в раззявленные пасти, полные острых зубов. Она отшатнулась прежде, чем они смогли схватить ее за пальцы.
– Господи боже!
Ее замешательство подтолкнуло приливную энергию танцпола, заставляя ее закручиваться в водовороте отчетливой паники. Льющаяся из динамиков мелодия подпрыгнула – два несовпадающих ритма столкнулись и смешались, словно начало беспорядочной драки.
Толпа на танцполе словно превратилась в бушующее море, а музыка перешла в визг. В «Чашке», там, где только что танцевала масса людей, стали возникать очертания чего-то чудовищного.
Келси в одиночестве стояла над всей тьмой этого мира, простиравшейся у ее ног, не узнавая никого – и ничего.

Глава 7
Клип

Две мелодии спутались, и музыка запнулась и дернулась. Келси явно ошиблась, хотя это с ней случалось нечасто.
Клип стояла на коленях под стойкой, шаря рукой в холодильнике, пытаясь нащупать холодную банку. Банки с пивом были теплые, словно стояли в холодильнике не больше минуты или двух. Пожалуй, лучше закрыть холодильник и дать содержимому немного охладиться.
– Извините, но пиво теплое, – сказала она, вставая и протягивая банку парню у стойки. Она глянула на деньги через его глаза, увидела, что он протягивает ей десятку, и вытащила пять долларов сдачи из ящика кассы, забитого купюрами того богатого придурка. Вот ведь идиот с комплексами.
«Занимая» глаза посетителей у стойки, она убедилась, что никто не уставился на нее в ожидании выпивки. Но взгляды людей на танцполе дергались, словно танцующие не слишком твердо держались на ногах. Может, уже началась предрождественская нервотрепка?
Она поискала взглядом красную кожаную куртку Анонимуса, словно пытаясь уцепиться за что-то надежное и привычное.
Стоп – настоящее имя у него было другое.
Странно, как это она могла забыть. Ее пальцы машинально коснулись браслета на правом запястье, ощупывая точки тиснения, сделанного азбукой Брайля. Буквы медленно сложились в нечто осмысленное.
Т-И-Б-О.
Клип мысленно произнесла слово с певучим французским акцентом.
Месяц назад, когда она впервые принялась вести записи брайлем, ощущение крохотных точек под пальцами было удивительно приятным и естественным, словно шрифт был создан персонально для нее. К тому же это оказался очень удобный метод делать пометки, учитывая, что ее бойфренд способен был непроизвольно стереть память у кого угодно.
Воздух над танцполом снова дрогнул, прервав ее мысли. Из динамиков рвался разрозненный гул звуков, словно два играющих оркестра столкнулись на параде.
Черт, такая долгая какофония была совсем не в стиле Келси. А два ритма все продолжали свою грохочущую битву.
Клип попыталась найти чей-нибудь взгляд, направленный на диджея, но с толпой творилось что-то странное…
Обычно танцующие смотрят себе под ноги, или на огни светового шоу, или разглядывают симпатичных незнакомцев. Но взгляды этой толпы панически метались по помещению, словно у человека, пытающегося обнаружить заползшую в спальню змею.
Даже через грохот музыки Клип услышала нарастающую панику и испуг в криках людей. Ей почудилось, что она чувствует даже запах страха, охватившего толпу.
Люди больше не танцевали – они дергались, словно марионетки в безумном шоу. Руки, ноги, тела вздрагивали, словно подвешенные к невидимым нитям силы. Клип показалось, что людей охватил коллективный припадок, мозг их отключился, и они забыли, как управлять своим телом.
Внезапно она увидела Келси – та скорчилась в углу диджейской сцены, обхватив руками колени. Рядом Чизара смотрела на свой пульт бессмысленным взглядом, полным ужаса и непонимания. Огни прожекторов метались по заданной траектории, словно программу заело, как и музыку.
Что бы это ни было, эффект явно затронул всех присутствующих в клубе, что означает, что и Тибо тоже…
Сегодня он надел что-то особенное, чтобы ей легче было найти его в толпе. Ах да, красную кожаную куртку. Клип «заимствовала» взгляд то у одного человека, то у другого, пока не нашла Тибо в самой середине танцпола. Он двигался так же дергано и нескоординированно, как и все остальные.
Но хуже всего, что лицо Тибо не было его лицом. Это был не он, это был кто-то другой. Но как вообще выглядел тот, кто был ей нужен? Клип рылась в памяти, пытаясь вспомнить его глаза, улыбку, рот. Она так тщательно запоминала его черты, но сейчас ей казалось, что все было не так. Черты лица в ее памяти совпадали с лицом танцующего парня, но какое-то внутреннее чувство подсказывало ей, что все неправильно и это не он.
К тому же она забыла, как его зовут. И не просто его настоящее имя, но и кодовое прозвище тоже.
Пальцы Клип ощупывали кожаный браслет, но точки отказывались складываться в буквы и слова.
Она забыла брайль.
Что-то в клубе явно влияло на ее мозг – на мозг всех присутствующих. Нужно было быстрее выбраться из клуба.
Клип отключила внутреннее зрение, повернулась спиной к людскому месиву на танцполе и бросилась бежать в конец барной стойки. Сегодня утром она сложила там коробки и сейчас машинально перепрыгнула через них, что означало, что с памятью у нее все было в порядке, она просто лишилась способности узнавать что-либо.
Она поднырнула под откидывающуюся дверь барной стойки, нажала плечом на ручку пожарного выхода и вывалилась наружу в проулок позади клуба, заставленный мусорными ящиками и усыпанный битым стеклом. Вонь застарелого табака и мочи ударила в нос, но зато что-то в мозгу щелкнуло – и все встало на свои места.
– Анонимус, – с облегчением произнесла Клип. – Его зовут Тибо.
К своей радости, она вспомнила его лицо. Бледный краешек уха, выглядывающий из-под темных волос, линию его щеки, когда он улыбался.
Оказавшись за пределами «Чашки», она пришла в себя.
Нэт почти наверняка находился снаружи у двери в клуб, и, может быть, случившееся не задело его. К тому же в этом случае он был за пределами «фарадеевой клетки» Чизары.
Клип достала телефон и нажала кнопку голосового управления:
– Вызываю Великого Вождя.

Глава 8
Вожак

– Здесь что-то происходит, – в напряженном голосе Клип звучала паника. – Что-то плохое.
Нэт нахмурился, продолжая подсчитывать, сколько еще людей прибавилось в очереди. Ага, ровно двадцать. Он как раз собирался запустить ждущих в очереди в клуб, чтобы увеличить толпу.
– Что ты имеешь в виду?
– Все двигаются как-то неправильно. И я не могу нормально думать.
– Подожди-ка, что там происходит?
– Авария и Банда явно ничего не соображают, – задыхаясь, продолжала рассказывать Клип. – Меня тоже задело. Я даже не могла вспомнить имя Анонимуса!
– Но это же бывает…
– Нет, не так, как обычно. Я не узнавала  его.
Нэт повернулся и уставился на дверь в клуб. Похоже было, что Клип просто перебрала впечатлений, пользуясь то одними, то другими глазами в танцующей толпе. Нечто подобное случилось на первой вечеринке в «Чашке».
– Стой за баром, – сказал он. – Я сейчас подойду.
– Не ходи в клуб! Я сейчас в проулке сзади – мне пришлось выйти наружу. – Нэт услышал, как Клип с усилием подавила панику, и ее дыхание стало ровнее. – Нэт, серьезно, это не только со мной. В клубе творится что-то странное. Такое впечатление, что кто-то спутал наши способности. Что-то в этом роде, ну, или толпу заело на каком-то странном треке Банды.
Нэт покачал головой, отказываясь верить, что это может произойти. От месяца к месяцу происходящее в «Чашке» не менялось, в этом был смысл контролируемого эксперимента.
– Это плохо кончится, кого-нибудь убьют! – закричала Клип.
– Хорошо, стой где стоишь.
– Будь осторожен.
– Непременно. – Нэт сунул телефон в карман, пытаясь понять, что в клубе пошло не так. Пару раз, когда Клип бывала в состоянии передоза чужого зрения, у нее случалось головокружение, но она обычно понимала, что происходит. Он повернулся к вышибале:
– Крейг, не пускай никого внутрь, пока я не скажу.
– Слушаюсь, мистер Салдана, – последовал решительный ответ. Секунду Нэт подумывал, не прихватить ли Крейга с собой просто для защиты, но потом решил, что если в клубе на самом деле чья-то сила вышла из-под контроля, то последнее, что ему было нужно, это не понимающий, что он делает, громила.
Нэт открыл дверь. Внутри клуба толпа словно распалась на тысячи осколков. Единство, форма, связи людей – все исчезло. Не было даже обычной рассеянной, похожей на паутину, сетки, свойственной сборищу людей без определенного лидера.
Из динамиков гремели два разных мотива, создавая звуковой эффект столкнувшихся поездов. Танцующие бессмысленно дергались, словно в жутком припадке. Банда в ужасе скорчилась в углу своего помоста.
Единственной силой, объединявшей сейчас людей в помещении, был страх. Нэт чувствовал, как паника и замешательство охватывают его, проникают в самые кости, а вместе с ними еще более острое и страшное ощущение – потеря смысла, потеря себя.
Источник этого кошмара было невозможно не заметить: эта пара кружилась в самом центре зала. Парень с наполовину обритой головой и девушка в юбке с оборками – сверкающий белый луч сконцентрированного внимания соединял их глаза.
Нэту никогда прежде не приходилось видеть столь мощную и яркую линию связи между людьми. Пока пара вращалась, белое сияние словно отсекало всех, кто находился рядом с ними. Словно эти двое вытянули все человеческие связи и отношения из толпы и сконцентрировали их между собой.
Да они же зерои.
Когда бьющий из центра белый луч коснулся его, Нэта словно ударило. Все стало нереальным, словно клуб, людей вокруг, даже его собственное тело кто-то заменил на подделку. Поблекла обычная уверенность в самом себе и в том, что его окружало – сама «Чашка» и его друзья. Все, что он знал и в чем был уверен, развеялось пеплом.
Он поднял было руки, чтобы вновь обрести контроль над ситуацией, но уверенность покинула его. Сияющая нить связи между теми двумя была слишком яркой, слишком мощной – он не мог отобрать у них контроль над толпой.
Да и осталась ли у него вообще его сила?
Внезапно сама идея, что он мог подчинить толпу себе, заставить ее сфокусироваться на какой-то цели, показалась абсурдной и невозможной в присутствии этой сияющей пары.
Он был никто. И клуб, который он создал вместе с друзьями, внезапно стал просто сборищем обезумевших, дергающихся в пароксизме ужаса людей.
– Ну уж нет! – клуб принадлежал ему, и Нэт знал здесь каждый метр.
Нэт помнил, что на другой стороне танцпола, за будкой осветителя, находится распредщит. Он мог отключить свет, звук, вообще все в клубе, и заставить этот кошмар прекратиться.
Это был его клуб, его толпа и его эксперимент. Если он не мог контролировать происходящее, значит, надо было погрузить все во тьму.
Эта уверенность помогла ему пересечь танцпол. Толпа распалась на разрозненных, не связанных между собой людей, как проигрывающая сторона в барной заварушке. Первый раз в жизни Нэта толкали и пихали, пока он шел между беснующихся тел и лихорадочно дергающихся рук и ног.
Он дошел наконец до распределительного щита и тут почувствовал, как угасают последние угольки его уверенности в себе. Ему показалось, что он, словно маленький ребенок, стоит перед пожарной сигнализацией, не чувствуя себя вправе нажать на кнопку тревоги.
Внимание его рассеялось, и ощущение своего «я» словно втянуло в водоворот энергии, соединявшей пару в ее безумном кружении посреди клуба. Это был их клуб, их толпа, это их  музыка заставляла содрогаться все вокруг.
Он был никто, ничего не стоящий обманщик.
Они забрали у него все.
Цепляясь за последние остатки уверенности в себе, он дотянулся до красной ручки и потянул ее, погрузив «Чашку» в беспросветную темноту.

Глава 9
Авария

Тьма окутала не только клуб, но и мозг Чизары. Пульсирующая энергия замерла, исчезли светящиеся линии токов, выстроенные ею. Остались только призрачные следы линий, словно пустые вены, словно линии стертой карты, с которой она больше ничего не могла сделать.
Ее прозвали Аварией, но это не она была виновата в случившемся: кто-то другой обесточил все здание.
И перерезал поток энергии, лившийся в толпу. Ужасающий алчный рев внезапно сменился испуганными вскриками в наступившей темноте. Чизара чуть сама не закричала – но только от облегчения. Мозг снова принадлежал ей, и тоскливое замешательство словно бы выключилось вместе с прожекторами. На всякий случай она быстро пробежала пальцами по клавишам светопульта, на ощупь узнавая каждую кнопку и каждый слайдер. Порядок был восстановлен.
Но не на танцполе: толпа металась, напирала на стойки ее осветительной будки, заставляя пол качаться и вздрагивать у Чизары под ногами. Потом людской прилив отхлынул в другую сторону, и в темноте послышался звон разбитого стекла, крики и ругательства.
Что все-таки случилось с «Чашкой», с ее убежищем? Это же было безопасное место, место, где зерои не могли причинить никому вреда.
Чизара вспомнила легкий всплеск энергии после того, как она поджарила телефон Сони. Но то, что последовало за этим всплеском, было в тысячу раз хуже, словно ударившее землетрясение. Неужели это Келси подстегнула толпу и закрутила ее в водовороте паники?
Чизара нащупала дверь будки, рывком открыла щеколду и принялась осторожно спускаться вниз по ступеням.
В толпе стали вспыхивать экраны мобильников, высвечивая то рухнувшую осветительную вышку, то перевернутый стол или стул. Многие плакали – от ужаса и испуга, кое-где была даже видна кровь: длинный порез на руке у одного парня, на одежде девушки, придавленной балками вышки и кричащей, когда люди пытались перебраться через упавшие балки.
– Обойдите с другой стороны! – закричала Чизара, указывая на проход мимо вышки к главному входу. Несколько человек послушались ее и стали направлять других в обход. Чизара направилась к диджейскому помосту. Она забралась на помост, включила фонарик в телефоне, чтобы хоть что-то видеть, и обнаружила перепуганную Келси, сидящую, прижавшись к коробке с дисками.
– Ты в порядке?
– Не уверена. – Келси не отводила глаз от пострадавших в толпе.
– Что произошло? – Чизара наклонилась и тронула Келси за плечо. – У тебя что, случился какой-то припадок?
Келси уставилась на нее:
– Ты думаешь, это я сделала?
– Не знаю, сперва что-то случилось с музыкой, а потом…
– Началось не с музыки. Сначала все шло отлично, как вдруг… – Келси опустила взгляд на свои руки. – Я перестала что-либо узнавать. Я не узнавала свой пульт, диски, вообще ничего!
– Это не твоя вина, – донесся голос из темноты.
Чизара повернула фонарик в ту сторону:
– Нэт!
– Их было двое. – Нэт провел лучом фонарика над толпой. – Они танцевали в самой середине зала.
– Погоди-ка, – сказала Келси, – я их почувствовала. Та парочка, которая была так поглощена друг другом?
– И они использовали какую-то силу, которая полностью перерезала все прочие связи вокруг нас. Я видел  этот луч.
– Что? – изумилась Чизара. – Ты хочешь сказать, что все это устроили Зерои? Устроили намеренно?
– Это мы узнаем, только когда найдем их. Если я снова включу электричество, ты сможешь наладить освещение? – спросил Нэт. – Никакой музыки и никаких крутящихся огней. Нам просто нужно остановить панику!
Чизара кивнула:
– Поняла, просто освещение.
Нэт направился куда-то в темноту, а Чизара взяла Келси за руку:
– Похоже, в городе объявились новые Зерои. Извини, что я подумала на тебя.
– Но я на самом деле полностью потеряла контроль.
– Я тоже. Не знаю, кто они, но они очень сильны.
– Им удалось разбить толпу буквально на крохотные осколки.
– Ничего, мы все поправим. – Чизара мысленно пробежалась по мертвым электролиниям вокруг комнаты, готовясь к всплеску электричества и заодно пытаясь нащупать двух новых Зероев.
Ужас прошел, и она была в ярости. Как эти двое посмели заявиться сюда и устроить…
Словно удар гонга раздался у нее в голове – электролинии в клубе вот-вот должны были восстановиться. Она перекрыла доступ энергии к пульту диджея и к осветительной системе танцпола и направила ее поток в лампы обычного освещения.
В первое мгновение ничего не было видно, кроме открытых в ужасе ртов и замешательства на лицах. Но тут люди увидели, где находятся, увидели пространство вокруг себя, дальний выход из зала. Некоторые узнали друзей в толпе. Люди потихоньку начали приходить в себя.
Нэт запрыгнул на сцену, оставшуюся от старого театра, и раскинул руки, стараясь успокоить толпу:
– Ребята, извините. Произошла какая-то техническая накладка.
Шум голосов стих. Чизара с облегчением поддалась очарованию личности Великого Вождя и почувствовала, как расслабилась рука Келси в ее руке.
– Все снова под контролем, – продолжал Нэт. – Пожалуйста, пройдите к выходам из клуба. Не торопитесь, чтобы никто не пострадал.
Потом он посмотрел на Чизару с Келси и указал на кого-то в толпе.
– Точно, это они, – сказала Келси.
Высокий белый парень с наполовину обритой головой расталкивал людей, пробираясь к выходу. Девушка, следующая за ним, была совсем крохотной, но отличалась не меньшей агрессивностью.
– Похоже, им сильно не понравилось, что их номер прикрыли, – заметила Келси.
– Мне еще больше все это не понравилось. Они украли всю энергию, которую мы закачали в толпу. Просто высосали ее, как какие-то дискотечные вампиры.
Нэт по-прежнему стоял на сцене, поддерживая толпу в спокойном состоянии и следя завороженными глазами за этой парочкой. Ему явно хотелось расспросить, как работает их сила, и пригласить их присоединиться к его группе.
Чизаре же просто хотелось как следует надрать им задницу.
– Пойду-ка я разберусь с ними. – Она двинулась в сторону танцпола.
– Ты уверена, что это стоит делать? – сказала вслед Келси, но Чизара уже врезалась в толпу, легко скользя между все еще не пришедшими в себя людьми.
Ближе к выходу пробираться сквозь людскую давку стало сложно, а те двое были уже далеко впереди.
– Эй, – закричала Чизара. – Остановите вот ту пару! Это они все устроили!
Несколько перепуганных лиц обернулись к ней.
– Мы знаем, что вы сделали! – выкрикнула Чизара.
Парень не казался ни виноватым, ни встревоженным тем, что его только что уличили в использовании сверхспособностей. Он раздраженно закатил глаза, перекинул свою подружку через плечо и принялся еще усерднее проталкиваться к выходу. Девушка болталась у него на плече, словно потеряв сознание.
– Пожалуйста, пропустите, – закричал он. – Моей девушке плохо, дайте пройти!
Толпа, которую Нэт уже успокоил и привел в себя, организованно расступилась перед ними.
– Да что же это такое! – возмущенно закричала Чизара. – Нет, серьезно?!
Девушка открыла глаза и, прищурившись, послала ей воздушный поцелуй.
– Крейг, останови этих…
И тут эффект этого поцелуя накрыл ее: стены словно покачнулись и стали заваливаться набок. С каких пор все эти люди вокруг стали незнакомыми, словно другой вид? И почему небо закрыто какой-то странной поблескивающей металлической сеткой?
Чизару чуть не вырвало от накатившего ощущения жуткой странности окружающего мира. Мерзкое ощущение длилось всего один момент. Никто вокруг не выглядел потрясенным или подавленным. Девушка явно направила свой выворачивающий реальность наизнанку воздушный поцелуй прямиком в Чизару.
А парочка уже была почти у самых дверей, и толпа сомкнулась за ними.
Чизара стиснула зубы и продолжала протискиваться вперед. Через несколько секунд, показавшихся ей очень долгими, она оказалась на свежем воздухе. Ее накрыло облаком беспорядочных сигналов, мобильники в толпе ожили и жалили, словно рой сердитых ос. Превозмогая боль, она сконцентрировалась на знакомой массе мускулов рядом с ней:
– Крейг, подними меня!
– Да, мэм. – Две огромные ручищи обхватили ее бедра и подняли над толпой. Оказавшись на полметра выше всех остальных, она принялась шарить глазами по сторонам, выискивая ту парочку. Но их не было видно.
И тут какой-то белый парень схватил ее за руку:
– Авария, они вон там!
Она уставилась на незнакомца. Ах да, это же дружок Клип, которого все всегда забывают.
Он указывал через дорогу, где высокий парень и его девушка как раз нырнули в проулок между торговцем подержанными автомобилями и заброшенным складом шин.
– Отлично, Крейг, я их засекла!
Бойфренд Клип уже бежал в ту сторону. Оказавшись снова на земле, Чизара припустила за ним и обогнала его на углу.
Толпа с ее кусачими мобильниками осталась позади. Подгоняемая злостью, Чизара со всех ног неслась вслед за той парочкой, зная, что сможет догнать их.

Глава 10
Жулик

Во время наступившего хаоса Жулика притиснули к стенке, что оказалось к лучшему, поскольку иначе он вряд ли удержался бы на ногах. Он стоял, прислонившись к стене, хватая ртом воздух и пытаясь восстановить дыхание. Глаза у него закатывались от жуткой тошнотворной слабости, от ощущения, что его тело кто-то просто разобрал на части.
– Моя рука! Черт, что с моей рукой? – визжал кто-то рядом с ним.
«Чашка» выглядела странно и непривычно, музыки не было – вокруг слышались только крики и плач. Вместо крутящихся цветных огней, помещение было освещено голыми белыми лампами – обычно они включали такой свет только во время уборки.
Рядом с ним стояла какая-то незнакомая девушка. Нет, знакомая – он узнал малиновую полосу волос, спадающую на ее лицо. Соня дрожала, держа правое запястье на весу.
Шок. Должно быть, у него был шок. Именно поэтому ему казалось, что Соня вся дрожит, и он никак не мог сфокусировать зрение.
Нэт стоял на сцене, успокаивая людей, но эффект был только частичный. Люди, пошатываясь, бродили по залу, как будто разучившись нормально двигаться, словно их руки и ноги им не повиновались. Один парень полз на четвереньках, боясь, что у него не хватит сил встать на ноги. Из носа у него текла кровь, оставляя длинный след на полу.
– Ты в порядке? – выдавил Итан, не уверенный, что Соня его понимает. Его голос звучал дергано и странно, словно кто-то другой произносил чужие слова – как в тот раз возле здания Офис-О.
– Кажется, я растянула запястье. – Лицо Сони было бледным. – Черт возьми, что здесь произошло?
– Понятия не имею. – Итан перевел взгляд на пульт диджея, где Келси сидела, вжавшись в угол.
Келси нужна была помощь, но сначала необходимо было избавиться от Сони. Он выпустил Голос на волю, отчаянно желая, чтобы Соня убралась и оставила его в покое:
– Тебе нужно в больницу.
– В больницу? Из-за растяжения?
– Если рука распухнет, то нервы могут пострадать и повреждения могут оказаться постоянными.
– Ты серьезно? – Она уставилась на свою руку, осторожно массируя запястье.
Голос стал еще заботливее:
– Может так оказаться, что ты вообще не сможешь больше печатать.
– Вот дерьмо, сперва телефон сломался, а теперь еще и это. Мне надо в суд на ваш клуб подать!
Итан нервно сглотнул. Может, не стоило говорить что-то про постоянное повреждение нервов. Плохо уже то, что Соня непременно напишет о внезапном помешательстве толпы в «Чашке», а если она еще и в суд на них подаст…
Голос уловил его нерешительность и замолк. Но сила Нэта действовала на людей, и те организованно двигались к дверям. Соня медленно последовала за толпой, сердито глядя на свою руку.
Итан нырнул в толпу и направился к пульту диджея – ему нужно было убедиться, что с Келси все в порядке.
Странное ощущение не полностью покинуло его: Итану казалось, что он движется совершенно не в том направлении, словно бы кто-то изменил внутренний план здания. Перед глазами у него плясали черные точки, сливавшиеся в странные фигуры каждый раз, как он поворачивал голову. Но он по-прежнему видел Келси, скорчившуюся на полу диджейского помоста, обхватив руками колени.
Неужели это безумие, овладевшее толпой, было вызвано каким-то из ее треков?
Итан поднялся на помост:
– Келси, ты как?
– Итан, – чуть помедлив, ответила она, словно бы ей понадобилось сделать усилие, чтобы узнать его. – Ты их видел?
– Кого?
– Эту пару в толпе. У них какие-то странные способности. Они подчинили толпу себе, просто высосали всю энергию до дна.
От ее слов Итану снова стало нехорошо – им не хватало только новых зероев, да еще и враждебно настроенных. Но хорошо хоть, что это не Келси была во всем виновата.
– Нэт видел, как они забрали всю энергию у толпы, – продолжала она. – Такое ощущение было, словно нас резали на куски. Авария отправилась за ними в погоню.
На один короткий ужасный момент Итан почувствовал полное одиночество. Все остальные зерои обладали способностями читать толпу и воздействовать на нее – они видели и чувствовали, что произошло. А ему досталась только тошнота.
– Это что, Соня Соник там внизу? – простонала Келси. – Замечательно. Нам просто конец.
Итан обернулся и увидел, что Соня стоит возле помоста диджея.
– На выходе жуткая толпа, – объяснила она. – Ты что, хотел от меня избавиться?
Он повернулся к Келси:
– Слушай, мне надо с ней разобраться. Я рад, что ты в порядке. Может, попозже мы…
Он замолк. Произошедшее смяло и нарушило все его планы – а ведь он собирался серьезно поговорить с Келси о своих чувствах.
Черт, так ему вообще никогда не удастся объясниться с ней.
– С ней все в порядке? – спросила Соня.
Итан кивнул:
– Да. Пойдем, поймаем тебе такси.
– А она хорошенькая, – заметила Соня.
Снаружи взвыла сирена. Итан аж застонал. Полиция или «Скорая помощь» – не важно, как раз сейчас ему очень нужен был бы его Голос, раз уж Нэт поручил ему проследить, чтобы власти не обращали внимания на клуб. Впрочем, вряд ли Нэт мог вообразить катастрофу подобных масштабов.
– Черт! Соня, нам надо выбираться отсюда.
– Пропустите раненую! – кричала Соня, держа поврежденное запястье на весу.
Толпа расступилась, и вскоре они оказались на улице. Холодный декабрьский воздух мигом прочистил голову. Толпа высыпалась наружу из дверей клуба, к которым уже подкатывала полицейская машина.
– Вот дерьмо, – пробормотал Итан. – Теперь всему конец.
Внезапно ему показалось, что перед ним выросла живая стена.
– Какого черта, что там случилось? – спросил Крейг. – Сперва все как с ума посходили, потом Чизара выскочила наружу и помчалась вслед за какой-то парочкой!
Итан еще никогда не видел Крейга таким бледным. Он успокаивающе положил руку на плечо гиганта:
– Не знаю, Крейг, что случилось, но мы разберемся. Ты не видел здесь где-нибудь такси?
– Я могу вызвать такси, – ответил Крейг и ткнул пальцем себе за спину, – но сперва придется пообщаться с местной полицией.
– Не парься, я с ними разберусь. – Итан кивком указал на Соню. – Вызови ей такси и заплати водителю. Хорошо?
– Ты можешь положиться на Крейга.
Итан направился к патрульной машине. Соня попыталась было последовать за ним, но Крейг преградил ей дорогу. Итан даже не стал оглядываться, чтобы выяснить, кто победил в этом столкновении.
Двое полицейских как раз выбирались из машины, поправляя ремни и оглядывая толпу возле клуба.
Ну, Голос, давай же. Надо любым способом избавиться от этих парней .
Один из полицейских провел лучом фонарика по толпе посетителей клуба, вид у которых был испуганный и ошеломленный, словно весь мир только что обрушился вокруг них. Именно то выражение лица, которое обычно вызывает у полиции острый интерес.
Итан подошел поближе, напряженно желая, чтобы они побыстрее убрались восвояси.
– Офицеры… – Голос звучал спокойно и небрежно, как будто он обращался к закадычным приятелям.
Первый из полицейских, высокий, с мощными руками, оглядел его с ног до головы:
– Парень, ты что-нибудь знаешь об этом клубе?
– Клуб? Это не клуб, это скорее частная вечеринка. – Итан узнал слова Нэта. Хорошо, что Голос не забыл придерживаться установленной линии.
Второй полицейский подошел к своему напарнику. Вид у него был усталый и недовольный:
– Что бы это ни было, похоже, вы тут нарушаете общественный порядок. И продаете алкоголь несовершеннолетним. А судя по виду многих здесь, не только алкоголь.
К удивлению Итана, Голос решил идти напрямик:
– Офицеры, как бы нам договориться, что ничего этого не было?
– Ты всегда переходишь прямо к делу? – спросил тот, что пониже.
Итан пожал плечами – Голос обычно знал, что нужно делать:
– Как насчет тысчонки за беспокойство?
Черт, да это же куча денег. Нэт сильно разозлится за взятку. А уж если мать Итана прознает…
Высокий полицейский повернулся к своему напарнику:
– Он это серьезно?
– Как насчет двух тысяч прямо сейчас? – сказал второй. – Это обойдется дешевле, чем возня с исками за причинение серьезного ущерба посторонним.
Голос даже не попытался поторговаться – верный признак того, что это было бесполезно:
– Отлично, договорились. Подождите здесь, пожалуйста, я сейчас вернусь.
Итан заговорщически подмигнул полицейским и развернулся на каблуках. Его слегка мутило: одна тысяча долларов казалась невозможной суммой, а теперь речь шла о двух . В «Чашке» точно не было столько денег, вечер еще толком не начался. Нэт мог бы добыть такие деньги, но даже он не мог просто достать подобную сумму из кармана.
Но тот полицейский был прав: это в любом случае было дешевле, чем суд, адвокаты и внесение залога. К тому же нельзя было предсказать, что сделают полицейские, если не получат обещанную сумму. Итану нужно было избавиться от них, пока они не передумали.
Народу внутри клуба стало значительно меньше. Итан протолкался среди оставшихся посетителей и подошел к Клип, стоявшей за баром.
– Итан, ты не видел… – она озадаченно замолкла.
Итану потребовалась секунда, чтобы вспомнить, о ком идет речь:
– Тибо? Нет, не видел. Слушай, долго рассказывать, но мне срочно нужны деньги откупиться от полиции. Пары тысяч хватит.
Клип медленно выпрямилась:
– А ты сперва поговорил с Нэтом о взятке  полиции?
– Нет. Но в любом случае Великому Вождю уже поздно вмешиваться. Они ждут свои деньги.
– Черт, – вздохнула Клип. – Будь это обычный вечер, плохи были бы твои дела. Но тут один парень выкупил весь бар.
– Вот и чудненько, – с облегчением выдохнул Итан. Хоть с чем-то сегодня повезло.
– Вообще-то, это было очень странно. У меня такое ощущение было, что он сделал это с каким-то злым умыслом. – Клип покачала головой. – Выглядело очень странно.
Итану не хотелось вникать в подробности:
– Ну что, дашь мне пару тысяч из тех денег?
Он одолжил ей свой взгляд, внимательно наблюдая, как она вытаскивает купюры из кассового ящика и укладывает в бумажный пакет.
– Понятия не имею, сколько там всего, – заметила Клип. – Как ты думаешь, этого хватит?
Он позволил Голосу ответить, умоляя его сказать правду:
– Этого достаточно, чтобы они убрались восвояси.
Хм-м, ответ был не совсем обнадеживающий. Но, по крайней мере, понятно было, что на ближайшее время копы этим удовольствуются.
– Парень вообще не походил на богатого, – задумчиво сказала Клип. – Такое впечатление было, что ему просто хотелось избавиться от денег.
– Избавиться от денег, – повторил Итан, вспомнив парочку, платившую за чужие доставки возле Офис-О. – Этот парень, случайно, не был с бритой головой и при нем еще подружка в черной юбке с оборками?
– Ага, с наполовину бритой, – кивнула Клип. – Кто-то, кого ты пригласил?
– Скорее всего. Ладно, мне надо пойти разобраться с полицией. – Он подхватил пакет и направился на улицу.
Полицейские стояли возле машины. Высокий, не глядя на Итана, взял у него из рук пакет и сунул его под сиденье, словно это была не взятка, а доставка еды из забегаловки.
– Приятно было пообщаться, парень. – Он окинул взглядом толпу возле «Чашки» и продолжил: – Только смотрите, чтобы эти ваши торчки не бродили по улице.
Итан промолчал. Пусть думают что хотят, лишь бы поскорее убрались отсюда.
Когда машина уехала, он подавил вздох облегчения и быстро огляделся, чтобы убедиться, что за ним никто не наблюдает.
Крейг поднял большие пальцы в ободряющем жесте – Соня уехала. Отлично, но понятно было, что они еще услышат о ней, – либо напишет заметку о помешательстве толпы в подпольном ночном клубе, либо в суд подаст. Впрочем, даже Соня не могла добавить известности этому происшествию: другие посетители клуба тоже делали снимки и звонили друзьям.
Еще долго все будут вспоминать ночь, когда «Чашка» превратилась в дармовую вечеринку зомби.

Глава 11
Анонимус

Тибо изо всех сил старался не отстать от Чизары, но, хоть ноги у него и были длиннее, он едва поспевал за нею.
Впереди нее свет фонарей выхватывал крохотную девушку и высокого парня, удирающих по аллее между складами. Это была единственная дорога, пересекающая ветку железной дороги и напрямую ведущая к Хилл-стрит. Похоже, они заранее продумали путь отступления.
Может, они местные? Вряд ли, в таком случае Тибо точно заметил бы их раньше. Их трудно было не заметить.
Зерои, напомнил он себе. Они обладали особыми способностями.
Но что это были за способности? Потерять контроль над своим телом было очень страшно, но еще хуже было то, что ему заморочили разум. Какое-то мгновение он смотрел прямо на Клип и не мог вспомнить, кто она такая.
Что за сила способна была заставить людей забыть весь  остальной мир?
Тибо перескочил через зияющий люк и с сожалением подумал, что если бы Чизара не спугнула эту пару, он мог бы проследить за ними и узнать, где они живут.
Вместо этого теперь пришлось гнаться за ними. А что, если мимо проедет полиция? Чернокожая девушка, преследующая двух белых подростков ночью в районе Верхов? Да любой коп тут же вмешается, и ситуация станет в сто раз хуже прежде, чем Тибо подоспеет на помощь.
Они выбежали на Мортон-роуд и понеслись мимо разбитых фонарей и символов гангстерских группировок, покрывающих грязные стены вдоль улицы. Сейчас, после четырех месяцев житья в «Чашке», Анон уже знал этот район. Использованные шприцы и окурки валялись в грязных лужах вокруг, над головой на проводах болталась подвешенная за шнурки пара кроссовок.
Склады сменились небольшими кварталами дешевых многоквартирных домов. На углах улиц группками стояли или сидели на ступеньках подъездов мужчины. С балконов за мчащейся мимо Чизарой наблюдало старшее поколение: пожилые женщины и усталые старики в тренировочных костюмах. В воздухе запах табачного дыма смешивался с вонью из канализации.
На углу, возле сгоревшего магазинчика, улица разветвилась, и парень с девушкой выбрали более длинный проулок. Тибо рванул в тот, что короче, пробежал два квартала и выскочил на дорогу как раз перед парочкой.
Он раскинул руки и приготовился схватить бегущих, ожидая, что они налетят на него и упадут. Но парень заметил его, чуть наклонился и врезался в него плечом, отбрасывая с дороги. Задыхаясь от удара и пытаясь восстановить равновесие, Тибо потянулся, чтобы схватить девушку, но она отбросила его руку. Ее пальцы были покрыты кольцами – шипастыми кольцами. Тибо охнул.
Странно, как быстро они заметили его даже в темноте.
Он сгибал и разгибал поцарапанные пальцы, когда мимо пронеслась Чизара, на ходу бросив на него издевательский взгляд:
– Что, поймал? Давай за мной, они уходят!
Бросившись следом за ней, Тибо на ходу заметил, как блеснула пряжка на сапоге, когда парень впереди нырнул в узкую аллею. Отлично – это был тупик.
Чизара и Тибо добежали до угла и услышали низкий рык мотора, звук ревел и метался в узком пространстве. Тибо притормозил, но Чизара проскочила вперед и внезапно оказалась в потоке света мощных фар. Она едва не упала, но ей удалось удержать равновесие, широко раскинув руки.
Сверкающий черный «Форд» кабриолет вылетел из проулка, направляясь прямо на нее. Но Авария вскинула руку – послышался скрежет тормозов и визг шин. Двигатель кашлянул и замолк. Хромированный радиатор машины замер почти у самых коленей Чизары. Тибо почувствовал запах жженой резины и выхлопных газов.
Нет, эти двое точно были не местные – на Верхах такие машины не водились. Автомобиль был огромный, словно выехал прямиком из 1960-х годов. Блестящий хром отделки ярко выделялся на черном фоне, а безупречно восстановленный салон был отделан красной кожей.
Парень чертыхался, пытаясь снова завести мотор. У девушки на лице было написано только раздражение.
– Может, хватит? – обратилась она к Чизаре. – Ты что, не знаешь, что это портит двигатель?
Чизара ничего не ответила, вид у нее был такой же обалдевший, как у Тибо.
Эта пара совершенно не удивилась ее способностям.
Потом заговорил парень:
– Слушай, отпусти машину. А то моя девушка устроит тебе головную боль.
Ага, значит, способности были у девушки . Интересно, а парень кто? Просто богатый дружок?
Наконец опомнившись, Чизара положила руку на сверкающий капот:
– Моя головная боль твою машину не исправит. Будете сидеть в мертвом драндулете, пока не ответите на несколько вопросов. Какого черта вы двое устроили свое представление в нашем  клубе?
Девушка небрежно махнула рукой, блеснув серебряными кольцами:
– Подумаешь, у тебя что, были какие-то планы насчет тамошних танцующих марионеток?
– Марионеток ? Серьезно? Вы могли кого-нибудь убить!
– Ой, не устраивай трагедии. – Девица закатила сильно накрашенные глаза. – Вы что, просто собирались разрешить им плясать до утра?
– Да! – закричала Чизара.
Тибо тем временем обогнул машину и подошел к двери с пассажирской стороны.
Парню явно было скучно:
– Слушай, мы в расчете. Мы попортили вам вечеринку, вы попортили нам весь кайф. Как ты думаешь, что ощущаешь, когда тебя обрывают прямо посередине?
– Вы что, не могли подождать еще минуту? – добавила девушка. – Мы бы вернули вам ваших марионеток.
Чизара разъяренно уставилась на нее:
– Что вы вообще делали в клубе?
– А ты как думаешь? – спросила девушка. – Вы что, даже про пчелок и птичек не слышали в своем говенном городишке?
– Так это был секс? – Чизара изумленно смотрела на пару.
– Не, это была прелюдия, – заявил парень. – Про секс вы услышите завтра вечером в новостях.
– Да уж, куче ваших марионеток придется поплакать. – Девушка картинно всхлипнула и вытерла несуществующие слезы рукой. – Ладно, хватит, ты заведешь мотор, наконец, или мне свернуть тебе мозги набекрень?
Чизара расправила плечи:
– Но у вас больше нет толпы, с которой можно работать.
Девица ухмыльнулась и постучала себя пальцем по виску:
– Так же, как и ты, я все это держу в голове. И если ты вынудишь меня продемонстрировать мои возможности, я сделаю так, что ты никогда больше в себя не придешь.
Это прозвучало угрожающе, но Чизара явно не собиралась двигаться с места. Тибо подобрался поближе к машине, готовый схватить девушку сзади, если она попытается что-то сделать.
Парень обернулся и глянул на него в упор:
– Тебя это тоже касается.
Тибо застыл на месте.
Чизара отошла в сторону и махнула рукой. Под капотом что-то щелкнуло, и двигатель с рычанием завелся.
– Спасибо, интересно было встретиться! – прокричала девушка.
Парень лихо вывернул руль и вывел «Форд» из проулка. Мотор еще раз фыркнул, и машина умчалась в направлении Хилл-стрит. На перекрестке корму кабриолета занесло, он взбрыкнул, словно норовистая лошадь, и скрылся за углом, смешавшись с потоком машин.
– Номера орегонские, – сказал Тибо.
Чизара схватила его за руку и потянула за собой:
– Надо бы проследить за ними. У тебя есть деньги на такси? – Внезапно она резко остановилась. – Черт, я забыла, тебе же деньги не нужны. А моя сумка осталась в «Чашке».
– Подожди, у меня есть немного денег. – Тибо вытащил купюры из кармана, махнув рукой в сторону, где исчез кабриолет: – Тот парень в баре просто швырялся деньгами.
Чизара глянула на купюры, потом на него:
– Угу, понятно, только это не деньги.
Тибо опустил глаза: в руках он держал веер белых кусочков бумаги. По форме и размеру они напоминали купюры, но это была просто белая бумага.
Он повертел бумажки в руках – то же самое:
– Но я точно помню, я клянусь, это были двадцатки. Тот парень швырнул целую пачку на стойку бара. Он сорил деньгами, как будто они были… игрушечные.
Чизара продолжала молча смотреть на него.
– Слушай, ты же включила ультрафиолетовые прожектора, я даже видел, как блеснули полоски фольги на купюрах.
Она кивнула:
– Значит, сверхспособности не только у девушки.
– Способности у них обоих, – сказал Тибо.

Глава 12
Банда

Келси трясущимися руками укладывала пластинки в ящик. Нэт купил ей винил в магазинчике в Сан-Франциско, выложив за все нехилую сумму в две тысячи с таким видом, словно деньги ничего не стоили. Джастин, его знакомый, нашел вертушки на сайте ретрооборудования. Вертушки были не первой молодости, характер у них был капризный и разборчивый – тем не менее это были самые чудесные и требующие умения вещи из всего, чем Келси владела. До сегодняшней ночи они казались ей олицетворением надежды, надежды на то, что все плохое, нелюбимое и нелепое в ее жизни осталось позади.
Но сейчас клуб вокруг нее был полуразрушен. Гирлянды огней, украшавшие стены, лежали осколками на полу. Клубная мебель превратилась в обломки, включая и старый отцовский диван. Пол был усеян смятыми банками из-под пива и порванными пластиковыми стаканчиками. Итан подбирал мусор, собирая его в большой мешок.
Все вокруг указывало на паническое бегство: вокруг валялись куртки, свитера, мобильники, позабытые или брошенные перепуганными хозяевами. Хотя сейчас в «Чашке» было всего четыре Зероя, Келси по-прежнему ощущала отголоски шока и ужаса. Вторжение новых сил пошатнуло все, что они выстроили, – их безопасный мир, убежище, где они могли оттачивать свои способности, доверие завсегдатаев клуба.
– Давайте еще раз разберем все с самого начала. – Нэт сидел на одном из уцелевших барных табуретов. – С того момента, как они появились в клубе…
– Они сперва были в Офис-О, – вставил Итан, не выпуская из рук смятую банку.
Нэт обернулся к нему:
– Когда?
– Как раз перед тем, как я направился обратно в клуб. Мне нужно было сделать еще копии флаеров, и эти двое были там. Я дал им флаер.
– Сони Соник тебе было мало? – Клип нервно прохаживалась вдоль бара, ее беспокойство отдавалось холодной дрожью в спинах ее друзей.
– Я же не знал, что у них сверхспособности! – вскрикнул Итан и тут же тихо добавил: – Но они вели себя довольно странно.
– Странно – это как? – спросил Нэт.
– Они сказали, что у них нет денег, а сами потом заплатили за пересылку подарков целой толпы народа. Ну, они просто кричали людям на улице, чтобы те подходили и бесплатно пользовались пересылкой.
– И парень заплатил за весь бар, – вставила Клип.
– Но зачем они швырялись деньгами? – задумчиво произнес Нэт. – Просто, чтобы разогреть толпу?
Даже в присутствии всего четверых из зероев, Келси чувствовала организованную сфокусированность Нэта в энергии, пронизывающей комнату. Она благодарно ухватилась за эту ниточку и подтолкнула фокус к остальным. Порой Нэт действительно бывал великим – он настолько внимательно и проницательно слушал все, что ты ему говорил, как будто, кроме тебя, ничего больше не существовало для него в этом мире. Какие тебе нужны динамики? А насколько упругим должен быть танцпол? 
Правда, в другое время он мог вести себя, как какой-нибудь мелкопоместный царек, шпарящий бесконечные речи и воздвигающий статуи в честь самого себя.
Дверь клуба распахнулась. На пороге появилась Чизара, возбужденная, с блестящими глазами, словно она только что пробежала по крайней мере милю. Нервный узел связи зероев будто расцвел с прибавлением ее яркой, вольной энергии. Клип бросилась вперед, чтобы обнять…
Его зовут Тибо , напомнила себе Келси. Она почти было научилась запоминать его, но после случившегося ее мысли спутались и крутились в мозгу без всякой связи.
– Вы их догнали? – спросил Нэт.
– Я остановила их машину, – тяжело дыша ответила Чизара. – Но девица пригрозила устроить мне лоботомию, если я их не отпущу.
– Мы хотели было поймать такси и проследить за ними, но все, что у нас оказалось, – это вот это. – Тибо высвободился из объятий Клип и вытащил из кармана пачку белой бумаги. Остальные зерои смотрели на него в полном непонимании.
Келси чуть ослабила фокус внимания группы, позволив энергии Тибо влиться в петлю связей. Когда она только присоединилась к группе, он представлялся ей чем-то вроде пятна холода в паутине энергетических связей. Но когда она научилась распознавать его присутствие, она обнаружила, что на самом деле он был мудрой и надежной частью общего целого.
– Это часть тех денег, которые парень кинул на стойку в баре, – пояснил Тибо. – Как только он исчез, оказалось, что это просто бумага.
– Ничего себе, – поразилась Клип. – Деньги были совсем как настоящие. Я-то смотрела на них через много  глаз.
Нэт встал:
– Деньги – это вообще самая главная коллективная галлюцинация.
Это прозвучало так, словно бы он комментировал документальный фильм о чудесах природы.
– Что ты имеешь в виду? – поинтересовался Итан.
– Деньги – это социальная договоренность, – пояснил Нэт. – Люди должны договориться, что куски бумаги что-то стоят, чтобы эта система работала. Вам никогда не казалось странным, что резаная бумага что-то стоит просто потому, что на ней напечатаны какие-то цифры?
– Да, в общем-то, нет, – пробормотал Итан.
Но Келси понимающе кивнула. И ей, и отцу деньги всегда казались какой-то игрой, кроме тех случаев, когда их совсем не было. Но даже тогда отец обычно находил какой-нибудь способ их раздобыть, у него всегда наготове было с полдесятка разных махинаций. Его приятель Фигг как-то пошутил, что Джерри Ласло приходилось больше работать над своими схемами вымогательств, чем если бы у него была серьезная работа.
Итан внезапно побледнел:
– Погодите-ка, это все очень плохо.
– Это просто поразительно, – продолжал Нэт. – Значит, поэтому тот парень предложил оплатить посылки и заплатил за всю выпивку! Если его способности напоминают наши, он богат, только когда вокруг толпа людей!
– Своеобразный краудфандинг, – сухо заметил Тибо. – Может, нам прозвать его Кикстартер?
– Или Монета, – отозвался Нэт.
– Они оба просто мерзавцы. – Чизара возмущенно закатила глаза. – А вы еще подбираете им геройские имена?
– Послушайте, похоже, у нас возникла куда большая проблема, чем выбрать ему имя, – сказал Итан. Петля энергии вздрогнула и сфокусировалась на нем. Вид у него был такой, словно его поймали за списыванием на экзамене.
– Дело в том, что я парочку полицейских подкупил именно этими деньгами.
Нэт уставился на него:
– Ты… что ты сделал?
– Ты что, в самом деле дал взятку полиции ? – закричала Чизара.
– С формальной точки зрения не я, а Голос, – объяснил Итан. – И опять же, формально  я не давал взятку. Я просто передал им пакет, полный бумаги, в обмен на то, чтобы они немедленно убрались.
– Упс! – сказала Клип.
– Копы отнеслись к этому совершенно спокойно, они даже в пакет не заглянули. – Страх Итана давил на всю группу, заставляя тревогу звенеть в голове Келси. – Но когда они попытаются купить себе пончиков… вот тут они разозлятся !
Нэт поднял руку, и все замолчали:
– Что они могут сделать? Сообщить о взятке, которую сами же и взяли? Мы можем попозже заплатить им настоящие деньги.
– Тебе легко говорить, – обиделся Итан. – У тебя полиция на хвосте не сидела!
– Всего один раз, когда твоя мать привела ко мне в дом двух детективов, после того как ты позвонил из отделения с просьбой о помощи. – Нэт отвернулся, и Келси почувствовала, как он перекрыл доступ прерывистой и встревоженной энергии Итана. – Намного более важно то, что мы только что обнаружили еще две силы в этом мире, и мы упустили их!
– Это ненадолго, – вставил Тибо. – Парень сказал, что они планируют что-то на завтра. Еще похуже того, что они устроили в «Чашке».
Ощущение вторжения чего-то чужого снова затопило Келси. Ей хотелось что-то сделать, ударить кого-нибудь, напасть, защищая свою территорию.
– Их что, не волнует, что все узнают об их способностях? – спросила она.
– У меня такое ощущение, что их ничего не волнует, – ответила Чизара. – Кроме друг друга и этого трюка с «сексом глазами», который они проделывают.
– Как только они вышли на танцпол, все пошло не так, – сказала Келси. – Я ничего не узнавала: ни свои вертушки, ни диски. Я даже не узнавала нашу обычную толпу.
– Я ничего не могла понять в системе освещения. – Чизара медленно покачала головой. – Я выстроила все эти сети, но мне казалось, что это все чужое, и я не знала, как вообще система работает.
– А я не узнал Клип. – Тибо протянул руку и переплел ее пальцы со своими.
– То же самое, – добавила Клип. – К тому же я забыла брайль. И забыла твое имя.
– Мне кажется, это из-за девушки, я что-то подобное почувствовал возле Офис-О, – задумчиво сказал Итан. – Соня как-то странно смотрела на свой телефон, а я не узнавал свой собственный голос. Я имею в виду, мой настоящий  голос.
– Постой-ка, – сказала Чизара, – они использовали свои силы на тебе, и ты все равно привел их сюда ?
Укол ее злости почувствовали все зерои. Келси попыталась успокоить поток энергии, но ее собственный гнев тоже выплеснулся в петлю связей.
Нэт встал, откашлялся, и все слегка успокоились:
– Видимо, ее сила напоминает способности Тибо. Он исчезает благодаря тому, что разрывает поток внимания и перерезает свою связь с людьми вокруг. Может, она способна перерезать эти связи у целой толпы, вместо одной себя?
– Но она не перерезает связи, – объяснил Тибо. – Она крадет их. Как будто она перетягивает все внимание толпы и фокусирует его в луч между собой и своим парнем.
– Она крадет не внимание, – добавила Келси. – Она крадет что-то личное.
– А ведь точно, – подхватил Нэт. – Твои вертушки. Светошоу Чизары. Голос Итана. У Анона и Клип она украла друг друга. Она присваивает чужое ощущение того, что является для человека самым важным, – наверное, это даже можно назвать любовью.
– И именно поэтому люди в клубе свихнулись, – сказала Клип. – Она создает глюки в твоей связи с тем, что ты любишь.
– Отличное имечко, – пробормотал Итан. – Она и есть Глюк.
– Замечательно, – ехидно заметила Чизара. – Главное – придумать имя, и, считай, проблема решена!
Нэт продолжал медленно расхаживать по комнате:
– Противоположности, как известно, притягиваются. Значит, Монета берет что-нибудь, не имеющее никакой ценности, и делает его ценным. А Глюк забирает что-то важное и превращает его в бессмыслицу. Но им-то это зачем?
– Это все насчет «птичек и пчелок», – сказала Чизара. – Это она так сказала, я не придумала.
Нэт уставился на нее:
– Ты хочешь сказать, что это секс? То есть они проделывают все это просто для развлечения ?
Келси почувствовала, как ее гнев и злость на Глюк с Монетой врезается в общий эмоциональный фон, как зазубренный нож.
– Для развлечения  люди приходят в ночной клуб, Нэт. Экспериментировать на людях – это неправильно!
Она немедленно пожалела о сказанном: Нэта в первую очередь интересовал как раз контроль. Скорее всего, эксперименты с их суперспособностями казались ему вполне ответственным подходом к этим вопросам.
Она расслабилась, позволяя вниманию рассеяться в общей спирали недовольства и разочарования, кружащейся в комнате, и задумчиво добавила:
– Может, они так поступают, потому что влюблены.
Чизара покачала головой:
– Это не любовь. Парень сам сказал, что это нечто вроде прелюдии к сексу. Подготовка к чему-то грандиозному, что они задумали на завтра. Нам надо их остановить.
– Нам надо все им объяснить , – сказал Нэт.
Чизара только рассмеялась – коротко и насмешливо – и обменялась взглядами с Келси. В этом был весь Великий Вождь: вечно он говорит «мы», когда на самом деле подразумевает «я».
– Вы помните, какими мы были полгода назад? – настаивал Нэт. – Мы делали вещи похуже, чем просто обломать людям кайф на вечеринке в клубе. Мы украли деньги у наркоторговцев. Мы разнесли полицейский участок и…
– И в результате человек оказался в коме, – согласилась Чизара. – Но мы не делали это намеренно. Тебе что, все это кажется случайностью?
Она махнула рукой, и вспыхнувший свет озарил разоренный, заваленный обломками мебели клуб. Единственный дом, который когда-либо знала Келси, лежал в руинах.
Остальные притихли, глядя на пятна крови на полу.
Нэт развел руками, стараясь привлечь внимание зероев к себе:
– Наши способности трудно понять. Может, они просто запутались и не осознают, что делают. Или боятся.
Келси почувствовала, как внимание группы сосредоточилось на нем. Любопытство пересилило ее гнев, и она поняла, что готова согласиться с ним. Ее собственная сила внезапно показалась крохотной и слабой перед волей Нэта.
– Мы можем помочь им, – продолжал Нэт. – Келси, мы же помогли тебе, разве не так?
Он посмотрел на нее одним из своих прямых взглядов, который словно говорил ей, что из всех присутствующих для него была важна только она. Келси опустила глаза.
– Нам просто надо объяснить им, что они не одиноки, – тихо добавил Нэт.
– Нэт, они все знают про наши способности, – ответила Чизара. – Они даже знали, что именно я сделала с их машиной. И они называли обычных людей марионетками , словно это не люди, а просто игрушки.
– Ни фига себе, – тихо заметила Клип, – это жестоко.
– Но это не то же самое, что преднамеренное зло, – вставил Тибо, стараясь, как всегда, нащупать возможный компромисс. – Может быть, они тоже экспериментируют, просто ущерб от их способностей более заметен.
Келси почувствовала, как единство зероев распадается, как они начинают сомневаться в себе и друг в друге, в том, что они делали в клубе, – так ли уж это отличалось от поведения той парочки?
– Ребята, к клубу направляются две пары глаз, – заметила Клип. – По-моему, это копы.
По комнате пронеслась волна страха.
– Анон! Запри двери! – прошипел Нэт. – Сидите тихо. Вряд ли они запросили ордер на обыск, чтобы получить свою взятку. Я разберусь с ними потом.
Тибо только отошел от дверей, как помещение наполнил гулкий стук: полицейские стучали сперва пальцами, потом в ход пошла дубинка.
После всего произошедшего Келси едва удерживалась от того, чтобы не свернуться калачиком от ужаса. Стук продолжался, и ей казалось, что кто-то водит пилой по ее нервам, – ощущение чужого вторжения в «Чашку» вернулось.
Но Нэт оказался прав: через несколько минут полицейским наскучило стучать, и они уехали, крикнув напоследок:
– Мы еще вернемся!
Келси не знала, сможет ли она сегодня уснуть.

Глава 13
Клип

– Хочешь еще чуррос?
– Спасибо, уже хватит. – Клип приложила руку к животу, показывая, что она до отвала наелась завтраком миссис Салданы.
– Точно больше не хочешь? – спросила Габби.
Клип была почти  уверена, что не хочет больше чуррос. Алчный взгляд Габби показал ей золотистые чуррос, поблескивающие карамелизированным сахаром… но Клип удержалась и покачала головой:
– Мы с Нэтом уберемся, а вы поторопитесь – иначе опоздаете в церковь.
– Вот ведь чудеса, – произнесла миссис Салдана, которая не уставала удивляться, что Клип не была полностью беспомощна. Если бы это был кто-то другой, Клип почувствовала бы раздражение, но миссис Салдана на самом деле верила в чудеса.
Миссис Салдана выгнала дочек из кухни – раз гости больше не голодны, хватит с вас чуррос – и отправила их одеваться перед походом в церковь. Габби, подпрыгивая, убежала с кухни, а Клип «посмотрела», чем занят Нэт. Он наклонился над планшетом, проверяя результаты поиска «психоз толпы».
– Исследуешь предыдущие подвиги Глюк и Монеты? – спросила она.
– Да, нам надо понять, что заставляет их так поступать. – Нэт продолжал скроллить, просматривая результаты поиска. – Ты хорошо их рассмотрела?
Клип пожала плечами:
– Глаз было много, но все дергались и прыгали.
– Они нашего возраста?
Клип задумалась. Все кембрийские зерои родились в 2000 году – странное объяснение суперспособностей, но другого у них не было.
– Может быть, – сказала она, – но они какие-то более жесткие. Как будто им пришлось повидать много всякой дряни.
– Нам тоже много чего пришлось повидать, – заметил Нэт. – Похищения, ограбления банков!
– Слушай, тут же не конкурс «у кого больше», – ласково ответила она.
Нэт поднял взгляд на ее лицо, и Клип удивилась тому, как свежо и хорошо она выглядит. Прошлой ночью она вымоталась, как и все остальные, но сегодня утром она была полна возбуждением и бодростью от находки новых зероев. Впрочем, возможно, это был эффект от крепкого сладкого кофе миссис Салданы.
– Независимо от даты рождения, трудно назвать их взрослыми, – добавила Клип.
Нэт вздохнул:
– Им было совершенно наплевать, кто вокруг пострадает, не так ли?
– Им было точно так же наплевать, увидит ли кто-то, что они делают с толпой, – добавила Клип. – Если они будут продолжать в том же духе, людей со сверхспособностями очень скоро обнаружат!
– Дело не только в них. – Нэт снова взглянул на экран планшета. – Исследования показывают, что за последние пару лет случаи безумия толпы участились. Какой-то сенатор уже доказывает связь этого явления с терроризмом и требует создания отдельной группы спецназа.
– Просто отлично! – Клип чувствовала, как кофеин наполняет ее возбуждением. – Нам не хватает только визита Службы национальной безопасности.
– Вряд ли это случится в ближайшее время. Но похоже, что в мире очень много Зероев, и далеко не все они так дисциплинированны, как мы.
Клип расхохоталась:
– Дисциплинированны? Типа как Чизара, когда она почти весь центр города оставила без электричества и связи? Никто не верит в сверхспособности, иначе все уже давно поняли бы, что происходит.
– Соня Соник верит, – вставил Нэт. – Думаю, ее пост о «Чашке» появится с минуты на минуту.
– Ты проверял?
– Каждые пять минут.
Клип вздохнула. Хотя Чизара и угробила Сонин телефон, в Сети было предостаточно фотографий вчерашней заварушки. Если приходится убегать из ночного клуба, вы же точно сделаете несколько селфи по дороге, не так ли?
Клип злилась. К этому времени «Чашка» стала почти родным домом, а Глюк и Монета вывернули этот дом наизнанку. Словно обнаружить Зероев и выставить их на обозрение всему миру и было целью вчерашнего нападения.
Она встала и принялась на ощупь собирать тарелки. Она знала кухню семьи Салдана практически так же хорошо, как свою собственную. Что было весьма кстати, учитывая, что Великий Вождь намертво прилип к экрану.
– Интересно, почему эта парочка предупредила Чизару, что сегодня они собираются еще что-то устроить, – сказал Нэт. – Они навестят еще какие-то клубы, или они заявились со своей демонстрацией только к нам?
– Может, они торчат от этой своей штуки, ну, когда они трахаются взглядом? – ответила Клип и почувствовала легкий укол ревности. Глюк высасывала из людей все их контакты и понимание мира, понимание себя – и использовала это, чтобы усилить связь между собой и Монетой.
Это было гнусно и эгоистично, само собой, но иметь возможность проделать что-то подобное – видеть своего друга с такой интенсивностью, что вся толпа сошла с ума – это было куда круче, чем красть зрение других людей, только чтобы бросить на него случайный взгляд. Большую часть времени Клип приходилось делать усилие просто для того, чтобы не забыть настоящее имя Анона. Это было просто нечестно.
Но она не могла высказать эти мысли вслух, особенно при Нэте.
– Может, они вообще не станут ждать вечера? – заметила она, поднимая стопку тарелок.
– Что ты имеешь в виду?
– Сегодня воскресенье, и до Рождества осталось всего три дня, так что в клубах будет пусто. Проверь, не проводится ли в городе какое-нибудь мероприятие днем?
Нэт хмыкнул и принялся печатать на планшете.
Клип нашла кухонную раковину по теплу от солнечного света, струившегося через окно позади нее. Она опустила тяжелые тарелки на металлическую поверхность и нащупала губку, которой всегда пользовалась миссис Салдана.
– Может, мы слишком зациклились на «Чашке», – сказала она. – Ночной клуб ведь не единственное место, где можно собрать толпу.
Мимо двери прошлепала Габби в носках, шелестя подолом выходного платья.
– Например, есть церковь, – добавила Клип.
– Месса – не самое подходящее место для оргазма.
– Согласна. Но есть еще рынки, кинотеатры, футбол, всякие конкурсы по поеданию пиццы… – Клип вытерла руки. – Наверняка в городе хоть что-нибудь происходит.
Нэт ничего не ответил, и Клип глянула через его глаза: он просматривал рубрику Сегодня в Кембрии .
– Ага, вот кое-что, – заметил он через минуту. – Что ты думаешь насчет ежегодного турнира по хоккею между командами полиции и пожарников?
– Это еще страннее, чем идти за оргазмом в церковь, – рассмеялась Клип.
– Но если вдуматься, борьба за первенство там всегда идет нешуточная, – ответил Нэт. – К тому же эти копы, которых Жулик вчера подкупил, скорее всего, там будут. А с этой проблемой нам тоже надо разобраться.
– Но это не похоже на место, куда пойдут Глюк с Монетой. – Клип села и потянулась за кофейником, стоящим посреди стола. – Что-нибудь еще есть?
Нэт тронул экран, и Клип оставила его глаза, вернувшись в темноту и спокойствие собственного мозга.
– Слушай, Нэт, – заметила она через минуту, – знаешь, кто всегда отслеживает, что делается в Кембрии? Соня Соник.
Нэт только фыркнул:
– Нам что, теперь за советом к ней надо обращаться?
– А почему бы и нет? Она все равно напишет о «Чашке», так что, может, тебе стоит использовать такую возможность и очаровать ее. – Нэт открыл было рот, но Клип не дала ему прервать себя. – Ты сам сказал, что рано или поздно люди узнают о наших сверхспособностях. Так почему бы не предоставить кому-то возможность высказать нашу точку зрения.
– Хорошо, но почему именно Соня Соник? Какая-то третьесортная блогерша в Кембрии? Почему бы не поговорить с журналистами из «Нью-Йорк таймс»?
– Потому, что они не станут тебя слушать. А Соня уже заинтересовалась этой темой. – Клип пожала плечами. – К тому же она тебе сразу скажет, что сегодня в городе творится. А у нас нет времени тянуть резину.
Нэт промолчал, и Клип достала свой телефон:
– Зайди на ее сайт, там есть контактный номер.
– Но…
– Посмотри на номер.
– Клип, послушай… – начал было Нэт, но умолк и выполнил ее просьбу.
Через мгновение Соня подняла трубку:
– Слушаю!
– Это Клип, я приятельница Нэта Салданы.
– Клип?
– Та самая слепая девушка. Как твое запястье, не болит?
– Вроде ничего. – Удивление в голосе Сони слегка улеглось. – Ты хоть объяснишь мне, что, черт возьми, случилось вчера в клубе? Или собираешься предупредить, чтобы я не болтала об этом? Но я не собираюсь молчать! Запястье болит так, что я с трудом могу чашку кофе поднять!
– Мне очень жаль, – ответила Клип, – но мы сами толком не знаем, что конкретно произошло. Мы как раз расследуем это происшествие, и я думаю, ты можешь нам помочь.
– Как?
– Нам нужно кое-что узнать. Какое сегодня в Кембрии самое популярное мероприятие? Где соберется самая большая толпа?
– Я так и знала , – сказала Соня. – Вы всегда там, где толпа, это как-то связано со всем, что происходит.
– Может… скорее всего, это именно так. – Клип старалась не думать о неодобрительном взгляде Нэта, устремленном на нее. Черт побери, если даже какой-то сенатор сумел сообразить, что происходит, Соня точно сообразит. – То, что произошло вчера, может повториться сегодня. Так что скажи мне, какие мероприятия проходят сегодня в Кембрии?
– А мне что с этого перепадет? – спросила Соня. – Вы мне объясните наконец, кто вы такие?
– Сперва мне нужно будет посоветоваться с Нэтом. Пока что мы просто хотим, чтобы люди снова не пострадали.
После минутной паузы Соня ответила:
– Ну, раз уж речь зашла об этом, то у меня нет выхода. Сегодня состоится премьера какого-то независимого ужастика и еще будет какой-то идиотский хоккейный матч. Но единственное по-настоящему важное событие сегодня, куда я собираюсь, – это свадьба в Замке Харта.
Клип улыбнулась – это уже было ближе к истине.
– Расскажи мне об этой свадьбе поподробнее.

Глава 14
Анонимус

Замок Харта был пышно разукрашен к свадьбе, но все равно это был замок, крепость , сто лет назад перевезенная по камешку и заново собранная здесь каким-то богатеем. Океанский бриз развевал флаги на башнях, цветочные гирлянды и знамена украшали арки ворот, где металлические острия подъемных решеток словно только и ждали возможности с лязгом обрушиться на какого-нибудь недруга.
Тибо шел вместе с Клип по красной ковровой дорожке к воротам, стараясь ничем не выдать своего беспокойства. Он стащил приглашения у какой-то пары в самом конце очереди, но что, если те люди были какими-то знаменитостями и охрана узнает имена?
А знаменитостей здесь хватало. Взгляды и внимание окружающей толпы метались, словно побеги травы под винтами вертолета.
Клип рассмеялась:
– Ты только глянь, все просто впились глазами в этих второразрядных актеришек!
– Хуже, что они еще и фотографируют, – обеспокоенно заметил Тибо. – Нэт будет по стенке бегать, когда увидит, как мы топаем по красной дорожке.
– Но так проще всего пройти на мероприятие. – Клип сделала пируэт, подол ее длинного красного платья взвился вокруг ног. – Разве тебе никогда не хотелось хоть разок так пройтись?
Тибо уже собрался было ответить никогда , но тут Клип дотронулась до его руки:
– Соня Соник, вон она, справа от тебя.
И точно, приметная серебристо-лиловая стрижка королевы соцсетей Кембрии поблескивала у самых ворот.
Тибо нахмурился:
– У меня сильное желание спрятаться.
– Расслабься, – ответила Клип. – Соня же сама сказала нам про эту свадьбу.
– Я понимаю. Но мне очень  не нравится эта новая идея Нэта сотрудничать с ней.
– Вообще-то, это была моя идея.
– Лучше она от этого не становится.
Внимание толпы было приковано к шедшей прямо перед ними женщине – явно модели, судя по ее красоте и росту. Модель вошла в ворота, и адресованные ей взгляды принялись искать новую цель. Тибо отрезал линии внимания, обращенные на него, но внимание толпы на секунду задержалось на Клип.
– А это еще кто? – спросила одна из женщин, стоящих в толпе за ограждением.
– Так, никто, – ответил ее друг.
Тибо ощутил всплеск злости. Он давно привык, что встречные игнорируют его, но с каких пор ты «никто», если ты не знаменитость?
Но Клип только сжала его руку и безмятежно улыбнулась толпе.
Прямо рядом с воротами торчал какой-то юноша, державший в руках транспарант в виде сердечка с надписью «Я ВСЕ ЕЩЕ ЖДУ ТЕБЯ, КЕЙ-МО!» Многие в толпе махали белыми розами или белыми флажками с именами знаменитой пары.
Но, кажется, отнюдь не все в толпе пришли сюда, чтобы отпраздновать радостный повод. Чуть дальше виднелась окруженная сотрудниками безопасности группа с большим баннером, на котором красовалась надпись «ОТЛИЧНЫЙ ДЕНЕК ДЛЯ КРАСНОЙ СВАДЬБЫ!». Но высокого парня с наполовину обритой головой нигде не было видно.
– Хочу отметить, – задумчиво произнес Тибо, – толпа – это не всегда здорово.
Клип только плечами пожала:
– Это как раздел «Комментарии» – его лучше вообще не читать.
По толпе пронесся вздох, и сверкающие нити внимания людей потянулись к основанию холма, где высаживались из лимузинов прибывающие гости. О Тибо и Клип все забыли, и они незамеченными вошли в тяжелые деревянные двери.
Во внутреннем дворе замка царила еще большая суматоха. Гости по очереди проходили внутрь, телохранители и помощники уходили в предназначенные для них комнаты, суетилась обслуга, работающая на свадьбе, и везде стояли с угрожающим видом охранники в костюмах и при рациях. Неустойчиво кренилась гора белых подарочных коробок. Пространство было пронизано нитями внимания, в котором смешивались любопытство, нервозность, сомнение и скука.
Сотрудник замка, стоящий в самом начале линии гостей, предупредительно поднял руку, прося их остановиться, и прижал наушник поплотнее, прислушиваясь к какому-то сообщению.
– Если что-нибудь пойдет не так, держись поближе ко мне, – предупредил Тибо.
Клип в ответ крепче сжала его руку.
Охранник, проверяющий приглашения, знаком попросил их подойти. Тибо протянул ему приглашение.
– О, так вы Горманы! Добро пожаловать! – Он глянул на Клип, привычно не заметив Тибо.
Отлично, значит, эти самые Горманы тоже были «никем». Охранник положил приглашение на аккуратную стопку, лежащую возле него, его ассистентка кивнула и сделала пометку в своем планшете.
– Пожалуйста, следуйте в часовню по Дорожке Роз. – Проверяющий пригласил их пройти изящным жестом, глядя на пару сразу за ними.
– Простите, у меня вопрос, – сказала Клип, и всеобщее внимание переключилось на нее. – А сумочка с подарком полагается всем?
Тибо воспользовался последующим мгновением, чтобы перерезать все нити внимания обслуги, потом подошел к ассистентке и прикоснулся к пометке «Горманы 2 – прошли» на экране, стирая ее. А потом он забрал приглашение, лежащее на верху стопки.

Через несколько минут Тибо нагнал Клип, идущую по Дорожке Роз. Когда он взял ее за руку, она улыбнулась без малейшего удивления:
– Ты только посмотри, они перерыли весь газон, чтобы посадить здесь розы. Тебе удалось вернуть приглашение владельцам?
– Конечно. Воспользовался одним из отвлекающих приемчиков Келси. Иметь соседку-карманницу бывает полезно.
Клип рассмеялась:
– Можно подумать, тебе это нужно. Пошли, я нашла место, где мы можем сесть.
Она потянула Тибо к боковому входу в часовню. Внутри пространство словно гудело от скрещивающихся алчных потоков внимания.
– Ничего себе, – выдохнул Тибо, – сколько всяких знаменитостей…
– Да уж, как будто здесь раздел светской хроники стошнило.
В часовню как раз входила превосходно одетая пара. Пространство вокруг мужчины буквально вибрировало, словно под током. Шепоток толпы утих, воцарилось почтительное молчание, и все взгляды устремились на него. Господи, каково это – быть под прицелом подобного внимания?
Но мужчина был занят разговором с кем-то из обслуги и не обращал ни малейшего внимания на толпу. Его спутница, явно более привычная к славе, подняла руку и помахала кому-то из знакомых, сверкая бриллиантами на запястье.
Тибо стряхнул почтительное оцепенение – не перед знаменитостями, поскольку он почти не смотрел телевизор, особенно реалити-шоу наподобие шоу Кей-Мо – но перед самим эффектом «знаменитости» и его гипнотическим влиянием на толпу.
Да уж, столько звездного обожания – Глюк была бы счастлива выпить все эмоции из этой толпы.
– Ты их видишь? – спросил Тибо.
Клип остановилась, перебирая мерцающую сеть взглядов, пронизывающих часовню:
– Пока нет. Смотри, там есть место наверху. Как ты думаешь, мы будем достаточно далеко от ее глюков?
Тибо поднял взгляд над сияющими арками внимания толпы, вверх, к своду часовни, где органист негромко играл какую-то спокойную мелодию и хор в белых ангельских одеждах ждал начала церемонии.
– Отлично, – сказал он. – Пошли быстрее, пока нас не выкинули отсюда за то, что у нас нет даже самых завалящих «Эмми».
– Как мило, ты знаешь, что такое «Эмми», – усмехнулась Клип, направляясь к лестнице в задней части часовни. Толпа глазела на именитых гостей, и Клип была почти столь же невидима, как и Тибо.
Она шла чуть неуверенно, продолжая осматривать часовню в поисках Монеты и Глюк, но Тибо умело помогал ей.
– Впереди винтовая лестница, так что будь осторожней. Но если ты упадешь, я тебя подхвачу.
– Как романтично. – Клип приподняла подол платья и пошла вверх по ступенькам.
Хористы сидели на круто поднимающихся вверх рядах скамей, глядя вниз на собравшихся гостей, выискивая знаменитостей, как и все в толпе, и не обратили никакого внимания на присоединившуюся к ним пару гостей. Тибо с Клип забрались на самый верхний ряд и ощутили себя словно бы на пике скалы. Далеко внизу, переливаясь в лучах солнца, заливающих часовню через витражные окна, виднелись потрясающие шляпки, элегантные стрижки мужчин и великолепные прически дам. Взгляды присутствующих сливались в живую сеть, мерцающую и поблескивающую на фоне теней. Некоторые из гостей изображали полное безразличие, только изредка бросая украдкой взгляд по сторонам. По-настоящему знаменитые гости не обращали никакого внимания на окружающих. Они сидели, словно в центре звезд из вздымающихся линий внимания, где все линии были направлены к ним и ни одна – от них.
– Чувствуешь, как цветами пахнет! – прошептала Клип на ухо Тибо.
– Даже чересчур, тебе не кажется? Уже дышать трудно.
– Ты серьезно? – Она пихнула его локтем в бок. – Разве это не мило?
Он пожал плечами:
– Для того чтобы показать мою любовь, мне не нужно срезать целое поле цветов. Но я, пожалуй, мог бы соблазниться и нанять хор. Но только для очень  особенной девушки.
– Правда? – Клип наклонилась поближе, окутывая его волной своих чувств.
– Да, но эта девушка будет слишком взрослой и умной, чтобы интересоваться девчоночьими фантазиями о красных дорожках и венчаниях знаменитостей.
– Господи, ты абсолютно ничего не понимаешь в свадьбах, – простонала Клип. – С таким же успехом мы могли отправиться на хоккейный матч.
Тибо сдержал рвущийся наружу хохот:
– Жаль, что Нэт не отправил нас на премьеру того ужастика. И смокинг был бы не нужен.
– А мне нравится, как ты в нем выглядишь. – Клип поправила ему воротник.
– Все равно завтра придется его вернуть. Я не могу стащить вещь, стоящую пятьсот долларов. – Тибо наблюдал за перемещающейся сетью внимания над толпой. – Видишь кого-нибудь с бритой головой?
– Пока нет. Смотри, когда кто-то входит в дверь, взгляды всей толпы прямо волной катятся в ту сторону.
– Жутковато, не так ли? – Тибо смотрел, как полосы света переместились и склонились – внизу появился кто-то новый.
– Но представляешь, как было бы забавно ощущать подобное внимание? Я имею в виду, если бы у тебя была другая сверхспособность, а не способность к исчезновению.
– Ага, представляю, как я был бы рад постоянно бегающим за мной папарацци. – Он вздрогнул. – Вся эта суматоха на свадьбе окончательно убедила меня, что быть абсолютно «забываемым» – самое подходящее для меня состояние.
– Ну, я-то тебя не забуду. – Клип улыбнулась и подтолкнула его плечом.
– Пожалуйста, никогда не шути на эту тему.
– Ах… – Ее брови снова удивленно приподнялись. – Смотри, вон жених!
Внизу раздались приветственные крики и жидкие аплодисменты. Хористы, шелестя одеждами и страницами нот, поднялись со своих мест.
– А вот и невеста! – возбужденным шепотом произнесла Клип. – Терпеть не могу ее шоу, но надо признать, выглядит она просто потрясающе !
Ее внимание, как и внимание толпы, сфокусировалось на дверях часовни, она все больше отдалялась от него – и Тибо почувствовал, как заныло у него сердце.
– Ей до тебя далеко, – сказал он и поцеловал ее, просто для того, чтобы подольше удержать ее рядом с собой.
Органист ударил по клавишам, зазвучала триумфальная мелодия. Хор вдохнул и разразился песнью, не обращая ни малейшего внимания на двух подростков, самозабвенно целующихся на самом верхнем ряду.

Глава 15
Вожак

– Да уж, Нэт, это была просто гениальная идея. – Итан нахохлился, сутуля плечи и сползая пониже на пластиковом сиденье. – Надо было додуматься притащить меня на стадион, где полно полиции. Подумаешь, что такого?
Нэт пожал плечами:
– Я же сказал тебе надеть худи.
– Ага, чтобы копы могли пристрелить меня, а потом заявить, что я выглядел угрожающе? Нет уж! – Итан натянул бейсболку на глаза, но добился только того, что теперь внимание привлекали торчащие уши.
– Просто будь внимательнее, – посоветовал Нэт. – Тебе надо увидеть тех копов, прежде чем они засекут тебя.
Прозвучал гулкий сигнал, и игроки выкатились на лед под бурные аплодисменты зрителей. Взгляды присутствующих обратились к катку, и линии внимания, пронизывающие огромное пространство, переплелись в шипастый узел.
Традиционный ежегодный матч между командами полиции и пожарных проходил на кембрийском стадионе, забитом почти под завязку. Все полицейские, которые в данный момент не были на службе, находились здесь. Включая, скорее всего, и тех двоих, которых Итан прошлой ночью подкупил поддельными деньгами.
Нэт хотел выяснить, кто они такие, извиниться и предложить возмещение прежде, чем они снова пожалуют в «Чашку».
Пока Итан пытался найти копов, Нэт осматривал стадион в поисках Глюк и Монеты. Хоккейный матч между службами быстрого реагирования вроде не слишком подходил для их вампирских трюков, но кто его знает? Может, их особенно заводит то, что у половины присутствующих на игре в кармане ствол?
Нэт и сам не знал, что он сможет сделать, если Глюк внезапно выкатится на лед и примется за свои штучки. Хватит ли у него сил перетянуть фокус внимания с нее? Прошлой ночью он едва-едва сумел сохранить свое «я» в целости.
– Я вообще не люблю хоккей, – заныл Итан. – Послал бы лучше меня на премьеру ужастика вместе с Келси.
Нэт даже не ответил: то, что Итан влюблен в Келси, давно не было тайной, хоть трусишке Итану и не хватало смелости признаться ей в этом.
Прозвучал еще один сигнал, шайба упала на лед, и геометрический узор игры взорвался перед глазами Нэта.
Смотреть спорт по телику ему всегда было скучно, но наблюдать вживую, как внимание игроков прорезает гигантские горящие арки на льду арены, было куда интереснее. Нэт не разбирался в хоккее, но игра разворачивалась, словно по написанным в воздухе логическим нотам.
Может, ему стоит попробовать как-нибудь потренировать какую-нибудь команду? Деньги платят хорошие, и колледжи любят кандидатов со спортивными достижениями в резюме. Да и в политику спорт порой служит пропуском.
Единственная проблема состояла в том, что, прежде чем тренировать, нужно было сперва поиграть в эту чертову игру. А Нэт не собирался выслушивать указания какого-то другого тренера.
– Ребята, вам нравится? – спросил кто-то позади них.
Нэт обернулся и обнаружил четырех мужчин в синей полицейской форме.
– Да, сэр, – ответил он.
– А вы за кого болеете? – продолжал полицейский.
До Нэта дошло, что на нем была черная куртка, а Итан был одет в потрепанное пальто цвета хаки. Все остальные зрители были либо в синем, либо в ярко-красном. Нэт еще кварталов за пять почувствовал, что намечается конфликт кланов, а по мере того, как зрителей становилось все больше, трибуны разделились на цветные группировки.
Что произойдет, если Глюк использует свои способности в подобной ситуации? Может ли произойти настоящая драка между полицией и пожарными? Или присутствующие потеряют способность различать, где свой – где чужой?
– Нам просто интересно посмотреть игру, – спокойно ответил он.
– Что, вообще ни за кого не болеете? – снова подначил полицейский.
И тут обернулся Итан:
– Если честно, ребята, вам каюк. Два форварда пожарников, Родни и Оверленд – у них лучший кистевой бросок во всей Кембрии, они отлично проходят по бортам, а скорость у них такая, что ваша защита ничего поделать не может. Вашим парням не хватает агрессии, они больше обороняются, и поэтому прошло уже пять минут, а шайба у ваших была чуть больше минуты плюс две попытки забить и ни одного гола.
Полицейские молчали. Итан вздохнул со скучающим видом и повернулся обратно к площадке.
– Как я уже сказал, вам каюк, – закончил Голос.
Молчание позади них затягивалось, и Нэт подавил усмешку: может, это Итану надо податься в тренеры? Похоже, семьдесят восемь процентов успеха в спорте состоит в умении с важным видом вешать людям лапшу на уши.
Но, взглянув на площадку, Нэт понял, что Голос оказался прав, – команда полиции на самом деле не могла угнаться за пожарными.
– В этой секции их нет, – сказал Итан.
– Может, пересядем? – Нэт указал на большое скопление людей в синем левее на трибуне.
Итан вздохнул, но послушно встал и принялся бочком пробираться к проходу.
Нэт выбрал места впереди группы полицейских болельщиков, чтобы иметь возможность рассмотреть лица.
– Отлично, – съязвил Итан, выворачивая шею, – в наших действиях нет ничего подозрительного.
Нэт промолчал. Ему тоже не очень-то нравилось на стадионе. Линии внимания переплетались и сверкали над головой, словно приглашая его схватить их, сплести, использовать . А он вынужден был в бездействии наблюдать, как они бесцельно сталкиваются на льду.
Столько внимания – и все тратится впустую на какой-то кусок резины.
– Нет, ну надо же, – произнес голос сзади и справа от Итана. – Я сразу  подумал, что это вы, парни.
Нэт глянул вверх и увидел офицеров Фуэнтеса и Кинг, устраивающихся на сиденьях позади Жулика. Те самые копы, которые допрашивали Жулика после ограбления банка и разговаривали с Нэтом после разгрома в отделении полиции.
– Я бы никогда не сказал, что вы хоккейные болельщики, – заметила Кинг.
Прежде чем Итан успел завести еще одну дискуссию о форвардах полицейской команды, Нэт быстро ответил:
– Мы поддерживаем команды быстрого реагирования Кембрии во всей их деятельности.
– Угу. – Фуэнтес откинулся назад, чтобы поговорить с кем-то, сидящим позади него. – Эти двое на самом деле смотрели игру? Или они тут чем-то другим занимаются?
Сидевшие позади него полицейские пожали плечами, потом один сказал:
– Не знаю, я, вообще-то, не обратил внимания.
Фуэнтес показал на Итана:
– Не обратил внимания? Этот парень – знаменитость . Это же тот самый парень с видео в банке! Ну, помните, тот парнишка, который наговорил команде Джерри Ласло чего-то такого, отчего они все палить начали. А это, – тут Фуэнтес ткнул пальцем в Нэта, – тот самый парень, которому он позвонил, словно он его адвокат или еще кто. Я тогда даже не спросил – ты что, на самом деле адвокат, парень?
Нэт подтолкнул Итана:
– Избавься от них.
– Офицеры, я вообще не понимаю, в чем дело. – Голос Итана внезапно зазвучал уверенно и надменно. – Если бы это моим участком вовсю занимался Отдел внутренних расследований, меня бы не очень беспокоило наличие у кого-то юридического образования.
– Погоди, – встрепенулся Нэт, – что ты говоришь?
Итан улыбнулся, Голос продолжал гладко и раскатисто:
– На прошлой неделе детектив Кинг давала показания перед жюри присяжных. Разумеется, не о своей деятельности, она же кристально честна. Но это не означает, что за остальными грешки не водятся.
Прозвучал сигнал окончания первого периода, толпа разразилась ободрительными криками. Но в небольшом пространстве вокруг Итана царила гробовая тишина. Несколько полицейских, сидевших выше на трибуне, встали и пошли к выходу, бормоча что-то насчет пива.
Фуэнтес потрясенно молчал, но внимание детектива Кинг – раскаленные белым огнем линии – было направлено на Итана.
– Это тебе твоя матушка помощник окружного прокурора рассказала? Вообще-то, все, сказанное на этих заседаниях, должно оставаться в тайне .
– Гм, нет. – Голос у Итана на мгновение сорвался, но тут же снова обрел уверенность. – Это была журналистка из «Геральд», кажется, ее зовут Дженис. Она собирается выпустить этот материал через пару дней.
Оба детектива неуверенно уставились на Итана.
– Надо бы пойти купить хот-догов. – Нэт рывком поднял Итана на ноги и потащил за собой вниз по трибуне. – Надеюсь, игра вам понравится, детективы.
Фуэнтес и Кинг молча наблюдали, как они уходят.
Итан рассерженно посмотрел на Нэта:
– Ты еще и мою мать втравил во все это? Зачем я только тебя послушал?
– Ты прав. Нам надо было просто уйти.
Итан чертыхнулся:
– Как ты думаешь, они поверили в эту историю с журналисткой?
– Похоже на правду, иначе твой Голос не воспользовался бы этой отговоркой. – Нэт внимательно осматривал трибуны. Им обязательно нужно было найти тех двух копов, подкупленных Итаном.
– Ненавижу этого Фуэнтеса, – заявил Итан. – Ну я хотя бы заставил его попрыгать.
– Это замечательно, – согласился Нэт. – Вот только если в кембрийском отделе полиции на самом деле сейчас идет расследование о коррупции, то все стало еще хуже. Тебе на самом деле хочется, чтобы твоей матери показали запись, как ты даешь взятку полицейским?
Итан застыл:
– Вот дерьмо. Но если это была просто бумага, какая же это взятка?
Нэт пожал плечами:
– А вот такие вопросы как раз обычно и разбирают судья и присяжные.
Итан потрясенно уставился на него.
– Итан, просто гляди в оба. Я буду искать Монету и Глюк, а ты старайся не пропустить тех двух копов. Надо выяснить, есть еще выход или ты совсем погорел.

Глава 16
Банда

Вообще-то, Келси нравились ужастики. Ей нравились американские горки эмоционального возбуждения, опасливое предвкушение во время заглавных титров, нервная дрожь первых испугов и постепенное нарастание ужаса. Находиться в середине толпы увлеченных, сосредоточенных зрителей было все равно что прожить историю на самом деле. Иногда это было просто чудесно – в зависимости от истории.
– Надеюсь, это не расчлененка? – спросила она у Чизары. – Я их терпеть не могу.
Дополнительная нагрузка на центральную нервную систему была ей сейчас совершенно ни к чему. Она и так уже постоянно дергалась после всего произошедшего.
– Ты что, боишься крови? – Чизара смотрела на зрителей через плечо Келси. – Зачем тогда мы сели в первый ряд?
– Потому что настоящие любители кино всегда садятся в первый ряд! На задних рядах вечно устраиваются те, у кого другое на уме: они там или целуются, или прикалываются над фильмом. – Келси поежилась. – Но мне вообще не очень-то нравятся поклонники резни.
Во взгляде Чизары, брошенном на нее, мелькнуло что-то вроде жалости. Келси не любила жалость. Жалость заставляла ее чувствовать себя маленькой. Когда отец умер, она отчаянно сопротивлялась всеобщей жалости. Как будто ей мало было того, что его не стало.
– По-моему, это скорее триллер, – ответила Чизара. – Учитывая, что фильм был снят в Кембрии и половина зрителей была задействована в массовке, мы, скорее всего, полфильма ржать будем.
– На это я согласна.
Келси чувствовала нарастающий гул возбуждения в зале. Перед кинотеатром не было красной дорожки, на мероприятии присутствовала всего пара репортеров, и так называемая «премьера» была назначена на послеобеденное время, до обычных вечерних сеансов – это был явно какой-то малобюджетный фильм, все равно ничего другого в Кембрии не сняли бы.
Но все билеты были распроданы, так что ей даже пришлось доставать билеты через своего приятеля Мики.
– Как ты думаешь, Глюк со своим дружком пожалует? – Чизара извернулась в кресле, чтобы взглянуть на зрителей позади них.
– Я очень надеюсь, что они сейчас где-нибудь отсыпаются после вчерашнего разгрома в клубе. – Келси была совершенно не в настроении для еще одной заварушки.
Прошлой ночью, оставшись наконец в одиночестве в своей комнате над клубом, она твердила себе, что в здании есть еще кто-то, хотя и не могла вспомнить его имя. К тому же она могла легко позвонить целой куче друзей. Келси не была одна, вокруг нее были люди.
И все равно она почти не спала в эту ночь.
Свет в зале потух, и Келси почувствовала, как нарастающее предвкушение поднимает ее, словно волной.
Она в первый раз осталась вдвоем с Чизарой. Чизара была самой замкнутой из их команды, держалась отстраненно и даже как будто слегка побаивалась других зероев. Словно она не была уверена, так ли это хорошо – иметь сверхспособности.
До вчерашней ночи Келси думала по-другому.
Как ни странно, именно Чизаре она доверяла больше всего. Может быть, как раз потому, что та очень осторожно пользовалась своей силой. Пока они оборудовали «Чашку», она больше всех тревожилась о безопасности и хотела убедиться, что эксперименты Нэта не причинят никому вреда.
Плюс та безмолвная напряженная связь между ними в клубе, когда их музыкальное и световое шоу превращало толпу в единое существо, когда они управляли этим зверем, заставляя эмоции толпы взмывать и падать снова.
Келси всегда было трудно общаться с людьми один на один. Но их общение с Чизарой происходило через настроение и состояние толпы.
Словно три сорванца подначивали и подзуживали друг друга на все более рискованные проделки – Келси и Чизара были двумя из этих сорванцов, а третий представлял собой нечто огромное – сумму всех людей на танцполе клуба. Действуя слаженно, они могли превратить клуб в оазис беспредельного танцевального блаженства.
– Запасной выход вон там, – показала Чизара. – Это на тот случай, если появится Глюк и мне придется вырубить весь свет.
– Я постараюсь держаться поближе к тебе, – ответила Келси. – Но я надеюсь, у них сегодня есть заботы поважнее.
Чизара снова обернулась, разглядывая толпу зрителей:
– Не уверена. Вчера у меня сложилось впечатление, что развлекаться с марионетками  им нравится больше всего.
Келси припомнила прошлое лето, как они с Итаном в поисках ее отца пробирались через здание полицейского управления, наполненное ошалевшими от наркотиков людьми.
– Должно быть, это вроде наркотической зависимости. Пожирает человека изнутри до тех пор, пока в душе не останется ничего хорошего.
Отец всегда беспокоился, что Келси могла связаться с наркоманами, но ей это не грозило. Она слишком хорошо чувствовала, насколько одинокой и изолированной была их жизнь.
Да и потом, когда ей было плохо или она боялась чего-то, ей просто нужно было найти веселую толпу и стать ее частью. Именно поэтому она любила танцевальные клубы, торговые центры в выходные дни, школьные экскурсии и бейсбол.
– Может быть, и так. – Голос Чизары звучал неуверенно. – Когда я что-то ломаю с помощью своей силы… временами мне совсем не хочется останавливаться.
– Мне тоже. Когда вокруг танцуют.
Минуту Чизара колебалась, потом сказала:
– Помнишь, Нэт сказал послать всем сообщение, если мы увидим Монету и Глюк?
– Да, и что?
– Мы пошлем сообщение, – сказала Чизара. – Только после того, как забьем их до смерти.
Келси чуть не рассмеялась.
– Я пошутила, – добавила Чизара. – Почти пошутила.
– Выходит, ты не сторонница точки зрения, что Глюк и Монета – люди хорошие, просто еще не узрели свет? – насмешливо спросила Келси.
– Свет истины Нэта? Сомневаюсь, – усмехнулась Чизара. – Я сторонница точки зрения, что они просто мерзавцы, которым наплевать на всех остальных, не важно, марионетки они или нет.
Келси кивнула. Другие зерои не знали, какая вчера была отличная толпа, как все было готово к танцевальному взрыву. А потом заявились эти двое и превратили вечер в кошмар.
На одно мгновение Келси позволила своей злости растечься по залу, и тут же через несколько рядов позади раздался выкрик:
– Эй ты, мудак! Это мое место!
Келси втянула всплеск злости обратно и загасила его как раз, когда пошли вступительные титры, несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, чтобы успокоиться.
Чизара вопросительно посмотрела на нее.
– Это я немного выпустила пар, – сказала Келси.
– Должно быть, это приятно – когда ты можешь заставить весь мир злиться вместе с собой, – заметила Чизара.
– Я не всегда делюсь своими чувствами. – Келси не делала этого с момента смерти отца. – Мне надо быть осторожной.
– Главное, не позволяй Нэту распоряжаться собой, – шепотом добавила Чизара, когда начался фильм.
Келси подавила смешок:
– Но ведь в этом и состоит его сила.
Порой сила Нэта слегка пугала ее. Хорошо, что в группе была Чизара, достаточно сильная для того, чтобы дать ему отпор в случае чего.
А сильной Чизаре пришлось стать поневоле: когда они монтировали «фарадееву сетку» в клубе, Чизара рассказала, что от современных технологий ей кажется, что ее постоянно колют острыми иглами. Или как будто тысяча мест на теле дико чешутся – а почесать невозможно.
Фильм начался медленно. Показывали обычный день какой-то обычной девушки – как она выгуливает собаку, берет деньги в банкомате, идет за покупками. Единственным пугающим моментом было то, как камера постоянно следила за героиней, подглядывая из-за кустов, прячась, когда она оглядывалась.
– Замечательно, – прошипела Келси. – Очередная «трясущаяся камера».
Улыбка Чизары блеснула в свете экрана.
– А кто тут говорил что-то про то, как здорово сидеть в первом ряду?
Келси не ответила. Ее трясущаяся камера не слишком беспокоила, но в зале всегда находились люди, которых начинало тошнить. К тому же наблюдать за знакомыми улицами Кембрии, словно сквозь объектив сталкера, было неприятно.
– Слушай, отвлеки меня чем-нибудь, – прошептала Келси.
Чизара наклонилась поближе и выдохнула в ее ухо:
– Идет. Что там между тобой и Жуликом?
Келси пожала плечами:
– Он хороший парень.
– Угу, особенно если тебе нравятся патологические лжецы.
Келси вздохнула. Она была в курсе, что большинство зероев недолюбливали Итана. Многих нервировало, когда они видели его Голос «за работой». Но ей всегда удавалось различать настоящего Итана и его Голос. Собственно, все зерои умели это делать. Так чего попусту волноваться?
– Я бы вообще не встретилась с вами, если бы не Итан.
– Ладно, зачтем это ему в плюс, – проворчала Чизара.
– Но если уж тебя так это интересует, он не в моем вкусе, – заметила Келси.
Похоже, Чизара чуть расслабилась при этих словах, но она все равно ответила:
– Даже если и в твоем, ничего страшного. Серьезно, я вовсе не собираюсь кого-то осуждать.
Келси только собралась возразить, что Итан не интересовал ее в этом плане, как действие на экране ускорилось, и зрители взволнованно подались вперед. Шпионящая камера придвинулась вплотную к ничего не подозревающей девушке.
Келси ощутила, как эмоциональный вал перекатывается через нее. В ответ она включила петлю обратной связи и послала толпе часть своего интереса и желания отвлечься. Конечно, им с Чизарой надо было следить, не появятся ли Глюк с Монетой, но она не могла не присоединиться к эмоциям зрителей. Не могла не стать частью их переживаний.
Внезапно ее словно толкнули – ощущение пришло не из толпы, а откуда-то изнутри ее самой.
– Глянь-ка, – сказала Чизара, – это не «Паркер-Хэмилтон» там, на заднем плане?
Келси промолчала в надежде, что подруга ошиблась.
– Наверное, съемки шли прошлым летом, еще до того, как здание снесли.
Келси была не в силах произнести хоть слово. Она вспомнила связанного отца и отсчет секунд перед взрывом. Она думала тогда, что умрет там вместе с ним.
Чизара странно посмотрела на нее:
– Келси?
Келси вцепилась в подлокотники кресла, ощущая, как к горлу подкатывает тошнота. Она зажмурила глаза, стараясь отогнать видение обреченного отеля. Но было слишком поздно – память принялась выдавать одно воспоминание за другим. Она лежит в багажнике машины, связанная и с мешком на голове. Потом – она привязана к бетонной колонне на пустом этаже заброшенной гостиницы. Рядом ее отец, избитый чуть не до смерти. Рядом – но слишком далеко, чтобы она могла дотянуться до него.
Ее отец в больнице. Умирает. Ее отец умер. Его больше нет.
Келси вся взмокла. Иногда все это ей снилось, но еще никогда воспоминания не подступали с такой силой наяву. Мир вокруг нее закружился, а вместе с ним закружился и зал кинотеатра. Саундтрек стал мрачным. Ее страх выплеснулся в зал, затапливая зрителей вместе с ней.
Келси открыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь сконцентрироваться на сюжете фильма. Выдуманная история на экране успокоила бы ее, заглушив ту, которая проигрывалась в этот момент у нее в голове. Фильм был о какой-то неизвестной девушке, главное, что фильм был не о ней, не о Келси.
Героиня подошла к машине, но тут следящая за ней камера сделала внезапный бросок: острая блестящая игла вошла в шею девушки. Та покачнулась, и кто-то невидимый затолкал ее в багажник машины…
– О боже!
В панике Келси нашарила и крепко вцепилась в руку Чизары. Она попыталась было встать, но трясущийся мрак багажника машины лишил ее разума и воли. Теперь уже вся толпа в зале ощущала ее дикий страх. Ужас ревел и метался между стенами кинотеатра. И все кошмары, которые она пыталась подавить последние шесть месяцев, вырвались наружу.

Глава 17
Авария

Чизара отчаянно пыталась сохранить контроль. Ужас Келси, сидящей рядом с ней, затопил зал, словно волна, натыкаясь на стены и откатываясь обратно. Ее страх был куда сильнее, чем образы на экране – затягивающиеся веревки, подсвеченное холодным светом лицо маньяка – сильнее, чем звуки мрачной музыки за кадром.
Из-за отупляющего страха ей было сложнее справляться с игольчатым покалыванием от сотен мобильников зрителей и с зудящим ноющим узлом боли в затылке от многоканальной звуковой системы кинотеатра. Паника Банды заливала ее и мешала до такой степени, что Чизаре приходилось отбиваться от каждого удара и укола электроники в зале.
Она покрепче сжала руку Келси. На экране крышка багажника захлопнулась, и вспышка страха Келси словно ударила ее под дых.
– Все в порядке, все хорошо, – прошептала она.
– Нет, – затрясла головой Келси, – нет, не в порядке.
Короткие вспышки света с экрана высвечивали ее глаза – остановившиеся, уставившиеся в одну точку. Каждый дребезжащий звук или шорох в фильме усиливал изливающийся из нее ужас.
Это ее страх, не мой,  думала Чизара, отчаянно пытаясь отделить свои эмоции от эмоций Келси. Это страх Келси перед…
Ну конечно! Прошлое лето. Мешок на голове, багажник машины, связанные руки – Келси заново переживала худший день в своей жизни. Этот говенный фильм выпустил на свободу все ее самые ужасные воспоминания. Чизара чувствовала, как поток эмоций все глубже заполняет ее, стирая рациональные мысли.
Колоссальным усилием воли она переключила внимание с экрана на зрителей. Люди в зале в панике цеплялись друг за друга или сидели, скорчившись от страха, с опустошенными лицами. Квадратные, как у древней маски Ужаса, открытые рты молились, сыпали проклятиями, выкрикивали чьи-то имена. А страх все нарастал.
– Келси, тебе надо взять ситуацию под контроль! – Чизара пыталась перекричать шум в зале.
– Как?! – ахнула Келси.
– Смотри на меня!
Но взгляд Келси был прикован к фильму, словно что-то ужасающее происходило между ней и экраном. Люди на верхних рядах уже просто выли от ужаса, пытаясь выбраться из зала. Чизаре самой захотелось завыть и броситься к выходу. Но потеря контроля означала, что она снесет всю электросистему кинотеатра, уничтожит все мобильники, и в наступившей кромешной тьме ужас и паника окажутся еще хуже.
– Все в порядке, – она с трудом выдавила слова сквозь стиснутые зубы, заставляя перепуганную часть своего «я» слушать и подчиняться. – Ты справишься.
Кто-то из бегущих к выходу людей свалился в проходе между нею и Келси. В паническом бегстве люди перепрыгивали через ряды кресел, и каждый мобильник жалом впивался в голову Чизары.
Так, пора принимать меры.
Она подняла взгляд на луч света, падающий на экран, и проследила его обратно до проекционной будки. Маленький яркий клубок электронных связей разворачивал кадры, синхронизируя образы и звуки, доносящиеся из десятка огромных колонок…
Как просто было бы погасить всю систему одним жестом.
Спокойствие. Делай только то, что необходимо. 
Она даже не стала гасить проектор, просто притушила центральные лампы. И не стала уничтожать звуковую систему, ограничившись только настройкой оптических трекеров. Все, готово.
В зале стало темнее. А толпа по-прежнему вопила и пыталась прорваться к выходу. Чизара нашла основной контур осветительной системы и послала туда заряд. Огни в зале мигнули – и одновременно погасли. Тонкие струйки дыма и осколки стекла скрыла темнота.
Черт! Опять она перебрала с мощностью. Теперь в зале светился только экран и мобильники зрителей.
Рука Келси обмякла. Она закрыла глаза. На лице ее застыло бесстрастное выражение. Страх до такой степени обессилил ее, что она сползла вниз в кресле и, может быть, даже потеряла сознание. Но петля эмоций по-прежнему связывала ее с толпой.
Судя по всему, она попала во власть ее собственного кошмара. Нужно было вытаскивать ее оттуда.
Чизара подхватила девушку под руки и ноги. Келси была невесома, словно все съеденное ею уходило в танце.
Чизара усилием воли заставила себя двинуться к запасному выходу. Образы с экрана все еще стояли перед глазами, вызывая чувство отвращения.
Уже возле самого выхода она повернулась и толкнула дверь спиной. И тяжелая дверь открылась, впустив яркий дневной свет.
Они оказались в грязноватого вида проулке – но это все равно было лучше, чем мечущийся в зале ужас. Чизара вынесла Келси на улицу, чувствуя, как паника отступает, как она снова начинает ощущать тихое жжение от беспроводной электроники кругом – нормальное ощущение для воскресного дня в центре Кембрии.
Она поискала глазами, куда можно было бы положить или посадить Келси – ноги у нее уже подгибались и от пережитого страха, и от боли, причиняемой оптическими и электрическими кабелями, проложенными под асфальтом.
В конце аллеи находилась небольшая забегаловка, закрытая по выходным, хотя буквы мигающей над входом светодиодной вывески одна за другой складывались в слово «ОТКРЫТО», раздражая Чизару. На улице возле двери стояли прикованные к земле стулья и столы из витого железа.
Чизара уже дотащила Келси до кафе, когда та наконец пошевелилась:
– Что случилось?
– Тсс, все в порядке.
На самой дальней от раздражающей вывески скамейке могли поместиться два человека. Чизара села и пристроила Келси рядом с собой.
Келси покачнулась, моргая и разглядывая витые железные стулья с непонимающим видом, словно она оказалась в другой вселенной.
– Где мы?
– Снаружи возле кинотеатра. Ты потеряла сознание, помнишь?
В эту минуту дверь запасного выхода распахнулась и в проулок вывалилась стайка девиц с растекшейся по щекам тушью.
Глаза Келси пристально следили за ними:
– Да, вспомнила. Багажник машины…
Даже сквозь зуд удаляющихся мобильников Чизара почувствовала, как барабанят внутри ее отдельные капли страха: Келси отряхивалась от пережитой паники, как собака от воды. Чизара обняла девушку за плечи, обе они дрожали от облегчения и от последних следов пережитого ужаса.
– Я только сейчас поняла, что вы с Жуликом пережили тогда в июле, когда Багровы похитили вас, – произнесла наконец Чизара. – Они же пытались убить  вас. Наверное, я слишком задавалась, думая только о той грандиозной аварии, которую я устроила…
Она глянула вдаль, припоминая эпический момент, когда она разрушила здание «Паркер-Хэмилтон». Потрясающее было ощущение. Но Келси-то этого даже не видела: в это время она была в «Скорой помощи», которая везла ее умирающего отца в больницу.
Келси подняла на нее взгляд больших зеленых глаз и схватила руку Чизары:
– Ты спасла меня.
Чизара улыбнулась:
– Мы не попали в давку, так что серьезной опасности не было.
– Нет, – слегка задыхаясь, ответила Келси, – я имею в виду – прошлым летом. В той гостинице. Ты спасла всех нас – меня, Итана, Нэта и даже моего отца, на какое-то время…
Ее лицо сморщилось, и глаза наполнились слезами. Пара горячих капель упала на руку Чизары.
Келси закрыла лицо руками, слова и слезы просачивались сквозь пальцы.
– А я даже ни разу не поблагодарила тебя!
Она всхлипнула, не в силах продолжать.
Чизара обняла девушку и притянула ее к себе, положив голову на мягкие светлые кудри и чувствуя, как вздрагивает в рыданиях худенькое тело. Похоже, Келси давно нужно было выплакаться.
Чизара продолжала тихонько укачивать Келси, прижимая ее к себе. Ей со школы не приходилось вот так обнимать подругу. А дома ее младший брат Икем уже больше года начал реагировать на попытку обнять его, как на удар током. Но сейчас она знала, что поступает правильно, что нужно переждать эти слезы, пусть даже в голову вонзается боль от этой проклятой мигающей вывески, а в задницу – от городских коммуникаций под асфальтом.
Пусть Келси поплачет сколько ей нужно.

Глава 18
Клип

Они целовались под звуки поющего хора.
Чувствовать губы Тибо на своих – это было всегда новое ощущение. Какая-то часть ее мозга постоянно забывала, как это было чудесно, но тело хранило эту память. Хотя Клип была почти уверена, что поцелуй-под-звуки-хора случился у них первый раз.
Переплетающиеся и отдающиеся эхом гармонии наполняли и очерчивали огромное пространство вокруг них. Хор заглушил все другие звуки, кроме дыхания Тибо, которое внезапно стало быстрым и прерывистым, когда ее пальцы пробрались ему под рубашку.
Клип бросила быстрый взгляд на пару, стоящую у алтаря. Они были прекрасны, и глаза всех присутствующих были прикованы к ним. Они выглядели слишком счастливыми – не похоже было, что эта свадьба затеяна только для привлечения внимания, как утверждали дешевые бульварные газетенки.
Наконец они оторвались от губ друг друга, и Тибо прошептал:
– Ты что-нибудь видишь?
– Почему ты решил, что я вообще туда смотрю? – Клип чуть виновато приглушила свою силу. Платье у Кей-Мо на самом деле было потрясающее.
– Потому, что мы здесь именно за этим, – ответил он. – Нужно приглядывать, как идут дела.
– Ага, только как бы вместо засады не получилось засадить.
Клип почувствовала брезгливую дрожь, пробежавшую по телу парня. Да уж, прежде чем такое сморозить, стоило бы сперва как следует подумать.
– Ты прямо поэт, – усмехнулся Тибо.
– Извини. Черт, такой момент испортила!
Он не стал спорить, откидываясь на спинку скамьи.
Хор закончил приветственную песнь. В часовне воцарилась выжидательная тишина, прерываемая периодическим покашливанием, шорохами и непрекращающимися щелчками камер.
– Мы собрались здесь сегодня, чтобы отпраздновать истинную любовь, – начал свою речь распорядитель свадьбы. Клип где-то прочитала, что это не был настоящий священник, просто какой-то актер с сетевым свидетельством о праве регистрировать браки. Она смутно припомнила, что слышала его голос в какой-то рекламе пива.

Его проповедь состояла из сплошных банальностей, и внимание гостей потихоньку стало переключаться со счастливой пары на интересные шляпки и наряды. Несколько лиц показались Клип смутно знакомыми, но не настолько, чтобы сразу узнать второстепенных знаменитостей.
Анон держал ее за руку, что было кстати, поскольку не забыть  о нем в присутствии такого количества людей было непросто.
Клип наклонилась поближе к нему:
– Похоже, наши любители офтальмологического секса так и не появились.
– А ты снаружи проверила? Может, их не пустили внутрь?
– Может, и так. – Клип подумала, что толпа снаружи была куда более удобной целью для той парочки. Она принялась осматривать территорию вокруг часовни, но картинка получалась рваная: взгляды большинства людей были прикованы к спрятанным среди цветов колонкам, транслировавшим речь распорядителя.
Но тут Клип заметила что-то странное. Один из охранников, стоящих возле бокового входа, осторожно крался прочь от своего поста, оглядываясь через плечо. Она переключилась на его взгляд – он старался уйти подальше, нервно шаря глазами по толпе.
– Ага, кажется, происходит что-то интересное.
Тибо покрепче сжал ее руку.
Охранник вытащил из кармана пухлый конверт. Он открыл его… и молча уставился внутрь. Его пальцы нервно перебирали бумажки внутри – он явно не ожидал увидеть резаную бумагу вместо купюр.
– Вот дерьмо, – прошипела Клип, – Монета подкупил охранника.
– Значит, они уже…
– Тихо. Слушай…
Внизу в часовне что-то изменилось. Нормальный шум толпы, все эти шорохи, покашливания и шепот – приобрели нервный оттенок. Клип прямо кожей ощущала, как по толпе пробегает дрожь тревожного возбуждения, словно в стае животных, почуявших хищника поблизости.
Поддельный проповедник тем временем, ни о чем не подозревая, подходил к кульминационному моменту своей речи:
– Джейкоб, берешь ли ты Кристин в свои законные супруги, чтобы вместе жить в святом браке?
При этих знакомых словах взгляды всех присутствующих обратились на пару у алтаря.
Последовала долгая пауза. Настолько долгая, что в тишине зала началось нервное перешептывание. Внезапно прозвучал голос жениха:
– Какого черта, кто ты такая?!
Присутствующие дружно ахнули, и Клип переключилась на взгляды гостей: все они смотрели на не слишком счастливо выглядящую пару.
– Ты сам  кто такой?! – взвизгнула Кей-Мо. – Кто все эти люди?
При этих словах толпа снова дружно ахнула, но на этот раз кое-где раздались и крики испуга. С точки зрения гостей, Клип видела перед собой только затылки, поэтому она переключилась на глаза распорядителя.
Он смотрел не на Кристин и Джейкоба, а на стоящую в проходе пару. На Монете был прекрасный серый костюм чуть старомодного покроя, а на Глюк – алое платье и крохотная шляпка, украшенная кивающими перьями. Они поднялись по ступеням к алтарю, отпихнув в сторону жениха и невесту.
Когда они впились друг в друга глазами, Клип обнаружила, что взгляд Глюк затягивает ее. Она никогда прежде не ощущала ничего подобного, никогда не смотрела ни на кого, настолько полно отдавая себя – не отводя взгляда и даже не мигая.
Клип почувствовала, как ее воля втягивается в бушующий внизу водоворот эмоций. Внимание, узнавание, отчаянное желание быть замеченными  собравшихся в часовне знаменитостей – все это вливалось в невероятный взгляд, соединявший Глюк и Монету.
– Беги вниз и останови их! – прошептала она Тибо, но его уже не было рядом.

Глава 19
Анонимус

К тому времени как Тибо спустился вниз, толпа уже безумствовала. Модные шляпки сбились набок, от дизайнерских причесок осталось одно воспоминание – часовня была полна мечущихся, пытающихся убежать людей.
Аккуратные, как снопы колосьев, конструкции внимания и очарованности зрелищем свадьбы развалились и рассыпались на отдельные нити. Бледные лица зрителей были полны страха и недоумения, словно каждый из них внезапно остался наедине с неузнаваемой вселенной.
Тибо пробирался через толпу поближе к алтарю, где Глюк с Монетой впились взглядом друг в друга, вытягивая из людей все, что было важно, узнаваемо и привычно. Он уже был достаточно близко, чтобы почувствовать, как сила Глюк краем задела и его мозг.
Что он вообще здесь делал?
Тибо стиснул зубы, стараясь не забыть, куда и зачем он идет. Он был Зероем, он должен был защитить этих людей. Те двое, впереди у алтаря, тоже были Зероями, так что проблема была только в использовании сверхспособностей, а вовсе не в каком-то экзистенциальном кризисе…
В этот момент кто-то из зрителей случайно заехал ему кулаком под ребра. Тибо охнул и, скрючившись, привалился к скамейке, пытаясь отдышаться.
Похоже, ситуация была еще хуже, чем во время паники в «Чашке». Но почему вокруг было столько агрессии ?
Он уставился на мечущиеся, извивающиеся линии внимания, которые за несколько минут до этого были как магнитом притянуты к лицам знаменитостей.
Ну конечно, теперь все понятно. Четкая иерархия, разделяющая зрителей, исчезла. Слава, статус и известность – все было стерто, и потеря этих ориентиров привела людей в бешенство.
Тибо едва мог различить две фигуры у алтаря: высокого парня и крохотной девушки, держащихся за руки и смотрящих в глаза друг другу искрящимся от напряжения взглядом. Взглядом, полным любви, способной разнести вдребезги целый мир.
Он ощущал силу Глюк, пытающейся вытянуть его разум, чтобы усилить ее связь с Монетой. Кто я такой , жалобно спрашивала какая-то часть его мозга. Существую ли я вообще ?
Подумаешь, «Дзен для начинающих» задавал этот вопрос постоянно уже много лет.
– Мудрость твердит мне, что я – ничто, – прошептал Тибо, перепрыгивая с одного стула на другой. Он прыгал через ряды, не обращая внимания на оброненные в панике шляпки, сумочки и разбросанные лепестки цветов. Четыре подружки невесты стояли, замерев с широко открытыми глазами, возле алтаря. Нити внимания над их головами метались и извивались, пытаясь найти хоть какую-то новую цель.
– Я – ничто, – выговорил Тибо, спрыгивая с переднего ряда. Он поскользнулся и чуть не упал, упираясь рукой в холодный мрамор пола.
– Я – Анонимус, – выговорил он ничего не значащие слова.
Связь между парой у алтаря дрогнула и зашипела. Их сила пыталась выпить его мозг, выпить его сущность.
Только. Не. Отступай.
Внезапно крики и шум охваченной паникой толпы перекрыл твердый, страстный девичий голос:
– Я, Рен, беру тебя, Дэйви, в незаконные мужья…
Тибо замер на месте, и волосы у него на затылке встали дыбом от мрачной торжественности ее слов. Глюк бросила игры с толпой – теперь она была абсолютно серьезна.
– Чтобы с этого дня быть вместе, – продолжала она, – какое бы чокнутое дерьмо ни приключилось. В богатстве и в бедности, во здравии и даже если мы будем больны, как последние собаки. Даже если рой нас на куски порвет. Чтобы быть вместе, пока не разлучит нас сраная смерть – сегодня, завтра или на следующей неделе.
По мере того как она говорила, осанка Дэйви становилась все более гордой и прямой. Его взгляд, направленный на девушку, казалось, потрескивал от напряжения.
Тибо почувствовал, как его сила воли спиралью утекает, вливаясь в поток чистого узнавания и глубокой, горькой верности, соединяющей этих двоих. Зачем он пришел сюда? Только для того, чтобы стать свидетелем этой сцены?
– Я повторю все, что ты сказала, – прошептал Дэйви. – До последнего слова.
Он надел на палец девушки огромное сверкающее кольцо.
– Хватай их, Анон! – закричал высокий голос.
Тибо оглянулся и увидел высоко на хорах машущую ему девушку в красном платье и темных очках. Позади нее виднелись озадаченные хористы, уставившиеся вниз в часовню.
Внимание девушки было приковано к нему. Сложное внимание, сосредоточенное во множестве взглядов хористов и нескольких зрителей, еще оставшихся внизу. Ему уже приходилось с этим сталкиваться. Но кто…
– Анон, да стукни их как следует! Заставь их разделиться! – заорала девушка.
Анон? Имя было ему знакомо…
– Вспомни, кто ты! – закричала девушка. – Твои родители забыли тебя в больнице !
Он содрогнулся от шока – от нахлынувшего ужаса, жажды, одиночества, понимания того, что о нем забыли, – и попытался зацепиться за этот клочок памяти.
– Я – ничто, – повторял он, всходя по ступеням алтаря. Монета и Глюк – нет, Дэйви и Рен – все еще стояли, впиваясь друг в друга взглядами.
Дэйви что-то говорил:
– В богатстве и в бедности, но бедность нам не грозит…
Тибо вскинул руку, перерезая сияющий поток внимания между ними, стирая их из сознания друг друга.
Они ошеломленно вздрогнули и сделали шаг назад, потеряв дар речи.
Мечущаяся толпа внезапно замерла, люди изумленно уставились друг на друга. В наступившем безмолвии раздались два болезненных вскрика – те двое на алтаре упали на колени.
Тибо удержал Дэйви за плечо, прежде чем тот рухнул навзничь.
– Что, дерьмовое ощущение, когда кто-то тебе в мозг залезает?
Парень смотрел на него непонимающим взглядом.
– Нам нужно поговорить, – продолжал Тибо. – Вам двоим и мне с моими друзьями…
Удар, обрушившийся на его затылок, заставил его покатиться по устланным ковром ступенькам на холодный мраморный пол часовни. Он вскинул руки, пытаясь защититься от нового нападения, изо всех сил цепляясь за ускользающее сознание. Но нападения не последовало. Рен бросила тяжелую Библию на подставку и повернулась к Монете:
– Дэйви, вставай, пора валить отсюда!
Пока Тибо неуверенно пытался подняться на ноги, парочка уже бежала к выходу из часовни.

Глава 20
Анонимус

Тибо спрыгнул со ступенек часовни и побежал через двор, уворачиваясь от мечущихся в замешательстве людей.
– Там что, бомба взорвалась? – закричал один из охранников, пятящийся назад с широко распахнутыми руками, словно пытался остановить охваченную паникой толпу. Тибо поднырнул под его руку. Вдалеке послышался вой полицейских сирен.
Дэйви и Рен бежали через газон вниз по склону, взявшись за руки, лавируя между удивленными официантами и обслуживающим персоналом. Тибо бросился в погоню, оставив позади шум и вопли перепуганных свадебных гостей. Возбужденные репортеры нацелились на толпу, и несколько нитей внимания даже присосались было к нему, но он быстро обрезал их.
Повсюду кишели фотографы, маниакально щелкая камерами. Один из них навел объектив на Рен и Дэйви, но стоило Рен махнуть рукой в его сторону, как он выпустил камеру из рук и отпрянул в явном замешательстве.
Рен засмеялась на бегу. Их с Дэйви по-прежнему связывал яркий луч внимания и любви. Они проскочили через ворота в замковой стене и помчались к припаркованному неподалеку красно-черному кабриолету. Дэйви затормозил у машины, открыл пассажирскую дверь и галантно подал руку Рен, помогая ей усесться. Она ласково погладила его по ладони.
Дэйви закрыл за ней дверь, обежал машину и прыгнул на сиденье водителя.
Они обменялись долгим, жарким поцелуем, пульсирующим отсветом связывающего их луча. Тибо воспользовался этим мгновением, чтобы скользнуть через багажник в машину. Он мгновенно погасил всплеск их удивленного внимания и улегся на заднем сиденье.
Мотор «Форда» взревел, и машина с визгом сорвалась с места.
– До встречи, мудаки! – закричала Рен. Ее шляпка с трепещущими перьями вздрогнула, слетела и шлепнулась на Тибо.
Он не поднимал головы, пока они не завернули за угол замка. Когда наконец все фотокамеры остались позади, он сел и передвинулся на сиденье так, чтобы его не видно было в зеркало заднего вида, попутно быстро обрезав внимание заметившей его Рен.
Они как раз проезжали мимо многочисленных фургонов прессы и обслуживающих свадьбу компаний, припаркованных вдоль серых стен замка, как зримое свидетельство дорогостоящей пышности разоренной свадьбы.
– Представляешь, какая печалька для всех этих поклонников Кей-Мо? – сказала Рен, встряхивая волосами.
– Надо нам почаще ходить на свадьбы, – ответил Дэйви, протянув руку вдоль спинки сиденья. Рен положила голову ему на руку:
– Не, лучше всего подходят всякие мелкие знаменитости. Мне так нравится, как они пожирают друг друга глазами.
– Точно! Я прямо чувствовал их зависть и алчность еще до того, как ты все это мне передала.
– Но сегодняшнее удовольствие просто ничто  перед тем, что будет во время медового месяца, – Рен наклонилась вперед и поцеловала Дэйви в щеку, заставив крохотную искорку проскочить между ними. – Любовь в пустыне накануне Рождества!
Машина вылетела на шоссе. Воздух заполнился нитями внимания других водителей, следящих за движением и выискивающих свой съезд. Навстречу пронеслись несколько полицейских машин, спешащих к замку. Пара рассмеялась.
– Как всегда опоздали, придурки! – прокричала Рен.
Тибо подвинулся к центру сиденья и просунул голову между ними:
– Вы, ребята, явно очень довольны собой.
Дэйви вздрогнул, крепче сжав руль. Но Рен смотрела на Тибо спокойным взглядом:
– Просто распрекрасно. Еще один сталкер. Или вчера тоже был ты?
Тибо не нашелся, что ответить. Рен презрительно усмехнулась:
– В чем дело? Ты что, на самом деле думал, что ты один такой в мире?
– Почему «сталкер»? – недоуменно покачал головой Тибо.
– А как тебя еще называть? «Забываемый»? – Дэйви поправил зеркало заднего вида. – Ты что, считаешь себя каким-то доморощенным ниндзя?
Рен фыркнула. Они с Дэйви не отводили глаз: Дэйви следил за ним в зеркало, Рен откровенно уставилась во все глаза. Они явно знали, как не терять его из виду.
Потому что им уже приходилось сталкиваться с Анонимусом.
Он был не один в этом мире.
Он отогнал эту ошеломляющую мысль и постарался, чтобы его голос звучал твердо:
– Что вы, черт побери, делали на свадьбе?
Рен полуобернулась к нему, закинув руку на спинку сиденья, и ухмыльнулась:
– Как – что? Собирались сочетаться браком. Или тебе показалось что-то другое?
– Мне показалось, что вы хотели кого-нибудь убить.
Она только фыркнула:
– Да мы, считай, сделали одолжение всем этим придуркам из реалити-шоу. О них же теперь весь мир будет говорить!
– Да, но попутно вы разнесли чью-то свадьбу , – ответил Тибо. – Я слышал вашу клятву. Для вас это было всерьез .
– Наши клятвы – не твое дело, – прорычал Дэйви. – Ох уж эти сталкеры, вечно что-то вынюхивают.
– И вечно всех осуждают. – Рен села прямо, продолжая следить за Тибо в зеркале заднего вида. – Это же ты погнался за нами вчера? Ты был с этой чернокожей девушкой, которая остановила нашу машину. Должно быть, ты один из тех придурков, которые тусуются в «Чашке Пети».
– «Чашка Петри», – поправил Тибо.
– Ага, она самая. Поверить не могу, что вы там всего-навсего пивом торгуете. – Взгляд Рен был полон холодного веселья. – Ребята, вы ж как-то разнесли в хлам отделение полиции. А мы-то думали, что вы умеете повеселиться.
– Вы знали о нас? – с трудом выговорил Тибо. Слишком много впечатлений навалилось сразу.
– Так вы особенно и не скрывались, – рассмеялась Рен. – У вас даже есть свой собственный охотник за всякой ненормальностью. Вот мы и решили навестить вас.
– Зачем? Просто чтобы устроить заварушку и навредить нам?
– Слушай, мы же не знали, что вы хозяева этого клуба. Такие, как мы, редко бывают владельцами подобных заведений. Мы или слишком молоды для этого – или недостаточно глупы.
– Я понял, кто там хозяйничает, как только услышал музыку, – проворчал Дэйви. – Я ж тебе сразу сказал, что с тамошним диджеем еще будут проблемы.
– Ты сказала, такие, как мы. – Тибо нервно сглотнул. – А сколько таких, как мы?
Рен пожала плечами:
– Понятия не имею. В Портленде нас было четверо, причем один был Сталкер, как и ты. Впрочем, может, даже больше, чем один.
– Это точно, – рассмеялся Дэйви. – Еще никому не удалось пересчитать сталкеров по головам.
Тибо откинулся на сиденье, потрясенный их небрежным тоном. Значит, на свете на самом деле были такие же, как он. Люди, которым приходилось делать постоянное усилие, чтобы их увидели, чтобы их помнили.
Он был не одинок.
Рен следила за ним внимательным, почти сочувствующим взглядом:
– Ты ведь на самом деле почти ничего не знаешь?
Тибо покачал головой.
– О нас можешь не волноваться, мы тут не задержимся. Вредить вам помаленьку в наши планы не входит. У нас еще целый медовый месяц впереди. – Она положила руку на плечо Дэйви, блеснув тяжелым кольцом, где драгоценные камни мешались с серебряными листьями. Купленным, разумеется, за ненастоящие деньги. – Не так ли, муженек?
Дэйви молча накрыл ее руку своей, не отрывая глаз от дороги.
– Тот другой Сталкер, которого вы знали, его можно как-то найти? – спросил Тибо. – Может, я съезжу в Портленд. Как его зовут?
– Как будто Сталкера можно запомнить, – прищурился в ответ Дэйви. – Впрочем, не важно, все равно его убили.
– Вы что, издеваетесь? – уставился на него Тибо.
– Бедненький. – Глюк протянула руку и похлопала его по колену. Ее черные волосы метались на ветру. – Хочу дать тебе один совет. Это может спасти тебе жизнь, так что слушай внимательно. То, что мы устроили у вас в клубе и все ваши громкие выходки – знаешь, какой у них результат? Они привлекают внимание. Совсем не то внимание, которое вам нужно.
– Ты имеешь в виду правительство? – спросил Тибо.
Девушка рассмеялась:
– Да от правительства меньше всего проблем. Что тебе с твоими друзьями надо сделать, так это разбежаться в разные стороны и исчезнуть. Уезжайте из города.
– Уехать из города? – Он оглянулся вокруг: они продолжали ехать на восток и уже практически пересекли Кембрию.
– И нигде не задерживайтесь. В движущуюся цель труднее попасть.
Дэйви старался не встречаться с ним глазами в зеркале. Пристальный взгляд Рен, наоборот, словно пришпилил его к сиденью.
– Цель для кого ? – удивился Тибо.
Рен уставилась в пространство и плотно сжала накрашенные темно-сливовой помадой губы, словно боясь сказать лишнего. Наконец она заговорила:
– Для того, кто убил нашего приятеля Сталкера. Он преследует нас, и мы только что помахали ему красной тряпкой, показывая, где мы находимся. Точнее, где находитесь вы . А ему без разницы: он сожрет любого, у кого есть сила.
– Так зачем вы это сделали? Зачем?
– Считай, что это был ваш свадебный подарок нам, – ответила она. – Вы отвлечете его внимание, пока мы будем наслаждаться своим медовым месяцем. Так что большое вам спасибо!
Тибо уставился на нее:
– Но если мы нужны, чтобы отвлечь внимание, зачем предупреждать нас об опасности?
Дэйви рассмеялся коротким лающим смехом:
– Чем дольше он будет охотиться за вами, ребята, тем дальше нам удастся удрать. Так что постарайтесь, чтобы он возился с вами подольше. Сколько вас здесь всего?
– Шесть человек.
– Вот и чудненько. – Дэйви нажал на тормоза и припарковался на обочине, подняв клубы пыли. – Шести человек ему хватит надолго. Так что гони к своим дружкам и скажи, чтобы драпали в разные стороны.
– Вы что, бросите меня здесь посреди дороги?
– А мы не приглашали тебя ехать вместе с нами, – ответила Рен.
Тибо оглянулся – до города было далеко. Клип осталась позади среди паникующей толпы на свадьбе. Ему надо было во что бы то ни стало добраться до нее, особенно если неподалеку был какой-то убийца Зероев.
Но ему нужно было также получить как можно больше информации:
– Как он выглядит?
– Он выглядит, как тысяча зомби. – Лицо Рен было лишено всякого выражения. – Как тысяча голодных зомби, готовых разорвать тебя на куски.
Тибо посмотрел на нее таким же бесстрастным взглядом:
– Ты серьезно?
– Я серьезно.
Дэйви стукнул кулаком по рулю:
– Слушай, чувак, нам еще далеко ехать. А тебе далеко идти обратно. Сталкерам, сам знаешь, не очень-то везет с автостопом.
Тибо перелез через борт машины:
– Что ж, спасибо за совет.
Он остановился на пустой дороге. Дэйви смотрел строго вперед, его внимание было направлено только на Рен. Ее глаза напомнили Тибо два лазера.
– Рады помочь, – равнодушно бросила она. – Береги себя, парень. И приглядывай за этой вашей диджейшей.
Она постучала Дэйви по плечу, он завел двигатель, и «Форд» с визгом сорвался с места, поднимая клубы пыли. Они явно хотели побыстрее отделаться от Тибо, не доверяя его способности исчезать из виду.

Глава 21
Вожак

– Должно быть, они знали о нас еще с прошлого лета, – сказал Тибо. – Они видели посты Сони о том случае, когда мы разнесли полицейский участок, и решили отыскать нас.
Нэт видел, как заострилось внимание присутствующих Зероев. Для Тибо было нелегко вот так выступать перед всеми. Обычно на встречах он сидел в сторонке и подавал реплики из угла. Но сейчас он стоял на сцене, стараясь удержать внимание своих друзей.
Младшие сестры Нэта украсили сцену к ежегодному семейному просмотру «Снеговика-холодка», и украшения только мешали Тибо, но сейчас внимание всех Зероев было приковано к нему.
– Они знали других людей со сверхспособностями, – продолжал он. – С некоторыми они были знакомы в своем родном городе, с другими, скорее всего, познакомились по дороге. Они даже знали другого такого же, как я.
– Ух ты, – отозвался Итан. – Они знали еще одного Анонимуса?
– Да, но Рен назвала его Сталкером.
– Надо признать, это звучит куда круче, – заметил Итан.
Клип возмущенно уставилась на него:
– Тибо не сталкер!
Итан пониже сполз в кресле:
– Я же не имел в виду «чокнутый приставучий бывший бойфренд», я хотел сказать что-то вроде Ловчего Смерти.
– Продолжай, – сказал Нэт, собирая воедино внимание всех присутствующих. Итан старался быть частью команды, но его талант рассеивать энергию группы явно никуда не делся.
Голос Тибо зазвучал глухо.
– Рен сказала, что тот Сталкер мертв. Кто-то убил его.
На секунду в комнате воцарилось потрясенное молчание, соединяющие их всех линии внимания заострились и замерли в воздухе.
– Может, они сами его убили? – сказала Чизара. – Они ведут себя прямо как Бонни и Клайд.
– Нет, это были не они, – твердо ответил Тибо. – Убийца и за ними охотится. Именно поэтому они уехали из города. Они постоянно в бегах, им нужно все время менять место жительства.
Чизара наклонилась вперед, пристально глядя на Тибо:
– Получается, они разозлили еще кого-то, помимо нас? И почему это меня не удивляет? Они настоящие говнюки.
Тибо покачал головой:
– Они устроили заварушку в «Чашке» не только для того, чтобы позлить нас. Они все тщательно спланировали и устроили так, что теперь этот убийца знает и про нас. Мы им нужны, чтобы отвлечь его внимание.
– Господи боже, – выдохнул Итан, – ты хочешь сказать, что существует какой-то убийца Зероев? И мы – просто приманка для него?
По комнате прокатилась волна страха. Нэт почувствовал эхо Келси, усиливающее петлю связи. Но Чизара тоже поняла, что происходит, и немедленно взяла Келси за руку.
Страх чуть ослабел.
– А кто такой этот убийца? – спросил Нэт. – Он такой же, как ты? У него есть сила?
Тибо покачал головой:
– Я не уверен. Но Рен сказала, что надо держаться поодиночке, потому что, когда мы вместе, нас легче найти. Похоже, этот тип может чувствовать чужую силу – что само по себе тоже сверхспособность.
Арка нервного внимания поднялась над группой, но Нэт постарался, чтобы его голос звучал твердо:
– Нам нужно больше узнать про этого человека. Что означает, что нам нужно найти Глюк и Монету.
– Они направились на восток, – ответил Тибо. – Сказали, что задумали что-то особенное для своего медового месяца.
– Какой еще медовый месяц? – фыркнула Клип. – По-моему, заявиться в свадебном прикиде на чужую свадьбу еще не означает, что вы официально женаты.
По комнате прокатился смешок, и Нэт послал ей короткую записочку: «Отлично сработано. Заставь их смеяться».
Тибо даже не улыбнулся:
– Клип, ты же видела их в часовне. Для них это было всерьез.
– Зачем вообще устраивать свадьбу, если за вами гонится какой-то убийца? – удивился Итан.
– Затем, что они врут, – ответила Чизара. – Да они просто решили потроллить нас.
– Или потому, что они не надеются выжить, – сказал Тибо. – Может быть, то, что ты сказала про Бонни и Клайда, – правда.
Прежде чем они смогли задуматься над этой мыслью, Нэт торопливо сказал:
– Если они всерьез отнеслись к венчанию, значит, к медовому месяцу они тоже отнесутся всерьез. Им понадобится место, где много народа.
Тибо кивнул:
– Рен сказала, что это будет где-то в пустыне, накануне Рождества.
Нэт встал:
– Это послезавтра. У нас не так много времени, чтобы сообразить, что они имели в виду. Надо будет спросить Соню, вдруг она сможет помочь.
Все опять рассмеялись, и на секунду настроение в комнате улучшилось. Пока Итан не открыл рот:
– Убийца Зероев… Замечательно. Всегда мечтал получить такой подарок на Рождество.
– Все будет в порядке. – Нэт шагнул на подиум. – Мы найдем эту парочку, расспросим их и разберемся с этой проблемой. Спасибо за работу, Анон.
Через минуту Нэт остался на подиуме один, а Тибо привычно переместился в конец комнаты. По мере того как Зерои забывали о нем, страх, вызванный его рассказом, ослабевал.
– В настоящий момент у нас есть еще одна проблема. – Нэт сконцентрировал все внимание на себе. – Во время хоккейного матча нам нужно было отделаться от парочки копов, и Голос Итана заявил, что в отделении работает Отдел внутренних расследований. Другими словами, отдел полиции сам под следствием.
– Голос мог и солгать, – заметила Чизара.
– Я не пытался их облапошить, – ответил Итан, – я хотел, чтобы они убрались. И судя по их лицам, это была правда.
– То есть они ищут нечистых на руку полицейских? – спросила Клип. – Типа, которые берут взятки?
– Угу, – буркнул Итан. – Расследование тайное, так что вполне возможно, что они используют жучки и прослушивают даже разговоры в полицейских машинах .
– Ой, – сказала Келси. Все поглядели на Итана.
– Вот именно, – заметил он.
Чизара напряженно рассмеялась:
– Если что, Итан, имей в виду, что мои дни разрушительницы полицейских участков остались позади.
– Спасибо за моральную поддержку, Авария.
– Мы не позволим, чтобы ситуация зашла так далеко, – твердо сказал Нэт. – Когда мы уходили с матча, Итан засек тех двух полицейских. Когда мы подошли к ним, они были настроены скверно, но все равно ничего не могли сделать в присутствии сотен других копов. Мы назначили встречу на сегодня.
– Чтобы передать им настоящие деньги? – спросила Келси. – Но что, если они тоже под наблюдением?
– Позволю себе предположить, что этим придется заняться мне, – заметила Чизара.
– Совершенно верно, – ответил Нэт. – Проверишь, нет ли скрытых камер в их машине. Если что-то найдешь, может, еще не поздно будет стереть запись того разговора возле клуба.
– Может, еще не поздно, а может, мать Итана в данную минуту смотрит запись того, как он передает копам пакет с деньгами.
– С фальшивыми  деньгами, – поправил ее Итан.
– А может, те копы уже согласились сотрудничать со следствием, – тихо вставила Келси. – И сегодня они воспользуются случаем, чтобы всех нас арестовать.
– Я надеюсь, все помнят, что случилось в прошлый раз, когда мы попытались подкупить кого-то? – добавила Клип. – Двое из нас были похищены.
Все снова посмотрели на Итана, и он почувствовал, как их страх перерастает в гнев. Они злились на него за его Голос, они винили Голос во всех неприятностях, в которые он впутывал их каждый раз, когда Итану грозила опасность. И он знал, что они всегда будут обвинять его.
– Да уж… Лучшее Рождество в моей жизни, – сказал Итан.

Глава 22
Жулик

То, что Джесс, его старшая сестра, была дома, было здорово по нескольким причинам.
Во-первых, мать могла расслабиться и перестать каждую секунду следить за Итаном. К тому же то, что Джесс сама была девушкой и встречалась с девушками, означало, что у Итана под боком была настоящая женская энциклопедия.
А совет на эту тему был ему сейчас крайне необходим, потому что Итану нужно было поговорить с Келси до того, как его арестуют за взятку копам.
– Слушай, вот если бы ты думала, что сейчас умрешь… – начал Итан.
– Успокойся, мама тебя не убьет.
– За что она меня не убьет?
Джесс пожала плечами:
– Не знаю, смотря что ты натворил в этот раз.
Они сидели под раскидистым дубом позади дома. Когда они были совсем маленькими, отец привязал качели к одной из нижних веток. Они засиживались там до темноты, и матери надоедало без конца звать их обедать, так что ей приходилось выходить и чуть ли не силком утаскивать их в дом.
Качелей давно уже не было. Итан прислонился к стволу, глядя вверх на ветку, где они когда-то висели, и мечтая, чтобы его жизнь снова стала такой же простой, как в те годы. Джесс лежала на спине, глядя в небо и вытирая яблоко о подол рубашки. Даже в увольнении на ней по-прежнему были потертые армейские штаны и футболка с сердитым мультяшным псом и крупной надписью «Форт Джексон» на груди.
Итан понимал, что легкого разговора не получится. Ему пришлось пользоваться своим настоящим голосом, потому что, сколько он себя помнил, Джесс всегда обладала способностью безошибочно распознавать чушь, которую нес его Голос.
– Тебе не холодно? – спросил Итан. – У меня уже зад закоченел.
– Я люблю, когда холодно, – ответила Джесс, вгрызаясь в яблоко. – Холод сжигает калории. Это типа мини-зарядки для организма.
– Слушай, вот если бы ты думала, что попадешь в тюрьму…
– Итан, что ты натворил?
Итан нервно сглотнул. Не мог же он рассказать ей о копах-взяточниках или о намеченной с ними встрече сегодня, да и вообще обо всей этой дерьмовой ситуации, в которую он попал.
– Слушай, я чисто теоретически… Предположим, что ты должен попасть в тюрьму или умереть, ну, что-то в этом роде. Но перед этим ты хочешь сказать одному человеку о своих чувствах. Я имею в виду романтические чувства.
Джесс расплылась в улыбке:
– Кажется, я понимаю, к чему дело идет. Итан Купер наконец-то нашел девчонку, чтобы утолить свою бешеную страсть.
– Знаешь, когда ты так говоришь, это звучит очень пошло.
– Ух ты, да у тебя это серьезно.
Да, это было серьезно. Сегодня вечером ему предстояло два дела. Передать деньги Мурильо и Энгу, тем копам, которым он дал взятку поддельными деньгами Монеты. И обязательно признаться в любви Келси Ласло. Правда, вчера он уже обещал себе сделать это, но помешали два придурка со сверхспособностями.
Но на этот раз Итан твердо решил, что сегодня признается Келси в своих чувствах. Если, конечно, копы его не пристрелят. Или не отправят в тюрьму. Или не помешает тот неизвестный убийца Зероев.
– Забудь, – сказал он, поднимаясь на ноги. – Пошли в дом, а то уже слишком холодно.
– Мама сказала, чтобы мы с тобой пока побыли здесь, – ответила Джесс. – Пришли двое полицейских, она с ними разговаривает.
– Вот дерьмо! Ты серьезно? – Итан осторожно заглянул в окно гостиной и увидел знакомый округлый силуэт детектива Фуэнтеса. Само собой, Кинг, его напарница, тоже была там. Неужели они собрались арестовать его за ту взятку? Иначе зачем они здесь?
– Почему она не поговорила с ними в рабочее время?
Джесс пожала плечами:
– Наверное, обсуждают какие-то секреты. Что ты делаешь?
Итан натянул капюшон худи до самых глаз и приподнялся на цыпочках:
– Смотрю, что они делают. Я этих копов знаю.
Джесс откусила от яблока, продолжая говорить с набитым ртом:
– Это те самые, которых ты так боишься?
– Нет. Это детективы, которые донимали меня прошлым летом.
– Это когда ты удрал в самоволку? – протянула Джесс. – Ты хоть представляешь себе, в каком мать была состоянии тогда? И мне заодно досталось. Тебе повезло, что у нее нет денег, чтобы отправить тебя в какую-нибудь кадетскую школу для трудных подростков.
– Это не смешно!
Отец частенько грозил Итану, что отправит его в военный интернат для кадетов. Можно подумать, им удалось бы справиться с Голосом. Наоборот, Голосу бы там очень даже понравилось. Ему всегда нравились ситуации, когда мужчины обменивались бессмысленно-крутыми фразочками – Итан убедился в этом за время своего короткого знакомства со школьным футболом. Бег или броски ему не удавались, игрок из него был никудышный, а вот трепло – первоклассное.
Так что у него были шансы вернуться из военного интерната полной пустышкой в смысле образования, зато с кучей медалей.
Джесс ухмыльнулась:
– Может, зайти туда и пригласить этих детективов к нам на рождественский обед?
Итан пригнулся и быстро сел рядом с Джесс, чуть не выбив у нее из рук яблоко:
– С ума сошла? Они меня терпеть не могут.
– Хорошо, хорошо. – Джесс откровенно смеялась. – Да забудь ты про них. Лучше расскажи мне о своей девушке. Какая она?
Итану и самому хотелось бы забыть о Фуэнтесе и Кинг. Он вздохнул, надеясь, что они не расскажут матери о том хоккейном матче. Она никогда в жизни не поверит, что он пошел просто посмотреть игру.
– Ее зовут Келси, и она просто потрясающая.
– То есть вы с ней не похожи.
Итан проигнорировал подколку:
– Я ее уже полгода знаю, так что это не какая-то чокнутая влюбленность. Это же явно по-настоящему? – Он не стал дожидаться ответа. – И мне давно пора сказать ей, что я думаю о ней. Но мне кажется, что я ее просто недостоин.
Джесс перестала жевать яблоко:
– Итан, я не знаю никого, у кого было бы хуже с самооценкой, чем у тебя. Попади ты в армию, тебя использовали бы вместо мишени.
– Подразумевается, что подобные фразы помогут мне поднять самооценку?
Джесс усмехнулась и взъерошила его волосы. Он терпеть не мог , когда она так делала.
– Значит, ты хочешь рассказать этой девушке, что ты чувствуешь, но боишься, что она сочтет тебя просто ничтожеством?
– Что-то в этом роде.
– Давай разберемся по порядку, – продолжала Джесс. – Для начала, почему ты заинтересовался именно этой девушкой?
– Она очень красивая.
– Я надеюсь, этим все не ограничивается?
– Еще она умная и отлично разбирается в музыке.
У Джесс был явно скучающий вид, и Итан торопливо добавил:
– И еще мы многое пережили вместе. В самый первый раз, когда мы встретились, она спасла меня от одного парня, который собирался избить меня.
Он вспомнил Келси, стоящую в дверях гостиничного номера Тибо, в блестящем платье и таких же кроссовках, словно она только что вышла из музыкального клипа.
– Она что, большая и сильная, как твоя сестрица?
Итан поневоле рассмеялся:
– Не совсем. Она просто предупредила меня, она не дралась. А я спас ее от одиночества. У нас с ней есть общие секреты, о которых больше никто не знает.
Вообще-то, он не собирался говорить с сестрой сегодня на эту тему, но почему бы и нет? Вдруг через пару часов его арестуют или даже убьют?
– Она… ну, в общем, она такая же, как я.
– В каком смысле?
– Она может делать кое-какие необычные вещи. – Итан увидел удивленно приподнятые брови сестры и торопливо добавил: – Ничего странного или страшного. Я имел в виду, что у нее есть сверхспособность, как и у меня.
Джесс швырнула огрызок яблока через лужайку:
– Так ты у нас теперь супергерой?
– Вовсе я не герой. – Слово звучало странно, особенно применимо к Итану. – Но ты же знаешь, когда нужно, я могу нести всякую чушь, про которую я ничего не знаю? Вот когда я так говорю, это и есть сверхспособность.
Джесс смотрела на него не мигая:
– Ну, можно и так это назвать.
– Это так и есть, – ответил Итан. – Когда это случается, я и сам не знаю, что Голос скажет дальше. Слова получаются сами по себе.
– Слушай, братец, я давным-давно поняла, что у тебя есть какие-то странности. – Джесс сделала паузу, явно тщательно обдумывая свои слова. – Такое впечатление, что вас двое: есть умный  ты и есть хороший  ты. Но умный ты – врунишка и притворщик. Именно поэтому он всегда попадал в разные передряги.
– Он в них по-прежнему попадает, – пробормотал Итан.
– Но куда хуже то, что он постоянно гнобит хорошего  тебя. Твоя хорошая половинка – хороший парень, добрый, отзывчивый, и не пытается казаться круче, чем он есть.
Итан удивленно моргнул, вспомнив, что каждый раз, когда он использовал Голос в присутствии Джесс, она смотрел на него, как на какого-то урода. Приятно было узнать, что она понимала, что он тоже был жертвой своей силы.
– Ну и что мне теперь делать?
– Сопротивляйся. Не подчиняйся его приказам. Будь самим собой, не пытайся постоянно умничать и хитрить. Только так ты можешь справиться с хитрожопым типом, который живет внутри тебя.
– Ты хочешь, чтобы я вел себя как дурак? Самый поганый совет, который я когда-либо слышал.
– Что поделаешь, – пожала плечами Джесс, – у меня нечасто спрашивают совета про всякую романтику. Я просто хочу сказать, что тебе, Итан Томас Купер, пора уже повзрослеть. Будь мужчиной. Как-то так.
– А вот это уже неприкрытый сарказм, – заметил Итан. – Ты не проверишь, ушли уже эти копы или нет?
Джесс встала и заглянула в окно:
– Нет, они еще здесь. Разговор явно идет о тебе. Одна суперспособность у тебя точно имеется – ты умеешь как следует разозлить маму.
– Забудь, что я вообще что-то говорил. – Итан засунул руки поглубже в карманы. На улице было чертовски холодно, но идти домой и встретить презрительный взгляд детектива Фуэнтеса не хотелось.
– Ох, да не переживай ты так. – Джесс присела на корточки и обняла брата за плечи. – Независимо от ее способностей, если эта девушка хоть вполовину такая потрясающая, как ты описываешь, она будет только рада, если ты признаешься ей в своих чувствах.
Итан слабо улыбнулся:
– Спасибо, Джесс.
– Только не упоминай про плащ супергероя у тебя в шкафу.
Итан стукнул ее кулаком в плечо.
Джесс только рассмеялась:
– Ой! У тебя еще и суперсила!
Итан стукнул ее посильнее, и Джесс притворно взвыла от боли.
– Слушай, я ведь могу это доказать, – прошептал он. – Я могу сказать именно те слова, которые убедят тебя, что мой «умный я» на самом деле супергерой.
Джесс перестала смеяться и улыбнулась ему той снисходительной улыбкой, которой улыбалась мать, когда он был совсем маленький и нес всякую чепуху.
– Давай, доказывай. Если тебе это удастся, обещаю всегда быть преданным Робином при моем братце-Бэтмене.
Повелительный взгляд Итана не возымел никакого результата: сестра была старше, умнее, круче и на такие штучки не велась.
Ему нужно было сказать ей что-то такое, чего не знал больше никто. Даже ее друзья-соратники в Афганистане, с которыми она вместе была во всяких заварушках, когда вокруг рвались мины или что там еще могло рваться. Что-то, что точно снесло бы крышу. Он позволил этому желанию заполнить свой мозг, и Голос не подвел. Он сдавил его горло так, что Итан чуть не задохнулся. Голос заполнил его рот, сжал его челюсти, словно в тисках, и схватил за язык.
– Это что же получается, Джесс, – сказал он, – ты теперь с парнями спишь?
Ее глаза расширились.
– Провалиться мне на этом месте… Как ты узнал?
– Черт! – закричал Итан уже своим собственным голосом. – Ты мне даешь всякие идиотские советы, а сама, получается, уже не встречаешься с девушками? С каких это пор ты на парней перешла?
– Парень всего один. Там все очень запутано.
Итан кивнул – описание подходило под любую ситуацию.

Глава 23
Авария

Улицы потемнели в наступающих сумерках. Одетая в темное Чизара ждала, стоя в тени на углу рядом с клубом.
В те дни, когда в «Чашке» намечалась вечеринка, здесь выстраивались длинные очереди веселых людей, возбужденных от мысли, что сейчас они отдадутся на волю магии Банды. Но сегодня тротуар был похож на потрескавшуюся бетонную пустыню с лежащими по углам кучками мусора.
Отличное местечко для встречи с двумя продажными копами.
Или для встречи с убийцей Зероев.
Чизара постаралась выбросить эту мысль из головы. Она не верила ни единому слову Глюк и Монеты. Этой парочке просто нравилось пугать людей.
Итан периодически выходил из клуба и осматривал улицу. Клип с Нэтом держались позади него, чтобы их не было видно, хотя Чизара все равно чувствовала, как их телефоны ловят сигнал. Но там был еще и третий телефон… сразу за дверью клуба.
Ах да, это же дружок Клип. Анон. Анонимус! А ну-ка, не забывай его лицо. Держи его в памяти. 
Он ведь, кажется, жил прямо в клубе, так же как и Келси.
Келси осталась у себя в комнате. Она с самого детства привыкла не доверять копам, особенно продажным. После вчерашнего ужастика они с Чизарой полночи гуляли и говорили. Келси удивило, что Чизара чувствовала себя виноватой за то, что случилось с офицером Брайтом прошлым летом. «И как это согласуется с подкупом полицейских?» – поинтересовалась она.
«Да никак», – мрачно ответила Чизара.
Келси только плечами пожала. «Как по мне, – словно бы говорил ее жест, – продажным копам доверять нельзя».
Неподалеку раздался шум мотора, и Чизара отступила поглубже в темноту. Размытая сумраком тень патрульной машины скользнула по асфальту, заскрежетала раздавленная шинами банка из-под пива. Чизара ощутила, как созвездие электронных огоньков машины замерло на месте.
Полицейские машины были битком набиты всякими электронными штуковинами. Ей казалось, что кто-то набросил на нее мерцающее шипастое покрывало. Она не тронула работающую электронику – но как приятно было бы вырубить всю эту дрянь сразу и полностью.
Итан вышел из дверей «Чашки» и направился к патрульной машине. В его походке не было и следа уверенности, которую придавал ему Голос, это явно был сам Итан во всей его бледной бесхребетности. В руках он держал бумажный пакет с деньгами, на котором разве что большими буквами не было написано «Преступление !».
Он сутулился еще больше, чем обычно. Мать ему всегда говорила: коли пойдешь по кривой дорожке, недолго и самому скривиться.
Чизара закрыла глаза. Пора было приниматься за работу.
Она мысленно проследила сияющие линии электросхем машины, постепенно продвигаясь от мигалки, сирены и двигателя вглубь, к центральной крепости, окружающей водителя. Установленное возле сиденья устройство, похожее на крошечный мерцающий огнями город, оказалось специальным компьютером для пробивки по базе номерных знаков. Вот еще одна блестящая, раздваивающаяся штуковина – похоже, радио с беспроводной гарнитурой.
Наконец она добралась до видеосистемы с направленными вперед камерами для регистрации дорожных происшествий. Система записи работала, информация записывалась на чип. Но берущие взятки полицейские вряд ли забудут про камеры в машине и не станут записывать ничего компрометирующего самих себя. Так что это явно было не то, что ей нужно.
Она слышала негромкий разговор Итана с копами. Судя по всему, Итан еще и извинялся перед ними. Вот ведь размазня.
Впрочем, неважно. Она бесшумно шагнула поближе и принялась перебирать электронные сигналы, исходящие от навигационной системы, двигателя, радара, считывателя номерных знаков…
Может, там вообще не было никакой скрытой камеры? Может, Мурильо и Энг не были в числе подозреваемых?
Черт, ну и путаница же в их системе…
И тут она увидела камеру. Крохотный электронный глаз, размером не больше горошины, прятался в тени на приборной панели. Там же был и микрофон. И камера, и микрофон были направлены на водителя и деловито передавали сигналы в крохотную коробочку, спрятанную за панелью. Похоже, информация там и оставалась – в воздухе не было следов трансляции сигнала. Устройство специально было сделано так, чтобы его невозможно было засечь при обычной проверке на жучки.
Следовательно, вся компрометирующая информация дожидалась, пока кто-то не придет и не скачает ее вручную.
Оставалось только надеяться, что это уже не было сделано вчера.

Стиснув зубы, Чизара подобралась поближе к крохотному хранилищу памяти, стараясь не повредить центральные электронные системы машины. Если что-нибудь сломается, копы застрянут здесь и начнут размышлять, что произошло.
Ей казалось, что она протянула руку в огонь, пытаясь достать уголек из пламени. Бережно, стараясь больше ничего не задеть, она дотянулась до причиняющего боль огонька.
И погасила его. Но это не принесло облегчения – слишком много другой электроники чирикало и кусалось в машине и в голове Чизары.
Всегда проверяй свою работу, вспомнилось ей мягкое напоминание Боба. Она мысленно потыкала в пустое темное пятнышко в сверкающем электронном лабиринте автомобиля. Но камера не подавала признаков жизни. Все остальные системы работали – Чизара их не задела.
Когда эта точечная поломка будет обнаружена, все решат, что Мурильо и Энг что-то скрывают. Только по этой причине Чизара и согласилась проделать эту работу – нужно было, чтобы подозрение упало на них.
Она пошла обратно по проулку, глубоко дыша и пытаясь прийти в себя после напряженной работы. Ей очень хотелось, чтобы патрульная машина со всей ее электроникой наконец уехала, но Жулик все еще разговаривал с полицейскими. Сколько же ему нужно времени, чтобы передать один пакет с деньгами?
Наконец она услышала его спокойный, уверенный голос:
– Большое спасибо, детективы.
Завелся мотор, электронные системы машины вспыхнули, кольнув Чизару болью. Созвездие мерцающих огоньков двинулось прочь и исчезло.
Чизара осторожно высунула голову из-за угла: Итан махал вслед машине, словно провожая любимых родственников. Через минуту все зерои высыпали на улицу, даже Келси, которая, видимо, следила за всем происходящим из окна своей комнаты на втором этаже.
– Авария, там была запись? – спросил Нэт.
– Была. Больше нет. – Она пожала плечами. – По крайней мере, ее точно нет в машине. Но существует возможность, что кто-то уже сгрузил эту информацию. Откуда мне знать.
Чизара получила огромное удовольствие, глядя на выражение лица Итана.
– Прошли всего одни сутки, – сказал Нэт. – Если бы Отдел внутренних расследований ежедневно проверял каждую машину в Кембрии, полицейские уже давно сообразили бы, что дело нечисто.
– Эти двое были совершенно спокойны, – заметила Клип. – Иначе они бы нервозно оглядывались кругом. Они явно даже не подозревают о расследовании.
– Вот и отлично, – кивнул Нэт. – Авария, Жулик – вы отлично поработали, ребята.
– Спасибо, – ответил Итан, – но эти типы теперь требуют полторы тысячи каждый раз, когда у нас вечеринка.
Нэт театрально развел руками:
– Дело не в деньгах. «Чашка» существует не для этого.
Чизара давно заметила, что эту фразу частенько повторяют богатые люди. Разумеется, дело не в деньгах, когда у тебя их и так полно.
– Они на этом не успокоятся, – тихо заметила Келси, стоявшая в тени поближе к клубу, все еще смотрела вслед патрульной машине, словно опасаясь, что та вернется. – Как все шантажисты.
Итан подошел и обнял ее за плечи:
– Келси, все будет хорошо. Что бы ни случилось, мы справимся. У нас был план, и он сработал. Правильно, ребята?
– Ну, мы же нашли Глюк и Монету. – Анонимус взял Клип за руку. – И мы снова их найдем.
– Вот именно. – Итан чуть притянул Келси к себе. – Так что все в порядке.
Чизара почувствовала легкое раздражение от того, как Итан без всякого приглашения вцепился в Келси, и собралась было сказать что-нибудь ехидное, чтобы прервать эту оргию самовосхваления, но тут с другой стороны улицы из темноты донесся голос:
– Так вот ты где, братец!
Все обернулись.
Из темноты выступила молодая женщина, свет фонаря блеснул на ее короткой армейской стрижке. Она была похожа на Итана, если представить себе Итана шести футов ростом и с накачанными мускулами.
– Вот черт, – пробормотал Итан.
Женщина направилась к ним через улицу. Чизара сама была старшей сестрой в семье, так что ей не составило труда понять, что неизвестная находится в крайней степени раздражения.

Глава 24
Авария

– Какого дьявола? Что я сейчас видела?!
Чизара непроизвольно сделала шаг назад в темноту.
Джесс, высокая и сильная, нависла над Итаном.
– Ничего! – проскулил Итан. – Я просто разговаривал с одними знакомыми.
– В полицейской форме? И что ты им потом передал? Что, черт побери, было в том пакете ? Наркотики? У вас что здесь – мет-лаборатория? – Джесс обернулась к «Чашке».
Нэт, Клип и Келси, так же как Чизара, отошли в тень и сейчас стояли, сгрудившись, в дверях клуба с виноватым видом, словно сестра Итана на самом деле была права. Снаружи здание клуба выглядело настолько потрепанным, что и вправду могло вызвать подозрение.
Жулик выпрямился. Джесс заметила это и с силой шлепнула его по руке:
– Только попробуй заговорить со мной своим хитрожопым голосом! Теперь понятно, почему ты все время твердил, что тебя могут убить. Еще бы, если ты связался с наркотиками!
– Я им просто передал деньги , – прошептал Итан. – Ты можешь говорить потише? А то тебя вся улица слышит.
Возмущенная Джесс схватила брата за плечи и как следует встряхнула:
– Ты в курсе, что мать сейчас ведет расследование в полиции? Итан Томас Купер, если бы здесь не было столько свидетелей, я бы сейчас задала тебе хорошую трепку.
Чизара снова попятилась, пока не почувствовала лопатками кирпичную стену клуба.
В настоящий момент Джесс олицетворяла собой кипящую праведным гневом Мать с большой буквы, только с армейской стрижкой в придачу. Тут сама Дева Мария почувствовала бы себя виноватой.
А Чизаре было в чем винить себя: она только что стерла свидетельство коррупции среди полицейских.
Кем же она стала?
Джесс словно дала ей пощечину, заставив очнуться. Заставив обрушиться весь карточный домик фантазий, в котором она жила последнее время, построенный из верности Зероям, лжи самой себе и ее сверкающих игрушек в «Чашке». Что-то вроде моральной «фарадеевой клетки», защищающей ее от уколов совести и чувства вины, чтобы она могла экспериментировать с ничего не подозревающей толпой.
Маме бы это точно не понравилось.
Нэт шагнул вперед и протянул руку:
– Вы, должно быть, Джесс?
Чизара почувствовала, как сила, заключенная в его голосе, приглушает ее угрызения совести. Сейчас здесь было шесть человек плюс Анонимус: вполне достаточно для того, чтобы Нэт мог на полную катушку включить Великого Вождя.
– Вы ведь сестра Итана? – продолжал он.
Судя по всему, Джесс тоже почувствовала его силу и чуть расслабилась, но руку в ответ не протянула.
– Да, я его сестра, – подтвердила она. – Так уж мне повезло.
– Меня зовут Нэт Салдана. Этот ночной клуб принадлежит мне.
Он слегка подчеркнул слова «ночной клуб», словно давая понять, насколько это обалденно, и Чизаре пришлось сделать усилие, чтобы подавить возникшее против воли восхищение.
– Рада с вами познакомиться, – автоматически ответила Джесс и наконец-то протянула ему руку.
Нэт одарил ее сверкающей улыбкой:
– Увы, метамфетамины предложить не могу. Но позвольте представить вам Чизару, она у нас главная по технике.
Взгляд Нэта словно солнцем озарил Чизару. Она улыбнулась и протянула руку:
– Рада с вами познакомиться, Джесс.
– А это Райли, она отвечает за хозяйственную часть.
Джесс увидела черные очки и белую трость, и ее сердитое лицо чуть смягчилось. Слепая белая девушка со стройной и гордой осанкой не слишком-то, на ее взгляд, напоминала типичного наркомана.
Нэт отлично знал, что делает.
– А это Келси, она наш диджей, – закончил Нэт.
Улыбке Келси невозможно было сопротивляться: она сплела свою силу с волей Нэта, заставив всю группу ощутить радостный подъем.
Чизара подумала, что надо будет дать ей несколько советов о том, как сопротивляться воле их Великого Вождя, чтобы не превратиться в марионетку, служащую его целям.
– Может, зайдете в клуб? – продолжал Нэт. – Итан очень нам помог с раскруткой наших вечеринок. Вы можете им гордиться.
– Хорошо. – Джесс глянула на младшего брата. – С каких это пор ты работаешь в ночном клубе?
Голос Итана прерывался:
– Я не просто здесь работаю. Я, можно сказать, один из основателей клуба. Занимаюсь рекламой.
– Тебе же только шестнадцать! – Джесс обвела взглядом всех присутствующих. – Никому из вас еще нет двадцати одного года. По закону, вы не можете владеть клубом.
– С формальной точки зрения мы просто раз в месяц организуем частную вечеринку, – ответил Нэт. – А деньги, которые вы видели, были взносом в Фонд помощи полиции.
Он повернулся и направился в клуб, заставив всех остальных последовать за ним, словно привязанных за невидимые ниточки. Когда Банда и Вожак действовали заодно, сопротивляться им было очень трудно.
Чизара перешагнула порог клуба и слегка расслабилась, когда «Фарадеева сетка» приглушила сигналы мобильников вокруг.
– Вот здесь у нас танцевальная площадка. – Нэт вышел на середину клуба и повернулся, раскинув руки, словно в той сцене на вершине горы в «Звуках музыки». – Мы специально построили ее в клубе, причем использовали местных рабочих.
Сейчас в клубе горели только рабочие лампы, освещая металлическую сетку на стенах. Но воля Нэта озаряла пыльное помещение, придавая ему магический вид.
Чизара внезапно ощутила желание подняться в будку осветителя и заставить яркие огни забегать по стенам. Как она могла усомниться, что клуб – ее дом – был достоин ее защиты?
– Приходите в следующем месяце и посмотрите, как все это выглядит, когда здесь вечеринка, – сказал Нэт, и Чизара едва удержалась от того, чтобы не закивать в такт его словам.
– В следующем месяце я буду на службе. – Джесс явно пыталась удержать гаснущее раздражение на брата. – К тому же я знаю, как выглядит ночной клуб.
Она медленно повернулась и замерла, увидев барную стойку.
– Вы еще и алкоголь продаете? Кажется, я понимаю, почему ты боялся, что тебя убьют. – Джесс повернулась к Итану. – Мама точно тебя убьет, если узнает об этом.
– Ты же не станешь ей ничего рассказывать? – пискнул Итан.
На лице Джесс, как на экране, отображалось все происходящее: праведный гнев старшей сестры в сочетании с воинской уверенностью в себе боролся с накатывающей, как прилив, объединенной силой Банды и Вожака.
– Мне стоило бы рассказать ей обо всем, особенно учитывая, что вы тут взятки полицейским даете. – Плечи Джесс неуверенно расслабились. Должно быть, противостоять общему энтузиазму было нелегко. – Но я первый раз вижу, чтобы ты занимался каким-то значимым делом.
Чизара подумала, что это похоже на правду, хотя ничего выдающегося в его работе явно не было. Что еще значимого Итан сделал в своей жизни? Разве что украл тридцать тысяч прошлым летом, так и то случайно.
Но Итан прямо светился от гордости. Выражение испуга, возникшее на его лице с появлением сестры, сменилось сияющей улыбкой, он потянулся к Келси и взял ее за руку.
А дальше одновременно случилось сразу несколько вещей.
Джесс с усмешкой глянула на их сомкнутые руки.
Итан улыбнулся ей в ответ и многозначительно прижался к плечу Келси.
Келси посмотрела сперва на него, потом на его сестру, потом снова перевела взгляд на Итана – который смотрел на нее с идиотским обожанием. Потом она сделала шаг в сторону и встала рядом с Чизарой.
Все заметили ее жест. И, поскольку все они в этот момент были связаны между собой, все почувствовали легкую тошноту от внезапного удивления Банды, заставившую застыть даже сияющую дипломатией улыбку на лице Великого Вождя.
Улыбка Джесс исчезла, сейчас она была похожа на старого армейского ветерана, почуявшего засаду.
– Погодите-ка, – задумчиво произнесла она. – Что вообще здесь происходит?
Сперва Нэт только хмыкнул, но наконец он снова обрел дар слова:
– Что вы имеете в виду?
– Этот ваш клуб. С тех пор как я сюда вошла, что-то происходит с моей головой. Словно у вас тут какая-то операция по пси-контролю.
Чизара понятия не имела, что такое пси-контроль, но догадаться было несложно.
И тут Великий Вождь допустил ошибку. Он широко раскинул руки и театрально поклонился. Чизара почувствовала, как его воля захлестывает всех присутствующих:
– Наш скромный клуб не слишком-то приспособлен для применения пси-оружия. В основном здесь танцуют.
Но без поддержки воли Келси его смех прозвучал фальшиво.
А Келси стояла, неуверенно глядя на Итана.
– Черт, это все твои трюки. – Джесс смотрела прямо на Нэта, потом перевела взгляд на брата. – Значит, ты говорил правду про всякие сверхспособности. Что означает…
Она глянула на Келси, сделала несколько быстрых шагов назад – и налетела прямо на Анонимуса. Джесс быстро развернулась:
– Черт возьми, да тут еще один!
Секунду Анон стоял с потрясенным видом, потом рубанул рукой в воздухе и ушел поглубже в тень. Чизара перестала ощущать его присутствие.
– Слушайте, вы, мудаки мелкие, у вас что, у всех  суперспособности?
Никто не ответил. Судя по всему, Итан рассказал ей о своем Голосе. И, похоже, о Банде тоже.
И вновь Чизаре показалось, что она смотрит на группу Зероев извне, стоя за пределами очерченного верностью и дружбой круга. Манипуляторы. Экспериментаторы. Разрушители.
Если вдуматься, они творили зло.
Сияющее обаяние Нэта полностью испарилось.
– Пошли-ка домой, братец. – Джесс осторожно подошла и взяла Итана за руку. – Пора уносить отсюда ноги. Эти ребята что-то сделали с твоими мозгами.
– Ничего  они не делали… – Но Джесс уже тащила его через танцевальную площадку, и Итан не мог сопротивляться ее силе. Дверь за ними захлопнулась.
Чизара посмотрела на приятелей. Келси выглядела потерянной, остальные зерои старались не смотреть друг другу в глаза.
Установившееся молчание нарушил только скрип барного стула и звук открываемой банки с пивом.
– Ребята, почему вы постоянно рассказываете своим семьям про ваши способности? – произнес чей-то голос. Ах да, это же был Анонимус, сидевший у бара.
– Потому, что в конечном итоге так легче, – ответила Клип, осторожно беря банку у него из рук.
Потихоньку все перебрались к бару и устроились на табуретках вокруг стойки. Какое-то время все молчали, и Чизара чувствовала только тихие всплески от телефонов, ищущих сигнал связи, отсекаемый «Фарадеевой клеткой».
– Итан с сестрой как-нибудь между собой разберутся, – наконец сказал Нэт. – Или же она опять улетит в Афганистан, где у нее будут более важные дела.
– Как ты думаешь, она скажет что-нибудь матери? – Келси нервно глянула на дверь клуба. – У них же мать – прокурор, не так ли?
Чизара положила руку ей на плечо:
– Расслабься, Келс. Все в порядке, никакие полицейские сюда не ворвутся.
Нэт кивнул:
– Джесс была права, когда сказала, что Итан еще никогда не занимался такой ответственной работой. Она не станет лишать его подобной возможности.
Чизара почувствовала, как уверенность понемногу заполняет комнату, но сама она ее не испытывала. Невозможно было сказать, что на самом деле сделает Джесс.
К тому же у них были проблемы и посерьезнее секретов Итана: возможный конфликт с Отделом внутренних расследований, чокнутый убийца, идущий по их следу, и новая группа Зероев, потрясающая все на своем пути.

Глава 25
Вожак

– Ты что, домашнее задание делаешь?
– Угу, оно самое. – Нэт обернулся от экрана своего ноута. Габби стояла в дверях его комнаты в розовой пачке, с выражением глубокого негодования на лице.
– Но сейчас же рождественские каникулы! – возмутилась она. – Все старшеклассники какие-то ненормальные!
– Старость – не радость, – ухмыльнулся Нэт.
Габби продолжала торчать в дверях, не решаясь войти в комнату без его разрешения. Вид у нее был скучающий и беспокойный. Нэт сообразил, что почти не видел ее с тех пор, как Глюк и Монета объявились в городе. На экране его ноута были снимки паники среди толпы в Сиэтле. Он захлопнул ноут и сказал:
– Заходи.
– Тебе уже лучше? – спросила Габби.
– Да, немного. – Семья занималась подготовкой к празднику, а он весь день притворялся, что заболел, чтобы без помех посмотреть, какие мероприятия назначены на канун Рождества и где Глюк с Монетой решат провести свой «медовый месяц». До Рождества оставался всего один день.
Проследить их путь было нетрудно – следы массовой истерии тянулись от Портленда до Кембрии. Случаи всеобщей паники на концертах, в кинотеатрах, даже на каком-то школьном спектакле. Они не только не скрывались, а, скорее, старательно привлекали к себе внимание. Нэт задумался, не соврали ли они об охотящемся за ними убийце.
Хотя, возможно, права была Чизара, и они просто балдели от собственной истории любви. Как Бонни и Клайд, которые хотели, чтобы их помнили и после их смерти.
Проблема была только в том, что совершенно непонятно было, куда они направились из Кембрии и где собирались устроить свой «медовый месяц». На футбольном матче? Или на полуночной службе в церкви?
Клип что-то сказала про пустыню. Но зачем толпе собираться в пустыне? Чтобы воздушные шары запускать? Или на фестиваль Горящий Человек?
– Я приготовила тебе шикарный подарок, – сказала Габби. – Так что ты должен  выздороветь!
– Глупышка, я не собираюсь болеть на Рождество, – улыбнулся Нэт. Его сестры вечно соревновались между собой, чей подарок будет самым потрясающим. Пока что никто не переплюнул серебряный футляр для визиток, который Габби подарила ему пару лет назад.
– Думаю, мой подарок тебе тоже понравится. – Он купил всем девчонкам красочные костюмы «луча либре» для реслинга, сшитые вручную в Мексике.
– Маман ни в один приличный магазин нас не водила в этом году, – продолжала Габби. – Она сказала, что в больших магазинах такая толпа – все просто помешались.
Черт. Если даже его мать заметила, как изменилось поведение толпы за последнее время, неудивительно, что правительство тоже ими заинтересовалось.
– Мама права, – заметил Нэт. – Вы маленькие, а толпа большая.
– Подумаешь! – фыркнула Габби, становясь в боевую стойку. – Я большая! Моя подружка Инграсия была даже в торговом центре «Дезерт-Спрингс», а там целых триста разных магазинов!
– Ничего себе! Ты могла бы купить мне по подарку в каждом из них.
– Мечтать не вредно. Им пришлось простоять в очереди всю ночь, в магазин их пустили в пять утра. Но Инграсия сказала, что оно того стоило! Этот торговый центр всего месяц назад как открылся.
Нэт откинулся назад, глядя на сестру:
– Похоже, там было людно.
– Еще как! У них специальные утренние распродажи каждый день для тех, кто любит вставать пораньше. Но ехать очень далеко – это ведь в Аризоне.
– То есть в пустыне?
Габби кивнула, и Нэт повернулся к своему ноуту:
– Mierda!
– Почему, когда ты ругаешься, ты всегда говоришь по-испански? – спросила Габби.
– Плохая привычка, подцепил у Клип. – Нэт поднял крышку ноута и открыл новое окно. – Ты говоришь, это место называется торговый центр «Дезерт-Спрингс»?
– Ага. Ты собираешься купить мне там подарок?
– Может быть. – Экран заполнили фотографии сверкающего на солнце нового здания с гигантским трехэтажным фонтаном посередине. Каждый день открытие торгового центра сопровождалось фейерверком. Фотографии толпы усталых покупателей, ночующих у дверей в спальных мешках и с переносными плитками.
Место, просто созданное для массовых беспорядков в канун Рождества.
Восемь часов езды по прямой на восток от Кембрии.
Нэт глянул на часы – было уже почти десять вечера. Что означало, что до открытия оставалось семь часов.
– Габби, спасибо. – Он потянулся за телефоном. – Но мне нужно идти. Ты мне напомнила, что мы договорились с друзьями вместе пойти за подарками.

Глава 26
Вожак

– Эй, кто там храпит? – сердито спросил Нэт, крепко сжимая руль.
Он гнал «Мерседес» на скорости сто пятьдесят километров в час, не отрывая взгляда от залитого лунным светом шоссе. Он был за рулем всю ночь, и звук равномерного похрапывания заставлял его глаза закрываться.
– Это Тибо, – раздался голос Клип с заднего сиденья. – Ты уже третий раз спрашиваешь.
– Понятно.
Интересно, а сила Анонимуса действовала, когда он спал? Или Нэт до такой степени устал, что вообще ничего не помнил?
– Я б тоже не возражал всхрапнуть, – пробормотал Итан, сидящий рядом с Клип.
Нэт быстро глянул на навигатор – до конца поездки оставалось двадцать минут. На часах было без пятнадцати пять, магазин открывался ровно в пять утра. Даже усталый мозг Нэта вполне мог справиться с несложной арифметикой.
– Мы опаздываем. – Он попытался увеличить скорость.
– Мы бы не опоздали, если бы ты не забыл про Анона, – проворчала Клип.
Нэт нахмурился, глядя на нее в зеркало заднего вида:
– Ты должна была раньше заметить, что его нет в машине!
– Мой бойфренд хоть и невидимка, но я не обязана следить за ним.
– Если мы все равно опаздываем, может, лучше сбавить скорость? – Чизара сидела вместе с Келси на переднем пассажирском сиденье, нервно вцепившись в ее руку. А у Келси вид был такой, словно мчаться по шоссе на дикой скорости для нее было одно удовольствие.
– На счету каждая секунда, – ответил Нэт.
– Так мы все погибнем, – заметила Чизара. – К тому же мы вообще не знаем, это ли место нам нужно.
– Я знаю, что это именно здесь. – Нэт еще прибавил скорость.
– Джесс меня в любом случае убьет, когда увидит, что я слинял из дома, – сказал Итан. – Или матери расскажет, а это еще хуже! Если окажется, что это все впустую, я не знаю, что я сделаю… я буду спать всю дорогу домой. Сердито .
– Послушайте, – заметил Нэт, – мы знаем, что они отправились на восток. А в этом торговом центре самая большая толпа на расстоянии дня езды от Кембрии. Там тысячи людей, раз в двадцать больше народу, что было на венчании Кей-Мо!
– Толпы на распродажах на самом деле ужасные, – добавила Келси. – Я вообще обхожу большие магазины стороной со Дня благодарения и до Нового года.
– Ну, хотя бы пригодятся все наши тренировки, – устало заметила Клип.
– Что, если все случаи безумства толпы на распродажах вызваны Зероями? – вдруг спросила Келси.
Нэт ничего не ответил. После бессонной ночи за рулем ему совершенно не хотелось думать о толпах разных Глюков и Монет, бродящих кругом, словно живые «зоны бедствия».
– Я уверена, люди погибали в давке и до рождения Зероев, – вставила Клип.
– Угу, но мы-то здесь для того, чтобы спасти людей, а не давить их, – ответил Нэт. – Кто, черт побери, так храпит? 
– Это Анонимус, – простонала Клип. – Мне что, каждый раз тебе напоминать?
– Давай буди его! Начало миссии через… – Нэт глянул на часы: ему удалось сэкономить несколько минут, – через одиннадцать минут.
– Если ты, конечно, не перевернешь машину на такой скорости, – ответила Чизара.
– Дорога пустая, – сказал Нэт, но скорость сбавил. Она была права – в любом случае они уже опоздали к открытию. Он только надеялся, что Глюк с Монетой не начнут атаку в тот момент, когда люди будут с боем прорываться в двери. Они, конечно, придурки, но не до такой степени, чтобы специально устроить кровопролитие.
– Где это я? – спросил усталый голос с заднего сиденья.
– Забыл? – ответила Клип Анонимусу. – Большая распродажа в канун Рождества. Злые Глюк и Монета. И мы – спасители человечества.
– Ах да, верно.
Нэт ухмыльнулся и пожалел, что не прихватил с собой свою записную книжку.
24 декабря: Анонимус спросонок позабыл что-то, о чем все остальные как раз не забыли .
Пустынная дорога впереди плавно поднималась на холм. Было без трех минут пять, а ехать им оставалось еще шесть минут. В темном небе впереди мелькали красные сполохи, но это не было похоже на рассвет.
– Ребята, – вдруг насторожилась Келси, – а тут действительно целая толпа народа.
Они въехали на холм, и Нэт чуть притормозил. Дорога впереди светилась от тормозных огней. Дорожная пробка вела прямо к гигантским, похожим на крепостные валы, стенам нового торгового центра. Залитая светом прожекторов парковка была забита машинами, а перед дверями столпились тысячи покупателей. Слитый воедино фокус внимания людей светился, словно огненный таран.
– Они такие жадные, – тихо пробормотала Келси.
Расстояние до машины впереди сокращалось. Нэт включил полный привод и съехал на обочину, объезжая пробку. Пустынные кустики принялись хлестать по бамперу машины, и Чизара с трудом подавила испуганный вскрик.
Впереди в темное небо взвилась ракета, рассыпаясь красными, синими и белыми огнями. Несмотря на шум от камешков, барабанящих по днищу автомобиля, Нэт слышал потрескивание огней фейерверка и веселый рев толпы. Было ровно пять часов утра, и торговый центр «Дезерт-Спрингс» открыл двери.

Глава 27
Клип

– Клип, ты их видишь? – спросил Нэт.
Клип продолжала держать Тибо за руку, перебегая от взгляда к взгляду в начале ждущей толпы. Люди, рвущиеся за дешевизной, проспавшие всю ночь перед входом в магазин, тащили спальные мешки и подушки. Одна девочка зажала под мышкой потрепанного плюшевого медведя. Взгляды людей метались по гигантским плакатам, украшающим все витрины.
РОЖДЕСТВЕНСКАЯ РАСПРОДАЖА
СКИДКА 80 % НА ВСЕ!
ФИНАЛЬНАЯ РАСПРОДАЖА ПЕРЕД ЗАКРЫТИЕМ!
Последнее звучало несколько странно, учитывая, что магазин всего месяц как открылся. Но толпа была готова поверить чему угодно и сделать что угодно, лишь бы дорваться до удачной покупки. «Мерседес» Нэта был всего лишь одной из дюжины машин, припаркованных с нарушением правил прямо возле дверей здания.
Пока все шло нормально, если можно назвать нормальной сумасшедшую толпу на рождественской распродаже. Глюк с Монетой нигде не было.
– Их пока нет, – сказала Клип.
– Я нашла центральный распредщит. – Авария опередила всю группу, она явно меньше нервничала здесь, чем во время поездки. – Что тебе нужно, Нэт?
– Закрой ролл-двери, чтобы больше никто не вошел в здание.
Авария минуту помедлила с ответом. Клип слышала поскрипывание резины тысяч кроссовок на свеженатертом полу, веселую рождественскую музыку, заполняющую магазин, вздох восхищения толпы при виде роскошных люстр под потолком.
– Я не могу этого сделать, – ответила наконец Авария. – Здесь дополнительный предохранитель, к нему нужен настоящий ключ. Может, отключить эскалаторы?
– Нет! Нам нужно, чтобы люди поднялись на верхние этажи, и вообще, чтобы они как можно больше распределились по зданию. – Снова звуки музыки и шагов. Потом Нэт повернулся в другую сторону. – Какое ощущение от людей в толпе?
– Возбуждение, усталость… – ответила Банда. – Но самое сильное… это алчность . Я пытаюсь их успокоить, но музыка чересчур бодрящая.
Клип не могла не согласиться: рождественские диско-мотивы отражались от стен, словно сверкающие волны, сделанные из мишуры и блесток.
– А откуда транслируется музыка? – спросил Жулик.
– Это офис на втором этаже, в самом конце здания, – ответила Авария. – Я могу вырубить всю систему.
– Не надо, я уговорю их сменить музыку. – Голос Жулика затих вдали.
– Пусть поставят что-нибудь классическое, – крикнула вслед Банда. – Какую-нибудь спокойную мелодию!
– Понял! – донесся ответ.
Анонимус повел Клип вокруг компании болтающих подростков, и тут она внезапно поняла, что они наконец-то действуют, как одна команда. Она посмотрела на своих друзей: лицо Банды сияло отражением безумия рождественской толпы – напряженной, агрессивной, готовой подраться за выгодную покупку. Авария и Вожак шли с одинаково решительными лицами. Взгляд случайного покупателя соскользнул с ведущего ее Анонимуса, и Клип улыбнулась.
– Ну что, ты их не засекла еще? – спросил ее Нэт.
– Пора бы уже, – добавил Анонимус, – если их здесь нет, я бы предпочел унести отсюда ноги.
– Подождите-ка. – Взгляд Клип перелетал от одного покупателя к другому, создавая в голове мозаичную картинку того, что видели люди вокруг.
Она видела руки, перебирающие одежду на вешалках, пальцы, завязывающие шнурки, крутящиеся в блендерах коктейли, кредитные карты и ценники. Перемещаясь из глаз в глаза, она начала разбираться в довольно простом устройстве громадного магазина: вход с каждой стороны компаса, четыре широченных прохода, направляющие бурлящую толпу к центру, где громадный фонтан из стекла и металла взмывал к потолку посередине широкой квадратной площади.
Фонтан привлекал всеобщие взгляды, заполняя поле зрения Клип. Он был похож на гигантского металлического спрута со щупальцами, усеянными зеркалами и мигающими цветными огнями. Сотни струй воды падали в расположенные рядами бассейны так, что под сооружением можно было пройти, совершенно не промокнув.
Сооружение было жутко аляповатое и безвкусное, но глядя на него с тысячи разных точек зрения, Клип вынуждена была признать, что фонтан производит сильное впечатление.
В центре, прямо под раскинутыми «щупальцами», два знакомых лица улыбались напирающей толпе.
– Я их вижу! Они под фонтаном, прямо в центре!
– Пошли! – скомандовал Нэт, и Анонимус потащил Клип за собой быстрее.
Она не выпускала из виду Глюк и Монету:
– У него с собой рюкзак. Наверняка набит резаной бумагой.
– При виде падающих с неба денег толпа с ума сойдет, – сказала Банда. – У них у всех ощущение, что им что-то должно перепасть. Они или всю ночь тут ждали, или встали дико рано. Так что они абсолютно уверены, что должны получить что-нибудь бесплатно!
– Сколько там людей рядом с Монетой? – Нэт тяжело дышал. – Достаточно, чтобы его сила сработала?
Зрение Клип обежало фонтан, рассматривая толпу под разными углами.
– Пока еще нет, но люди подходят со всех сторон. Ему достаточно будет только крикнуть: «Деньги – а ну налетай!» – и все.
– Клип, извини, но нам надо бежать! – сказал Нэт.
– Да я не возражаю!
Она покрепче вцепилась в плечо Анонимуса и воспользовалась глазами Аварии. Чизара разглядывала пространство впереди, как на тренировках, работая зрячим поводырем.
После семи часов в машине пробежаться было скорее приятно. Они неслись вперед, огибая скамейки, стенды с информацией и передвижные киоски, торгующие дешевыми часами и очками.
Через несколько минут группа замедлилась.
Авария ахнула, глядя вверх на фонтан:
– Черт, я могла бы тут такое  устроить!
– Пока не надо, – отозвался Нэт. – В любом случае проследи, чтобы свет не погас!
– Идет!
Стоявшая под фонтаном парочка была, как всегда, разодета в пух и прах, сегодня даже ярче, чем в прошлый раз. На Глюк было фиолетовое атласное платье, а Монета нарядился в блестящий черный костюм. То, что надо, чтобы привлечь всеобщее внимание посреди сверкающего и бурлящего фонтана.
Вокруг них уже собралась толпа, и тут Монета сбросил рюкзак с плеча и вытащил большую пачку бумаги.
Клип глянула через его глаза: белые листки бумаги стали заполняться тонкими зелеными линиями, появились знакомые очертания печатей и портретов президентов.
– Он сейчас бросит деньги, – сказала она.
– Можно, я хоть огни на фонтане погашу? – попросила Авария. – У меня такое ощущение, что они мне кожу сдирают.

– Давай, – разрешил Нэт. – Но надо придумать, как оттащить от них людей. Все, что угодно, лишь бы не возникла «Дуга».
– Я попробую, – ответила Авария.
– Анонимус, ступай и раздели эту парочку. – В голосе Нэта звучала уверенность Великого Вождя. – Если мы помешаем им соединить взгляды, может, сила Глюк и не сработает.
– Понял. – Тибо быстро сжал руку Клип и отошел. Она на секунду почувствовала боль от его ухода, потом встряхнулась и «перепрыгнула» в глаза Монеты. Тот карабкался на нижнюю из ветвей фонтана. «Деньги» у него в руках выглядели настоящими, и президент там был только один – Бенджамин Франклин. Клип смотрела на толстую пачку стодолларовых купюр.
– Да у него там одни сотни! – Клип едва успела сказать это, как Монета швырнул деньги высоко в воздух.
Она перехватила взгляды людей в толпе. Толпа двинулась вперед.
– О черт!
– Расслабься. – Авария стояла рядом с ней. – Я сейчас с ними разберусь.

Глава 28
Авария

Для Чизары разукрашенный под Рождество торговый центр был сплошным мучением. Как будто ей пришлось тащить на себе огромную, сложную и раскаленную конструкцию из брусьев и электрических цепей, усыпанную к тому же острыми жалящими огоньками новогодней иллюминации. Было трудно думать и трудно найти отдельный определенный болевой укол среди миллионов подобных ему.
Ослепительная сияющая красота центрального распредщита только отвлекала ее от дела. Уколы мобильников жалили кожу. А измотанная толпа покупателей тем временем устремилась за порхающими вокруг фонтана деньгами.
Стоящая рядом с ней Банда что-то жалобно простонала, словно выражая вслух алчность измотанной толпы.
– Еще десять секунд. – Чизара заставила себя забыть про распредщит и сосредоточиться на работе устройств фонтана. Невероятно, но эта громадина работала вполсилы, большая часть темных незадействованных цепей едва виднелась сквозь слепящие, причиняющие боль электрические сигналы. Что же было бы, если включить все устройства фонтана?
Сияющий кластер в самой середине фонтана регулировал частоту и яркость мигающих огней. Чизара пробралась сквозь серверные файлы, сквозь систему синхронизации и целую галактику мерцающих огоньков светодиодных ламп… господи, сколько же здесь всего, как это больно…
И вырубила все огни, просто для того, чтобы не мешали думать.
После того как жужжание огоньков утихло, она смогла разглядеть систему подачи воды, насосы, вентили и системы контроля давления, казавшиеся массивными и топорными после кружевного изящества электроники. Она мысленно пометила каждый участок труб и каждое важное соединение.
Монета устроился в развилке трубы. Глюк стояла прямо под ним, пританцовывая под дождем из падающих денег. Стоило ей включить свою искажающую мысли силу – и они все окажутся беспомощными.
Пора было нажать на выключатель.
Шумно выдохнув от напряжения, Авария перекрыла все до одного вентили в фонтане и одновременно запустила крыльчатки насосов на полную. Ей понадобилось невероятно сконцентрироваться, чтобы проделать это, не обрушив работу всего торгового центра. Вроде как играть в Твистер, одновременно подкидывая блинчик на сковороде. Ее лоб покрылся холодным потом.
Манометры внутри фонтана взвыли – давление угрожало перейти критические отметки. Но никто из стоявших под дождем из падающих купюр даже не заметил, что фонтан замолк и огни подсветки потухли.
А потом откуда-то сверху раздался резкий свист – один из вентилей не выдержал давления, и в воздух взвилась струя сверкающего пара.
– Приготовься, – скомандовала Чизара Банде и сорвала все вентили.
Потоки холодной воды под давлением вырвались из всех сопел фонтана. Люди завизжали и бросились врассыпную. Мокрые фальшивые банкноты лежали, прилипнув к полу, внезапно потеряв свою привлекательность.
Даже на таком расстоянии Чизара почувствовала, как холодные капли падают ей на лицо. Дьявольский смех Аварии вырвался из ее груди.
И в ту же секунду веселые рождественские мотивы внезапно сменились торжественным гудением виолончелей и духовых.
– Жулик, вперед! – скомандовала Банда и ткнула пальцем в фонтан. – Заодно проверь, как там этот бедолага Монета!
Авария расхохоталась: Монета скорчился наверху фонтана, обхватив руками свой рюкзак, словно мокрый кот в развилке дерева. Купюры в его руках превращались в сырую зеленоватую массу.
Но холодный душ продлился всего несколько секунд. Авария продолжала крутить лопасти насосов, но фонтан не мог долго работать, как водяная пушка. Чизара остановила насосы и вытерла лицо:
– Сейчас вода наберется, и я им снова душ устрою.
Толпа металась в недоумении между приманкой из дармовых денег и опасением снова попасть под холодную воду. Люди бродили вокруг фонтана, жалуясь на неприятность и выжимая подолы юбок и края брючин – но мокрые купюры на полу по-прежнему привлекали их.
Но у Аварии в запасе был еще один трюк.
Она зашла в систему кондиционирования, опустила температуру до минимума и врубила вентиляторы на полную. Потоки ледяного воздуха обрушились на площадь у фонтана.
Люди попятились прочь, ежась от внезапного холода. Когда количество людей, столпившихся вокруг фонтана, упало ниже критической отметки, деньги Монеты снова стали просто кусками белой бумаги, не имеющими никакой ценности.
– Эй ты! – Глюк, стоявшая прямо под фонтаном, указывала на Аварию. – Ты та самая девчонка из клуба!
Колени Аварии дрожали под весом всех электронных систем торгового центра, но она нашла в себе силы послать Глюк воздушный поцелуй и одновременно поднять средний палец другой руки.

Глава 29
Анонимус

Тибо смотрел, как бледнеют и исчезают фальшивые купюры.
Толпа отпрянула назад, но мерцающие нити внимания и разочарования по-прежнему тянулись к деньгам. И вдруг внезапно с треском оборвались. Коллективный фокус внимания распался, разлетаясь вокруг порхающим серпантином недоумения. Деньги на полу превратились в небрежно нарезанные, мокрые куски белой бумаги.
Люди в толпе смотрели на бумагу и друг на друга. Это что, была просто оптическая иллюзия? Какой-то трюк?
Пора было исчезать со сцены. Раз толпа поредела настолько, что иллюзия больше не работала, это означало, что сила Рен тоже не сработает. Тибо нужно было увести ее куда-нибудь в безопасное место, пока Монета не спустился с фонтана на помощь Глюк.
Он прошел мимо насквозь промокшей пары, ошеломленно смотревшей на мокрую бумагу у них в руках.
– Надо же, это был какой-то цирковой фокус, – сказал мужчина. – Какое свинство!
Два охранника уже отгоняли толпу от фонтана. Вот и отлично.
Тибо подобрался к худощавому охраннику сзади и осторожно отцепил наручники от его пояса. Потом он описал широкий полукруг, скрываясь за спинами толпы, мимо сердитых лиц и поднятых в гневе кулаков.
Дэйви спустился на нижнюю ветку капающего фонтана, следя за Рен, надвигающейся на Аварию. Тибо скользнул по мокрому кафелю и вспрыгнул на длинное стальное щупальце фонтана. Дэйви обернулся посмотреть, что происходит – но было уже поздно. Тибо защелкнул наручники на его запястье, приковав его к стальной ветке.
– Что?! – Дэйви дернул прикованной рукой, глаза у него были круглые от изумления. – Ты что, сбрендил?!
Тибо спрыгнул вниз, пока тот не додумался врезать ему.
– Рен, помоги! – закричал Дэйви. – Здесь этот сталкер! Он позади тебя!
Рен обернулась, сконцентрировав внимание на Тибо:
– Ага, я его вижу.
Тибо попытался оборвать нить ее внимания, но она упруго вернулась обратно к нему.
Дэйви дергал наручники, звеня сталью:
– Быстро, забери у него ключ!
Рен быстро шагнула к краю толпы и протянула руку к Тибо…
И мир вокруг потерял всякий смысл, превратившись в случайный набор цветовых пятен, странных звуков и текстур. Тибо закрыл глаза, но веки казались чужими, а звуки вокруг внезапно стали непонятными и пугающими.
Его мозг разлетался во всех направлениях. До безумия оставались считаные секунды.
Поток холодной воды окатил его лицо, Тибо открыл глаза и понял, что фонтан перед ним извергает воду из всех своих ветвей. Неподалеку стояла та самая девушка, что вызвала галлюцинации у него в мозгу. Мокрые черные волосы облепили ее разъяренное лицо. Толпа отпрянула, и Рен стояла в одиночестве, не двигаясь с места.
Очень вовремя, Авария! 
Прежде чем Рен пришла в себя, Тибо подскочил к ней и заломил ей руку за спину. После чего сжал другую ее руку и силком потащил прочь от столпившихся людей.
– Отпусти меня, чертов… – Она изо всех сил пнула его ботинком в щиколотку, заставив красные всполохи боли вспыхнуть перед глазами.
Серпантин внимания и тревоги толпы тянулся вслед за Рен. Руки у Тибо были заняты, он не мог обрубить эти нити и попробовал мысленно  приказать им исчезнуть, но двое охранников уже заметили вопящую девушку и направились к ним.
– Дамы и господа, – внезапно загремел голос над толпой, – я надеюсь, вам понравилось наше маленькое шоу!
Нэт стоял на идущем вверх эскалаторе, раскинув руки и сияя аурой Великого Вождя. В ту же секунду внимание толпы переключилось на него, как и внимание охраны и даже разозленной мокрой Рен. Все были готовы слушать его и доверять ему.
Он обращался к поднятым к нему лицам, внушая им, что все это безумие было просто отлично поставленным трюком, а вовсе не обычным для действий Зероев бедствием, наподобие крушения поезда. В толпе даже раздались аплодисменты – люди желали  обыденного объяснения всего этого безумия. Они хотели обычного здравого смысла.
Тибо с усилием вырвался из-под порабощающего влияния Вожака и потащил Рен прочь по пустому холлу. Сперва она сопротивлялась, но потом затихла, хотя он чувствовал, как напряжены все ее мышцы. Он почувствовал легкое дрожание на самой грани внимания.
– Извини, – сказал он, – толпы здесь нет, так что с глюками не получится.
– Отдай мне ключ от наручников! Я серьезно! – Она снова пнула его в ногу.
– Ой, прекрати пинаться! Ключа у меня нет!
– Нельзя же оставить его там, как в капкане. Умоляю тебя! – Она извернулась, пытаясь посмотреть назад на фонтан.
– Расслабься, пока Великий Вождь говорит, охрана его даже не заметит.
– Охрана? – Рен вздрогнула, то ли от смеха, то ли от приступа слез. – Мы что, похожи на людей, которых беспокоит магазинная охрана?
– Мы просто хотим поговорить с вами двумя. Без толпы людей кругом.
– Анонимус, ты в порядке? – раздался голос Клип. Они с Бандой шли следом за ним по пустому холлу.
– Не подходите слишком близко, – приказал Тибо. – Вдруг ее сила снова включится.
– Господи боже, вы что, всю свою команду сюда притащили?! С ума сошли?! – Рен снова принялась вырываться и лягаться. – Я же специально сказала вам, что он способен унюхать  зероев, когда нас много!
– Кто способен? – Тибо подавил дрожь: в торговом центре внезапно стало очень холодно, а он был весь мокрый. – Ты имеешь в виду того убийцу?
Рен буквально завопила:
– Если уж вы, придурки, сообразили, где нас искать, Рой тоже сообразит! Найдите какую-нибудь пилу или болторез – нам надо срочно вытащить Дэйви из этого фонтана!
– Слушай, она, наверное, просто придуривается, чтобы заставить тебя отпустить ее, – сказала Клип.
– Не думаю, – бледное лицо Банды застыло. – Приближается что-то плохое. Очень плохое.

Глава 30
Банда

Келси почувствовала, словно ревущая волна прокатилась по ее телу. Что-то неизвестное вцепилось в жадность и смятение толпы, втягивая людей в свою глубокую алчную ярость.
Ей показалось, что в мозг вонзился нож, пульсирующий в такт ее сердцебиению. Она посмотрела мимо фонтана: люди, столпившиеся на эскалаторе вокруг Нэта, отпрянули назад, как уходящая вода перед цунами. Сама волна поднималась где-то позади толпы, вовлекая все больше и больше людей.
Голос Клип звучал едва слышно:
– Это же не ты сейчас все это делаешь?
– Нет, – ответила Келси.
– На Глюк это тоже не похоже, – заметила Клип.
– Это Рой! – вскрикнула Глюк, которую Тибо уже почти дотащил до выхода. – Чего вы ждете? Хватайте Дэйви, и валим отсюда! Вы даже не представляете себе, что это такое.
Келси уже поняла, что предстоит – она почувствовала это. Она сама становилась частью нарастающей волны ярости, охватившей посетителей торгового центра. Контроль Роя заставлял толпу вздрагивать и вибрировать, словно песок на поверхности барабана. У людей стучали зубы, они прерывисто отчаянно хватали ртом воздух.
Толпа всегда напоминала Келси большое тупое животное. Но сейчас характер толпы изменился – сейчас перед ней был словно улей, состоящий из множества дрожащих, гудящих тел с единым мозгом.
Глюк вырвалась из рук Тибо и бросилась бежать обратно к фонтану, отшвырнув с дороги Клип. Келси повернулась и схватила ее, чувствуя тошноту от гудящего внутри ее разъяренного роя. Ей хотелось вытрясти из Глюк душу или швырнуть ее об стенку так, чтобы треснул череп…
Она вовремя остановилась, заставив себя погасить бушующую в теле ярость.
– Она права, – прошептала Келси. – Надо уносить отсюда ноги. Немедленно.
Глюк попыталась вырваться из ее рук:
– Черта с два! Я никуда не двинусь без Дэйви!
– Я схожу за ним. – Тибо бросился назад к фонтану, и Глюк последовала за ним, прямо к дрожащей в напряжении толпе.
Толпа двигалась как единое существо… словно рой, готовый облепить фонтан. В центре люди сбились в плотный сгусток, но ближе к краям толпа дрожала от безумного мелькания тел, с невероятной скоростью перемещающихся к центру и обратно.
Дэйви, стоящий под фонтаном, извивался в наручниках, словно пытаясь оторвать свою руку.
Его ужас передался Келси, заставив ее судорожно сглотнуть. Жадность толпы перешла в совершенно иную категорию алчного голода.
Нэт стоял на спускающемся эскалаторе, воздев руки кверху в безумной уверенности, словно бы он мог остановить роящуюся толпу. Он прокричал что-то Келси, но она даже не услышала его слов за ревом, наполнившим ее мозг.
Она схватила Клип за руку, пытаясь что-то сказать…
Он не справится с ними. Они убьют его .
Но ярость снова охватила ее, и она не могла выдавить ни слова. Она попыталась вырваться из петли обратной связи, но голод, жажда и вожделение тянули ее обратно. Ей хотелось стать частью этой смертоносной толпы. Все остальное не имело никакого значения.
Когда вибрирующий край толпы достиг Монеты, фонтан внезапно взорвался бьющими во все стороны потоками холодной воды. Чизара стояла неподалеку, подняв руки, озаренная сотнями сияющих пульсирующих огней. Келси ожидала, что Рой ответит всплеском удивления и смятения, но ее тело по-прежнему сотрясало глубокое, жадное желание.
– Сталкер, давай сюда! – пронзительно закричал Монета, глядя, как вибрирующая толпа подбирается все ближе к нему. – Вытащи меня отсюда!
– Держись! – прозвучал голос Тибо. Он двигался через самый край бурлящей толпы, и Келси на время потеряла его из виду, чувствуя, как ослабевает ее внимание.
– Ничего не работает, – с трудом выдавила она сквозь стиснутые зубы.
– Я ни фига не вижу, – пробормотала Клип. – У них взгляды дергаются туда-сюда.
Келси увидела, как какой-то мужчина в толпе задел Глюк локтем, она покачнулась, и тут еще кто-то ударил ее плечом. Десятки людей скользили в воде под фонтаном. Глюк пошатнулась и начала падать…
Но тут какой-то парень подхватил ее и поднял на ноги. Это был Анонимус, теперь она снова узнала его. Он тащил Глюк за собой, Чизара была рядом с ними.
– Это не меня надо спасать, – закричала Глюк. – Вытащи Дэйви!
– Я не могу прорваться к нему! – закричал в ответ Тибо.
Голос Клип перекрыл все звуки.
– Нэт, вали оттуда!

Основная часть толпы уже добралась до эскалатора. Нэт перестал изображать Великого Вождя и пустился бежать вверх, прочь от толпы. Но жадные руки бушующей массы людей были совсем близко. Итан замер как вкопанный наверху эскалатора, пока Нэт не схватил его и не потянул за собой.
В приказе Клип звучала спокойная стальная сила.
– Авария! Эскалатор!
Чизара повернулась, подняла руку и рассмеялась коротким лающим смехом как раз тогда, когда Нэт добежал до верха эскалатора. Ступени лестницы внезапно двинулись вниз и край преследовавшего его роя покатился вниз, скользя и оступаясь.
Клип вцепилась ногтями в руку Келси:
– Банда, приди в себя! Ты можешь их контролировать? Можешь вообще хоть что-то  сделать?
Келси пыталась нашарить какую-нибудь другую эмоцию, чтобы послать ее в толпу, но не ощущала ничего, кроме голода. Она чуть сдвинулась, чтобы лучше видеть Монету, чтобы не пропустить ни мгновения испытываемого им ужаса. Она больше не была Келси. Она даже не была той Бандой, которую она знала.
– Нет, – ответила она то ли себе, то ли Клип.
– Пожалуйста! – жалобно завопила Глюк. Анонимусу удалось оттащить ее ко входу в один из холлов. Чизара следовала за ними…
Но разъяренный край роя тоже последовал за ними. Какая-то женщина на ходу попыталась ударить Чизару – та увернулась и пинком свалила нападающую с ног.
Тибо указал в глубину холла:
– Бегите к выходу. А я пойду за Дэйви.
– У тебя ничего не получится, – ответила Клип.
– Толпа настолько большая, что я…
– Ты погибнешь! – закричала Клип, вцепившись в его куртку. – Ты что, не помнишь – Рой убил другого Анонимуса!
Тибо глянул в сторону Дэйви:
– Но мы же не можем оставить…
– Слишком поздно. – В голосе Банды звучали ужас и торжество.
Рой уже добрался до фонтана.
– Гори оно все огнем, – услышала она голос Аварии, и торговый центр погрузился во тьму. Но толпа никак не среагировала. В призрачном зеленом свете указателей над выходами люди продолжали трястись в немых конвульсиях, нервно блестя белками глаз и разбрызгивая вокруг мерцающую в темноте воду.
Внезапно словно энергетический импульс пронзил толпу, вовлекая Банду в овладевшую людьми бескрайнюю алчность. Стая двинулась вперед, сконцентрировав внимание на Монете, подпитываясь излучаемым им страхом. Им хотелось уничтожить его.
Кто-то схватил Келси и поволок по холлу к выходу, но она по-прежнему чувствовала каждое мгновение происходящего позади убийства – чувствовала, как толпа срывает с него одежду, потом вырывает клочья волос, отрывает кусками кожу. Она ощутила отвращение и восторг, когда ломались его кости. Как сквозь туман, она слышала его вопли – и даже они приносили ей наслаждение. Энергия роя перешла из алчного голода в удовлетворение насыщением…
Крики прекратились, и какое-то мгновение Келси пребывала в состоянии сытого блаженства, пока она не поняла, что означало наступившее молчание.
Монета был мертв. Дэйви был мертв.
По толпе прошла дрожь неуверенности. В момент своего экстаза Рой на какое-то время потерял контроль над людьми, и в эти мгновения толпа распалась на отдельные личности, внезапно осознавшие, что произошло…
Келси почувствовала, как их голод превратился в ужас. Отвращение хлестнуло ее, словно ударом. Стоявшие рядом Зерои были в шоке и панике.
– О боже, – простонала Клип. Ну да, она же вообще оказалась прямо рядом с этим ужасом.
Келси потянулась было, чтобы сфокусировать энергию толпы и направить ее в другое русло, но тот, кто был в центре всего этого, уже снова завладел людьми. Он проглотил их ужас и выплюнул его обратно, превратив его в новый позыв яростного голода.
Теперь ему нужна была Келси. Она чувствовала направленный на нее интерес.
Но он не хотел убивать ее. Ему нужно было нечто еще хуже.
– Бегите, – прохрипела она.
Они вывалились из дверей в предрассветный полумрак. Воздух снаружи был прохладен и свеж, но Келси чувствовала, как тошнота подкатывает к горлу. Она бежала вперед, спотыкаясь и сотрясаясь от рвотных позывов.
Толпа по-прежнему преследовала их. Полный ярости рой затопил узкий коридор, ведущий к выходу.
Она ощущала гложущий их голод, бесстыдное озверение охоты. Ей так хотелось включить петлю обратной связи с роем и найти убежище в этом водовороте.
– Сюда, – проговорила Клип дрожащим хриплым голосом. Они пустились бежать по обходной аллее, ведущей обратно к главному входу в торговый центр. – Авария, ты можешь завести машину Нэта?
– Легко, – ответила Чизара. Голос ее звучал мрачно, ровно и абсолютно невозмутимо.
Все еще всхлипывая, Клип оттолкнула руку Тибо и бежала теперь без его помощи.
– Нэт и Жулик сейчас у южного выхода. – Клип прижала телефон к уху. – Мы можем подобрать их там. Толпа все еще преследует нас?
Келси заколебалась. Чем дальше они уходили от молла, тем легче ей было дышать. Она почувствовала, как медленно освобождается от жуткой красоты, которой обладала власть Роя.
Жажда крови по-прежнему звенела у нее в жилах, но сейчас это не было влияние роя. Это было нечто, жившее в ней самой. Нечто, что всегда было внутри – и наконец пробудилось к жизни.
– Он потихоньку отстает, – выдохнула она. Может, наступившая темнота сбила его с толку. Может, он не мог так быстро бежать. Может, он просто насытился. – Но нам нельзя останавливаться.
Напоминать дважды не потребовалось.

Глава 31
Анонимус

– Останови машину! – Клип резко толкнула Тибо локтем в бок. – Меня сейчас стошнит!
Нэт свернул к обочине, и Тибо распахнул дверь. Клип, спотыкаясь, выбралась из машины и упала на колени среди камней и колючего кустарника, где ее вывернуло.
Тибо вылез из машины вслед за ней и присел рядом, поддерживая ее волосы. Ее снова стошнило.
– Ничего, – голос у него дрожал, – тебе надо от всего этого избавиться.
Он почувствовал дурноту, только мельком увидев нападение толпы на Дэйви, а Клип видела все вблизи через сотни разных глаз. При этой мысли Тибо самого чуть не вывернуло.
Клип подняла на него глаза, все еще тяжело дыша. Линия связи между ними ярко и твердо светилась в ночном воздухе.
– Ты в порядке? – спросил он.
– Нет, – ответила она, вытирая рот обратной стороной руки. – Вот если бы можно было выблевать воспоминания.
– Я понимаю. – Тибо склонил голову, стараясь не думать о лице Дэйви, о его слепой панике, когда он рвался из наручников.
– Как далеко мы сейчас от торгового центра? – спросила Клип, прислоняясь к камню.
– Миль пять, по крайней мере. Пешком им за нами не угнаться.
Тибо же не знал. Откуда он мог знать, что помогает убить Зероя? Щиколотка у него до сих пор ныла в том месте, куда Рен лягнула его.
Рен сидела на заднем сиденье «Мерседеса», все еще всхлипывая и ругаясь. Остальные стояли вокруг машины, и ни одна линия связи не соединяла их. Они все ушли в себя.
Тибо поднял глаза к огромному ночному небу. Случайные рисунки созвездий, разъединенность тускло мерцающих звезд, полное отсутствие эмоций приносили облегчение – никто не смог бы собрать их воедино и превратить в смертоносный рой.
Внимание его привлекли сверкающие огни в долине. Торговый центр сиял, словно освещенная сцена. К зданию, завывая сиреной, подлетела машина «Скорой помощи». Другие служебные автомобили сгрудились возле входов, от их вращающихся огней Тибо внезапно стало муторно.
С фактами не поспоришь – он оставил одного из Зероев на верную смерть.

Клип пошевелилась и сплюнула в песок.
– Я принесу тебе воды, – сказал Тибо. Великий Вождь всегда запасался бутылками с водой на время их тренировок. Внезапно это показалось ему бесконечно заботливым – и бесконечно наивным.
– Спасибо, – ответила Клип.
Тибо вернулся к машине. Нэт выглядел внезапно постаревшим. Рен уже не всхлипывала, а судорожно хватала ртом воздух. Келси сидела на земле, дрожа, закрыв лицо руками. Она вообще не просто видела смертоносную ярость толпы – она почувствовала  ее. Итан с потерянным видом сидел рядом с ней. Везунчик – он стоял наверху эскалатора и почти ничего не видел.
Что было бы, если бы они не убежали? Убийца нацелился бы еще на кого-то? Или одного Зероя хватало ему на какое-то время, как змее – одной проглоченной мышки?
Тибо принес Клип воды. Она сполоснула рот, сплюнула, снова сполоснула, пока он ботинком набрасывал песок и гравий на лужу рвоты.
– Я знала, что толпа бывает опасной, – сказала Клип. – Но я никогда не думала, что увижу, как толпа убивает кого-то… о черт, Анон, берегись!
Тибо даже не успел обернуться, прежде чем на него обрушился град ударов, и он едва не упал на забрызганную рвотой землю. Он пригнулся и увидел, как звездный свет сияет на кольцах Рен, напавшей на него. Он попробовал было отрезать ее внимание, но ее ненависть горела слишком ярко и горячо для этого.
– Это все ты! – Она била его в грудь, и слезы душили ее. – Это ты убил Дэйви!
Чизара внезапно оказалась рядом с ней и схватила Рен за плечи. Но девушка развернулась, пытаясь ударить Чизару в лицо. Вскочившая Клип присоединилась к потасовке. Клубы пыли вихрились в предрассветном полумраке.
– Он не мог даже убежать! – кричала Рен. – Мы могли бы убежать от…
– Прекратите!
Все мгновенно отскочили друг от друга – это был голос Нэта.
– Могли бы убежать от чего ? – спросил он.
Рен горько рассмеялась:
– Что? Ты его не видел?
– Я видел, как изменилось поведение толпы, – ответил Нэт. – Но кто управлял этим? Там не было центра, внимание не было сфокусировано.
– А он именно так и действует. Он забирается к людям в головы. – Она с яростью смотрела на Тибо блестящими от слез глазами. – Мы же рассказали этому идиоту все, что вам нужно было знать!
Всеобщее внимание переключилось на него, и Тибо невольно сделал шаг назад:
– Вы говорили какими-то намеками! А потом вообще выкинули меня из машины!
– Мы же сказали тебе, чтобы ты уносил ноги? Предупредили, что лучше держаться подальше от других людей со сверхспособностями. А ты последовал  за нами? И еще прихватил всех своих дружков с их так называемыми талантами? – Рен почти плевалась, но приступ злобы почти прошел. Она стряхнула руки Чизары и Клип и пошла прочь, спотыкаясь о камни. Всеобщее внимание потянулось за ней.
При виде сияющего торгового центра она остановилась и протянула к нему руки:
– Мы должны были умереть вместе, Дэйви!
Келси застонала, и Тибо почувствовал, как боль остальных пронзает его тело. Он едва устоял на ногах.
– Жулик, – тихо сказал Нэт. – Посмотри, может, тебе удастся заставить ее разговориться.
Итан все еще сидел рядом с Келси возле машины. Он поднял взгляд на Нэта:
– Серьезно? Прямо сейчас ?
– Нам надо знать, что представляет собой эта угроза.
Итан вздохнул и медленно направился к Рен. Он неловко, ссутулившись, стоял возле девушки, которая продолжала всхлипывать.
Через мгновение он расслабился, уверенность в себе его Голоса заставила его выпрямиться. Тибо едва слышал его тихий голос.
– Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь.
– Ни черта  ты не понимаешь! – Рен с силой толкнула его в грудь.
Он пошатнулся, но тут же выпрямился и спокойно продолжал:
– Мой отец ушел от нас, когда мне было семь лет. Это было мерзкое чувство.
Итан бросил взгляд в сторону Зероев, словно он и сам не ожидал от себя такой откровенности.
– У тебя с ним была очень тесная связь, – продолжал Голос, заставив бледную нить понимания всплыть над Рен. – Это всякому было видно.
Рен только сильнее заплакала. Несколько минут Итан был самим собой: он нервно ежился и бросал дрожащие нити внимания Нэту.
Рен вытерла глаза:
– Всю мою жизнь… – начала она потерянно, – всю мою жизнь моя сила была просто игрушкой. Это был трюк, чтобы залезть людям в голову и поиздеваться над ними. Я использовала свои способности, чтобы выбираться из всяких передряг. Или, наоборот, чтобы устроить передряги для других.
– Я понимаю. Это точное описание моих способностей, – было очень странно слышать, как Голос говорит о себе. – Но после встречи с Дэйви все встало на свои места, не так ли?
Рен вытерла мокрые щеки пальцами:
– Да, я словно перешла на совершенно другой уровень.
Итан кивнул:
– Словно ты вывернула наизнанку свою силу.
– Он помог мне понять, что к чему. – Рен обняла себя за плечи и подняла глаза к звездам. – Понять, как использовать все, что я забирала у других людей – весь этот блеск связей между ними и миром вокруг них, всего, что они любили и понимали – как превратить это в связь между Дэйви и мной.
– Это, наверное, было потрясающее ощущение, – произнес Голос.
– Ты даже представить себе не можешь, – тихо сказала Рен, полностью погруженная в себя и в свои чувства. – Никто и никогда не был так близок, как мы с ним. Никогда за всю человеческую историю.
– Словно вы были одним человеком в двух телах.
– И секс был потрясающий. – Она снова всхлипнула.
– Это просто невероятно, – сказал Голос с несвойственным Итану восхищением.
Тибо отвернулся. Противно было смотреть, как Голос разыгрывает психоаналитика, заставляя Рен обнажать душу перед кучкой чужих людей. Но он по-прежнему прислушивался к их разговору.
Нэт стоял неподвижно, его внимание было приковано к двум силуэтам, темнеющим на фоне бледного предрассветного неба.
– То, что я делаю, глючит людей только на то время, пока я рядом, – продолжала Рен. – Ну, может, еще на час после. Но для нас с Дэйви это было постоянное  ощущение, понимаешь? Оно не испарялось, как его деньги. Но мы же не могли делать это тайно. – Голос ее прервался, и она спрятала лицо в ладони.
– И вы оставили след, по которому вас выследил тот… хищник.
Тибо почувствовал, как дрожь пробежала по его телу при этих словах Итана.
– Мы старались быть осторожнее, – всхлипнула Рен. – Нам стоило бы держаться подальше от людей, уехать куда-нибудь в пустыню – как здесь!
Она раскинула руки, словно обнимая окрестные пустынные холмы:
– Но нам нужна  толпа, для того чтобы быть тем, что мы есть!
– Как и Квинтону Уоллесу нужна толпа, чтобы убивать, – сказал Итан.
– Да, как… Погоди, откуда ты знаешь его имя?
– Мы много чего знаем. – Голос звучал почти гипнотически в своей спокойной уверенности. – Мы можем защитить тебя. С нами ты будешь в безопасности.
– Ты издеваешься? – Рен обернулась, и Тибо почувствовал обращенную к нему иглу ненависти. – Один из вас оставил прикованного Дэйви, как жертвоприношение. И у вас есть свой собственный начинающий Рой, который только и ждет возможности проявить себя.
– Келси не такая, она просто… – успокаивающее бормотание прервалось, и Итан чуть не взвизгнул: – Погоди, что ты сказала?
Рен уставилась через его плечо на Келси, и внимание Зероев устремилось за ее взглядом, прочертив огненные дуги в медленно светлеющем воздухе.
– Банда – это Рой? – Итан едва смог выговорить последнее слово.
– Она станет Роем, – сказала Рен. – Я почувствовала, как она работала с толпой в вашем клубе. Квинтон тоже любил притворяться, что он душа компании. Притворялся, что обожает всякие парады. Но он просто ждал, пока не попадется злая и голодная толпа…
Сверкающая линия внимания протянулась к ней от машины – Келси явно прислушивалась к разговору.
– Ждать осталось недолго, – прошептала Рен. – Она уже поняла, как приятно убивать людей толпой – особенно таких, как мы. Квинтон говорит, что на вкус мы лучше всех.
Келси сидела с залитым слезами лицом, обхватив себя руками, и казалась такой маленькой и беззащитной, что Тибо просто не мог себе представить, что она могла бы причинить кому-то зло.
– Келси неопасна, – это сказал сам Итан. – Это просто какое-то… безумие.
– Когда сила внезапно выворачивается наизнанку, это происходит сразу и внезапно, – холодно ответила Рен. – Вы ее просто не узнаете.
– Ты ее не знаешь! – Лицо Итана покраснело от гнева. – Ты ничего не знаешь! Она никогда…
Он возмущенно умолк, но Тибо по-прежнему ощущал его злость и увидел, когда Итан принял решение воспользоваться Голосом. Голос прорвался сквозь возмущенный писк Итана безжалостной атакой:
– Ты на самом деле должна была  умереть вместе с Дэйви. Ты же обещала ему, что вы будете вместе до самого конца. А на деле он умер в одиночестве, а ты попросту сбежала! Можешь плакать сколько угодно, это не меняет того факта, что ты бросила своего друга – своего мужа – на… ох!
Нэт врезал Итану кулаком под дых. Блестящая линия внимания, связывавшая его с Рен, рассыпалась, и Итан рухнул на землю.
– Это вы, придурки, заставили меня нарушить мое обещание! – Рен плюнула на Итана. – Если бы вы не погнались за нами, мы просто унесли бы ноги! Но нет, вам понадобилось выяснить, в чем тут дело! – Теперь она кричала на Нэта. – Вам понадобилось последовать за нами, чтобы спасти ваших жалких марионеток от наших мерзких планов!
Мир вокруг Тибо поплыл. Звезды наверху внезапно потеряли всякий смысл – зачем они там, как они складывались в созвездия – и зачем?
Черт возьми, их здесь было семеро. А этого было достаточно для толпы.
Тибо попытался не упустить смысла разъяренного монолога Рен.
– Вам нужно было заявиться сюда хором, прямо как приманка для Роя! Отлично сработано, супергерои! Это хорошо, что вы такая сплоченная команда , если вы понимаете, о чем я говорю. Я надеюсь, вы так и будете все вместе, пока он не найдет вас всех и не разорвет на куски, как моего Дэйви!
При этом имени звезды погасли, мир померк, и Тибо на долгое время оказался в темноте и утратил способность понимать, кто он, зачем и где.

Глава 32
Жулик

Горло Итана было словно набито песком.
Песком был забит его рот и нос тоже. Он закашлялся, сплюнул песок и снова принялся кашлять, сообразив, что лежит лицом в зарослях пустынной травы.
Он перекатился на спину, и его закрытые веки озарились красным. День был в полном разгаре, но он помнил, что упал, когда еще не наступил рассвет.
Черт, сколько же времени он здесь провалялся?
Подумать только, что Глюк с ним сделала. У него было такое впечатление, что его тело попросту разучилось вставать на ноги.
Если Рой сейчас нападет на них…
Блин, Рой ! Итан рывком сел с бешено колотящимся сердцем.
– Келси? – едва выговорил он.
Вокруг ничком лежали Зерои, распластавшись на красной земле пустыни. Но никаких признаков присутствия Роя не было. По крайней мере, пока. Только посвистывание ветра нарушало странную тишину, царившую вокруг.
Подтягиваясь на руках, Итан пополз к Келси, лежавшей рядом с Чизарой, положив голову ей на колено. Лицо ее уже стало розоветь под лучами солнца.
Итан взял ее за руку, чтобы проверить пульс, и она что-то сонно пробормотала.
– Ничего себе. – Итан оглянулся кругом.
Чизара дышала ровно, словно во сне. Клип лежала возле большого камня, ее длинные волосы и юбка разметались вокруг. Нэт скорчился в совершенно нетипичной для него позе, подобрав одну ногу и вытянув другую вперед. Тибо лежал отдельно от других, на спине, положив одну руку на грудь.
– Никто не умер? – просипел Итан, сплевывая в сторону песок изо рта.
Черт, это был уже третий «глюк» за неделю. Но на этот раз он хотя бы мог говорить. Своим настоящим голосом, которого первый раз чуть не лишился возле Офис-О.
Кстати, а где Глюк?
И где «Мерседес»?
– Эй, Зерои!
Клип пришла в себя первой и с трудом села:
– Жулик, покажи мне остальных.
Итан покорно обвел взглядом всех Зероев, предоставив Клип панорамную картину лежащих тел.
– Вот дерьмо, – сказала Клип.
– Можешь не благодарить, – ответил Итан. Живот у него все еще болел от удара Нэта.
Почему  Нэт снова ударил его?
Ах да, он же спустил Голос с поводка, когда Глюк обозвала Келси будущим Роем. Чушь собачья, Келси никогда не позволила бы толпе разорвать человека в мелкие клочки.
Итан вздрогнул. Он только мельком видел, что произошло у фонтана, прежде чем Нэт уволок его за собой в коридор. Но то, что осталось от Дэйви, узнать было невозможно. Это было месиво из костей, крови и мяса. И множество людей, покрытых кровью, вокруг.
– Покажи мне «Дезерт-Спрингс», – потребовала Клип.
Итан послушно повернулся в ту сторону. Парковка возле торгового центра почти опустела. Осталось только несколько брошенных автомобилей, полдюжины пожарных машин со сверкающими огнями и несколько черных внедорожников, явно правительственных служб. «Скорая помощь» медленно отъехала от здания, а примерно в миле от торгового центра за полицейским кордоном стояли фургоны прессы с выдвижными антеннами.
Никакой рой в их сторону не направлялся.
– Порядок, – выдохнула Клип.
Итан подергал рубашку, пытаясь вытряхнуть засыпавшийся за воротник песок.
Остальные зерои потихоньку начинали шевелиться. Медленно, как вампиры на закате.
– А где машина Нэта? – спросила Клип.
– Думаю, там же, где и Глюк.
Итан уже почти было установил контакт с Глюк – точнее, его Голос установил. Вся эта история про любовь – они отлично поняли друг друга. Но тут она начала говорить гадости про Келси, и он потерял голову. Он, конечно, был не прав, он и сам это сейчас понимал, но бить-то зачем?
Клип уже была рядом с Тибо. Она провела рукой по его плечу, и он пошевелился. Келси и Чизара тоже очнулись и сидели с тупым видом, привалившись друг к другу. Не проснулся пока только один зерой.
Итан подошел к лежащему Нэту. Ему очень хотелось пнуть того в бок. Вожак должен был вести их к победам, а не приводить к тому, что они лежали в отключке посреди пустыни. Он схватил Нэта за плечи и принялся трясти, наблюдая, как голова зероя перекатывается из стороны в сторону.
Нэт пришел в себя и оттолкнул Итана:
– Жулик, это ты?
– Думаю, время для кодовых имен прошло, – устало заметил Итан. – Миссия закончена. Мы проиграли.
Это заставило Нэта сесть и оглядеться:
– Все в порядке?
– Никто не умер, – ответил Итан, подумав, что Джесс точно исправит этот недочет, когда он вернется домой.
– Вот дерьмо. – Нэт покрепче сжал челюсти. – Она просто бросила нас здесь. Рой вполне мог расправиться с нами, пока мы лежали без сознания.
– Может быть. – Итан бросил быстрый испуганный взгляд в сторону торгового центра.
– Он не стал бы этого делать. – Голос Келси звучал холодно, она пристально смотрела на торговый центр. – Мало удовольствия есть бесчувственных людей. Они не испытывают страха, которым он питается.
Остальные умолкли.
Итан поежился. Ему совершенно не хотелось знать подобные детали. И ему не хотелось знать, что Келси их знала. Как будто она побывала в голове у Роя.
– Может, мы достаточно далеко отошли, – продолжал Нэт, словно не слыша Келси. – Сердитую толпу пешком по пустыне далеко не уведешь. Кто-нибудь еще под «глюком»?
– Я в порядке, – ответила Клип, – но я не уверена насчет Тибо.
– С небом по-прежнему что-то не так. – Тибо говорил невнятно, как будто с серьезного похмелья.
– Авария? – позвал Нэт и, поколебавшись, добавил: – Банда?
Келси молчала, продолжая смотреть на торговый центр.
– Мы в порядке, – ответила Чизара за них обеих. Она протянула руку и отвела волосы Келси с лица.
– Мы совсем не в порядке, – вставил Итан. – Мы сидим прямо на пути у какого-то психопата. И нам не на чем добраться домой!
– Итан, заткнись ты наконец, – вздохнула Чизара.
– На попутках в Кембрию мы точно не доберемся! – Итан чувствовал, как в нем нарастает истерика. – Моя сестра сказала, что убьет меня, если я снова попаду в какую-нибудь заварушку. И это явно относится к ночным поездкам, чтобы поприсутствовать при том, как толпа убьет человека!
– Прекрати! – умоляюще вскрикнул Нэт.
Итан уставился на него во все глаза. Он никогда еще не видел на его лице такого выражения. Нэт выглядел почти испуганно.
Остальные смотрели на Келси, которая так и не сдвинулась с места.
Итан все ждал, когда Нэт – их чемпион по харизме – соберет их воедино, объединит зероев каким-то новым планом и заставит забыть про мысли о смерти и поражении. Но Нэт молчал. В кои-то веки им на самом деле нужен был лидер – и как раз сейчас ему нечего было сказать.
Итан подумал было, не сможет ли его Голос вытащить Нэта из его оцепенения. Если бы только удалось вернуть на место Великого Вождя, все бы сразу устаканилось.
Он открыл рот – и не смог выдавить ни слова.
На какое-то мгновение им овладел панический ужас, что Глюк таки удалось лишить его Голоса. Но потом он почувствовал, как Голос убегает, уходит вниз по гортани, очевидно решив, что испуг Нэта не поддастся простым словам.
А может быть, это печаль Келси оказалась слишком сильна, и теперь им всем предстояло навеки застрять в закрученной ею петле отчаяния.
И то и другое было одинаково ужасно.
Общее оцепенение нарушила Клип. Она встала и устало сказала:
– Пошли домой.
– Отличная идея, Клип, – отозвался Итан. – Вопрос только как?
Она сердито обернулась к нему, голос ее звучал обманчиво мягко:
– Не знаю, Жулик. Может, у тебя какие-нибудь идеи найдутся?
Итан подумал, что ему очень не хотелось бы попасть в черный список Клип. Он хотел, чтобы она увела зероев из этого опасного места. Он хотел домой. Ему хотелось этого так, как никогда и ничего не хотелось за всю жизнь.
И, словно отвечая на это отчаянное желание, Голос прорезался вновь, словно никуда и не исчезал.
– Пошли обратно к торговому центру, – сказал Голос. – Чья сегодня очередь угонять машину?

Глава 33
Вожак

Украденная машина была достаточно быстрой, но все равно это не был «Мерседес».
Нэт пока еще не сообщил в полицию о краже «мерса», и ничего не сказал папе. В «Мерседесе» была установлена противоугонная система, машину можно было отследить или даже дистанционно заглушить двигатель, а он не мог позволить, чтобы Глюк попала в тюрьму.
После всего, что с ней случилось.
После всего, что случилось с ними.
На заднем сиденье было тихо, зерои сидели подавленные и молчаливые, все еще под впечатлением от увиденного. Настроение Келси придавило всех, словно густой дым от лесного пожара.
Нэту не хотелось думать о произошедшем, и он был бы рад, если бы кто-то из них начал разговор.
Ему не хотелось вспоминать, что случилось в «Дезерт-Спрингс». Чему он позволил случиться – и что не смог остановить.
Толпа разорвала Зероя на куски прямо у них на глазах.
Сила Роя превосходила все, что Нэт до сих пор видел. Он держал толпу, словно в стальных тисках. Но какая цель двигала этой невероятной алчностью? Перед этим голодом амбиции Нэта казались мелкими, словно бы игрушечными.
Марионетки , подумал он с глубоким отвращением, смешанным со страхом , – он на самом деле был испуган, и это ощущение ему не нравилось.
Когда Рой подчинил себе толпу, вся сила Нэта оказалась бессильна против него. Ему не удалось оттянуть даже тоненькую нить внимания на себя. Остановитесь. Послушайте меня. Прислушайтесь к моим словам . Но никто из них даже не взглянул на него.
Может, если бы он был внизу, прямо в толпе, ему удалось бы помериться силой воли с Роем.
А может, они разорвали бы на куски его вместо Дэйви. Как бы то ни было, объединенных усилий всех зероев оказалось недостаточно, чтобы спасти бедолагу. По сравнению с той пробоиной в мире Нэта, которую устроил Рой, потеря отцовского «Мерседеса» казалась пустяком.
Заморосил дождь, покрывая каплями ветровое стекло. Наконец Клип нарушила общее молчание:
– Самое печальное в этой истории, что это все наконец сработало. Все твои тренировки, Нэт, – они дали плоды. Мы спасли толпу от трюков Глюк и Монеты.
– Но не наоборот, – заметил Нэт.
– Что, если он теперь примется за нас? – испугался Итан. – Мы же даже не знаем, как он выглядит!
– Клип, ты его видела? – спросил кто-то с заднего сиденья. Ах да, это был Тибо.
Клип ответила не сразу, и Нэт почувствовал, как нарастает напряжение в салоне. Банда словно посылала обратно эхо их собственного ужаса. Она была вместе с разумом толпы все ужасные, долгие минуты убийства, а потом еще Рен обозвала ее будущим Роем. Нэт не был уверен, что у него хватит сил хотя бы попытаться вернуть ее из этого состояния.
А что, если Рен была права? Он даже представить себе не мог, что это могло означать.
– Там были сотни людей, – медленно начала Клип. – Но мне кажется, я засекла его.
Она неуверенно замолкла, и Нэт сконцентрировал все внимание на дороге. Внезапно все вокруг показалось излучающим опасность – его собственная усталость, скользкое от дождя шоссе, даже голос Клип… Он не был уверен, что это его собственные эмоции, а не эхо от Келси.
– Там был один парень позади толпы, – продолжала Клип. – Примерно нашего возраста.
– Тоже рожденный в 2000 году?
Нэт не спросил год рождения Глюк и Монеты. А теперь исчезла любая возможность узнать хоть что-то о них и о даре Монеты.
– Скорее всего. Он был примерно с меня ростом, – сказала Клип. – Тащил небольшой чемоданчик на колесиках. Очень аккуратный, похож на студента. В брюках и свитере. Носки у него были белые. И волосы были ужасно подстрижены. И еще он был очень тощий, как будто никогда не ел.
– А почему ты думаешь, что именно он управлял толпой? – поинтересовался Анон.
– Он единственный из всех… не жужжал . Я просто не знаю, как еще это описать. И еще он улыбался такой тихой довольной улыбочкой, словно знал какой-то секрет. Как Глюк и сказала, он получал от всего этого удовольствие.
– Не называй ее так, – сказал Анон. – Ее зовут Рен. А его звали Дэйви.
При этих именах в салоне воцарилось молчание, и Нэт почувствовал, как его воля слабеет. Какая вообще была разница, кто это сделал? Главное, что этот ужас случился. Перед его глазами снова замелькали образы: всплески крови, усилия, необходимые для того, чтобы сломать кости живого человека…
Он вцепился в руль. Смотри за дорогой. Делай свое дело, просто довези людей живыми до дома. 

Глава 34
Вожак

– Мы потеряли одного из Зероев, – начал Нэт. – Мы не можем позволить этому случиться снова.
Он стоял перед ними в самом центре танцпола «Чашки», пытаясь привлечь их внимание. Но все это было только позой. Нэт слишком устал, вымотался и сейчас ждал, что кто-нибудь посмеется над ним.
– Мы не потеряли Дэйви, – сказал Анон. – Мы убили  его. Точнее, я убил его , потому что наручники были моей идеей.
Итан застонал:
– Какая разница, кто больше виноват! Этот парень теперь возьмется за нас. Нам надо приготовиться к этому!
– Приготовиться? Но мы ничего не знаем о его силе, – заметила Чизара. – Я хочу сказать, мы знаем только очевидные вещи: он заставляет толпу убивать, и Вожак не может его остановить.
Яркий жадный фокус их внимания сместился к Нэту, и ему пришлось сделать усилие, чтобы не опустить глаза.
Шестеро против одного – и они все равно проиграли. Разве лидер может позволить такому произойти?
– Надо просто убраться из города. – Итан бросил дрожащий взгляд на Келси. – Может, стоит разбиться на пары и спрятаться подальше. Без толпы этот чувак ни на что не способен.
– Мы тоже. – Нэт старался, чтобы паника, испытываемая им, не прозвучала в голосе. – Поодиночке мы ничто.
– Может, и так, но как по мне, лучше быть живым ничем, чем мертвым супергероем! – бросил Итан.
Чизара наклонилась вперед и метнула линию внимания, словно хлыстом ударила.
– Итан, твой талант может преспокойно работать в каком-нибудь захудалом городишке. У всех остальных так не получится. И что, ты предлагаешь нам бросить наши семьи? И забыть, сколько труда мы вложили в «Чашку»?
Нэт бросил на нее взгляд, пытаясь снова ощутить гордость за то, как общее дело в клубе привязало ее к остальным. Но сейчас все его стратегии казались абсолютно неважными.
В разговор вступила Клип:
– Нам нужен какой-то другой план, кроме бегства.
Все прибодрились и с надеждой посмотрели на нее.
– Мы могли бы попробовать сбить Роя со следа, – продолжала она. – Устроить какую-нибудь заварушку в толпе за несколько сотен миль отсюда.
– Но ведь это как раз и был план Рен и Дэйви? – напомнил Итан. – Который не сработал!
– Потому, что Рой чувствует присутствие зероев, – добавил Анон. – Особенно когда их целая группа. Нам вообще ничего  нельзя делать вместе.
Прежде чем хрупкие нити надежды растаяли без следа, Нэт взял слово:
– Рен и Дэйви могли и ошибаться насчет его дара. Мы нашли их без применения каких-то суперспособностей, как и они нашли нас. Рой умеет пользоваться Интернетом не хуже других.
– Ну, тогда, считай, нам уже конец. Скажем спасибо Соне Соник! – заметил Итан.
Нэт ничего не ответил и даже не посмотрел на него. Ему нужно было восстановить контроль над группой и вселить в них твердую надежду.
– Все это время Рой следовал за Рен и Дэйви. Он просто помешан на них. Даже когда они перебрались в Кембрию и буквально сделали из нас мишень, он не поддался на их уловки.
– А мы как раз поддались, – пробормотал Итан.
Нэт снова проигнорировал его:
– Возможно, он сочтет, что дело сделано лишь наполовину и будет дальше охотиться за Рен.
Фраза прозвучала слишком бесчувственно, да и надежда на это казалась слишком нереальной – ему не удалось завладеть ничьим вниманием, даже Клип.
– Даже если ему надоест гоняться за ней, – продолжал он, – с таким же успехом он может отвлечься на кого-нибудь другого с суперспособностями. Зероев сейчас кругом полно.
Слишком много слов. Он чувствовал, что несет какую-то чушь. Но, по крайней мере, они по-прежнему слушали его. Должно быть, им просто отчаянно хотелось во все это поверить.
И тут Келси сказала:
– Он никуда не уйдет. Ему нужна только я.
Комнату словно бы окатило ледяной водой. Келси заговорила первый раз с того момента, как они угнали машину с парковки торгового центра.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Чизара.
– После того как он убил Дэйви, он нацелился на меня. Но не для того, чтобы убить. Он хочет, чтобы я присоединилась к нему.
Ее холодный ужас эхом отозвался в комнате. Нэт словно увидел нацеленный на Келси устрашающий взгляд, как если бы волчьи глаза следили за девушкой сквозь ветви деревьев. Он попробовал было заговорить, но петля обратной связи была слишком сильна.
– Потому что я такая же, как он, – тихо закончила она.
– Ты что, на самом деле так думаешь? – спросила Чизара, и Нэта поразило, что она была в состоянии сопротивляться генерируемому Бандой страху. – Или ты просто боишься, что это может оказаться правдой?
– Это правда, – вздохнула Келси, глянув на Чизару, но голос ее неуверенно дрогнул, и Нэт воспользовался возникшим моментом:
– Ты не можешь быть уверена, что это так. К тому же Рой не знает, где ты живешь. От этого торгового центра до нас сотни миль.
Потребовались все его силы, но сейчас они снова принадлежали ему.
– Все, что он знает, – это что ты принадлежишь к большой группе людей со сверхспособностями. Поэтому нам нужно разделиться. – Нэт заметил взгляд Тибо, брошенный на Клип. – Или хотя бы уменьшить количество людей в каждой группе. Не больше двух зероев вместе.
Черт, похоже, он опять говорил что-то не то.
– А как насчет той ночи, когда Рен и Дэйви были в клубе? – спросила Чизара. – Если кто-нибудь выложит снимки в Сеть, он может узнать нас.
– Я проверил, Соня все еще постит о свадьбе, – раздался голос Анона. – Там новости были покруче, чем переполох в каком-то ночном клубе. Тут нам повезло.
Эти слова эхом отдались во всей группе, хоть и произнес их Забываемый Анонимус. Им так хотелось верить, что хоть в чем-то повезло и что может повезти и дальше.
Но у Нэта ныло сердце, когда он думал, что придется разделить группу, которую он так долго и с такими усилиями собирал воедино. Ему хотелось задержать их здесь хотя бы ненадолго.
– Нам нужно что-то сделать с этой украденной машиной. Для начала, стереть отпечатки пальцев.
– В чулане есть ведра, и нам понадобится какое-нибудь моющее средство, – отозвалась Клип.
Связи группы распались, полыхнув ярким облегчением от необходимости заняться чем-то конкретным.
Но тут Келси снова обдала всех холодным душем:
– Я надеюсь, что Рой все-таки появится в Кембрии.
– Ты что, с ума сошла? – Итан чуть не подавился.
Она внезапно показалась старше и мрачнее:
– Я просто ненавижу то, что он сделал с толпой. Он взял все их связи, все человеческие отношения между ними – и превратил их во зло . Меня тошнит, что он убил одного из нас и остался безнаказанным. Нам нужно самим разобраться с ним.
Нэт понимал, что он должен что-то сказать, должен как-то разрядить охватившую остальных тревогу. Но у него не было слов для этого.
– Меня лично вполне устроит, если кто-то другой со всем этим разберется, – заявил Итан. – Мне еще надо умаслить старшую сестру, да и подарки сами не упакуются.
По комнате пронесся смех облегчения. Добродушная трусость Итана разорвала чары Келси. Но его реплика напомнила Нэту, что наступил канун Рождества. Но что они все должны чувствовать в это Рождество, после того что видели сегодня?

Глава 35
Анонимус

Тибо шлепнулся на сиденье автобуса рядом с Клип и уставился в окно. Зимнее солнце скрылось за темными тучами, и мир вокруг стал безжизненно серым.
Клип прильнула к нему, отключив зрение. Остальные ее чувства облаком окутывали Тибо, ощущая очертания его тела, текстуру его кожи и одежды, движение его груди на вдохе и выдохе. Может, это помогало ей успокоиться? В этот момент их сцепленные руки казались ему самой лучшей и здравой вещью во всем мире.
Маршрут автобуса вел к дому Клип. Он собирался переночевать у нее сегодня, но… он сам не понимал, что означает это смутное «но». Как бы ему ни хотелось защитить Клип, он не мог бесконечно оставаться у нее в доме. Если Рой на самом деле охотился на группы зероев, то для них всех безопаснее было бы держаться поодиночке.
– Я все беспокоюсь насчет отпечатков пальцев, – пробормотала Клип.
– Еще бы.
Все шестеро потратили целый час, оттирая салон украденного автомобиля. Потом Тибо отвел машину подальше, оставил ее примерно в миле от «Чашки» и вернулся обратно пешком. Может, копы и не сообразят, что вызвало ту смертоносную панику в торговом центре, но их точно заинтересовал бы факт кражи машины с парковки этого центра через несколько часов после происшествия.
– На что только не пойдешь, чтобы обеспечить Нэту безупречную репутацию у полиции, – сказала Клип.
– Меня больше беспокоит его уверенность в себе. Я никогда прежде не видел его таким потухшим.
– Ну, мы все слегка не в себе.
– Не в себе? – Он коротко, резко рассмеялся. – Скорее, в шоке. С прокручивающимся в голове фильмом ужасов, который невозможно развидеть. Когда Келси заговорила о том, что Рой хочет, чтобы она была с ним, я ожидал, что Нэт прервет ее и слегка снизит градус трагедии. А он просто стоял и смотрел на нее… как будто внезапно понял, что игре конец. Великий Вождь – и слова не мог вымолвить.
Клип сжала губы, и он ощутил, как теплое облако ее чувств отдалилось от него. Возможно, он сказал больше, чем было нужно.
Она дружила с Нэтом с самого детства. К тому же между ними было что-то вроде смутного романа до позапрошлого лета, когда Голос Итана вмешался и убил все чувства на корню. Это была единственная тема, которую Клип не любила обсуждать с Тибо.
– Когда она сказала, что мы должны сами разобраться с Роем, это прозвучало так, как будто она имела в виду убийство, – тихо добавил он.
– Я сперва тоже так решила. Но потом подумала, да ладно, Келси  на это не способна.
– Разумеется, но не забывай, она выросла среди преступников.
– Наверное, ты прав. – Клип положила голову ему на плечо, и нити ее чувств снова потянулись к нему. – Будем надеяться, что нам никогда не придется узнать, что она имела в виду.
Тибо устало кивнул. Видеть, как Рой совершает кровавое убийство, было плохо само по себе, но увидеть кого-то из своих друзей , делающих то же самое…
– Слушай, я тут сообразил одну вещь, – сказал он. – Рен и Дэйви вспомнили одного из своих друзей, Сталкера. Так что если со мной что-нибудь случится, есть шансы, что ты меня не забудешь.
Она отчаянно сжала его руку:
– Тибо, не надо. Просто ты…
– Правда, они не могли вспомнить его имя. И только посмеялись, когда я об этом спросил.
– С нами ничего такого не случится. – Клип взяла его руку и поднесла к своему браслету с точечками Брайля. – У меня всегда с собой напоминание.
Он словно услышал слова Рен в часовне: «Быть вместе, пока не разлучит нас сраная смерть». Она на самом деле верила в то, что говорила. Любой, кто знал о Рое, вынужден был относиться к смерти всерьез.
Тибо заставил себя выбросить эти мысли из головы, сосредоточив внимание на проплывающих мимо пригородных домах с их подстриженными лужайками, кирпичными крылечками и протянутой по карнизам рождественской иллюминацией. Каким-то странным образом думать о настоящем было легче, если не знать, какие ужасы готовит тебе завтрашний день.
Телефон Тибо запищал.
– Спорю на десять долларов, что это наш Великий Вождь, – сказала Клип. – Как обычно, полон великих идей – просто на двадцать минут позже, чем нужно было.
На экране возник текст: «Это ты?»
– Стоп, – изумился Тибо. – Это с телефона моей матери.
– Ни фига себе! Она же вроде тебе раньше не звонила?
– Никогда! – Тибо почувствовал, как сжалось сердце. – В последний раз, когда я был дома, я забил свой номер в ее телефон, как ты мне сказала. Но я даже не думал, что она…
Телефон снова пискнул.
Я просто хотел узнать, не придешь ли ты сегодня. Я видел твой подарок .
Слова обрели смысл, и Тибо ощутил переполняющее его удовольствие:
– Это Эмиль. Мой младший братишка!
Линии внимания Клип загорелись ярче.
– Надо же! Как он тебя вспомнил?
– Я пробрался домой и оставил подарок для него под елкой. – Тибо так давно не улыбался, что почувствовал напряжение от возникшей на его лице улыбки. – Подарок в его коллекцию камней, то же, что я обычно ему на день рождения дарю.
– И он помнит! – обрадовалась Клип. – Это потрясающе.
– У нас с ним всегда была сильная связь. Иногда в свой день рождения он даже…
Телефон снова запищал.
Ты настоящий? 
Тибо молча смотрел на сообщение. Следом за ним пришло еще одно.
Мама тоже видела подарок. Спрашивает откуда. 
– Что-то не так? – встревожилась Клип.
– Не уверен, – ответил Тибо и послал смс брату: «Спрашивает обо МНЕ? »
Экран какое-то время молча пульсировал, потом пришел ответ. Она смотрит на старые фотки и говорит о тебе. И плачет. Отец не знает, что делать. 
Он прочел ей текст и с минуту они сидели молча.
– Тебе надо ответить ему, – сказала Клип.
– А что я могу сказать? Что мама вовсе не сошла с ума, а просто это у меня такая сверхспособность?
– Скажи ему, что сегодня придешь, – ответила она. – Ты ему нужен. Ты им всем нужен.
Тибо покачал головой:
– Сегодня канун Рождества. Получится совсем хреново. Они всегда приглашают кучу народа и практически не видят меня в толпе. К тому же завтра они все равно обо всем забудут.
– Но они же явно что-то помнят, раз брат присылает тебе сообщения!
– Эмиль помнит подарки, которые я оставляю для него, – ответил Тибо. – Остальные помнят фотографии. Но они не помнят меня . Для них я – как набор странных запутанных улик.
– Тебе все равно надо попробовать, – настаивала она. – Ты хочешь весь вечер просидеть у меня на чердаке? Если ты не забыл, мои  родители тоже устраивают вечеринку.
– Помню. Я планировал тихо посидеть в уголке.
– Вот именно, – вздохнула Клип. – Будет слишком много народа, чтобы мои родители тебя снова вспомнили. Но они, как всегда, спросят о тебе. У моего отца есть любимая шутка насчет того, что ты мой воображаемый  друг. Сегодня это будет особенно противно слушать.
– Черт. Извини.
– Это не твоя вина. – Она снова взяла его за руку. – Просто мама и папа на самом деле очень хотят встретиться с тобой. Они понятия не имеют, что вы уже встречались. Вот мне и хочется хоть как-то им помочь.
Она отвернулась к окну, но ее чувства по-прежнему облаком окутывали его. Это благодаря ей он ощутил слабый лучик надежды на связь со своей семьей. Он никогда бы не додумался забить свой номер в телефон матери, если бы Клип не показала ему, что это возможно. И дала надежду, что в один прекрасный день люди, которых он любил, узнают  его.
Его семья, которая когда-то потеряла его.
Дзен-буддизм гласил, что привязанности означают проблемы и боль. Большую часть жизни Тибо раз за разом убеждался в горькой правде этих слов. Но сейчас у него возникла связь с Клип – а теперь еще и с Эмилем. Так что одиночество – это для бесчувственных болванов.
Он поднял телефон: «Увидимся сегодня вечером, малыш ».

Глава 36
Жулик

Итан еще никогда не был так рад оказаться дома.
Он сгорел на солнце, вымотался и чувствовал, как песок скрипит в самых неожиданных местах. Ощущение было такое, словно по нему проехался грузовик с цементом. Причем проехался туда и обратно.
Он остановился в прихожей возле двери и прислушался, пытаясь понять, дома ли мама и Джесс.
В доме было тихо.
Отлично. Значит, никого нет. Была слабая надежда, что Джесс утром не проверила его комнату. Может, она решила, что он дома, просто пребывает в плохом настроении и сидит, играя в свои видеоигры. После очередной ссоры с ней он обычно так и делал.
Он осторожно пошел вверх по лестнице к своей комнате, тяжело опираясь на перила и чувствуя, как надежда крепнет с каждым шагом.
Если бы Джесс подозревала, что он удрал из дома на такое длительное время, она бы, наверное, уже показала бы ему, где раки зимуют.
Что ему в данный момент было совершенно не нужно. Он вымотался до такой степени, что его даже тошнило. Ему хотелось только спать.
Он добрался до своей двери, чуть приоткрыл ее и проскользнул внутрь, тихо прикрыв дверь за собой и прислонившись к ней головой. Повезло. Теперь он был в безопасности. Он был как настоящий ниндзя. Его не…
– Где тебя, черт побери, носило, Итан?!
…засекли.
Он развернулся и увидел Джесс, сидевшую на краю его кровати. Сестра сердито смотрела на него.
– О черт, – сник Итан. – Слушай, я вконец устал…
– Это не моя проблема, – заявила Джесс. – Нам надо поговорить.
Итан едва удержался от смеха:
– Ты серьезно? Ты уже два дня избегаешь меня и вдруг решила поговорить именно сейчас?
– Я наконец сообразила, что я хочу тебе сказать, – ответила сестра. – Так что да, придется нам поговорить именно сейчас.
Адреналин, затопивший его во время убийства Дэйви, схлынул, и Итану казалось, что его тело сейчас растает. Кожу щипало от песка, набившегося под одежду. Он просто не способен был сейчас серьезно разговаривать с Джесс.
Ну, давай же, Голос. Избавься от Джесс, чтобы я мог вздремнуть .
Он открыл рот, но Голос не произнес ни слова.
Чувствуя себя совершенно раздавленным, Итан тоже уселся на кровать, как можно дальше от Джесс. С той самой ночи, когда она проследила за ним и пришла в «Чашку», он был как на иголках, боясь, что она расскажет матери про взятку, продажных полицейских, подпольный ночной клуб и самое страшное – про его друзей с суперспособностями.
Единственное, чего ему в тот момент хотелось, это забраться в какую-нибудь нору и проспать всю зиму. Но, конечно, ей захотелось поговорить именно сегодня.
– Ты удрал из дома, – начала Джесс. – Причем посреди ночи, накануне Рождества. Опять со своими супердружками встречался?
– Не такие уж мы и суперские, – вздохнул Итан. – Нас как следует потрепали. Нам вообще не стоило вылезать из постели этой ночью.
– Ты должен был быть дома, – обиженно сказала Джесс. – У меня не так много времени, чтобы побыть с семьей.
– Да ты даже не разговаривала со мной!
– А сейчас ты являешься домой, и вид у тебя весьма потрепанный. И ты весь в… это что, песок? Вы что, ездили к морю? – Она взъерошила его волосы.
– Мы ездили в пустыню. – Итан пригладил волосы и почесал шелушащийся солнечный ожог на щеке. – Уж ты-то к настоящему времени должна все знать о пустыне.
– Какого черта?! Как далеко вы ездили?
Итан прислонился к стене. Его мутило от обезвоживания, и все тело еще мелко дрожало от пережитого ужаса. Он чувствовал, что в любую минуту может завалиться набок и вывалиться из окна своей спальни. Но Джесс, скорее всего, не отстанет от него даже после этого.
– Ты все равно не поймешь, – сказал он.
– Знаешь, свои дурацкие подростковые доводы оставь при себе.
– Идет, как только ты прекратишь разыгрывать из себя взрослую, – резко ответил брат. – Два года назад ты сама была подростком.
Она наклонилась совсем близко, так что они оказались нос к носу:
– А ну колись, приятель.
– Мне нужно было встретиться с друзьями, ясно? Одна важная вещь случилась, нам надо было кое-что сделать. Мы команда. Мы охраняем друг друга и следим, чтобы ничего плохого не случилось. Как ты и твой взвод.
– Я и мой взвод занимаемся тем, что сбрасываем бомбы на всяких плохих парней. А вы чем занимаетесь? Даете взятки полиции?
– Мы же это не постоянно делаем.
Хотя Голос пообещал Энгу и Мурильо полторы тысячи в неделю. Но учитывая, что Рой принялся убивать Зероев, можно было предположить, что «Чашке» все равно конец.
– Ну конечно, – ответила Джесс. – Мама сказала, что ты знал про какое-то секретное дело Отдела внутренних расследований и разболтал о нем копам на хоккейном матче. Вообще, с каких это пор ты стал любителем хоккея?
Итан пытался сообразить, как объяснить ей происходящее, чтобы она поняла, что Отдел внутренних расследований в настоящий момент представлял не самую большую проблему: толпы зомбированных чужим мозгом людей, разрывающие других людей на куски в фонтанах, были куда хуже.
И тут его вдруг осенило, как будто это его Голос придумал:
– Все куда серьезнее, чем один ночной клуб. Знаешь, это вроде как если бы ты вернулась в Афганистан, и тебе пришлось бы принимать очень серьезные решения. Типа, как если прямо на тебя едет машина и тебе надо решить, – это террорист с бомбой или просто безобидная семья.
Она кивнула, но выражение лица у нее по-прежнему было подозрительное. Может, потому, что он чуть ли не слово в слово пересказывал ей одну из ее историй, а это было в стиле его Голоса. Но сейчас он не использовал Голос. Это говорил сам Итан.
– Ну вот, сегодня нам как раз и пришлось принимать такое решение. Пришлось все бросить и среди ночи отправиться черт-те куда, чтобы люди не пострадали. Наверное, мы спасли кучу жизней. Многие люди вернутся сегодня домой именно потому, что мы их спасли.
Джесс прищурилась, но Итан был в ударе:
– И когда эти люди вернутся домой, может, им тоже придется выслушать кучу всяких дерьмовых претензий от их семей. Но какая разница! Я и моя команда – мы сегодня сделали хорошее дело!
– Ты же вроде сказал, что вам надрали задницу.
Порыв вдохновения сразу прошел.
– Ну, да, это тоже было, – признал Итан. – Один парень погиб.
Джесс потрясенно уставилась на него:
– Черт, Итан, один из твоих друзей погиб?
– Не совсем. – Он чувствовал, как его буквально трясет от усталости и испуга, дрожь все усиливалась. – Вообще-то, он был плохой парень. Но он был такой же, как мы, у него тоже были суперпособности. А другой очень плохой парень с ним расправился. Ну, это сложно.
Черт, он ведь даже ни разу не встречался с Монетой – с Дэйви,  – напомнил он себе. А в торговом центре Итан был наверху все время, пока Рой управлял толпой. Но он мельком видел фонтан, когда все уже закончилось. И он видел, как все происшедшее потрясло остальных – особенно Келси. Будто ей не хватало проблем в жизни.
– Это как-то связано с теми полицейскими? – спросила Джесс.
Итан чуть не рассмеялся:
– Это вообще из другой оперы.
– Господи, братец, во что же ты вляпался? – Голос сестры звучал мягко.
Итан только покачал головой. Даже если бы он и мог все объяснить, Джесс в жизни не поняла бы. Парень с суперспособностями, убивающий других людей с суперспособностями, – это было бы чересчур для нее.
Зерои и сами не понимали, что делать дальше, даже Нэт. Они не могли решить, что нужно делать: бежать и прятаться или предпринять какие-то отвлекающие действия. Или вообще разделиться, сидеть тихо и надеяться, что Рой отправится куда-нибудь в другое место. Хотя бы в погоню за Рен.
Ему не хотелось ни говорить, ни даже думать об этом.
– Сила означает дополнительную ответственность, – пробормотал он, – ну, как-то так. Ладно, если хочешь, расскажи все маме. Мне уже все равно. Мне только выспаться надо.
Он попытался было улечься на кровать, но Джесс бросилась к нему и сжала в объятиях так, что он едва мог вздохнуть.
– Итан, если ты опять попадешь в какую-нибудь передрягу, я тебя просто убью.
– Да отпусти ты меня, – просипел он.
– Если, конечно, мама не сделает этого раньше. – Она взъерошила его волосы, не выпуская его из объятий. – Если она еще раз позвонит мне и скажет, что ты опять во что-то вляпался, клянусь, я ей все расскажу. Все выложу про копов, взятку, ночной клуб и вашу банду супергероев. Вот увидишь, ты остаток жизни просидишь под домашним арестом.
– Понял, – едва выдавил он шепотом.
– Если тебе что-нибудь будет нужно – что угодно, – ты лучше спроси меня. А не твоих чокнутых приятелей.
– Обязательно. Пожалуйста, отпусти, а то я уже дышать не могу.
Джесс чуть ослабила хватку, но не сильно:
– Идиот, я же тебя люблю.
– От твоей любви уже больно, – просипел он.
Джесс быстро чмокнула его в щеку:
– Мне нужно сказать тебе еще одну вещь, только ты не слишком сильно реагируй.
– Отличное начало, Джесс.
– Та девушка, которая тебе нравится… Келси, да? Тебе нужно кое-что знать. – Джесс наклонилась поближе. – Она влюблена в ту другую девушку, которую зовут Чизара.
– Погоди, ты про что?
Джесс снова обняла его:
– Мой испытанный гей-радар никогда не подводит, малыш. Эти девчонки… между ними что-то есть. Привыкай к этой мысли.
Итан почувствовал укол боли в сердце:
– Ее интересуют девушки?
Джесс небрежно дернула плечом:
– Одна девушка ее точно интересует. Извини, но я подумала, что лучше сказать тебе об этом.
– Нет, все в порядке, просто я… – Какую-то минуту он вообще не понимал, где находится.
Похоже, для него все закончилось, даже не успев начаться.
Он никогда еще не чувствовал себя таким потерянным и таким глупым.
– Вся эта любовь – отстой.
– Будь великодушен, братишка, – тихо сказала Джесс.
– Да, конечно. – Итан кивнул, пытаясь убедить и Джесс и себя. – Я понимаю. Просто я…
– Удивлен? Разочарован? Убит? – предположила Джесс.
– Устал, – сказал Итан. – Очень устал.
Но он знал, что когда усталость после апокалипсиса в торговом центре пройдет, он еще сильнее почувствует боль утраты.
А до того времени он хотел только спать. Итан схватил подушку, подсунул ее под щеку и прислонился к стене:
– А я-то думал, что мою жизнь хуже уже ничем не сделаешь…
– Итан, ты в порядке?
– Все будет хорошо. – Он отнюдь не чувствовал такой уверенности. – В моей жизни всегда найдется место для еще какого-нибудь дерьма.
Джесс прижала его к себе:
– Жизнь вообще сложная штука.
– Это точно, – пробормотал Итан. – У меня эти сложности уже поперек горла стоят.
Джесс смотрела на него с тревогой, и он усмехнулся, словно все это было просто шуткой. Но улыбка не получилась.
Он не нравился Келси. Келси нравился кто-то другой.
– Ладно, не беспокойся обо мне. – Он упал боком на постель и накрыл голову подушкой. – Со мной все будет в порядке.
– Информация учтена. – Джесс схватила его ноги, закинула их на кровать и тихо вышла из комнаты.
Итан перекатился на живот и крепко зажмурил глаза.
Келси и Чизара. Чизара и Келси.
Конечно, Авария роскошная девчонка, тут не поспоришь. Но она была еще и самая занудная паинька из всех, кого Итан знал.
Келси была милая и добрая, и она всегда хотела, чтобы всем было хорошо. Но она была еще и отличной карманницей, шулером и воровала машины. Как они вообще могут быть вместе?
«Это не мое дело» , – напомнил он себе.
Итан не собирался зацикливаться на своем невезении. Он намеревался порадоваться за Келси, потому что любовь должна быть чистой и бескорыстной. Любить означало быть счастливым, когда твой любимый человек счастлив… вот черт.
– Могло быть и хуже, – прошептал он в подушку.
Он принялся раздумывать, что могло быть хуже. Потому он перевернулся на спину и уставился на первые звезды, видимые сквозь полураздвинутые занавески.
– По крайней мере, она не влюбилась в Нэта.
Его телефон пискнул. Итан застонал и потянулся за ним – наверное, опять плохие новости.
Сообщение было от Клип. Хочешь ко мне в гости сегодня ?
Итан медленно сел:
– Что это еще за хрень?

Глава 37
Клип

– Ну что, он пришел?
– Еще нет, – ответила Клип. – Мама, я тебе уже десять раз повторила, как только он придет, я тебе тут же скажу.
Она взяла с кухонного стола поднос с сыром, ощущая острый запах чеддера, гауды и маленьких ржаных крекеров, которые любила Лили.
– Райли, давай, я отнесу.
– Считай, я уже отнесла. – Клип подняла поднос повыше. – Можно подумать, я первый раз это делаю.
Ее мама вздохнула:
– Извини, но я всегда нервничаю. Ладно, ступай и да пребудет с тобой сила.
Клип усмехнулась старой шутке и почувствовала внезапный прилив любви к матери. Осознание того, что где-то там бродит убийца зероев, внезапно превратило все раздражающие привычки родственников во что-то неожиданно приятное и дорогое.
Когда она двинулась к двери, ее мать спросила:
– Он, случайно, не из тех бойфрендов, которые всегда опаздывают?
– Нет, разве что его арестуют по дороге.
На кухне больше никого не было, и Клип не могла увидеть выражение лица матери, но по отсутствию смеха она сообразила, что мать сделала не тот вывод.
– Мама, я пошутила ! Он сейчас придет.
Еще один вздох.
– Хорошо. Просто вы с Лили столько времени о нем говорите. Нам с отцом стоило бы уже давно встретиться с ним.
Ты уже встречалась, мама. Четыре раза. 
Внезапно ее поразила ужасная мысль – если Рой заявится в Кембрию, у ее родителей, возможно, вообще не будет шанса познакомиться с Тибо. Глядя, как кто-то другой умирает, Клип поняла, что смерть не оставляет шансов в будущем все исправить.
– Ты в порядке? – спросила мать.
– Да. – Голос Клип прервался. Она отвернулась, чтобы мать не видела ее лица, и толкнула качающиеся двери кухни, возвращаясь в шум и гам вечеринки.
Она специально не включала свое зрение, ориентируясь в комнате по звуку. Как на каждой предрождественской вечеринке, гостей было около тридцати человек – в основном родственники, с которыми можно было чувствовать себя комфортно. Тетя Мелисса, как всегда, рассказывала о своих поездках на сафари, а ее дяди традиционно спорили о политике.
После хаоса последних дней это было именно то, что нужно. Плюс, собравшаяся компания была настроена слишком жизнерадостно, чтобы ненароком превратиться в пожирающий зероев рой.
Она уже была на середине комнаты, когда кто-то из ее кузенов возник рядом с ней:
– Райли, давай, я донесу. – Кто-то забрал поднос из ее рук.
На секунду Клип ощутила вспышку гнева – черт, она была очень раздражительна сегодня. Но ей удалось удержаться и не выказать свого раздражения Саманте, которая вечно забывала называть ее Клип вместо Райли.
Клип только мягко улыбнулась и отошла. Да где же он ? Что, если он заблудился?
Это было бы вполне в его духе.
Судя по стуку каблучков, к ней подошла Лили:
– Что маме было нужно?
– Пристала ко мне, мол, почему моего бойфренда до сих пор нет.
– Ага. Если бы она только знала.
– Тише. – Клип тихо подтолкнула сестру. – Ты же знаешь, мне просто деваться некуда. Они все спрашивают и спрашивают!
– Конечно, вот только если бы у тебя был нормальный  бойфренд, нам бы не пришлось все время им врать.
Клип вздохнула. Можно подумать, она врала, чтобы скрыть что-то ужасное. Просто и мать и отец помнили только разговоры о Тибо – но не помнили его самого.
По сравнению с убийцей Зероев, все это сейчас казалось таким незначительным.
– Я не хочу нормального бойфренда, – просто сказала она. – Я хочу Тибо.
Ей даже не пришлось сделать усилие – угроза потерять его не позволила его имени выскользнуть из памяти.
– Ладно, расслабься, – сказала Лили.
Клип выдавила слабую улыбку. Она не стала рассказывать сестре всю историю с Роем, словно надеясь, что если никто больше не узнает о Рое, он исчезнет. И смерть Дэйви исчезнет тоже.
Как будто это было самое обычное Рождество.
Когда раздался звонок в дверь, Клип быстро прыгнула в глаза стоящего на крыльце гостя. Ага, рост подходящий и обгрызенные ногти на руке, поднесенной к звонку.
– Это он, – сказала она, направляясь к двери.
– Надеюсь, твой план сработает. – Лили пошла следом за ней.
– Я тоже надеюсь, – тихо отозвалась Клип.
Даже если случится худшее, по крайней мере, родители будут помнить, что она хотя бы один этот вечер была нормальной, как все.

Глава 38
Жулик

Итан вошел в гостиную дома Клип, ощущая, что все взгляды направлены на него.
Он надеялся, что выглядит, как самый обычный парень, пришедший в гости к своей подружке на Рождество. Внутри он чувствовал себя гаже некуда.
– Спасибо, что согласился помочь, – тихо сказала Клип.
– Никаких проблем.
В гостях у Клип все равно было лучше, чем дома. Он проспал несколько часов, а проснувшись, обнаружил записку от Джесс, что ей пришлось убежать за покупками, а мама все еще была на работе. В пустом доме было неуютно. Ему все время казалось, что сейчас в дверь начнут ломиться тысячи зомби.
– Привет, Жулик, – тихо сказала Лили.
В ответ он заговорщически подмигнул. Клип ничего не скрывала от своей сестры-близняшки, даже тот факт, что у нее были друзья с суперспособностями. Так что Лили должна была знать, что Итан как никто лучше подходил на роль поддельного бойфренда.
– Ты же помнишь Итана, не так ли? – громко сказала Клип, чтобы слышали окружающие.
– Ну конечно, я помню твоего бойфренда ! – саркастически заметила Лили.
Клип побледнела, услышав ее тон. Голосу явно надо было быстренько разрядить обстановку.
Надо, чтобы она от меня отстала. Но вежливенько, так, чтобы я ей понравился .
– Лили, ты же знаешь, мне даже в голову не придет встрять между сестрами. – Голос звучал очень мягко. – Для этого я недостаточно умен, недостаточно забавен и недостаточно привлекателен. Я здесь только для того, чтобы помочь Клип. Идет?
Лили слегка смягчилась:
– Ладно, Итан, только будь повежливей. Мама очень надеется, что ты ей понравишься.
– Мамам я всегда нравлюсь, – ласково заметил Голос.
Надо было отдать должное Голосу – яйца у него были стальные.
– О’кей, вот сейчас и проверим. – Лили повернулась и направилась к группе взрослых, столпившихся в дальнем конце комнаты.
Как же Итан ненавидел любые экзамены.
– Лили явно не слишком жалует наши способности, – заметил Итан.
– В последнее время я и сама примерно такого же мнения.
Женщина в черно-белой форме официантки пронесла мимо поднос с крохотными сосисками на шпажках, и Итану удалось схватить парочку. Внезапно он почувствовал, что голоден так, как будто никогда в жизни не ел.
Впрочем, если не забывать про Роя, вполне возможно, что ему больше никогда в жизни и не придется поесть.
Он оглядел комнату. У семьи Клип на самом деле было полно друзей. Гостей было по крайней мере человек двадцать, включая несколько очень милых девушек, в настоящий момент улыбавшихся ему.
Итан тоже улыбнулся. Улыбаться было приятно.
– Слушай, это мои двоюродные сестры, – тихо сказала Клип. – А ты, вообще-то, мой бойфренд.
Он несколько раз моргнул. Итан терпеть не мог, когда Клип вот так забиралась в его глаза:
– Я рассматривал рождественские украшения!
Он специально внимательно оглядел увешанные блестящими гирляндами стены. Да, к украшению дома здесь подходили серьезно – у него было такое впечатление, что в комнате разорвалась бомба с блестками и серебряным дождем.
Клип насмешливо фыркнула:
– Да уж, мама в своем репертуаре. Внимание, приближается опасность!
Лили шла к ним, а следом за ней типичная мамаша с рождественской открытки – включая искусственный иней в волосах и свитер с оленями и снежинками. Она отодвинула дочь, ловко обогнула фигуру Санта-Клауса в человеческий рост и нацелилась на Итана.
– Вы, должно быть, и есть тот самый молодой человек, о котором мы почти ничего не слышали, – шутка явно была заготовлена заранее, но улыбка у нее была искренняя. – Как правильно произносится ваше имя? Кажется, Ти…
Она озадаченно умолкла.
– Его зовут Итан, – сказала Клип. – И вы с ним уже встречались: он приходил к нам на барбекю позапрошлым летом.
– Ну конечно! – Судя по лицу мамы, она вообще не помнила, о чем шла речь. Наверняка потому, что Нэт тоже был на той вечеринке. А когда появлялся Нэт, все вокруг отступали на задний план, даже если у них не было способностей Анонимуса.
– Я просто тогда был тише всех, – объяснил Голос. – Сами знаете, каково быть влюбленным в самую потрясающую девушку.
Итан почувствовал себя полным идиотом и ощутил, что краснеет.
А Голос продолжал:
– У вас все так красиво, миссис Филлипс.
После разговора по душам с Джесс, снова оказаться в роли пассажира было даже приятно. Он позволил Голосу рассыпаться в комплиментах по поводу всего: от рождественских украшений до веджвудского фарфора, или как там еще называлась эта посуда.
– Вы очень любезны. – Миссис Филлипс слегка пожала плечо Итана. – Как жаль, что ваши родители не смогли прийти.
Итан не стал говорить матери о приглашении. В присутствии ее и Джесс было бы слишком сложно разыгрывать это представление, и он вообще не хотел пользоваться своим даром перед Джесс.
– Матери пришлось заняться срочным делом сегодня вечером, – произнес Голос. – Знаете, речь идет о том, чтобы вызволить невинного человека из тюрьмы накануне Рождества.
Миссис Филлипс явно была под впечатлением от его истории.
Он и сам был под впечатлением. Возможно, последняя фраза звучала несколько драматично, но, по крайней мере, на этот раз Голос не слишком далеко отошел от правды. Мать всегда работала на Рождество – пожалуй, это была единственная устоявшаяся традиция у них в семье.
Правда, на этот раз она занималась Отделом внутренних расследований – как будто Итану только этого и не хватало для полного счастья.
– Молодой человек, давайте, я угощу вас чашечкой эгг-нога, – сказала миссис Филлипс. – А потом я дам вам с собой кусок торта, чтобы вы угостили своих домашних.
Она исчезла в толпе гостей.
Итан твердо намеревался съесть любой кусок торта, который ему предложат, и подозревал, что торт вряд ли доживет до дома.
– Слушай, а можно немного рома в эгг-ног? – прошептал он Клип.
– Даже не думай, тебе надо все время быть начеку, – ответила она. – Моя семейка и так уже круги нарезает, как акулы.
– Ты серьезно думаешь, что у тебя грозная семейка? – удивился он. – Давай махнемся семьями на недельку.
У Итана в доме торты, эгг-ног и мини-сосиски не предлагали – даже на Рождество. С тех пор как отец ушел от них, праздники превратились в обычные дни. Джесс всегда покупала Итану новую рубашку в одном и том же магазине, а мать давала сотню долларов на новые игры. Отец присылал открытку и двадцать долларов в конверте, но и то не каждый год. В этом году не прислал.
Итану внезапно отчаянно захотелось позвонить отцу – может, это была бы последняя возможность для него вообще побыть с отцом.
Клип дотронулась до его плеча:
– Как обстоят дела с Джесс?
– Мы с ней поговорили. Она обещала не рассказывать матери и не слишком ко мне цеплялась.
С точки зрения Итана, ситуация была выигрышная по всем пунктам.
– Да я не особенно беспокоилась, – заметила Клип. – Похоже, сестра тебя на самом деле любит.
Итан пожал плечами:
– Она сказала, что всех вас заложит матери, если я опять во что-нибудь вляпаюсь. Хорошо, что она скоро снова уедет на службу.
– Когда она уедет, у тебя все равно останутся Зерои, – сказала Клип. – Мы же тоже семья, правда?
Итан нахмурился: что-то Клип была уж очень сентиментально настроена сегодня. Это из-за того, что он согласился помочь ей? Или из-за мыслей о грозящей им смерти?
– Ага, и у нас в семье принято притворяться чужими бойфрендами. – Это прозвучало как-то странно. Он быстро поправился. – В любом случае Джесс сейчас наименьшая из наших проблем.
Мимо пронесли поднос с мини-гамбургерами, и Итан рванулся было в ту сторону, но Клип преградила ему дорогу:
– Обними меня за талию, – прошептала она. – Мои кузины за нами наблюдают!
– Ты серьезно?! – Он не мог решить, что хуже, – слежка кузин или то, что ему не достался гамбургер. Закуски исчезали очень быстро. – А что, если Тибо на нас смотрит?
– Его здесь нет. Ему пришлось… – Клип вздохнула. – У него кое-какие проблемы.
– Да ну? – съехидничал Итан. – А мне казалось, проблемы у нас всех.
– Конечно, но он же вроде рассказывал тебе о своей семье?
Итан не знал, что сказать. Прошлым летом, когда они вдвоем с Тибо были вынуждены сидеть безвылазно в гостинице, они говорили о многих серьезных вещах.
– Да, говорил. Но я не все запомнил.
– Наверное, в этом вся проблема. В следующий раз, когда встретишься с ним, постарайся вспомнить хоть что-то, кроме самых очевидных вещей. Ему это будет приятно.
– Хорошо, я постараюсь. – Итан мысленно занес это в список Вещей, Про Которые Нельзя Забывать.
– А теперь обними меня, а то мы тут стоим прямо как школьники на перемене.
– О’кей. – Итан неуверенно обнял Клип за плечи, сожалея, что Голос не мог управлять всем его телом. Со стороны жест выглядел не слишком убедительно, и самая хорошенькая из кузин явно старалась не рассмеяться.
Клип сплела его пальцы со своими и притянула его руку к себе. Запястье у Итана онемело.
– Слушай, ты уверена , что Ти здесь нет? – пробормотал он.
– Я же тебе сказала, у него дела дома, – напряженно ответила Клип.
Итан продолжал всматриваться в гостей:
– Может, отправишь ему сообщение, чтобы точно знать?
– Если бы ты знал, как ты жалко сейчас выглядишь. – Клип достала телефон. – Но мне в любом случае надо с ним связаться. Телефон, сообщение для Ничто.
Телефон тихо заурчал в ответ, и Клип принялась одним пальцем набирать сообщение с впечатляющей быстротой. Куча людей могла набирать текст вслепую, но у нее это получалось исключительно здорово.
Телефон Итана пискнул в него в кармане, и на секунду ему показалось, что система распознавания голоса Клип слишком уж всерьез восприняла весь этот спектакль с поддельным бойфрендом. Он глянул на экран.
– С чего бы это Соне Соник желать мне хорошего праздника? Это ты дала ей мой номер? Я думал, она меня терпеть не может.
– Будь с ней повежливее, Итан, – ответила Клип, продолжая набирать свое сообщение. – Она нам еще пригодится.
Пришло еще одно сообщение от Сони. Похоже, запястье у нее уже зажило. Только этого Итану и не хватало.
Может, как-нибудь попьем кофе вместе? 
Итан ответил: я не пью кофе. Меня от него трясет .
Ответ Сони: ты хочешь сказать, еще СИЛЬНЕЕ трясет!))) 
Итан закатил глаза и включил режим вибрации вместо звонка. Он не собирался предоставлять Соне материал для новой истории про Зероев. В этот раз он такую ошибку не сделает.
– Вот досада, кузины направляются к нам, – мрачно сказала Клип. – Ты готов?
Итан демонстративно не поворачивался в сторону направляющейся к ним группки девушек. Вместо этого он с поддельным обожанием уставился на Клип:
– Мой Голос всегда готов. Меня здесь просто нет.
– Знаешь, Жулик, похоже, у тебя серьезный случай раздвоения личности, – заметила девушка.
– Я вообще не понимаю, что ты сейчас сказала, – ответил Итан, нашаривая леденец в кармане. Кузины подходили все ближе, и горло у него горело огнем.

Глава 39
Анонимус

Вечеринка в доме Тибо была в полном разгаре. Три поколения семьи, от малышни до бабушек с дедушками, собрались в гостиной, чтобы открыть подарки. Комнату наполняли мечущиеся линии внимания.
К сожалению, как и на дне рождения его брата, ни одна из них не была направлена на Тибо. Он жалел, что позволил Клип уговорить себя прийти сюда. Ему было плохо и без лишних напоминаний обо всем, что он потерял.
Телефон Тибо запищал в кармане, и сидящий рядом с ним дядя Клод полез проверять свой. Он озадаченно посмотрел на пустой экран, потом улыбнулся Тибо, поняв, что произошла путаница. Через мгновение его взгляд скользнул в сторону. Дядя Клод никогда не мог вспомнить Тибо, даже на одну секунду. Но в этот раз ему удалось хотя бы улыбнуться ему.
Сообщение было от Клип: Бойфренд из Жулика никакой. Скучаю по тебе .
Тибо ощутил, как его окатило теплой волной удовольствия. Она скучала  по нему, даже после пятнадцати часов вместе в одной машине. После всего того ужаса, который они видели ночью.
Пришло следующее сообщение: Итан думает, что ты здесь. Жутко боится, что ты за нами наблюдаешь:))) 
Тибо невольно фыркнул и послал ответ: Я с удовольствием понаблюдал бы за спектаклем. Но мы тут открываем подарки – малышня прямо с ума сходит. 
Она тут же ответила: Вы просто варвары! Разве ты не слышал, что когда ты открываешь подарок до утра Рождества, где-то умирает эльф? 
Тибо потребовалось сделать усилие, чтобы перестать писать Клип и убрать телефон в карман. И вернуться обратно к семье – для которой он был почти невидим.
Его младший брат Эмиль сидел под елкой, пытаясь выбрать, какой подарок открыть следующим.
– Это уже второй, – предостерег его отец. – Смотри, не забывай про правила!
Эмиль застонал: согласно семейной традиции, малышам разрешалось открыть вечером не более трех подарков. Остальные должны были подождать до утра. После долгого раздумья Эмиль потянулся к коробке, завернутой в ярко-красную бумагу и перевязанной золотой лентой. Тибо снова улыбнулся: он всегда использовал одну и ту же бумагу для подарков на день рождения Эмиля.
Эмиль глянул на открытку:
– Мама, видишь, я же говорил, что здесь обязательно будет подарок Тибо.
Столпившиеся вокруг родственники неуверенно поежились, а мать с отцом озадаченно посмотрели друг на друга. Но как только Эмиль принялся разворачивать бумагу, взгляд отца вернулся к его бокалу с эгг-ногом. Мать оглянулась кругом, словно пытаясь найти Тибо в толпе, но ее взгляд скользнул мимо него, и лицо приняло неуверенное и встревоженное выражение.
Может, он просто мучает их своим присутствием?
Но глядя на маленького брата, открывающего свой подарок, он подумал, что это стоило его страданий.
– Мини-жеоды! – обрадовался Эмиль. – Вот здорово!
– Я заметил, что у тебя в коллекции их нет, – сказал Тибо, присаживаясь на корточки рядом с малышом и взяв его за руку. Их двоюродные братья были заняты своими подарками, нависающие ветки елки прикрывали их, и на секунду они словно оказались вдвоем в небольшом убежище.
– Да, у меня таких нет! – заявил довольный Эмиль. – Они потрясающие!
Тонкая, но четкая сверкающая нить связи соединяла их. Когда-то такая связь соединяла его с обоими братьями, сейчас осталась только с Эмилем.
– Интересно, что снаружи никогда не скажешь, что там внутри, – продолжал Эмиль. – Это как шоколадки в коробке – только открывать их надо алмазной пилой!
Тибо рассмеялся. Продавец в магазине минералов сказал то же самое. Похоже, Эмиль был там частым гостем.
Эмиль вытащил один из камней из коробки и взвесил его на ладони:
– А ты знаешь, как они образуются?
– Понятия не имею, – соврал Тибо. – И как?
Этого оказалось достаточно, чтобы следующие пять минут слушать лекцию всезнайки и любителя камней об их происхождении. Внимание Эмиля иногда перелетало с Тибо на родственников и на жеоды, но поток слов не останавливался ни на минуту, пока Эмиля не отвлекли призывом открыть еще один подарок.
Мать, следившая, чтобы все были довольны, периодически останавливала свой взгляд на без умолку болтающем Эмиле. Но она так ни разу и не взглянула в сторону своего старшего сына.
Самым худшим было первое Рождество после того, как он ушел из дома. Тибо весь год не заглядывал домой. Он был все еще слишком зол на них за то, что они забыли про него, – особенно бабушка. Когда она переехала к ним после инсульта, ее присутствие подстегнуло «Дугу» в доме, вытеснив его из памяти родных. Тринадцатилетний Тибо любил бабушку, но от этого было не легче, раз именно ее приезд буквально стер его из памяти семьи.
Сейчас он понимал, что был прав, когда решил не возвращаться домой. Когда тебя не видят в твоем собственном доме – это куда тяжелее перенести, чем сидеть под Рождество в одиночку в номере гостиницы или бродить по пустынным улицам Кембрии.
Интересно, а у того Анонимуса из Портленда тоже все было так? Того бедолагу тоже буквально вытолкали из дома? Его семья вообще заметила, когда он умер? Если способности Зероев действовали и после смерти, то его тело могли находить снова и снова – и все забывали бы о находке слишком быстро, чтобы позвать полицию.
Может, кличка Неизвестный подошла бы им даже больше, чем Сталкер или Анонимус.
Может, предпочитаешь Забываемый?  Он вспомнил презрительный взгляд Дэйви. Ты что, какой-то доморощенный ниндзя? 
Внезапно он вспомнил оторванную руку Дэйви, по-прежнему прикованную к поручню, ревущую вокруг толпу, вопящую Рен…
Нет. Снова и снова вспоминать ту ужасную сцену – это не был Срединный Путь.
Он глубоко вдохнул смолистый запах еловых ветвей и поглядел на свою безмятежную семью. Сейчас, среди них, трудно было поверить в существующего где-то там убийцу Зероев.
– Ой, правда? Это мне?! – ликующий вопль Эмиля заставил его вернуться на землю. – Телефон ?! Вы серьезно? Я вас обожаю!
Эмиль кинулся обнимать маму с папой, потом снова схватился за подаренный телефон:
– Бабуля, видишь?
– Да ты совсем большой! – рассмеялась бабушка.
Внимание Эмиля искало, с кем бы еще поделиться радостью. Он заметил Августа:
– У меня в школе почти ни у кого нет телефона!
– Я надеюсь, вы отключили возможность смотреть порнушку на этой штуковине? – усмехнулся Август, и мама раздраженно цыкнула на него. Эмиль отвернулся от него.
– Тибо, ты видел? Мне подарили телефон!
Присутствующие снова тихо вздрогнули. Тибо решил не обращать на это внимания, он был слишком благодарен за этот порыв внимания от Эмиля.
– Потрясающе! Добро пожаловать в двадцать первый век!
– Тибо, ну конечно, вот ты где, – прошептала бабушка.
И снова внимание матери последним соскользнуло с него, и в глазах ее снова появилось беспокойное выражение. Эмиль уселся рядом с Тибо, но он был слишком занят своим телефоном, и нить его внимания сжалась до короткого сверкающего проводка между ним и маленькой электронной машиной.
Август глянул на него и принялся фотографировать подарки, чтобы разослать фотографии друзьям. Бабушка уселась поудобнее, ласково улыбаясь. Ее внимание мягкой сетью окутывало всю семью, так что краешек достался и Тибо. Мама, все с тем же встревоженным выражением на лице, ушла на кухню, бормоча себе под нос что-то насчет горячего шоколада.
Эмиль радостно вскрикнул, когда телефон в его руках ожил.
Тибо наклонился к нему:
– Можно я сделаю одну вещь?
– Конечно. – Эмиль протянул ему телефон и смотрел, как Тибо открывает адресную книгу и записывает туда новый контакт: Тибо (брат) – и номер.
– Можно подумать, я знаю еще какого-нибудь Тибо, – насмешливо заметил Эмиль.
– Может, и знаешь. Нас таких много.
Он выбрал момент и зашел на кухню, где мать сыпала шоколадную крошку в молоко. Оставалось только размешать шоколад. Бабушки, к счастью, с ней не было, а ее сестры как раз вышли во двор покурить на свежем воздухе.
– Счастливого Рождества, мама, – сказал он от двери.
Она перестала размешивать шоколад и подняла на него взгляд. Ее улыбка, сначала немного нервная, потеплела, мать выпрямилась и обняла его:
– Счастливого Рождества, Тибо!
Он держал ее в объятиях как можно дольше. Что, если это было в последний раз?
– Как ты вырос! – воскликнула она, когда он наконец отодвинулся. Но она смутилась и озадаченно прикрыла рот рукой. – Почему я так удивляюсь… при виде собственного сына?
Он постарался не рассмеяться:
– Мама, ты всегда забываешь, что я должен прийти. Это вечная история со мной.
– Но мы же даже ничего тебе… Я даже не знаю, положили ли мы тебе подарок под елку?
Он пожал плечами:
– Туда, где я сейчас живу, подарки не принесешь.
Она взволнованно приложила руки к щекам:
– А где ты живешь?
– В Верхах. Отличное место, я тебе как-нибудь покажу фотографии на телефоне.
Он не собирался долго там задерживаться.
Держитесь поодиночке и не оставайтесь долго на одном месте , сказал Нэт, и его бесстрастный голос прозвучал так же холодно, как слова.
Его тети уже возвращались со двора – скоро они набьются в кухню, и мать немедленно забудет о нем:
– Хочешь, я помешаю шоколад?
– Спасибо, дорогой. – Она неуверенно смотрела на него, пока он помешивал горячее молоко, бросая на его лицо взгляды, полные страха и стыда, от которых у него, как всегда, разрывалось сердце.
Наконец она повернулась к стоящим на столе кружкам и сосчитала их:
– Ты ведь тоже выпьешь горячего шоколада?
– Да, спасибо.
Она сняла с полки еще одну кружку и как ни в чем не бывало поставила ее рядом с остальными.

Глава 40
Банда

Келси никогда еще не приходилось встречать Рождество без отца.
Он всегда был сердцем и душой компании. Где бы они с Келси ни жили в тот момент, он собирал всех друзей на вечеринку. Не поесть – еда никого в семействе Ласло особо не волновала, – но выпивка была обязательно, и музыка, и всякие дерзкие веселые выходки, и нелегальный салют. И Келси могла не ложиться всю ночь, летая на одной накатывающей волне счастья за другой.
Но сейчас ей казалось, что все это осталось бесконечно далеко. Она с ужасом думала о предстоящем одиноком Рождестве. С момента трагедии в торговом центре, она видела свою связь с Роем – словно якорная цепь привязывала ее к нему и тянула вниз.
Накануне вечером, когда они отмывали угнанную машину, Чизара буквально спасла ее своим тихим, неуверенным приглашением провести праздник вместе с ее семьей.
Сейчас Келси сидела за столом вместе со всем семейством Океке, стараясь не выдать своего изумления количеством еды на уставленном тарелками столе. А мама Чизары без конца предлагала ей рисовый джолоф, карри и хлеб.
– Все очень вкусно, миссис Океке, – сказала она.
– Зови меня Нийи, – ответила мама Чизары.
– Это просто потрясающе, Нийи. – Келси не лгала. Трудно было поверить, что Чизара ела такую вкуснятину каждый день.
– Дорогуша, можешь приходить обедать хоть каждый день, – засмеялась Нийи.
Сидевшая рядом с ней Чизара выразительно закатила глаза, но видно было, что она довольна почти настолько же, насколько ее мама.
Мама у Чизары была добрая, проницательная, и у нее была широкая яркая улыбка. И она знала о способностях Чизары. Келси всегда казалось, что хорошая мать будет просто знать  о таких вещах, и ей не нужно будет постоянно все объяснять, как приходилось объяснять отцу. И все равно он никогда не мог понять, в чем дело.
Ей понравилась вся семья Чизары: Сани, ее отец, и два брата – Икем и Обинна. Вместе с Келси их оказалось шесть человек, вполне достаточно для образования Дуги, поэтому она создала петлю связи, как только вошла в дом. Она поймала сомнение Нийи насчет еще одной из приятельниц Чизары со всякими суперспособностями и пригладила его. Потом она ухватилась за радость Икема в предвкушении Рождества и растянула его эмоции, обвивая всех присутствующих радостным возбуждением.
Когда же Келси обнаружила под елкой подарок со своим именем на нем, ее благодарность заставила эмоции в комнате спиралью взвиться вверх. Она быстро сорвала обертку и обнаружила внутри хорошенький свитер с ярко-красными вишенками на белом фоне. Который она немедленно и надела.
Просто удивительно, насколько домашняя жизнь Чизары отличалась от ее жизни среди Зероев. Здесь не было места ни грандиозным планам Нэта, ни лжи Итана. Здесь не было мелких преступлений, и никто не шпионил друг за другом через чужие глаза. Это была просто семья – счастливые люди, вместе сидящие за праздничным столом.
Когда подали десерт, Нийи наклонилась поближе к Келси:
– Дорогая, мне было очень жаль услышать печальные новости о твоем отце.
Весь вечер никто не упоминал о смерти ее отца, и внезапный всплеск печали и боли пронзил петлю эмоциональной связи. Удивленный Икем поднял голову, а лицо Сани исказилось сочувствием чужому горю.
Чизара чуть толкнула Келси коленом под столом.
– Извини, – прошептала Келси.
Она подавила свою боль и постаралась вернуть ощущение счастья, царившее за столом минуту назад. Среди радостной и довольной семьи Океке сделать это было нетрудно. Их спокойная твердость служила ей убежищем, где она могла думать о печальных вещах, не боясь разрыдаться. Дэйви, убитый в фонтане. Сила Роя внутри ее. Беспомощность Нэта перед лицом этого нового врага.
Она попыталась вспомнить что-нибудь приятное. Хотя бы тот велосипед, который папа подарил ей на одно Рождество.
Правда, велосипед папа украл. Келси имела несчастье проехать на нем прямо мимо дома прежнего владельца, и ей пришлось иметь дело с мальчишкой в два раза больше ее. Когда на следующий год отец подарил ей скейтборд, она уже была более осторожна.
Потом она вспомнила, как на одно Рождество он повел ее посмотреть шоу на льду. В кои-то веки он заплатил за настоящие билеты, им не пришлось тайком пробираться в зал, и она сидела на переднем ряду. Это было словно окно в странный чужой мир. Мир, где все радостно улыбались, зрители подпевали любимым мелодиям, и их настроение выстраивалось в полном согласии с хореографией шоу. А сверкающие блестками радостные танцоры на льду заставляли всех испытывать счастье.
Келси хотелось бы иметь хоть толику подобного контроля. Уметь скользить поверх печали и грусти, чувствовать только радостные эмоции и щедро раздавать их восхищенному миру.

После обеда Икем и Обинна принялись убирать со стола, а взрослые начали обзванивать родственников с праздничными поздравлениями. Чизара и Келси остались вдвоем в гостиной, глядя на елку, где мерцали и подмигивали рождественские огоньки.
– У тебя потрясающая семья, – сказала Келси.
– Да ладно, просто нормальные люди.
– Вот именно. – Большую часть жизни Келси не чувствовала себя нормальной. – Ты и правда не возражаешь, что я здесь?
– Шутишь? – изумилась Чизара. – Да ты – самое лучшее, что случилось на это Рождество.
Келси чуть не рассмеялась. Она чувствовала, как ее восторг захлестывает семью и катится дальше по всему дому.
– Я правда так думаю, – застенчиво сказала Чизара. – Обычно, когда я упоминаю своих друзей, мама смотрит на меня очень сердито: как же, куча избалованных белых ребят со странными способностями. Но тут пришла ты, и она вдруг прямо так обрадовалась.
– Понятно, – с притворной серьезностью отозвалась Келси, – тебе не хватает ее сердитого взгляда.
– Если бы ты видела этот взгляд, ты бы так не шутила. – Чизара понизила голос. – Нет, правда, это просто нечестно. Ты используешь свою силу, чтобы заставить всех почувствовать радость – и она смотрит на тебя так, как будто обрела давно потерянную дочь. А когда я использую мои способности, я сразу морально несостоятельное существо.
Келси почувствовала укол обиды:
– Я никого не заставляю ничего чувствовать. Я только пользуюсь теми эмоциями, которые уже есть вокруг меня. И потом, Чизара, ты только представь себе, что твоей семьи сейчас здесь не было бы. Какие эмоции мы бы испытывали…
Голос Келси затих. Она знала, что они раз за разом переживали бы смерть Дэйви. И она вновь почувствовала бы, как Рой открывает потайную дверцу в темную сторону ее души.
– Так я именно об этом и говорю, – сказала Чизара. – Ты усиливаешь ощущение счастья. А я специализируюсь на уничтожении чужой собственности! Нэт приказывает сломать фонтан или угробить электронику в патрульной машине – и я это делаю. Причем в половине случаев это только для того, чтобы помочь Итану.
– Но он бы сделал то же самое для тебя. Любой из зероев тоже помог бы.
– Но мы же не можем постоянно нарушать закон, чтобы помочь нашим неблагополучным друзьям! – сказала Чизара напряженным шепотом. – Помнишь, что случилось прошлым летом? Офицер Брайт до сих пор находится на лечении.
Келси промолчала. Возможно, Чизара забыла, что отец Келси был одним из заключенных, сбежавших в тот день, – одним из тех, кого Зерои выпустили на свободу. Если бы он остался в тюрьме, вполне возможно, что он был бы до сих пор жив.
Она взяла свои эмоции под контроль, прежде чем ее горе затопило всех вокруг.
– Знаешь, мне уже почти хочется, чтобы сестра Итана все рассказала его матери, – продолжала Чизара. – Если бы полиция прикрыла «Чашку», мы все могли бы просто жить нормальной жизнью.
Келси пришла в ужас:
– Ты же не серьезно? Ко всему прочему ты хочешь лишиться «Чашки»?
– В «Чашке» мы проводим эксперименты над людьми, – ответила Чизара. – Ты думаешь, это правильно?
Келси покачала головой, пытаясь удержать вокруг счастливые эмоции.
– Мы не экспериментируем, мы делимся с ними тем, чем обладаем сами.
– Моя мать думает, что все наши способности – это зло, как черная магия. Что, если она права? Подумай о тех людях в «Дезерт-Спрингс»? Как я понимаю, они помнят , что они сделали.
У Келси перехватило дыхание. Она тоже помнила – помнила каждую минуту алчного голода Роя. Она не переставала чувствовать все это с того момента, когда толпа в торговом центре набросилась на Дэйви.
Ее тревога и беспокойство просочились в петлю связи, заставив умолкнуть смех Икема и Обинны на кухне и наверняка испортив дорогой международный звонок родне в Нигерию. И каждая минута печали, пока она не нашла в себе силы вернуть радость и счастье обратно, доказывала, что мама Чизары была права. Их способности были злом. Рой был злом. А она была зачатком подобного Роя.
Она подняла глаза и встретила взгляд Чизары:
– В «Чашке» мы делаем людей счастливыми, – тихо сказала она. – И там мой дом.
Чизара взяла ее за руку:
– Я знаю. В некотором роде и мой тоже.
И это была правда. Клуб не был просто местом, где можно было потанцевать или переночевать. Первый раз в жизни у Келси появилось место, которое не могло внезапно исчезнуть из-за просроченной аренды, или жалоб на шум, или из-за того, что очередные гости показались хозяину подозрительными.
Но теперь, когда «Чашка» оказалась под прицелом продажных копов, а Рой начал охоту на зероев, надежность этого убежища оказалась такой же хрупкой, как и все те места, где они жили с отцом.
– Это первое место, где меня не преследует боль, – сказала Чизара. – Но посмотри, что мы все делаем. Нэт уверяет, что «Чашка» – для тренировок, но для чего эти тренировки? Мы уже видели , к чему могут привести наши способности.
– Мы тренируемся, чтобы иметь возможность дать отпор любому, кто попробует напасть на нас. – Келси с силой сжала руку Чизары. – Разве это не стоит труда?
Ее уверенность накрыла весь дом, и где-то на кухне восторженно завопил Обинна. Но Чизару это, похоже, не убедило.
Келси едва не улыбнулась. Скептицизм Чизары был ей знаком и даже приятен. Каждый раз, когда Нэт выдавал одну из своих эпохальных речей, можно было быть уверенной, что уж Чизара-то точно найдет все слабые места плана.
Чизара пожала плечами:
– Может, ты и права.
Келси смягчилась:
– Прежде мне не с кем было поговорить о моих способностях. Я и сама в них не верила до последнего времени, и я по-прежнему пытаюсь понять, что к чему. Тебе очень повезло, что ты можешь говорить об этом со своей семьей.
Чизара расхохоталась:
– Какое там поговорить! Это больше похоже на исповедь. Моя мама умеет смотреть так, словно у нее сыворотка правды из глаз выделяется, как лазер.
Келси не могла не согласиться. Проницательный и острый взгляд Нийи заставил ее подумать, что ей не хотелось бы испытать на себе ее гнев.
– Может, это даже хорошо, – задумалась Келси. – Может, ежедневная доза сыворотки правды в жизни необходима. Меня никто никогда не пытался заставить вести себя честно.
– Вряд ли это было бы очень сложно, Келс. Ты хороший человек.
– Ты что, хочешь попробовать? – осмелилась спросить Келси.
Чизара выглядела удивленной:
– Конечно. То есть… Да, я бы хотела этого.
– Вот и отлично. – Келси наклонилась поближе к Чизаре, которая неловко обняла ее за плечи.
В эту минуту они остались наедине, отделенные от всей семьи. «Дуга» не появилась, но Келси почувствовала, как нечто сильное обхватывает их защитным полем.
Она расслабилась в объятиях подруги, прижавшись лицом к щеке Чизары и осторожно вдыхая ее запах, боясь нарушить чары этого момента.
И тут в одном из их карманов зажужжал телефон.
– Серьезно? – пробормотала Келси. – Это твой или мой?
Они дождались следующего гудка.
– И твой и мой, – вздохнула Чизара. – Что означает, что звонит Великий Вождь.
Они с неохотой отпустили друг друга и молча прочитали сообщение:
Соня только что выложила целую кучу фотографий из «Чашки». 
– Какого черта? Я ж сожгла ее телефон, – возмутилась Чизара.
Пришло следующее сообщение:
Похоже, снимали Дэйви и Рен. Там мы все на снимках. Так что Рен нам все-таки отомстила .
– Ничего себе, – выдохнула Чизара. – А я-то последние дни все переживала за нее.
Келси не могла выговорить ни слова. Ее страх пополз по дому, только слегка приглушенный праздничным настроением семьи.
Чизара тоже почувствовала это и глянула на подругу:
– Ты в порядке?
Келси нервно сглотнула:
– Теперь он появится в Кембрии. Он будет не просто охотиться на случайных зероев, теперь он знает, где я.
Она попыталась приглушить панику, сделать что-то, чтобы защитить эту семью и их дом. Они были так добры к ней, но она обладала возможностью превращать хороших людей в плохих.
Они не заслуживали такой участи.
– Ты не можешь больше оставаться в «Чашке», – решила Чизара. – Я помогу тебе собрать вещи.

Глава 41
Авария

Чизара стояла на пороге комнаты Келси в «Чашке», пытаясь подавить желание спуститься вниз, на первый этаж. Второй этаж находился за пределами защиты «Фарадеевой клетки», и телефон Келси с ее беспроводными наушниками словно иглами колол ее кости. Противопожарный датчик в коридоре зудел, как надоедливый комар.
Но ситуация Келси была куда хуже – она теряла свой дом.
Чизара попыталась шуткой подбодрить ее:
– Вот что лучше надеть, когда спасаешься бегством?
Келси только тихо фыркнула. Она сидела на кровати, поставив открытую черную сумку у ног, и тупо смотрела на разложенную по полу одежду и разные дорогие ее сердцу вещицы из прошлого: стеклянный снежный шар, пластиковые фигурки, книжечки с коллекциями мини-наклеек. Сколько же их подарил ей отец?
– Я не могу сегодня переехать. – Келси откинулась на свое покрывало с надписью «Дисней на льду». – Я слишком нервничаю. Если я приду туда в таком состоянии, Линг поймет, что что-то случилось.
– Я и сама нервничаю. – Чизара подошла к окну и посмотрела вниз на пустой переулок. Электронные сигналы города проникали сквозь холодное, мокрое от дождя стекло и тупой болью отдавались у нее в голове. – По крайней мере, Рой не знает, где живу я. Так что ты могла бы пока пожить у нас.
– Я не могу. Ты же знаешь, нам надо держаться подальше друг от друга. – Келси встала и тоже подошла к окну, глядя на удлиняющиеся вечерние тени. – Как ты думаешь, скоро он сюда заявится?
– Трудно сказать. – Чизара старалась говорить спокойно и небрежно, как Нэт, пока он не потерял контроль над собой. – Мы же не знаем, насколько широко известна Соня Соник.
Келси снова бросилась на кровать:
– Достаточно известна. Он же нашел Дэйви и Рен.
– Нам же пришлось семь часов ехать до этого торгового центра. К тому же, может, он все еще охотится за Глюк.
– Она его больше не интересует. – Келси поежилась. – Ему нужна именно я, я чувствую это. Рен была права – я такая же, как он.
Зимний вечер потихоньку темнел. Чизара отвернулась от окна и села на подоконник, повернувшись спиной к настырно-колючей электронике:
– Ты сама знаешь, что ты не такая, как он.
– Что я точно знаю, так это что я люблю этот клуб. – Келси лежала на кровати, как ребенок, скрестив ноги в грязных кроссовках. – Если бы я могла остаться тут хотя бы еще на одну ночь…
– Так оставайся, – сказала Чизара. – Я останусь с тобой.
Келси подняла голову, и в ее зеленых глазах на мгновение зажглась надежда:
– Но нам же нельзя находиться вместе?
Чизара пожала плечами:
– Я все равно не могу сегодня вернуться домой. Мама начнет допрашивать меня, почему ты вдруг так быстро ушла. Один ее лазерный взгляд – и я все ей выложу.
– А они не будут возражать, если ты сегодня не придешь домой? Сегодня же Рождество.
– Мама видела, что ты расстроена. Я просто скажу ей, что останусь ночевать у тебя. – Чизара выдавила слабую улыбку. – Но упоминать, что ты живешь над ночным клубом, я, пожалуй, не стану.
– Нет, правда? – Келси приподнялась на локтях. – Это было бы здорово. У меня тут есть что перекусить.
Чизара рассмеялась:
– Ты все еще голодная после маминого обеда? Она бы была в шоке, услышь она тебя. А где твой… сосед?
– Анон! Он вчера ушел, сразу после того, как мы вернулись. По-моему, он сегодня в гостях у Клип.
Они вопросительно посмотрели друг на друга.
– Лучше проверим, – сказала Чизара.
Они вместе пошли по коридору к двери с написанной от руки табличкой:
ЗДЕСЬ ЖИВЕТ АНОН 
ИЛИ ТИБО («тибо́») 
СТУЧИТЕ ВЕЖЛИВО 
Келси забарабанила в дверь:
– Тибо! Ты здесь?
Молчание, нарушаемое только стуком капель дождя, падающих с крыши, и слабым электронным гулом из-за двери. Было странно и немного жутковато ощущать, что во всем здании сейчас были только они. Как только Келси умудрялась жить в этом огромном пространстве всего с одним соседом, которого, к тому же половину времени она вообще не помнила? Ну вот, теперь она здесь больше жить не будет.
Чизара подергала ручку двери:
– Закрыто.
– Подумаешь. – Келси достала из кармана тонкую металлическую полоску, опустилась на колено и вставила полоску в замок.
– Ты что, постоянно это с собой таскаешь? – изумилась Чизара.
– Иногда ты бываешь просто невыносимо правильная, – пробормотала Келси, ковыряясь в замке. – Тебе же нужно где-то спать сегодня.
Замок щелкнул, и дверь открылась. Даже при выключенном свете маленькая комната выглядела чисто и опрятно. Японский матрас-футон был аккуратно накрыт покрывалом, а книги на полках расставлены по цвету и размеру.
– Ни фига себе! – удивилась Келси, включив свет. – Вот это аккуратист!
– Ты правда так думаешь? – Комната Анона напоминала комнату самой Чизары. Вот только воздушное пространство у него было куда более захламленное – ее кожу кололо от вай-фай роутера и прочих электронных штуковин.
Она потерла плечи, чтобы избавиться от этого ощущения:
– Как ты думаешь, он не рассердится, если мы перенесем его футон вниз?
– Ты что, хочешь спать в самом клубе?
– Да, там же «Фарадеева клетка», поэтому там намного спокойнее.
– Отлично, тогда пошли. – Келси положила подушку и покрывало в центр матраса и ухватилась за один угол. – Будет очень странно, если мы мой матрас тоже сегодня перетащим в клуб?
– Ты хочешь устроить спальную вечеринку? А что, это же твоя последняя ночь здесь, а может, и моя тоже. Хоть повеселимся напоследок.
Чизара почувствовала, как у нее перехватило горло.
Они подхватили матрас и потопали вниз по лестнице, потом вернулись за матрасом Келси и уложили их прямо посреди танцпола, под безмолвной защитой «Фарадеевой клетки».
Уличные фонари только начали зажигаться, когда Чизара вышла на улицу, чтобы позвонить матери. Улицы в рождественский вечер были пусты, но электронные сигналы наполняли воздух, жаля ее лицо и руки, словно туча кусачих насекомых. Ей немедленно захотелось обратно в тепло и молчание клуба.
Мать не возражала, тем более что пришли запоздавшие гости и ей было чем заняться.
– Но ты же без пижамы? И как насчет зубной щетки?
– У Келси есть запасные, – ответила Чизара. Может, у Анона (он же Тибо) найдется новая щетка в каком-нибудь из организованных по алфавиту ящичков с туалетными принадлежностями.
– Хорошо, тогда позвони нам утром, если понадобится подвезти тебя домой.
– Мамочка, я тебя люблю! – Чизара постаралась, чтобы ее голос звучал как можно более весело.
Она отключила телефон и вошла в клуб, оставив снаружи бурю электронных сигналов. Потом она заперла за собой дверь и опустила шторы на окнах с решетками.
Несколько цветных лучей медленно скользили по танцполу.
– Эй, – закричала Чизара, – свет – это моя  работа.
Келси пересыпала кукурузные чипсы в стоящую на барной стойке миску:
– Я хотела было поставить музыку, но тогда я ничего не услышу.
– Разве ты не почувствуешь , если Рой здесь появится?
– Конечно почувствую. Я имела в виду, я тебя не услышу. – Она тоже отключила телефон, и в «Чашке» воцарилось чудесное электронное молчание. – Мы с тобой ведь никогда не оставались здесь вдвоем.
Девушки открыли банки сальсы и гуакамоле, уселись у барной стойки и принялись хрустеть чипсами, запивая их пивом. В данный момент Чизару вполне устраивал такой ужин в стиле Келси.
Келси первая нарушила молчание:
– Когда я была у тебя в гостях, ты сказала кое-что насчет торгового центра. Помнишь? Насчет всех тех людей, что с ними стало после того, как Рой отпустил их.
Чизара поежилась:
– Я столько читала об этом вчера, что у меня даже голова разболелась. Они помнят все, что они делали в тот вечер. И у них не просто сейчас сильнейшая травма, а они теперь каждое Рождество будут все это вспоминать. Представляешь?
Келси отхлебнула пива:
– Очень даже представляю. Я тоже теперь ожидаю очередное четвертое июля без всякого удовольствия.
– По крайней мере, им не собираются предъявлять обвинение в убийстве. Все решили, что это был террористический акт. Какой-то газ, который заставляет людей впадать в агрессию.
Келси положила прохладную руку на плечо Чизары:
– Мы теперь совершенно в другом мире.
Чизара вопросительно посмотрела на нее.
– Я имею в виду, что полицейские, суды и их решения теперь к нам не относятся, – пояснила Келси. – Раз появился Рой, нам придется добиваться справедливости другими методами.
Она сунула в рот еще один хрустящий чипс. Молчание царило в большой комнате, по стенам медленно бродили цветные лучи.
– Спасибо, что ты осталась со мной, – сказала Келси. – Одной мне было бы слишком страшно здесь.
Чизара только рада была уйти от разговоров о торговом центре:
– Ну, не могла же я бросить тебя здесь в полном одиночестве!
– Да, но все равно спасибо, что ты доверяешь мне. После того, что сказала Рен…
– Что ты – будущий Рой? – Чизара засмеялась и покачала головой. – Она же вообще тебя не знает!
Келси зачерпнула еще гуакамоле. Она не улыбнулась.
– Ей просто нравится портить людям настроение, – продолжала Чизара. – Ты же знаешь, ее сила как раз и состоит в том, чтобы заставить людей испытывать глюки. Она специально это сказала, чтобы заставить тебя усомниться в себе. Будущий  Рой? Детеныш, что ли? Да такой вещи вообще не существует!
– Но я тоже почувствовала его влияние. – Келси отвела взгляд. – Когда они убивали того парня… я ощущала, как Рою было хорошо, какое удовлетворение он чувствовал в тот момент. Понимаешь?
Чизара молчала, покачиваясь на барной табуретке.
Взгляд Келси был устремлен куда-то вдаль.
– Когда я была в школе и всякие противные девчонки или самые сильные парни наваливались на кого-то всей стаей, я никогда не жалела того, на кого они напали. Моя сила всегда держала меня в самой середине их банды. Я кайфовала от их кайфа, от той части их существа, которая требовала крови.
Слова словно повисли в воздухе между ними, забрызганные, словно кровью, воспоминаниями о смерти Дэйви.
– Но тебе же нравится, когда толпа ощущает радость , – возразила Чизара. – Мы здесь в «Чашке» на этом специализируемся.
Она мысленно послала импульс энергии своему пульту управления светом: радужные огни быстрее заскользили по стенам, под потолком ожил и завертелся зеркальный шар, усыпая стены и пол мириадами скользящих всполохов белого света.
Келси мрачно смотрела на бегающие огни.
– Люди приходят сюда именно за этим, – продолжала Чизара. – Они приходят ради тебя . Это ты даришь им хорошее настроение и заставляешь их танцевать.
Келси потрясла головой:
– А что случится, когда моя сила обратится в свою противоположность? С тобой же это случилось: ты перестала разрушать вещи и начала их чинить. Что, если со мной случится нечто противоположное?
Чизара взяла ее за руку, глядя в лицо, по которому скользили лучи света:
– Когда я повернула свою силу в другую сторону, я сделала это сознательно . Я хотела хоть что-то сделать, чтобы исправить все, что я натворила. Келси, я сама хотела быть хорошей.
– Я понимаю, но единственное, чего мне хотелось вчера, – это оказаться там вместе с той толпой. Меня не волновало, хорошо это было или плохо. Я хотела забрать эту жизнь и…
– Прекрати! – Чизара зажала Келси рот. – Прекрати психовать. Ты вовсе не хотела этого. Это убийца заставил тебя думать , что ты хотела.
Келси отодвинулась, ее глаза наполнились слезами.
– Он заставил толпу роиться, и ты попала под его влияние, вот и все. – Чизара слезла с табурета и обняла Келси. – Вот увидишь, все будет в порядке. Ты хороший человек, Келс.
– Ты правда так думаешь? – Келси спрятала лицо в ладони. – Мой отец не был хорошим человеком. И мать не была. Я не знаю, кто  я такая.
– Никто из нас не знает, кто он. – Чизара притянула девушку к себе и уткнулась лицом в ее светлые кудри. – Наши способности сильно все путают и усложняют жизнь. Но это не означает, что ты должна превратиться в монстра.
Чизара нежно укачивала Келси, пытаясь избавиться от навязчивых воспоминаний: последний, полный ужаса вопль Дэйви, красные брызги в фонтане, окровавленные лица в центре толпы.
– Но это было такое приятное чувство. Все казалось таким правильным, – шептала Келси, уткнувшись лицом в плечо Чизары. – Может, каждая толпа втайне всегда хочет превратиться во что-то… жестокое. Что-то смертоносное.
– Послушай меня! – Чизара запустила руки в волосы подруги и подняла ее голову, чтобы взглянуть ей в глаза. – Возможно, толпы не выбирают, во что им превратиться, но у людей всегда есть выбор. Я доверяю тебе, поэтому я здесь с тобой, даже когда ты несешь какую-то чокнутую хрень!
Келси подняла на нее взгляд:
– Правда?
– Да, правда. Я доверяю тебе.
– Я подозреваю, что ты с ума сошла, но все равно спасибо. – Келси погладила Аварию по волосам. Ее полный слез взгляд остановился на губах Чизары, и через мгновение ее губы, влажные и соленые, прижались к губам подруги.
Чизара замерла, напрягшись, словно от удара током. Но ее губы оставались мягкими, и она с любопытством и удивлением ответила на поцелуй.
А так можно?  – этот невысказанный крик словно бы дрожал в ее теле и в горле.
Но Келси казалась настолько уверенной в себе, словно ей уже приходилось делать это раньше. Ее глаза были доверчиво закрыты, и одна рука нежно поглаживала шею и затылок Чизары.
Прикосновение кончиков ее пальцев заставило мурашки пробежать по телу Чизары. Стоящая рядом с ней Келси казалась самим совершенством: ее стройное тело прижималось к телу Чизары, тонкие сильные ноги оплели ноги подруги, а язык мягко приглашал к нежной игре.
Сейчас, после всего того ужаса, который они пережили за последние дни, эти ощущения казались Чизаре абсолютно нормальными и правильными. Комната была полна теней, пришедших из прошлого и заглядывающих из будущего. Но сейчас они обрели место, где они были в безопасности, свою «Фарадееву клетку», и нашли свой путь в это чудесное яркое мгновение, пусть даже оно было окрашено слезами и страхом.
Через секунду Келси оторвалась от губ Чизары, чтобы погладить ту по щеке.
– Зара, – прошептала она. И снова поцеловала Чизару.
Чизара закрыла глаза, ощущая, как поцелуй Келси превращает ее в море сияющих огней, и поцеловала Келси в ответ.

Глава 42
Банда

Келси проснулась в полной темноте.
Она лежала в объятиях Чизары, ноги их переплелись, голова Келси лежала на плече подруги, и она вдыхала аромат ее кожи.
Келси никогда еще не чувствовала себя настолько безопасно, настолько защищенно вне большой толпы людей. Прежде, когда Келси просыпалась с кем-то в одной постели, она всегда испытывала желание немедленно убежать, найти какую-нибудь вечеринку, толпу, любое сборище людей. Но сейчас она словно бы оказалась в другом мире.
Может быть, потому что они с Чизарой вместе заводили толпу на танцполе «Чашки». Прошлая ночь казалась ей продолжением шоу света и музыки.
Чизара продолжала спать, и Келси снова задремала, думая в полусне о лете, о вечеринках на пляже, барбекю, о солнечном свете и тепле.
Старое здание вокруг них было полно странных тихих звуков: потрескивали балки крыши, чуть посвистывал ветер, проникающий в щелочку окна. Казалось, здание дышит вместе с ними.
Но внезапно извне, из темноты за пределами «Чашки» пришло новое ощущение: словно бы где-то вдалеке зашевелилась и заворчала огромная толпа. Словно оркестр начал настраивать инструменты, и зазвучал невнятный гул и шарканье ног, которые вдруг слились в единый голос. Даже сквозь дрему она узнала этот голос.
Рой.
Келси проснулась в испуге. На какую-то блаженную секунду ей казалось, что это был просто страшный сон. Но когда она открыла глаза, она по-прежнему слышала далекий рокот толпы.
Они надеялись, что Рой последует за Рен, но этого не произошло. Он прочитал посты Сони Соник и набросился на Кембрию, словно это был роскошный обед из пяти перемен блюд.
И сейчас он ждал ее.
Келси осторожно высвободилась из объятий Чизары и соскользнула с матраса на холодный пол. На секунду она заколебалась, глядя на Чизару, поуютнее устроившуюся в тепле постели, но она не могла позволить кому-то из зероев оказаться рядом с Роем. Сейчас он не был так безумно голоден, как в торговом центре, но она по-прежнему чувствовала его алчное любопытство. Как будто чья-то незнакомая сила представляла для него новый вкус, который он обязательно хотел попробовать.
Келси нашарила в темноте свою одежду и направилась к двери, стараясь двигаться как можно тише. Она оделась, решив не возвращаться наверх за курткой, и выскользнула за дверь клуба. Оказавшись в холодной ледяной тьме декабрьской ночи, она пошла на звук дергающихся, диссонирующих, темных мыслей Роя.
Ее била дрожь – и не только от холода. Вокруг было пустынно, жители Верхов спали после долгого рождественского дня. Ей казалось, что теплое дыхание Чизары осталось за тысячи миль позади.
Она шла мимо пустых складов и стоянок для подержанных машин. Потом дорога пошла вниз, мимо россыпи крошечных ресторанчиков и кафе, закрытых в этот час. Откуда-то долетал шум дальнего шоссе.
Она знала, что Рой пришел за ней. Она знала это с того момента мрачного пробуждения в торговом центре, когда ее сила нашла и слилась с его силой.
Рой стоял в полосе света от фонаря над входом в небольшой супермаркет. Магазин был закрыт, металлические ворота заперты. Рой был один.
Это удивило ее. Пока она шла, она постоянно слышала шум толпы. Даже сейчас она чувствовала, что его окружает какое-то странное множество, словно невидимый легион. Словно бы толпа людей ссорилась внутри его, пытаясь найти спасительный выход наружу.
Внешне он не производил особого впечатления. Полосатый свитер, белые носки, заброшенная за спину дорожная сумка. Подойдя поближе, она заметила, что волосы у него подстрижены криво и неаккуратно, словно он обкорнал их где-нибудь перед зеркалом в общественном туалете. В одной руке он держал странный большой мобильник, бросавший мерцающие голубые отсветы на его лицо. Он продолжал поглядывать на экран все время, пока она шла к нему.
– Я никогда еще не встречал никого с такой же силой, как у меня, – сказал Рой. – Ты первая.
Голос его звучал неуверенно, словно он вообще не привык разговаривать с кем-то.
– Я совсем не такая, как ты, – ответила Келси, скрестив руки на груди. – Ты же Рой, не так ли? Так тебя называли Дэйви и Рен.
Он только пожал плечами:
– Это просто старое прозвище. На самом деле меня зовут Квинтон. А тебя?
Келси не ответила, она совершенно не собиралась ничего рассказывать этому парню о себе.
Но она почувствовала, как его сила тянется к ней, словно толпа, пытающаяся вобрать ее в себя. Она слышала странный гул его эмоций. Несмотря на то что они были одни на улице, «Дуга» набирала силу, словно один человек разделился на несколько отдельных личностей в одном и том же теле, одетом в простой полосатый свитер.
Она мысленно отпрянула и втянула нить своей силы обратно, пока не ощутила, что та безопасно свернулась внутри ее.
– Как ты мог так поступить с Дэйви?
Он усмехнулся:
– Это был не я один, считай, работала целая команда.
При его «я» она почувствовала, словно воздух вокруг нее дрогнул. Она почти видела очертания его внутренней толпы, окружившей ее, и слышала приглушенные крики – зов его силы, пытавшейся объединиться с ее силой.
– А Рен ты тоже убил? – спросила она.
– Она меня сейчас не особо интересует, – ответил Рой. – Меня дико раздражала эта их любовь-морковь и нытье про их неразрывную связь. Они вечно тыкали всем в нос своей любовью, как будто это было нечто особенное.
– Погоди. – Келси жестом остановила его. – Ты хочешь сказать, что ненавидел их за то, что они любили друг друга?
– Любовь – это просто тщеславие. – Рой поднял свой телефон и сейчас обращался к нему, словно снимая себя на видео. – Это просто эгоистичный парад своего «я», к которому можно присоединиться только парой. Любовь – это просто публичная демонстрация того факта, что ты с кем-то трахаешься. Они специально это делали, чтобы насолить мне!
– Это к тебе никак не относилось. – Келси подумала о спящей в клубе Чизаре и ощутила, как нарастает ее гнев. – Тебя совершенно не касается, как люди любят друг друга!
– Тогда зачем выставлять это напоказ? Ты же помнишь, что они устроили на той свадьбе? Считай, они крикнули мне: «Пошел вон!»
– Ты злишься потому, что они не боялись тебя, – заметила Келси.
– Еще как боялись. – Он снова поднял свой странный телефон и обращался к нему. – Но страх – это здоровое, хорошее чувство. Бояться – это правильно. Страх – один из наиболее действенных способов привести толпу в действие. Но это всего лишь средство. А любовь – это словно поломка в системе.
– Да что ты вообще несешь? – вскрикнула Келси.
– Ты когда-нибудь пробовала поработать с толпой, которая настроена только на мир и любовь? – Рой по-прежнему обращался к своему телефону. – Это все равно что пытаться забивать гвозди мокрой картонкой. А влюбленные пары? Ничто не разъединяет группу быстрее, чем когда люди разбиваются на парочки.
Келси ответила ему не сразу. Каким-то странным образом она понимала, о чем он говорит. Она много раз видела, как танцующая толпа распадается, по мере того как люди образуют пары, и как рушатся дружбы из-за случайного романа среди друзей. Трэш-рок группа «Фиг» со скандалом распалась после того, как вокалистка и ударник влюбились друг в друга.
– Но это часть жизни, – неуверенно ответила она. – В этом нельзя никого винить.
– Ты явно перепила слишком много газировки с сиропом, – ядовито усмехнулся Квинтон. – Небось, надеешься найти настоящую любовь? Только знаешь что? Это не для таких, как ты и я.
У Келси перехватило горло. Еще вчера она бы поверила ему. Ей всегда казалось, что важнее всего быть частью группы. Толпа вокруг была единственным человеческим контактом, который был ей нужен. Более чем достаточным. Толпа была всем для нее.
Но сейчас… сейчас ей казалось, что она вполне может быть счастлива с одним человеком. Разве нет?
Рой криво ухмыльнулся:
– Таким, как мы, достается кое-что получше любви. Мы сами себе толпа.
По его телу прошла дрожь, он уронил руку с телефоном. Его сила, вся эта масса запертых внутри его людей, застонала и зароптала.
Келси нервно сглотнула:
– Почему ты стал таким? Что, черт возьми, с тобой случилось?
– Тебе нужна история моего становления ? – Он вздохнул, словно считая вопрос слишком незначительным, и снова поднял телефон. – Ну, для начала, я избежал школьной промывки мозгов. Родители учили меня дома, пока я не научился отфильтровывать всякое дерьмо.
Келси едва не рассмеялась:
– Ну, ничего себе: ты пытаешься сказать, что все это случилось из-за того, что у тебя было домашнее образование?
– Самообразование. – Рой выпрямился. – К тому времени как мне исполнилось восемь, я уже учил моих родителей алгебре. С математикой у них было не очень. Зато они во всем полагались только на себя. У нас не было электричества, не было Интернета. Мы никак не зависели от других людей или от властей.
– И никаких людей вокруг, – тихо произнесла она. Никакой толпы.
Рой пожал плечами, и воздух вокруг него дрогнул, словно от сдвинувшейся лавины:
– Люди там были. По субботам мы ездили в город, до него было всего сорок миль.
Келси почувствовала, как оживает и начинает ныть давняя рана в душе. Отец однажды повез ее за город на импровизированный пикник в старом драндулете, который он выиграл у кого-то в покер. Сперва все было прекрасно, национальный парк, куда они приехали, был полон туристов и просто любителей походов на природу.
Но потом парк накрыло стеной дождя. Туристы разбежались, а им с отцом пришлось укрыться под навесом. Долгие часы, пока шел дождь, ей казалось, что они были единственными людьми на горе. Словно бы весь окружающий их мир просто исчез.
Она никогда прежде не испытывала такого ужаса. Больше она никогда не уезжала из города.
– Ты знаешь, что такое школа? – Вопрос Квинтона адресовался экрану его телефона. – Что такое школа, когда тебе двенадцать лет и ты никогда в жизни до этого не был в школе?
– Думаю, тебе было тяжело, – ответила Келси, хотя ее собственный первый день в школе принес только облегчение. Наконец-то она могла весь день проводить среди целой кучи народа, и ей даже не надо было искать толпу. Она научилась ценить спокойное внимание на уроках истории, всплески победного ликования в спортзале и общее облегчение при звуке последнего звонка в конце дня. Она словно была частью живого организма.
Но она знала об оборотной стороне школы. О той части школьной жизни, где образовывались банды и выбирались жертвы. Она посмотрела на слишком тесный свитер Роя, на его белые носки и постаралась, чтобы ее голос прозвучал как можно мягче:
– Над тобой издевались.
– Мне преподали урок .
Все разнообразные голоса его внутренней толпы слились воедино, и она чуть не пошатнулась при этой фразе.
– Они поставили меня у шкафчиков в раздевалке и кидали в меня мячом. И произносили речи перед каждым броском, словно это был какой-то торжественный ритуал. А я все это время улыбался, потому что мне никогда еще не приходилось переживать объединение внимания толпы. К тому времени, когда кто-то сломал мне нос, я уже смеялся вместе со всеми.
Келси кивнула, вспомнив опьяняющее ощущение общего веселья, когда кто-то привязал косички Салли Джефферс к спинке ее стула. Смеялись все, включая Салли. Она смеялась над собственным унижением, чтобы задобрить тех, кто унижал ее, смеялась, потому что это было лучше, чем плакать.
Келси стало муторно от этого воспоминания:
– Мне очень жаль, что это с тобой случилось.
– А мне не жаль. Я был слишком занят изучением толпы, чтобы жалеть себя.
– Но толпа не всегда такая, – попыталась объяснить Келси. – Точнее, толпа необязательно должна быть такой. Толпа может делать другие вещи. Например, танцевать …
Внезапно это слово, которое Келси привыкла упоминать по десять раз на дню с тех пор, как ей исполнилось четырнадцать, показалось ей жалким и незначимым. Какое значение имеют танцы по сравнению с теми ужасами, на которые способна толпа людей?
– Можешь не переживать за бедного маленького Квинтона – его история закончилась хорошо. – Рой наконец отвлекся от своего телефона и посмотрел ей в лицо. – Я победил .
– Оно и видно. – Келси было знакомо соблазнительное желание стать частью темной силы.
– Его звали Эндрю Форстер, – продолжал Рой. – Он был новичком в школе, высокий, сильный и красивый парень. Он появился у нас в середине года в восьмом классе и сразу же приказал им перестать издеваться надо мной.
– Видимо, он был хорошим парнем.
– Он был просто говнюком с претензией на высокую мораль, – поправил ее Рой. – Я ненавидел ту компашку, но они, по крайней мере, знали, кто я такой. А Эндрю Форстеру было пофиг – он просто хотел выглядеть героем.
– Но он же помог  тебе.
– Ага. И пока они колебались и решали, что делать, я пробрался в их головы. – Рой смотрел прямо на Келси, и она чувствовала силу объединенного взгляда толпы внутри его. – И с той минуты у шкафчиков уже стоял Эндрю Форстер.
– Боже мой! – Келси снова вздрогнула.
Чем больше Рой говорил, тем больше ее охватывала холодная, пронизывающая до костей дрожь. Она обхватила себя руками и потерла плечи, словно стараясь согреться.
– Ты хоть представляешь, каково это – когда ты в первый раз чувствуешь себя частью чего-то? И для разнообразия оказываешься на правильной  стороне? Когда ты ничего подобного никогда не чувствовал?
Келси кивнула. Ее опыт был совсем другим, чем у Роя, но она помнила первое ощущение от встречи с Зероями.
– После этого я входил в ту раздевалку, как дирижер входит на сцену вслед за оркестром. Я превратил ту группу идиотов в нечто прекрасное.
– То, что ты сделал с Дэйви – что ты заставил тех людей сделать с ним, – это вовсе не было прекрасно. Это было жестоко и уродливо, – тихо сказала Келси.
– Ты очень милая. – Рой улыбнулся. – Но в глубине души ты хотела бы стать мной. Ты хотела бы иметь такую власть.
– Я не хочу этого! – Во рту у Келси пересохло.
– Но наша сила прекрасна. Мы можем заставить любую толпу стать тем, чем она всегда хочет стать – бандой .
Келси хотела бы поспорить с ним, но она чувствовала, что она не может тягаться с силой Роя – более сложной, более уверенной в себе. Он был на куда более высоком уровне, чем она.
Может, он на самом деле представлял конечный результат развития ее способностей. Может, все эти тренировки с Нэтом и другими зероями вели именно к этому? Ведь прозвали же они ее Бандой, словно предчувствуя будущую опасность.
Рой понял, что означает страх на ее лице:
– Ты уже чувствовала это искушение. Ты присоединишься ко мне, потому что я могу многому научить тебя. И тогда мы вместе расправимся с твоими друзьями.
Келси едва не улыбнулась:
– Ты с ума сошел! Ты на самом деле думаешь, что можешь заставить меня сделать это? Ты вообще меня не знаешь!
– Я знаю, какая судьба тебе предназначена, – спокойно, как само собой разумеющееся, сказал Рой.
Линия его силы взвилась вверх и завертелась, завиваясь в головокружительные узоры. Келси попыталась защититься от его воздействия, она снова ощутила тот внутренний крик, который словно жил у нее под кожей все это время, никем не замеченный и безответный.
– Ты сама найдешь меня, когда будешь готова. – Рой отвернулся, словно разговор был уже закончен. – Так же, как нашли меня Дэйви и Рен.
– Но они убегали  от тебя!
– Они добивались моего внимания, – ответил Рой. – Они словно оставляли за собой след из хлебных крошек. Та история на свадьбе – это было прямое приглашение. И в торговый центр они пошли, чтобы сдаться мне.
– Да они же попытались подставить меня и моих друзей, лишь бы удрать от тебя!
– Потому что они хотели, чтобы вы все тоже стали частью меня, – продолжал Рой. – И Дэйви и Рен хотели быть на стороне команды победителей. Ты тоже этого захочешь.
– Ты просто больной, – сказала Келси.
Рой снова ухмыльнулся своей кривой усмешкой и направил в ее сторону экран телефона:
– Может, это ты  больная. А я – то, чем ты станешь, когда решишь выздороветь.
Келси шагнула вперед и вытащила телефон из его руки. Ладонь у Роя была вялая и влажная от пота.
Он изумленно уставился на нее:
– Эй, это мой дневник. Что ты…
Она с силой швырнула телефон как можно дальше. Он стукнулся об стену и с треском укатился в темный переулок.
Рой согнулся, словно она вырвала у него хребет.
– Если ты такой продвинутый, – сказала она, – иди найди свой дурацкий телефон!
Она развернулась и бросилась бежать обратно к «Чашке».

Глава 43
Клип

– Мы встретились прошлым летом, – сказала Клип.
Мама Тибо повернулась к сыну, и ее взгляд задержался на нем на целую долгую минуту, прежде чем она перевела его на Клип. Похоже, что чем чаще она видела Тибо, тем дольше она его помнила.
– Я хотела сказать, мы начали встречаться прошлым летом, – поправила себя Клип. – Мы были знакомы раньше, просто тогда еще не понимали, что нравимся друг другу.
– То есть чувство подкралось незаметно. – В голосе миссис Дюран звучала улыбка, и Клип пожалела, что не может ее увидеть. Она переключила взгляд на глаза отца Тибо, сидевшего за столом напротив нее, но он сидел, уставившись в газету. На самом деле он не читал текст, его взгляд застыл на заголовке «ПОЛИЦИЯ В ПОИСКАХ ОТВЕТОВ».
Может, он прислушивался к их разговору?
– Это Клип подкралась незаметно. – Тибо рассмеялся и поставил чашку с чаем на стол. – Она меня, можно сказать, выследила.
– Выследила? Как бы не так! – возмутилась Клип. Да, конечно, она проследила за Анонимусом до его тайного логова в гостинице, но исключительно из желания помочь ему и Жулику. Если это называется «выследила»…
– Он всегда был таким красивым мальчиком, – мечтательно произнесла миссис Дюран, словно уже забыв о сидящем рядом с ней сыне.
Клип взяла его за руку, пытаясь направить внимание матери обратно на Тибо, но та неотрывно смотрела на маленькую нитку, торчащую из белой скатерти. Потом засвистел чайник, и миссис Дюран встала и принялась собирать чашки и блюдца.
Черт, как же это было сложно!
– Видишь? – тихо сказал Тибо. – Она всегда отвлекается на что-нибудь еще.
Тут, словно подтверждая его слова, на кухне появился Август, требуя чаю. Младший брат Эмиль сидел в сторонке, играя подаренными ему игрушками. В доме было шесть человек плюс на втором этаже дремала его бабушка – достаточно для того, чтобы сила Тибо сформировала полную «Дугу».
Может, надо было подождать, пока братья не уйдут в школу?
Но у них просто не осталось времени. Соня выложила сделанные мстительной Рен снимки вчера после обеда, что означало, что Рой мог появиться в любую минуту.
Она глянула вокруг через глаза Августа. Он стоял возле открытого холодильника, глядя на продукты внутри. Потом он закрыл дверь и удивленно глянул на Клип – нормальная реакция любого подростка, обнаружившего чужого человека за завтраком. Он вышел из кухни, так и не посмотрев в сторону Тибо.
Когда миссис Дюран поставила поднос с чайным сервизом перед Клип, отец Тибо наконец поднял взгляд от газеты и посмотрел на четыре чашки на столе.
Клип почувствовала, как дрогнуло ее сердце в порыве надежды. Но миссис Дюран налила чай только в три чашки.
– Мама, а что, Август прикончил все молоко? – подсказал ей Тибо и в награду тоже получил чашку чая с молоком.
Но миссис Дюран так и не взглянула на сына, а его отец снова раскрыл газету и принялся читать какую-то заметку. Клип почувствовала прилив раздражения и уже не в первый раз пожалела, что она может только пользоваться чьими-то глазами, но не может заставить их смотреть туда, куда ей хотелось бы. Она же помнила о сидящем рядом Тибо – так почему его родители не могли вспомнить?
Наверное, пора было использовать более жесткие приемы.
– Миссис Дюран, Эмиль сказал, что вы не очень хорошо себя чувствовали, – сказала Клип.
Мать Тибо тихо вздохнула:
– Это просто усталость после рождественских праздников.
– А может, вам кажется странным, что Тибо дома? – Клип кивнула в его сторону.
– Странным? – задумчиво отозвалась его мама, и слово словно бы повисло в воздухе между ними. Она в первый раз взглянула Тибо прямо в лицо.
Вид у него был такой испуганный, что Клип отчаянно захотелось обнять его:
– Ну да, вы же забыли, когда он уехал из дома.
– Он такой молодой, а живет один, – отозвалась женщина. – Ему же всего…
– Шестнадцать, – подсказала Клип.
– Боже! – Глаза миссис Дюран наполнились слезами. – Я же должна была помнить об этом.
Она явно помнила Тибо только до того момента, когда его способности проявились в полную силу и когда переехавшая к ним бабушка своим присутствием подтолкнула создание Дуги. Сколько же ему тогда было, двенадцать?
Но взгляд женщины все еще был прикован к сыну, и Клип внезапно увидела маленького мальчика в его чертах. Того маленького мальчика, который не мог понять, почему родители забыли его в больнице.
Она почувствовала вспышку гнева и подавила готовые вырваться слова.
– Мамуля, – ласково сказал Тибо, – ничего страшного, если ты забыла. Это не твоя вина. Дело во мне.
– Ты… убежал из дома? – Голос его матери дрожал.
– Да, мне пришлось это сделать.
Клип услышала шуршание газеты и глянула через глаза отца – он неуверенно переводил взгляд с сына на жену.
– Зачем тогда вернулся? – с вызовом произнес от двери Август.
Клип услышала, как подошел Эмиль, и посмотрела его глазами – его взгляд перебегал с сидящих за столом родителей на брата, он явно не привык к тому, что они разговаривали со старшим сыном.
– Август прав, – внезапно сказал мистер Дюран. – После того как ты разбил своей матери сердце, зачем было возвращаться?
Клип ощутила, как вздрогнула рука Тибо в ее руке. Он просто лишился дара речи.
– Он не хотел  уходить, – сказала она. – Просто у него есть такая… особенность. Она заставляет вас забывать его. Вы себе не представляете, как трудно…
– Он бросил нас, – произнес отец и решительно закрыл газету.
Черт! Клип думала, что была готова ко всему – к их недоверию, сомнениям, чувству вины. Но ей не пришло в голову, что они могли винить во всем Тибо. Она уже готова была сказать что-то резкое и обидное, но тут раздался голос Эмиля.
– Когда Тибо здесь, вы вообще не обращаете на него внимания! А когда я спрашиваю вас, где он, вы делаете вид, будто не слышите меня! – Мальчик всхлипнул. – Почему вы все так плохо  относитесь к Тибо?
Миссис Дюран прижала малыша к себе, и какое-то время Клип видела только цветастую ткань ее платья. Она переключилась на глаза отца семейства. Он снова смотрел на тот же заголовок «ПОЛИЦИЯ В ПОИСКАХ ОТВЕТОВ».
– Послушайте, – не выдержала Клип. – Есть определенные… методики, как с этим справляться. Можно рассказывать истории или пользоваться мнемоническими подсказками – вот как этот браслет у меня на руке с именем Тибо на нем. С этой проблемой можно справиться.
Она понимала, что все это без толку. Любые способы были бессмысленны, если не знать о сверхспособностях зероев. Но в самом худшем случае они хотя бы забыли то, что произошло, и Тибо мог бы снова попытаться установить контакт через час или попозже.
Но семейная неурядица набирала силу. Эмиль продолжал плакать, не в силах высказать то, что хотел. Август сердито уставился на Тибо, а его мать смотрела в лицо Клип.
– Что я сделала не так? – спросила она, продолжая обнимать плачущего Эмиля. – Что я сделала такого, из-за чего он вынужден был уйти?
– Да вот же он, рядом с вами!
Тибо судорожно сжал ее руку:
– Клип, пожалуйста, не надо.
– Я вижу его фотографии. И не сразу вспоминаю, кто это! Что я за мать…
– Миссис Дюран…
– Может быть, у меня что-то не в порядке с головой? – Она судорожно прижала к себе Эмиля. – Может быть, я забуду всех своих сыновей одного за другим?
– Мамочка! – раздался полный горечи голос откуда-то слева от Клип, и она внезапно поняла, что тоже теряет Анона. Сейчас всеобщее внимание было сконцентрировано на миссис Дюран. Ох уж эта проклятая «Дуга»!
Но тут женщина повернулась и посмотрела на Тибо:
– Прости меня!
– Это не твоя вина, – ответил он.
Она перевела взгляд на Августа:
– Если я хоть на мгновение теряю своих мальчиков из вида – на улице или в магазине – мне всегда кажется, что я их тоже забыла. И на какую-то секунду мне кажется, что я потеряла их много лет назад и больше никогда не увижу!
– Немедленно прекрати! – резко сказал мистер Дюран. – Ты что, хочешь, чтобы наши двое сыновей подумали, что ты сумасшедшая?
– Трое сыновей ! – закричала она в ответ.
Из-за криков Клип было все труднее сосредоточиться. Ее рука машинально нащупала выпуклые буквы на браслете: Т-И-Б…
– Им только хуже от всего этого, – раздался рядом с ней голос Тибо. – Мне надо уйти.
Он встал из-за стола и направился по коридору к двери.
Она последовала за ним:
– Подожди, мы можем попробовать снова через…
Ее телефон загудел в кармане, и раздался грохот сталкивающихся автомобилей – пришло сообщение от Чизары. Чизара посылала сообщения только в исключительно важных случаях.
– Произнести текст, – скомандовала Чизара. Из телефона раздался привычно бесстрастный голос.
«Рой. Уже. В. Кембрии».

Глава 44
Анонимус

Тибо шел по коридору, срывая со стен семейные фотографии в рамках. Ему даже не нужно было смотреть, что он делает, – он столько раз мысленно проделывал это в приступах ярости и разочарования, когда весь его дзен ничем не мог помочь.
– Что ты делаешь? – Клип остановилась в дверях. Он чувствовал ее внимание, словно яркие призраки или всполохи вокруг него.
– Нужно это исправить, – ответил он.
– Что бы ты ни делал, звучит  очень серьезно, Тибо. Может, лучше остановиться и подумать секунду?
– Подумать? Сколько лет я уже об этом думаю. Понимая, что в какой-то момент мне придется стереть самого себя, так же как семья стерла меня из памяти четыре года назад. Мне придется исчезнуть, ради их же спокойствия.
– У нас сейчас нет времени на это, – сказала Клип. – Если Рой на самом деле в городе, все сейчас в панике!
– Если хочешь, иди и помоги им. А мне нужно закончить здесь. – Тибо пошел дальше, снимая со стены студийную фотографию всех трех братьев и размытый снимок его самого с призом, полученным за знание французского языка, когда ему было двенадцать лет.
Его отец вышел из кухни и встал рядом с Клип, сконцентрировав на Тибо внимание, словно мощную струю из пожарного шланга. Он что, специально выбрал этот момент, чтобы наконец увидеть сына?
– Какого черта ты заявился домой и заставил плакать свою мать!
Клип не помнила себя от возмущения. Она готова была броситься на защиту Тибо, но тут…
Резким взмахом руки Тибо отсек внимание отца, хотя оно и не исчезло полностью.
– Все в порядке, отец, – холодно сказал он. – Я уже ухожу.
Раздражение отца утихло, и еще одного движения руки Тибо было достаточно, чтобы гнев в его глазах потух, и он медленно вернулся в кухню:
– В чем дело, дорогая? Почему ты так расстроилась?
Ощущение было такое, словно ты умер и наблюдаешь, как весь мир продолжает жить без тебя.
– Тибо, – сказала Клип, – не делай этого сейчас, когда тебе больно.
– Я должен уйти, пока есть силы. Рой может подождать.
Он вошел в кабинет. Рядом со шкафом для файлов лежали сложенные пластиковые сумки. Он расправил одну и сунул ее в руки Клип:
– Подержи-ка.
Ориентируясь на его голос, она протянула к нему трясущиеся руки. Ему хотелось сжать их в своих, успокоить ее, но он боялся, что растеряет всю решимость.
Он принялся на автомате перебирать документы, вынимая из шкафа свои школьные папки, медицинскую страховку, любые бумаги, на которых стояло его имя, и бросая их в открытую сумку.
Клип вздрагивала каждый раз, когда очередная стопка бумаг шлепалась в сумку.
– Я не понимаю, почему ты это делаешь.
– Я просто оберегаю их от бесконечной боли, – ответил Тибо.
– Мне кажется, ты просто потерял веру в них.
– И это тоже. – Он выдвинул нижний ящик. Там лежали всякие памятные вещицы: его детские рисунки, старые сочинения, до смешного ужасные стихи, которые он писал в школе. Он кинул все это в сумку к прочим бумагам.
– Но твоя мама совсем не хочет забывать тебя. Разве мы не могли бы что-то сделать с этим?
– Мы только заставляем ее сомневаться в себе. – Тибо забрал у Клип сумку. – Она больше не понимает, что вокруг настоящее, а что нет.
– Но ты же настоящий , Тибо. И она это знает.
– И это сводит ее с ума, – бросил он. – Она потеряла сына, Клип, в смысле – по-настоящему потеряла . Представляешь себе, каково вспоминать об этом сотню раз на день?
– Могу себе представить, – тихо отозвалась Клип. – У меня то же самое периодически случается с моим бойфрендом. Но я придумала, как с этим бороться. Значит, она могла бы тоже придумать.
– Мы с тобой проводим много времени наедине, – пояснил он. – А здесь живет слишком много народа. Мне постоянно пришлось бы бороться с «Дугой».
Телефон Клип разразился дребезжащей версией президентского гимна – звонил Нэт. Она не стала отвечать.
Тибо прошел мимо нее и понес сумку наверх. Клип пошла следом.
Посередине лестницы зажужжал его телефон. Тибо на бегу вытащил его из заднего кармана и глянул на экран – Жулик. Получается, его собственная семья не могла вспомнить его, а Итан мог?
– Похоже, Зерои в панике, – заметила Клип.
– Ничего, переживут.
В спальне родителей он открыл нижний ящик тумбочки, куда отец обычно убирал всякий мелкий хлам, с которым не знал, что делать. Там лежал набор ручек, подаренный ему Тибо на какой-то день рождения, с выгравированной надписью «Папе от Тибо». Старые записки, оставленные на память: «Не забудь забрать Т. с футбола в 4 часа». Несколько писем, которые он послал им из «Магнифика», когда поздно ночью не мог сдержаться, как человек, спьяну звонящий своим бывшим. Он собрал все это в кучу, ощущая следы непонимания и горечи, пропитавшие эти бумаги, и запихнул их в сумку.
Клип стояла, прислушиваясь к его движениям:
– Похоже, у них осталось много вещей, напоминающих о тебе. Может быть, тебе просто нужно почаще здесь бывать?
– Им нужно, чтобы я исчез и освободил их. – Он снова почувствовал тягостное чувство горечи, собирая фотографии и сделанные когда-то вручную открытки, которые мать разложила на тумбочке возле кровати, пытаясь не забыть его. Какое-то время она будет искать их, но потом воспоминания потихоньку утихнут.
И она наконец успокоится. Эта страница жизни закроется навсегда.
– Тибо, послушай! – отчаянно сказала Клип, усаживаясь на кровать. – Мне кажется, мы все-таки добились кое-какого прогресса там, на кухне. Мы могли бы рассматривать это как проект. Я могу сделать так, что они будут тебя видеть. Я могу связать тебя с чем-то, что проще запомнить, как в тех историях, которые Лили рассказывала мне о тебе.
Он бросил в сумку какую-то фарфоровую безделушку. Она разбилась. Он поднял глаза на Клип, слушая ее возбужденный голос и чувствуя, как каждое слово, словно обручем, сжимает его грудь.
– Мы будем пробовать еще, – продолжала она. – Мы можем начать с твоей мамы и Эмиля. А потом мы заставим  твоего папу и Августа заметить тебя.
– А что, если мы умрем? – спросил Тибо.
Она дернулась, словно он ударил ее.
– Клип, ты же знаешь, как обстоят дела. Ты видела, как толпа разорвала Дэйви на куски. Рой охотился за той парочкой, пока не настиг их. Он не собирается останавливаться.
– Но…
– Никаких но. Если я умру через 5 минут после того, как мы выйдем из дома – или на следующей неделе, или когда там он до нас доберется, – неужели ты думаешь, что я хочу оставить моей семье эту память?
Клип спрятала лицо в ладони.
– Папа и Август могут отрицать мое существование сколько угодно, но неужели я могу позволить им находить все эти свидетельства весь остаток жизни? Эмиль и так ничего не понимает, и что дальше – он будет звонить на мой номер, и никто ему не ответит? Мама окончательно потеряет связь с реальностью? – Он и сам услышал звучащее в его голосе отчаяние и ощутил, как слезы жалости к самому себе жгут глаза.
Возьми себя в руки. Найди дзен. Отбрось все связи.
Он положил руку на плечо Клип – якобы для того, чтобы ободрить ее, а на самом деле потому, что она была спасительной ниточкой, связывающей его с реальностью, с его существованием .
– Может быть, когда-нибудь я вернусь. – Он старался, чтобы его голос звучал твердо. – Может, мы действительно возьмемся за этот проект. Но пока Рой находится в Кембрии, я не могу оставить их жить в этом аду.
Внезапно слеза скатилась по щеке Клип, но она стерла ее быстрее, чем он успел заметить.
– Хорошо, – ответила она прерывающимся голосом. – Но сейчас мы нужны Зероям. Давай я помогу тебе собраться побыстрее.
– Пойдем вниз, – сказал он и пояснил: – Август там смотрит телевизор. Альбомы с фотографиями лежат на левой колонке, возьми бледно-голубой и оранжевый. Черт, ты вообще сможешь различить их по цвету?
– Я попрошу Августа глянуть на них. – Клип вышла и направилась вниз.
В маминой комнате он уже все собрал. В комнате Августа остался только постер с Пэтти Лоу, который Тибо подарил ему на день рождения, с надписью «С любовью от брата, Т.».
Господи, да от этой патетики один шаг до жалобного вопля «Вспомните меня-а-а!».
Эмиль облегчил его задачу: он собрал все, что напоминало ему о брате, и разложил у себя на столе, словно стараясь не забыть о нем. Мысль о том, как малыш собирал все эти памятные вещи, пронзила Тибо такой острой болью, что у него прервалось дыхание. Он собрал все быстро, на автомате, стараясь не терять холодного спокойствия дзен. Так, все в сумке. Воспоминаний больше нет.
Вернулась Клип. Кто-то шел за ней по лестнице, Тибо очень надеялся, что не отец – ему отчаянно не хотелось снова видеть его.
Но это оказался Август. Он деловито следил, как Тибо вынимает фотографии из голубого альбома:
– Что это вы здесь делаете?
Фотография всей семьи, сидящей вокруг костра в лесу, полетела в сумку.
– Мне нужно на время взять фотографии для одного арт-проекта, – ответил Тибо. – Я беру только те, на которых есть я.
Линии внимания Августа скользили с альбома на лицо Тибо и обратно. Тибо мысленно протянул руку и оборвал их. Я для тебя умер, братец. Больше не думай обо мне. 
Внимание Августа переключилось на Клип. Когда Тибо закрыл первый альбом, она взяла его из стопки и спокойно протянула Августу:
– Не мог бы ты отнести его вниз и положить на место?
– Конечно. – Он взял альбом, слегка нахмурился и вышел.
Через несколько минут Тибо опустил последний альбом на стол Эмиля, встал и поднял сумку, которая показалась ему тяжелой, словно набитой камнями.
– Осталась еще одна вещь, – сказал он.
Клип последовала за ним в коридор. Все его чувства были напряжены – ему казалось, что он идет через бережно окутывающую его вату. Он направился к площадке лестницы.
Внезапно он остановился перед дверью своей старой комнаты – где теперь жила бабушка. Сейчас она дремала после завтрака, и дверь была закрыта.
– На самом деле, еще две вещи.
Он тихо открыл дверь. Шторы были опущены, и в комнате царил полумрак. Бабушка лежала на боку под одеялом и медленно дышала – такая маленькая и безобидная. Он почувствовал, как сжалась у него грудь от боли за нее, за всех этих людей, жизнь которых нарушила его сила. Людей, которых он на самом деле любил и которые любили бы его, если бы могли удержать его в памяти.
Он наклонился, тихо поцеловал бабушку в щеку и вернулся к Клип, которая не видела, что в глазах у него стояли слезы.
– Ну вот, теперь почти все, – хрипло прошептал он, боясь, что голос у него сорвется.
На первом этаже он снова вошел на кухню. Отец сидел спиной к двери. Мама и Эмиль подняли на него глаза, но Тибо стер из воздуха след их беспокойства, стер тревогу с их лиц, подошел к столу и взял телефон Эмиля.
– Ты уверен? – прошептала Клип.
– Как ты думаешь, Эмиль, может, сделать горячий шоколад? – нарочито громко спросила мать.
– Вот здорово! – Эмиль вскочил и побежал к холодильнику.
Тибо открыл список номеров в телефоне. Там было всего полдюжины имен. Он нашел запись «Тибо (брат) » и нажал на кнопку «Удалить».
«Удалить контакт?» 
Он вдохнул, взял себя в руки и нажал «Да» .
Потом он проделал то же самое с телефоном матери.
Ему очень хотелось в последний раз обнять маму и младшего брата, но он понимал, что только расстроит их. Вместо этого Тибо дотронулся до плеча отца. Тот обернулся, и в глазах у него мелькнул страх.
– Я не в обиде, – сказал Тибо, и страх отца сменился недоумением.
Потом Тибо подошел к двери, поднял тяжелую сумку и прошел мимо Клип в коридор.
Для этой семьи он окончательно перестал существовать.

Глава 45
Вожак

– Спасибо, мама.
Нэт смотрел на кофе, льющийся в чашку, и заранее представлял себе его вкус. Крепкий, густой, бодрящий кофе со сливками и сахаром – именно то, что нужно, чтобы избавиться от ощущения надвигающегося ужаса.
За столом сидела вся семья. Три сестры поглядывали на Нэта вопросительно, ожидая, когда он одарит их своим вниманием. Было бы так легко укрыться в сиянии их любви и внимания. У себя дома он всегда был всеобщим любимцем.
Но с тех пор как он увидел смерть Зероя, ему никак не удавалось сконцентрировать свою силу.
Чтобы справиться с этим, одной чашки кофе было явно недостаточно, но это было начало. Он наклонил сахарницу, глядя на текущий поток белых кристаллов.
– У меня сегодня на велосипеде шина спустила, – объявила Габби.
Нэт улыбнулся ей печальной улыбкой:
– Сколько ты всего проездила? Одни сутки?
Правда, папа тоже купил «Мерседес» всего несколько месяцев назад, а теперь машина исчезла. Причем не одна шина – а целый автомобиль. Возможно, сейчас было лучшее время, чтобы во всем признаться, – сидящая вокруг семья помогла бы смягчить впечатление от этой новости.
Но Нэтом овладело дотоле неизвестное чувство – нерешительность.
Как только отец позвонит в полицию, они проследят, где автомобиль. А если Рен окажется в тюрьме, она будет беззащитна перед Роем. Нэту совсем не хотелось помочь ему убить еще одного Зероя – даже если девушка и сделала из них мишень для Роя.
С другой стороны, Рен уже давно была в бегах и, по идее, должна была все знать о противоугонных системах. Наверняка она уже избавилась от машины.
Вся семья сидела в молчании, ожидая, пока Нэт что-нибудь скажет. Обычно они знали, когда ему не хотелось разговаривать за завтраком, но сегодня все чувствовали странную неуверенность.
Все, кроме Габби, разумеется.
– А куда вы с друзьями ездили за покупками позапрошлой ночью? – спросила сестра. – Вас всю ночь не было – а это был канун Рождества!
Молчание стало слегка напряженным. Среди праздничной суматохи предыдущего дня ему удавалось избегать неловких вопросов, но теперь деваться было некуда:
– В одном торговом центре была большая распродажа. К сожалению, возникли проблемы с машиной.
Его мать потянулась через стол и взяла его за руку:
– Ты в порядке?
– Со мной все в порядке, – ответил Нэт. – Но «Мерседес» сломался возле дома Клип.
Отец поднял голову от тарелки.
– Он не завелся. – Нэт пожал плечами. – Мы торопились в магазин, и Лили отвезла нас. Я оставил машину возле дома Клип, но сегодня утром ее там не было.
– Как не было? – спросил отец.
Родители смотрели на Нэта с откровенной озабоченностью. Но проверка навигатора машины показала бы, что сперва он приехал к Клип. Все, что случилось с машиной после этого, было на совести вора, разумеется. Так что ничего больше не связывало Нэта с террористическим актом в «Дезерт-Спрингс».
По крайней мере, газеты называли это именно терроризмом.
Настроение в комнате было странное, удивление мешалось с каким-то незнакомым чувством. С разочарованием. Но затухающие воспоминания о произошедшем все еще мешали ему сосредоточиться.
– Наверное, машину угнали.
Нэт прикусил язык, но слова уже были произнесены – без всякой преамбулы или попытки смягчить эффект. Это была глупая ошибка, какие он никогда раньше не делал. Но как бы он ни был потрясен, он все еще был в состоянии контролировать обычный семейный завтрак.
– Представляете себе? – Нэт развел руками, стягивая все линии замешательства и внимания на себя, чтобы они ощутили, насколько им нужно его объяснение или хотя бы рассказ о случившемся.
Он наклонился вперед, притягивая семью поближе к себе:
– Клип как раз сегодня утром позвонила и спросила, почему я не зашел и не поздоровался, когда забирал машину. А я ей говорю, мол, я ее не забирал. А она мне – но машины же уже нет. – Он посмотрел на мать. – Наверное, ее просто забрал эвакуатор, не так ли?
– Но с чего бы кому-то эвакуировать машину? – спросила мать. – Или ты припарковался в неположенном месте?
Он пожал плечами:
– Да нет, припарковался прямо перед домом Клип. Разве что были какие-то специальные указания в связи с Рождеством.
– Я сейчас позвоню дилеру, – сказал отец. – Они найдут машину.
– Я сам позвоню. – Нэт поднял телефон. – Мне жаль, что я не сделал этого раньше.
Похоже, история сработала. Сестры возбужденно шушукались между собой, подозревая, что их старший брат в кои-то веки попал в передрягу. Лицо отца было серьезно, но он явно предвкушал предстоящую проверку навороченной противоугонной системы «Мерседеса». Еще бы, если учесть, сколько он за нее заплатил.
При виде их предсказуемой реакции Нэт почувствовал облегчение. Все время со дня смерти Дэйви ему казалось, что реальность словно бы сломалась. Его преследовало ужасное ощущение, что его сила слабее, возможно, даже выворачивается наизнанку. Но семейный завтрак давал идеальную возможность восстановить свою власть.
Зероям сейчас нужен был сильный, уверенный в себе лидер, не тратящий время на сомнения.
– А как Клип узнала, что твоей машины там нет? – спросила Габби.
Он обернулся к младшей сестре:
– Извини, что ты сказала?
Габби состроила невинную гримаску:
– Как Клип могла заметить, что машины нет? Она же слепая.
Нэт моргнул, и различные варианты его истории пронеслись у него в голове: Лили заметила, что «Мерседеса» нет, и спросила, когда Нэт забрал ее. Или Клип услышала, как машина отъехала, – она любила повторять, что у слепых были свои сверхспособности.
Или слишком много деталей только ухудшат ситуацию?
Его мысли запнулись, и Нэт почувствовал, как контроль над комнатой ускользает от него. Он продолжал говорить, стараясь избегать деталей:
– Наверное, кто-то другой заметил, что машины нет. Ее сестра или мама. В любом случае они сказали…
Его телефон зазвонил – пришло сообщение от Аварии.
Нэт уставился на экран: буквы перед глазами путались, и он никак не мог понять, что случилось. Наконец его мозг разобрал написанное.
Рой уже в Кембрии.
И его снова настигло ощущение, что его сила слабеет и ускользает. Сверкающие лезвия внимания скрещивались над столом и упирались в него, но он сидел в беспомощном удивлении, чувствуя ничем не смягченную тяжесть чаяний и упований всей семьи.
Он никогда в жизни не сможет сделать все то, чего они ждут от него.
И теперь, когда Рой уже здесь, он не сможет защитить Зероев.
– Мы все умрем, – прошептал он достаточно громко, чтобы его семья услышала каждое слово.

Глава 46
Авария

– Эта машина сгодится?
Келси кивнула, щурясь на ярком зимнем солнце, словно отвыкнув от дневного света.
Чизара потянулась к электронике под серебристой оболочкой «Мазды» кабриолета. С щелчком открыла замки и багажник и заставила замолчать противоугонную систему:
– Давай уносить отсюда ноги.
Келси запихнула в багажник дорожную сумку, подушку и одеяла. Чизара уселась за руль, преодолевая зуд городских помех и вглядываясь в приборы и скрытые за ними системы автомобиля. Ага, вот и механизм управления крышей, механический и грубый.
Келси захлопнула багажник.
– Опустить верх? – спросила Чизара в ожидании, пока Келси усядется и застегнет ремень.
– Не надо. – Келси защелкнула ремень безопасности и прижала к себе вечный пакет с чипсами и снеками, шурша обертками внутри. – Мы же, по идее, в бегах?
– Мы не в бегах, мы – в движении. – Чизара завела двигатель. Келси поймала ее взгляд, притянула подругу к себе и быстро поцеловала.
И опять у нее возникло ощущение, что в этом и было ее будущее, что вся ее прошлая жизнь осталась позади – и это было правильно.
– Мы же правильно поступаем, как ты думаешь? – спросила Келси. Лицо ее было серьезно.
– Единственный способ спастись – рассредоточиться и постоянно менять местонахождение.
– Но мы же будем совсем одни.
Чизара покачала головой:
– Мы будем вместе. Даже если это означает, что нас всего двое.
Глаза Келси расширились. Они поцеловались, и Чизара выехала со стоянки.
– Поехали на шоссе № 1.
Она посмотрела на знаки, глянула в зеркало заднего вида и быстро перестроилась в нужную полосу. «Да, мамуля, я только что угнала еще одну машину , – устало подумала она. – Но не для того, чтобы просто покататься. Мы спасаемся от убийцы, и речь идет о выживании .
И еще мне нужно обдумать все, что происходит между мной и этой девушкой, а пока лучше держаться от тебя подальше» .
После сложных схем «Мерседеса», маленькая машинка была замечательно проста: всего один-два чипа, а не колючая система электроники, напоминающая подушечку для булавок. Так что у Чизары оставалась возможность следить за проносящимися мимо телефонными вышками, пунктами контроля движения, за набитыми дорогой электроникой машинами рядом с ними в потоке.
И еще рядом с ней сидела Келси, такая знакомая и в то же время ставшая кем-то совершенно другим. Сам факт, что рядом был кто-то, понимающий, во что они вляпались, уже успокаивал.
– Как далеко поедем? – спросила Чизара.
– Куда-нибудь подальше, – ответила Келси. – Куда-нибудь, где полно веселых людей.
– Хорошо. – Вне «Фарадеевой клетки» «много веселых людей» для нее означало атаку мобильных сигналов. Но это можно было пережить, чтобы Келси чувствовала себя спокойно и хорошо. После встречи с Роем она была в панике и никак не могла прийти в себя, пока Чизара не произнесла: «Давай уедем из Кембрии».
Такая огромная проблема. И все оказалось так просто.
– Помнишь, в прошлом месяце был большой фестиваль транс-музыки, – вспомнила Келси, копаясь в сумке со снеками. – Вот что-нибудь такое подошло бы идеально.
– Я не слишком-то знакома с этой тусовкой.
Келси фыркнула:
– Зара, или едем на танцевальную вечеринку – или я вылезаю и иду ловить попутку!
– Ага, много ты тут поймаешь!
Они вылетели на хайвей и направились на север, возвращаясь по пути Роя к тем местам, где он уже охотился в прошлом. После Рождества на дорогах было традиционно мало машин, жужжащие электронными сигналами пригороды пролетали мимо. Слева Тихий океан все ближе подходил к шоссе – огромная, блестящая масса голубой воды.
Интересно, каково было бы жить на лодке? Вокруг не было бы никаких электронных сигналов. Правда, Келси там сошла бы с ума.
Как там Нэт сказал про Глюк и Монету – противоположности притягиваются.
Миль через пятьдесят Келси свернулась неудобным на вид клубочком, закрыла глаза и уснула.
Гудящие пригороды остались позади, сейчас машина летела мимо прибрежных скал. «Мазда» была куда приятнее в обращении, чем пикап ее отца, – низкая и быстрая машинка на виражах буквально прилипала к дороге. Без электронных сигналов вокруг голова у Чизары прояснилась, и она почти забыла о беспокойстве за Келси и даже о своем собственном страхе.
Прошлой ночью прибежавшая Келси в страхе разбудила ее. На лице девушки не осталось и следа нежного лукавства, с которого началась их ночь. Рассказывая Чизаре о своей встрече с Роем, она все больше и больше впадала в панику: той ночью Рой был на расстоянии меньше мили от «Чашки». «Фарадеева клетка» из зоны безопасности сразу превратилась в выложенную металлом западню. Она удивлялась, что они обе до сих пор живы.
Чизара отправила предупреждения всем Зероям, и они с Келси помчались на Хилл-стрит в поисках подходящей машины.
Келси явно приснился кошмар, и она заерзала на сиденье, отбиваясь во сне от какого-то врага. «Мазда» вильнула, и обогнавшая их машина возмущенно засигналила.
– Келси, проснись! – закричала Чизара, выравнивая машину. Сердце у нее колотилось. – Тебе плохой сон приснился!
Келси открыла глаза и в панике огляделась:
– Где мы? Где все?
Чизара успокаивающе положила ей руку на колено:
– Мы на шоссе № 1, едем на север. Ты просто уснула.
– Боже, здесь так безлюдно! Зара, я надеюсь, ты не планируешь жить в лесу в палатке?
Даже без усиливающей эмоции толпы вокруг Чизара чувствовала отзвук паники Келси, отголосок ее страха перед одиночеством.
– Мы же решили поискать веселую толпу, помнишь? Где-нибудь как можно дальше от Кембрии.
– Ну да. – Келси с сомнением глянула сперва на покрытые редкой растительностью холмы с одной стороны машины, потом на сверкающий океан – с другой.
– Все будет в порядке, – успокоила ее Чизара. – Если не наткнемся на какую-нибудь пляжную вечеринку, то можем заехать в Монтерей – там всегда что-нибудь происходит.
Келси подняла стекло и обхватила себя за плечи:
– Может, хоть радио включим? Просто так, для компании.
– Конечно. У тебя в пакете еще что-нибудь осталось?
Остаток дня они что-то ели на ходу и хором подпевали радио. Чизара нагнала целую колонну внедорожников, и какое-то время они все ехали в их компании, растянувшись цепочкой вдоль шоссе, пока джипы не свернули на боковую дорогу к какому-то туристическому лагерю.
Еще через двадцать миль Келси встрепенулась и выпрямилась на сиденье:
– Впереди люди.
Примерно через полмили они увидели пляжную парковку, на которой стояли около дюжины сверкающих на солнце машин.
Чизара притормозила:
– Неплохо было бы прогуляться по пляжу.
– Точно! – Келси выскочила из машины, прежде чем та полностью остановилась. Чизара усмехнулась, выключила двигатель и вылезла из-за руля. Вокруг было очень мало электронных сигналов. Она с удовольствием потянулась.
– Они устраивают костер! – закричала ей Келси, стоящая возле пляжной изгороди. Чизара подошла к ней: внизу на пляже люди тащили куски плавника и складывали их в яму в песке.
– Смотри, у них там спальные мешки и ящики со льдом – похоже, они планируют остаться здесь на ночь.
– Им так весело . – Келси глубоко вдыхала пахнущий морем воздух, на лице ее было написано облегчение.
«Слишком весело, чтобы можно было превратить их в смертоносный рой ?» – подумала Чизара, переплетая свои пальцы с пальцами Келси.
– Ладно, думаю, сегодня мы уже достаточно далеко уехали.
Девушки собрали одеяла, подушки и сумку со снеками и пошли вниз по песку, оставив выключенные телефоны в машине. Они прошлись по пляжу и нашли идеальное местечко – достаточно далеко от людей, чтобы сигналы их мобильников не мучили Чизару, и достаточно близко, чтобы Келси чувствовала ободряющее присутствие толпы.
Пока было еще светло, они бродили по воде между камнями и говорили о чем угодно, кроме Роя, Дэйви, Нэта и остальных зероев – и кроме будущего.
Пока они ходили по пляжу, Чизара постоянно норовила повернуться спиной к пляжу и людям с их колючими мобильниками, и лицом к океану, где медленно двигались далекие грузовые суда. Но Келси всегда смотрела на огонь и танцующих людей, ощущая их счастье и подхлестывая веселье вокруг костра.
– Как странно, – задумчиво сказала Келси, – что нам пришлось бросить остальных.
– Я знаю. Но чем больше группа, тем Рою проще с ней справиться. Им будет только лучше без нас.
– Ты хотела сказать, без меня. – Келси не отрывала глаз от моря. – Может, он вообще оставит их в покое, когда поймет, что меня там больше нет.
В ее голосе звучала надежда, но на лице по-прежнему было испуганное, затравленное выражение.
Рой никогда не перестанет искать их.
Чизара понимала, что завтра придется написать родителям, подумав, как следует, что им можно сказать. Задача была нелегкая, но у нее не было выбора: ей нужно было спасти свою подругу. Другого выхода у нее не было – и тело ее, и сердце говорили ей одно и то же.
Даже если это означало оставить позади всю свою прошлую жизнь.

Глава 47
Авария

Наступили сумерки, девушки сложили маленький костер из плавника, и Келси сбегала к компании на берегу за горящей веткой, чтобы разжечь огонь. Ее не было довольно долго – с ее приходом там наступило буйное веселье, отголоски которого далеко разносились по пляжу. Чизара смотрела на море и улыбалась, слушая радостные вопли и хохот вдалеке.
– Я принесла огонь! – Келси перелезла через камни и ткнула горящей веткой в сложенный плавник. Сухое дерево тут же занялось, рассыпая искры и выбрасывая язычки пламени.
Маленький костер быстро прогорел, и они улеглись рядом, закутавшись в одеяло, оставшись вдвоем под защитой темноты. Они долго целовались, прижавшись друг к другу, ощущая, как песок вздрагивает под ударами волн, и слушая доносящийся издалека тихий рокот барабанов.
На этот раз Чизара уже знала, чего ожидать, и все ощущения стали сильнее во много раз. Ей казалось, что прикосновения рук Келси словно воздвигают вокруг них огромный город, пронизанный соцветиями энергии, которая пела и вибрировала в теле Чизары миллионами разных мелодий, прекрасных и до боли возбуждающих. Их качало на нежных волнах, которые все усиливались, стены города придвигались все ближе и ближе… Волны вздымались, поднимая их в высоту…
В финале Чизара будто нырнула с высокого гребня волны в самую середину этого сверкающего великолепием строения. Она отпустила себя на волю, падая все ниже сквозь рушащиеся вокруг нее мерцающие конструкции, вскрикнув от наслаждения. Она стала одной из мириадов сверкающих искр, несущихся в бездумном экстазе вниз к ожидающему их прохладному спокойному морю.
Она качалась на волнах этого моря, обвившись вокруг тела Келси, слыша отголоски сирен и глядя на звезды и облака в ночном небе. Холодный морской бриз коснулся ее лица, и она осознала, что лежит вместе с Келси на песчаном берегу.
Чизара никогда еще не чувствовала в себе такой силы. Словно она только что обрушила целый город, словно прикосновение Келси наполнило ее энергией, как солнечная вспышка.
Покалывание мобильников затихло, и не слышно было царапающего нервы сигнала беспроводной колонки, работавшей на вечеринке. Вокруг царила полная совершенная тишина.
Тишину нарушал только дальний вой сирены и перезвон тревожных сигналов. Чизара подняла голову и посмотрела через плечо Келси в сторону моря. В этот момент луна выскользнула из-за облака, и она увидела его: огромный неподвижный корабль, накренившийся под странным углом.
Нет.
Корабль сел на мель, налетев на скрытую под темной водой песчаную банку.
Чизара села и с изумлением увидела, как один из контейнеров на палубе соскользнул и обрушился в воду. Корабль был слишком далеко, и она не услышала всплеск, только увидела, как засверкали под луной брызги воды.
– Келси!
Теплое тело рядом с ней чуть вздрогнуло, и подруга вопросительно хмыкнула.
– Проснись! Кажется, я только что…
О нет, это было невозможно , она не могла в это поверить.
– Что ты так кричишь? – пробормотала Келси в полусне. Но тут она проследила за взглядом Чизары и ахнула: – Господи боже!
Корабль был буквально нашпигован всякой электроникой, но сейчас все системы погасли и замолчали. Единственное, что по-прежнему работало, это был сигнал сирены и аварийные лампы, изолированные от общей сети.
– Он не просто сел на мель, – с трудом выговорила Чизара. – Я разрушила все их системы! Когда я… когда мы… я-то думала, что все это рушилось только у меня в голове!
Келси поднялась на ноги, завернувшись в одеяло, и пошла к камням, чтобы посмотреть на компанию у костра:
– Они там вконец ошалели. Пожалуй, я пойду успокою их.
Она осторожно пошла по песку.
Чизара одевалась, быстро натягивая брюки, носки и рубашку.
Чизара Адаора Океке, разве я не говорила тебе, чтобы ты никогда не причиняла никому вреда? 
Да, мама, говорила. 
Да, и как называется то, что ты сделала с тем кораблем? 
Келси пришла обратно:
– Зара, у них сдохли все телефоны. Они не могут вызвать помощь к кораблю, и машины тоже не заводятся. Они решили, что наступил настоящий апокалипсис. Слушай, ты видела, какое там пятно нефти?
Она была права: вылившееся топливо все шире расплывалось в воде, приглаживая волны вокруг контейнеровоза.
Не причиняй вреда.
– Команда на борту, я их чувствую, – сказала Келси. – Они в полной панике.
– У них отказали все системы, – заметила Чизара. – Ты можешь докричаться до них?
Келси покачала головой:
– Слишком далеко. А ты не можешь ничего исправить?
Чизара закрыла глаза и протянула руку к далекому кораблю, ощущая пути энергии, связки проводов, замершие мертвые антенны и радары, остановившиеся генераторы и насосы. Ощущая, как потихоньку остывают шесть огромных двигателей.
Она чувствовала мощную целительную силу, но знала, что никогда не сможет восстановить все, что разрушила. Она абсолютно ничего не знала о грузовых кораблях. Для нее это был совершенно чужой мир сложных насосов, вентилей и электроники.
– Я даже не знаю, с чего начать, – призналась она.
– Но ты же можешь исправить телефон, – дрожащим голосом произнесла Келси. – Надо позвонить кому-нибудь.
Чизара кивнула, подобрала одежду Келси с одеяла и сунула ей в руки:
– А потом нам надо вернуться обратно.
Келси изумленно уставилась на нее:
– Куда вернуться?
– Домой, в Кембрию.
– Но… там же Рой.
Да, там был Рой. Но еще там были мама и папа, и Ик, и Бин. Если уж ей суждено было умереть, она хотела умереть возле них, чувствуя, что ее жизнь полна смысла – а не попасться убийце на какой-то пустынной дороге, в чужой машине. Сейчас, когда огромная сила буквально пела в ней от экстаза, вызванного аварией, все стало кристально ясно.
– Мне нельзя здесь находиться, – сказала она. – Я слишком опасна.
– Но он же убьет тебя, – взмолилась Келси.
– Нет. Мы можем сопротивляться ему. – Чизара подняла одеяло и принялась свирепо вытряхивать песок. – Нам небезопасно быть здесь вдвоем. Это было потрясающе, но посмотри, что случилось. – Она кивнула на накренившийся контейнеровоз. – Это просто безответственно! Это эгоизм. Это разрушает  все кругом.
Келси одевалась под прикрытием другого одеяла, чувствуя неожиданную неловкость.
– Он именно так и сказал, – прошептала она. – Рой. Он сказал, что любовь все разрушает.
– Разрушает не любовь, а потеря контроля ! – Чизара закидала угли песком, не желая добавлять случайный пожар к списку несчастий. – Я не могу себе этого позволить.
Продолжать было слишком больно, и она повернулась и пошла через камни вверх к машине.
К ней подбежала одна из девушек с пляжной вечеринки:
– Скажите, ваш телефон работает?
– Нет, но зато работает ваш. – Чизара едва заметно двинула пальцем в сторону телефона девушки, и тот немедленно запищал.
Девушка в изумлении уставилась на нее:
– Как же это? А вы видели, что с тем кораблем? Это прямо как какой-то конец света!
Чизаре хватило быстрого прикосновения мысли, и «Мазда» ожила. Она забросила одеяла и сумку в багажник.
К машине подошла Келси, на ходу пытаясь натянуть куртку. Одеяло тянулось за ней по песку. Вид у нее был настолько потерянный, что праведный гнев Чизары мигом утих, и она быстро обняла девушку. В волосы Келси набился песок, и они царапали ей кожу.
– Зара, это не твоя вина. – Голос Келси дрожал.
– Нет, моя, потому, что мне стоило бы помнить о последствиях. – Чизара отодвинулась и посмотрела на подругу полными слез глазами. – Я не могу. Ни с тобой. Ни с кем-то еще. Мне предстоит совсем другая жизнь.
Келси протянула руки и смахнула слезы Чизары:
– Я тоже всегда так думала. Но с тобой все получилось по-другому. Словно бы мы вдвоем создаем свою собственную толпу.
– Я знаю. Но я не могу контролировать себя!
Келси тоже была готова заплакать:
– В таком случае, мы все умрем.
Чизара отшатнулась:
– Но почему?
– Потому что если мы не научимся контролировать свои способности, в один прекрасный день я стану Роем. – Келси швырнула одеяло в багажник, закрыла его и пожала плечами. – И попытаюсь уничтожить и тебя, и всех остальных.
От потрясения Чизара едва не угробила всю электронику «Мазды».
– Так что продолжай тренироваться, хорошо? – В глазах Келси светилось сочувствие, но голос звучал жестко. – А теперь отвези меня обратно в «Чашку». Я заберу еще кое-какие вещи и пойду к Лингу. А потом, может, сяду на автобус и уеду из города. Может, попробую отыскать мою мать.
Чизара кивнула. Ее устраивал сейчас любой план, который позволял не смотреть на корабль, севший на мель, – наглядное напоминание о том, что могло случиться, потеряй она голову в объятиях Келси еще раз.
Они уселись в машину, теснота которой теперь казалась им слишком интимной – и слишком крохотной для переполнявшей Чизару силы.
Она включила свой телефон, защищенная той же силой от привычного укола боли, и, как только иконки появились на экране, набрала 911.

Глава 48
Жулик

Снаружи «Чашка» выглядела совершенно спокойно: темные окна, тишина, никакой музыки. Вообще ничего.
Черт, где же были остальные зерои? Он снова почувствовал себя десятилетним, как в тот день, когда узнал, что весь его класс был приглашен на день рождения к Дину Юэню – все, кроме него.
Телефоны зероев весь день не отвечали. Итан понимал принцип «вместе мы представляем мишень», но неужели одной несчастной эсэмэски было бы достаточно, чтобы Рой напал на их след.
Наверняка у Нэта уже был какой-нибудь план. Что-нибудь получше, чем: «Мы просто покажем ему, как круто быть Зероем, и он точно сам захочет в нашу тусовку! » С Рен и Дэйви это не сработало, так что вряд ли это сработает с парнем, который может превратить толпу в машину для убийства.
А может, Зерои уже погибли? Может, Рой просто убивал их одного за другим, и сейчас в живых остался только Итан?
Он вздрогнул и повернулся к клубу. Если бы это случилось, он бы наверняка хоть что-то услышал. Пресса прознала бы про несколько убийств, или его мать сказала бы ему. Она всегда звонила ему, когда в городе что-то случалось. Сперва для того, чтобы убедиться, что он в порядке, но в последнее время ему казалось, что она проверяет, не замешан ли он как-то в происшествии.
Итан обошел здание и подошел к черному ходу, держа палец на телефоне, готовый набрать 911 при малейшем признаке присутствия Роя. Он осторожно открыл дверь и вошел внутрь.
– Эй, здесь есть кто-нибудь?
В клубе было темно и тихо.
Он осторожно двинулся вдоль стены, пока не нашарил выключатель. Слабый свет голой лампочки озарил пустое, словно заброшенное пространство танцпола. Ни танцующих людей, ни сверкающих огней… но почему здесь матрас? И футон?
Кто бы здесь ни ночевал, они явно покинули клуб в спешке. Смятые простыни были небрежно брошены на пол. Это точно был не Тибо, он никогда не бросил бы свой свитер скомканным, как…
Итан замер. Это был свитер Чизары. И одеяло Келси с надписью «Дисней на льду». В какой-то момент они обе ночевали здесь, на танцполе клуба, под защитой выстроенной Чизарой «Фарадеевой сетки». Что означало, что это была постель Келси и Чизары. Джесс была права.
Как он только мог потратить столько времени, думая, что нравится Келси?
В этом была главная проблема надежды – она делала человека глупцом. Что ж, отныне Итан Томас Купер перешел на темную сторону. Безграничный пессимизм – это куда легче, чем постоянные огорчения. Как говаривал его отец, не жди ничего хорошего, и жизнь тебя не разочарует. 
Итан ненавидел, когда отец оказывался прав.
Он прошел наверх и проверил комнату Тибо, но того не было дома. Наверняка шляется где-то с Клип. Кто-нибудь из этих парочек вообще помнил, что за ними охотится убийца Зероев?
И где, черт побери, Нэт? Он должен сейчас думать, как справиться с этой проблемой.
Когда Итан подумал о Рое, пустынный клуб показался ему особенно одиноким местом. Что, если этот парень заявится сюда с целой толпой людей, готовой разорвать Итана на куски?
Он пошел назад к черному ходу. Но когда он дотронулся до ручки, дверь внезапно распахнулась.
– Не убивай меня! – вскрикнул он.
– Я и не собиралась, – сказала Келси. Она стояла и смотрела на него, как на кого-то чужого.
Он никогда еще не чувствовал себя более неловко, чем сейчас, глядя на девушку, в которую был влюблен, и помня о смятом любовном гнездышке на полу позади него.
Он вгляделся в темноту за спиной Келси:
– Ты одна?
– Да. – Она заглянула в клуб и поморщилась при виде танцпола. – Поможешь мне отнести матрас наверх?
Итану вовсе не хотелось этого делать, но отказ прозвучал бы странно. Строго говоря, он не имел права даже на «странность», раз он так и не успел сказать Келси о своих чувствах.
– Да, конечно.
Она сняла скомканные простыни и отодвинула их в сторону. Вдвоем они подняли матрас и потащили его к лестнице. Келси сейчас выглядела какой-то особенно маленькой и печальной.
Похоже, с Чизарой у них что-то не ладилось – впрочем, во всем, что касалось Келси, интуиции Итана не стоило доверять. Как бы то ни было, он не хотел ничего знать об этом.
Он понимал, что злится впустую, что он должен был бы по-дружески понять и поддержать Келси. Понимал, что не должен вести себя как последний придурок. Но все эти «по-дружески» сейчас казались полнейшей чушью.
Может, ему и удалось бы держаться нейтрально, если бы они говорили о чем угодно, кроме чувств.
– Ты в курсе, есть у Нэта какой-нибудь план «Анти-Рой»?
– Думаю, единственный план – это бегство, – ответила Келси. – И еще держаться подальше друг от друга.
Они дошли до лестницы, Итан взялся за нижний край матраса, и они понесли матрас вверх по ступенькам. Матрас глухо стукался о каждую ступеньку – вот только многозначительного подпрыгивания матраса Итану сейчас и не хватало.
– Не самая подходящая стратегия для Великого Вождя. – Итан повысил голос, стараясь заглушить звуки, издаваемые матрасом.
– Он еще не пришел в себя после того, что случилось в торговом центре. – Келси втянула матрас на верхнюю ступеньку. – Он не привык проигрывать.
Итан шумно выдохнул. Ему казалось, что та ночь в торговом центре была по меньшей мере год назад. Интересно, как личная любовная драма легко вытеснила воспоминания о массовом убийстве с первого места в личном списке шоковых переживаний Итана.
Они дошли до комнаты Келси и положили матрас на раму кровати. Келси принялась собирать в сумку разные раскиданные по полу вещи: рубашку, кружку с отколотым краем…
– Упаковываешь вещи? – спросил Итан.
– Уже второй раз, – ответила Келси.
– Куда ты собралась? – Итан тут же пожалел, что задал вопрос. Наверняка она собралась куда-то уехать с Чизарой. Или просто переехать к ней.
– Я не знаю.
– Даже так? – Похоже, дело было совсем плохо.
И тут Келси упала на край кровати, сжимая в руках скомканную майку, и расплакалась.
Итан неловко присел рядом с ней и осторожно обнял ее за плечи, стараясь не обращать внимания на проблеск недоброй надежды. Он на самом деле был хорошим другом, а не просто мудаком, пытающимся воспользоваться ее состоянием.
– Что случилось, Келс?
– Он был прав, – всхлипнула девушка. – Он сказал, что когда команды разбиваются на пары, это все разрушает. Вот и в нашем случае – я и Зара разрушили нашу группу!
– Нэт это сказал? Что за глупость. Он просто ревнует, потому, что давно втюрился в Клип, а она…
Келси вытерла мокрое лицо:
– Нет, это сказал не Нэт. Это был Рой.
Итан изумленно моргнул.
– Он сказал, что любовь перерезает связи в группе.
Итан отдернул руку:
– Погоди. Это что, тот самый Рой из торгового центра? Тот парень, который убивает Зероев?
Она кивнула:
– Да. Он нашел меня.
– Ты говорила  с ним? И его толпа не разорвала тебя на сотню маленьких кусочков?
– Итан…
– И я смотрю, вы еще и обменялись мнениями по поводу всяких нежных чувств?
– Все было не так. Он рассказал мне, как он стал таким. Довольно печальная история, на самом деле. – Келси подняла глаза на Итана. – Но самое главное, он сказал мне, что Рен была права. Я действительно будущий Рой. И когда-нибудь я выйду на этот уровень.
Итан смотрел на нее во все глаза:
– Ты хочешь сказать, что ты превратишься… в его подобие?
У него голова плыла от того, что рассказала Келси, но подобная возможность казалась ему полной бессмыслицей.
– Келси Ласло – машина для убийства? Забудь.
– Но это та причина, по которой он оставил меня в живых, – ответила Келси. – У него на меня другие планы. В смысле, когда я стану Роем.
– Какие еще планы? – Итан не мог сказать, что ему сильно хотелось знать ответ.
Келси встала и принялась перебирать вещи:
– После того как я выйду на этот уровень, он хочет, чтобы мы вместе охотились на Зероев. Он хочет, чтобы я убила вас всех.
Итан выдавил короткий смешок:
– Ни. Малейших. Шансов.
– Вот и я то же самое сказала. – Келси бросила стопку белья в сумку. Голос ее звучал безжизненно, словно у зомби. – Но что, если я не смогу остановить этот процесс?
– Да чушь все это! Ты такая… добрая. И хорошая, и… – Итан вздохнул. Он что, совсем разучился разговаривать? – Когда мы встретились в первый раз, ты спасла меня от Крейга. Разве Рой, пусть только будущий, сделал бы такое?
Келси обернулась к нему:
– Тогда еще был жив папа. И я была среди Зероев. А что сейчас? Нэт ушел в подполье, Тибо покинул «Чашку», Зара готова отказаться от наших отношений, потому что посадила на мель корабль. Итан, смотри правде в лицо: Зероям конец!
Итан нервно сглотнул, боясь даже спросить, что случилось с кораблем. Он надеялся, что это было не всерьез. Но что бы это ни значило, он вынужден был признать, что последнее время связи между ними не работали, как в прошлом. Пустой клуб служил доказательством этого факта.
– К тому же… – Келси отвернулась к шкафу с одеждой. – На самом деле я не собиралась спасать тебя от Крейга. Я просто хотела понять, что ты знаешь о моем отце. Точно так же, как я использовала Чизару, чтобы чувствовать себя в безопасности.
Итан почувствовал вспышку гнева: почему именно с Чизарой Келси ощущала себя в безопасности? Почему не с ним? Именно он первый понял, что у Келси есть сверхспособности, и он же познакомил ее с их командой. Он столько времени ждал, пока она горевала об отце…
Он и сам не понял, как это произошло, но его рот открылся и Голос заговорил. Голос собрал всю его злость, все раздражение от долгого молчания, все его желание понять и простить и облек все это в слова.
– Мы все в последнее время много пережили. Разбитое сердце ко всем прочим несчастьям – это как грустная вишенка на торте. – Голос звучал уверенно и гладко. – Печальнее всего то, что это будет случаться с тобой снова и снова.
Келси уставилась на него широко открытыми глазами:
– Что?
Наконец-то все ее внимание принадлежало ему. И на этот раз Голос, похоже, говорил чистую правду. Итану и самому казалось, что это его слова, а такое случалось нечасто. Он даже на секунду не задумался, так ли это на самом деле.
– Келси, ты можешь быть счастлива только в группе. В толпе. В банде. Одного человека никогда не хватит, чтобы ты почувствовала себя любимой.
– Наверное, так и есть, – тихо ответила она. – Так всегда и было.
– Вы все твердите мне, что моя сила не бог весть что, потому, что она действует только на одного человека, с которым я в этот момент говорю, но, по крайней мере, я хотя бы могу поддерживать связь с кем-то, – произнес Голос. – Может, никто из вас никогда не будет способен на это.
Это уже было чистой жестокостью. Голос воспользовался идиотской ревностью Итана и выплюнул ее обратно, словно яд.
Келси замерла:
– Итан, кто это сказал?
Он хотел покачать головой и объяснить, что это не он, а Голос несет эту чепуху. Но это его гнев и злость сформировали эти слова, и все, что он говорил, казалось таким правильным после того, как Зерои исчезли, а Келси сбежала с Чизарой.
– Вы все сделаны из одних и тех же материалов, просто в разном составе! – выпалил Голос. – Ты и Рой, Нэт и Тибо. Вы просто слишком заняты собой, чтобы заметить это!
Итан зажал себе рот. Его дерьмовый Голос вещал, как всевидящий пророк, выдавая свою версию правды, лишь бы добиться того, чего он хотел.
Точнее, чего хотел Итан. Того, что гнездилось в самой глубине его поганой душонки.
– Ты прав. – Келси вытащила из шкафа черную худи.
– Погоди, – начал он, – это был не я.
Не удостоив его взглядом, Келси натянула худи и молча направилась к двери.
– Келси, подожди! Это был…
– Я знаю, – сказала она, не оборачиваясь, – это был Голос. Но это не значит, что он врал. Оставь меня в покое, Итан.
Она выскользнула за дверь, двигаясь легко, словно танцовщица. Даже сейчас, когда ей было больно, она не теряла своей грации. Итан слышал, как она сбежала вниз по лестнице и дверь клуба захлопнулась за ней.
Тяжело дыша, он присел на голый матрас. Сжатые в кулаки руки дрожали от усилия сдержать его Голос.
Келси вернется, она же должна вернуться? Она не взяла свою сумку, так что она ушла не навсегда.
Но это «оставь меня в покое»? Это не было похоже на прежнюю Келси.
Черт! Может, она решила снова поговорить с Роем? Неизвестно, что еще мог сказать этот отморозок.
Что, если в этот раз Келси послушается его?
– Я все испортил, – выдохнул Итан и бросился к двери. – Келси? Келси!
Он повернул налево и побежал вверх по улице мимо брошенных заколоченных зданий. Но на улице никого не было. Он метнулся обратно, обогнул «Чашку» и глянул на пустые улицы позади клуба. Он попробовал набрать ее номер, но там сразу включился автоответчик.
Иногда Итан чувствовал, что ненавидит себя. Особенно когда он совершал очередную глупость таких масштабов, что только его супердрузья и могли помочь.
Он принялся звонить Зероям, бормоча себе под нос:
– Черт побери, кто-нибудь ответит мне на этот раз?!

Глава 49
Банда

Ежась от холода, ссутулившись и натянув капюшон на голову, Келси шла по широким пустым улицам Верхов, стараясь уйти подальше от клуба.
Было уже очень поздно, и на улицах никого не было: словно кто-то нажал на кнопку «стоп-кадр», и фильм навсегда остановился.
Зара бросила ее – так быстро и внезапно. Потому что Келси не могла дать ей ничего важного. Ничего, что могло бы сравниться с ее дурацким самоконтролем. А потом еще Голос Итана ошарашил ее, вывалив всю правду про ее проклятую жизнь.
Ничто не разрушает группу быстрее, чем люди, разбившиеся на парочки.
Любовь создавала свою собственную петлю обратной связи, отдельную от всех остальных. Ты цепляешься за кого-то, кто-то цепляется за тебя, и так до тех пор, пока это маленькое личное сумасшествие не перевесит все остальное, и тогда ты теряешь и себя, и свою толпу. А тот человек, которого ты любишь, сдается при первой же трудности.
Келси старалась подавить боль, разрывающую ее грудь, и не дать ей растечься вдоль по-зимнему тихим улицам. Вокруг не было людей, чтобы могла образоваться толпа, но она не хотела рисковать.
Она не знала, куда идти. «Чашка» перестала быть ее домом. Может, Зерои и не были ее семьей. Может, все это была иллюзия, обман, способ не дать себе осознать правду. У нее никого не было. Она была чудовищем, опасным для своих друзей.
Ей нужно было найти какое-то безопасное место, где Рой не смог бы собрать злобную толпу.
Если бы она была на Айви-стрит, она просто подошла бы к очереди в любой тамошний клуб. Там ее все узнавали и знали, что она принесет с собой радость и хорошее настроение. Но что, если наружу выплеснется вся накопившаяся в ней боль?
Она достала телефон и задумалась, кому можно позвонить. До встречи с Зероями у нее было много друзей.
Наконец она послала сообщение Фиггу. Из всех ее друзей он был самым уверенным в себе. А сейчас Келси нужно было именно это – ощущение целостности и уверенности в себе.
Ты где? Мне нужна толпа. Что попроще. 
Ответ Фигга пришел мгновенно. Есть такое. Угол Ц. Парка и Вашингтона .
Келси озадаченно нахмурилась. Она с детства знала все улицы Кембрии, она исходила их в поисках толпы или хорошей вечеринки, а чаще того и другого. Она знала эти улицы, как свои пять пальцев.
Фигг был в церкви? Впрочем, не важно.
Буду минут через 10 .
Она повернулась и побежала вниз по направлению к шоссе, отделявшему Верхи от прочих районов Кембрии. Пар от ее дыхания относило назад, и он дымком вился за ее плечами, пока она бежала в центр города.

Баптистская церковь находилась в простом на вид здании из красного кирпича, одном из старейших в Кембрии. Внутри горели все огни.
Фигг встретил ее на углу улицы Вашингтона и обнял, чуть ли не подняв в воздух:
– Ага, поймал!
Над лестницей, ведущей в подвал, горела синяя лампочка.
– Тут что, собрание идет?
Фигг бросил пить, когда умер отец Келси. Сперва она удивилась, тем более что Фигг не бросил свою работу в клубе «Фьюз». Но то, как быстро угас Джерри Ласло, повлияло на Фигга странным образом, направив его на новый путь. И теперь он два раза в неделю посещал собрания Анонимных Алкоголиков.
– А меня пустят? – спросила она.
– Конечно. Тебя просто спросят, хочешь ли ты поделиться с другими своей историей? Но это необязательно.
– Но ты же знаешь, я никогда…
– Ты сама сказала, что тебе нужна спокойная толпа попроще, – заметил Фигг. – Это все, что я могу предложить. Тебе эти люди понравятся – у нас тут сложилось некое братство.
Келси пожала плечами. Религия ее не волновала, главное, чтобы люди были счастливы. Иногда она даже приходила к церкви постоять снаружи, пока шла служба, ей нравился спокойный ровный поток радости, окружавший здание. И сама идея братства ей нравилась. Ей это было нужно.
– Но если хочешь, можем пойти еще куда-нибудь, – начал было Фигг, но Келси прервала его:
– Нет, все отлично.
Фигг обнял ее за плечи, и они спустились в подвал.
Она с облегчением увидела, что группа была небольшая, всего пара десятков человек. Трое из них стояли возле старомодного большого кофейника, разливая горько пахнущий напиток в бумажные стаканчики. Остальные сидели на складных стульях лицом к маленькой сцене.
Здесь не было ни крестов, ни алтаря. Пол был цементный, а грубо оштукатуренные стены выглядели, словно самый простой школьный класс. К тому же внутри было холодно. У них что, вообще здесь отопления нет?
Но толпа была настроена доброжелательно и уверенно, и Келси уцепилась за эти чувства.
Внезапно она встретилась глазами с высоким мужчиной с длинными черными волосами, убранными в хвостик.
– Добро пожаловать, – сказал незнакомец, направляясь к Келси. – Меня зовут Харольд. А вы, должно быть, Келси – приятельница Фигга?
Она кивнула:
– Да. Но, если не возражаете, я бы не хотела выступать или рассказывать о себе.
– Ничего страшного, у нас сегодня открытое собрание, приглашаются все желающие, – ответил Харольд. У него были красивые голубые глаза и теплое рукопожатие. – Усаживайтесь, мы вас подождем.
Келси ощутила, как ее благодарность заполняет комнату, и улыбка Харольда стала еще шире:
– Там рядом с кофе есть печенье с шоколадной крошкой.
– Спасибо.
Келси прихватила пару печений и уселась рядом с Фиггом во втором ряду. Тяжесть в ее груди начала потихоньку ослабевать. Она чувствовала терпение, настойчивую волю и осторожный оптимизм окружающих ее людей. Именно это ей было сейчас нужно. Она пару раз глубоко вдохнула.
Харольд поднялся на сцену, и Келси ощутила окружающее его уважение всех присутствующих.
– Добрый вечер, – произнес он. – Меня зовут Харольд, и я алкоголик.
– Добрый вечер, Харольд, – хором ответили все в комнате.
– Давайте начнем сегодняшнее собрание группы Анонимных Алкоголиков улицы Вашингтона с молитвы Безмятежности. Помолитесь вместе со мной.
Где-то посередине молитвы Келси тоже стала повторять слова вслед за Харольдом. Хор размеренных слов слегка напоминал пение, и она почувствовала, как завибрировали ее нервы.
Харольд снова заговорил:
– Теперь я хотел бы напомнить всем, что ради безопасности нашей группы у вас не должно быть при себе никаких наркотиков. Если у вас с собой что-либо подобное, оставьте их за пределами этого безопасного места и поскорее возвращайтесь.
Никто не двинулся с места. Харольд одобрительно кивнул.
– Сегодня у нас много народа. Рождество – трудный период для нас, – сказал он, и толпа одобрительно зашумела. – Сегодня мы хотели бы приветствовать новичков, присоединившихся к нам в первый раз. Хочет ли кто-нибудь из них сказать пару слов?
Келси опустила глаза, чувствуя себя так, как будто она солгала этим людям, и с облегчением вздохнула, когда на призыв Харольда отозвалась худая женщина с помятым, усталым лицом хронической алкоголички. Она сказала, что ее зовут Таша, и Келси присоединилась к общему хору приветствий, ощущая вкус коллективного ободрения и заботы, когда вместе со всеми произнесла ее имя.
Сперва Таша говорила неуверенно, но присутствующие внимательно слушали ее, как на свадьбе, когда застенчивый гость пытается сказать речь и все надеются, что у него получится.
По мере ее рассказа людей постепенно охватывала грусть. Родители бросили Ташу в детстве, и она воспитывалась в приемных семьях. Келси по себе знала, каково это, когда приходится постоянно переезжать с места на место. Ее печаль эхом отразилась в комнате, и люди стали тихо, озабоченно переговариваться.
Когда Таша заговорила о своем алкоголизме, печаль толпы достигла пика, но люди взбодрились, когда она принялась рассказывать о своих усилиях избежать болезни. Келси еще не приходилось видеть, чтобы эти две эмоции так быстро переходили одна в другую.
Она позволила своей силе растянуться в стороны настолько широко, что под конец она уже и сама не понимала, где кончалась она сама и где начинались все остальные. Комната и люди в ней стали единым целым, разрозненные острые осколки сложились в целостную форму.
На секунду Келси стала центром этого единства и почувствовала, что не боится Роя. Она даже пожалела, что он никогда не сможет пережить нечто подобное: уверенность, что ты потерпел неудачу, смешанную с упорным желанием бороться дальше, стать лучше.
Среди этих чужих людей она чувствовала себя в безопасности. За пределами этой комнаты Рой мог делать что угодно, но это место принадлежало только ей. В этом доверии людей друг другу было что-то от священного ритуала.
А потом она сдуру на одну секунду позволила себе подумать о Заре – и ее безмятежности пришел конец. Келси была уверена, что до их первой ночи вместе Зара была совершенно невинна, и ощутила приступ нежности и вины, подумав, как дорого обошлось Заре ее доверие. Чизара знала, что ее сила может стать опасной, если она потеряет контроль хоть на минуту. Келси тоже знала об этом, но она не думала, что беда может случиться так быстро. И она не предвидела подобного масштаба проблемы.
Домой они ехали в ледяном молчании и поцеловались на прощание отстраненно и быстро. Мысли Чизары были заняты только вызванным ею несчастьем с кораблем. Ее сила недвусмысленно напоминала ей о связанном с ней тяжелом бремени ежедневной ответственности.
Тем не менее она пригласила Келси переночевать эту ночь у них, и Келси пришлось солгать, уверив ее, что она уже договорилась с Лингом.
Не прошло и дня с момента их первого поцелуя, а Келси уже лгала подруге. Впрочем, Зара наверняка сейчас лгала своим родителям или же просто недоговаривала всей правды. Она всегда притворялась, что забота родителей надоела ей, но когда доходило до дела, она искренне готова была слушаться маму и отца и хотела, чтобы они были довольны ею. Келси никак не вписывалась в эту картину.
Горячая слеза скатилась по щеке Келси. Она отчаянно пыталась не заразить своей печалью всех присутствующих. В этой комнате и так достаточно было боли.
Фигг дотронулся до ее плеча, и она смогла наконец взять себя в руки.
Келси сидела, низко наклонив голову и утирая слезы, когда еще один человек встал, чтобы рассказать о себе.
– Меня зовут Квинтон.
– Добрый вечер, Квинтон, – отозвалась толпа.

Глава 50
Банда

Ее шок эхом отразился на всех присутствующих в комнате – холодное, жестокое чувство с пылающим, словно уголь, голодом в самой середине.
Харольд неуверенно смотрел на незнакомца, не понимая, что означает издевательское выражение у него на лице. Остальные еще пытались произнести слова приветствия, борясь с охватившим их чувством непонятной опасности.
Но тут Рой полез в пластиковый пакет и вытащил оттуда бутылку дешевого виски.
– Что за черт? – произнес Фигг.
Рой высоко поднял бутылку и изо всех сил швырнул ее о цементный пол. Осколки брызнули во все стороны, на полу расползлась лужа смешанной с битым стеклом коричневой жидкости. Сладкий, чуть древесный запах пополз по комнате, наполняя Келси паническим ужасом. Люди отпрянули, спотыкаясь о стулья и чертыхаясь.
Возмущение полыхнуло в комнате, словно лесной пожар. Келси тоже почувствовала его.
– Черт бы тебя побрал! – закричал Фигг. Он был в ярости.
– Успокойся, не злись! – крикнула ему Келси. – Ему только этого и надо!
Но было уже слишком поздно.
Волна ужаса и головокружения прошла по столпившимся людям, и они затряслись, словно в судорогах. Келси видела, как лица стоящих вокруг нее людей обмякли, как их руки и ноги начали непроизвольно вздрагивать. Она слышала стук их зубов и ощущала, как сила Роя стирает малейшие следы их индивидуальности. Через несколько секунд энергия толпы превратилась в единый слаженный механизм, словно несвязные голоса наконец зазвучали в унисон.
Рен называла людей марионетками, но для Роя они не существовали вообще: они были просто единым сложным механизмом, подчиняющимся его силе.
И тогда он спросил целым хором голосов:
– Так кого мы убьем сегодня, Келси Ласло?
Он знал ее имя. Он нашел ее. Он знал, что ей было нужно.
Келси попыталась было зацепиться за какие-нибудь счастливые воспоминания: надежда, счастье, любовь … Но сейчас она не могла вспомнить эти эмоции.
Она помнила только гнев. Гнев, охвативший ее сейчас.
По краям людской рой беспокойно двигался – люди, захваченные краем этого безумного восторга, опрокидывали стулья и натыкались на стены. Кто-то случайно перевернул кофейник и пролил на себя кипяток. Но это не остановило людей.
– Прекрати! – закричала Келси.
Но тут она почувствовала, как он тянет ее за собой сквозь ту потайную дверь, которая открылась в ее душе в ту ночь в торговом центре. Она увязла в самой середине петли обратной связи. Ее трясло мелкой дрожью от жадного голода.
Ей больше не нужно было ничего и никого искать. Не нужно было испытывать печаль, обиду и одиночество. Эти чувства только удерживали ее от того, что было правильно, от чистых эмоций. Голод. Желание. Гнев. Жажда. Это и был ее настоящий дом. Она была на своем месте. В ее жизни больше не осталось ни места, ни времени ни для чего, кроме яростного голода, сотрясавшего ее своим неистовством. Этот пылающий голод всегда был с ней, каждый раз, когда она искала толпу. Каждый раз, когда она бежала на вечеринку, в клуб, на школьную встречу или на бейсбол.
Она ощущала, как рой жмется со всех сторон, согревая ее. Приветствует ее. Ощущала свое родство с этой толпой. И слышала, как Рой мастерски управляет этим хором. Все ее танцевальные ритмы, которыми она пользовалась, чтобы завести толпу, в подметки не годились этому совершенству.
Келси Ласло исчезла, осталась только Банда. И она была рада этому.
Она почувствовала нарастающий голод Роя – и это был и ее голод, мрачным союзом объединивший их двоих.
Ее взгляд упал на человека рядом с ней, и она сделала свой выбор. Он выпал из общего единого хора и стал добычей. Жалкой, недоуменно моргающей добычей.
Банда смотрела на него. Он поднял на нее озадаченный взгляд.
Ее рот наполнился слюной, и тело замерло в готовности к нападению. То, что должно было последовать, было прыжком в сияние, переходом в другое качество.
Призрак Келси Ласло внутри нее панически вскрикнул – она выбрала Фигга.
Но гул роя заглушил последние колебания. Она не хотела, чтобы Фигг сбежал. Не хотела, чтобы он мог спастись.
Она хотела почувствовать его страх.
Он что-то крикнул, но она уже не понимала слов. Слова были ничем по сравнению с ее связью с единым целым.
Фигг пытался спасти ее. Он схватил Келси за руку и потащил через толпу, спотыкаясь об упавшие стулья. Он был в хорошей физической форме, но ему пришлось тащить девушку за собой, и у него не осталось ни единого шанса. Толпа свалила его, и рука Келси выскользнула из его руки.
Фигг поднялся, раскидывая людей, словно брыкающаяся лошадь. Он попытался прорваться вперед, но толпа вцепилась в него, разрывая на нем одежду. Кто-то пнул его, но это не смогло его остановить.
Отлично. Чем дольше это продолжалось бы, тем лучше.
У роя было предостаточно времени. Банде даже не нужно было им помогать – она и так была их частью и чувствовала каждый кулак, каждый ноготь, каждую бьющую жертву ногу, как свои собственные нервные окончания.
Она чувствовала восторг, прокатывающийся по комнате, экстаз роя, когда они били, пинали и рвали свою жертву.
В последнем отчаянном порыве Фигг поднялся, словно выныривая из воды, раскидывая более мелких нападающих в разные стороны.
Он повернулся и протянул руку Келси, все еще намереваясь спасти ее. Но при виде экстаза на ее лице ярость его угасла, сменившись вспышкой ужаса. Она в упоении наблюдала, как рой снова накрыл его.
Внезапно что-то нарушило эту сцену. Кто-то стоял на лестнице перед входом в комнату. Сквозь заполняющий ее мозг гул роя Банда увидела человека в форме, что-то кричащего в рацию:
– Необходима помощь…
И услышала голос Роя:
– Еще один герой. Отлично.
Она ощутила, как дернулась толпа, когда его план изменился, и на секунду ощутила проблеск надежды, что Фиггу удастся спастись.
Но тут по комнате прокатилась новая волна опаляющего экстаза. Рой бросился на новую жертву, пытаясь ухватиться за униформу полицейского, сорвать одежду, волосы, кожу. Они разорвали его грудную клетку и вырвали скользкое окровавленное сердце, сжимая его в своих руках.
Теперь он принадлежал им, он стал частью роя. Он умер от их рук. Келси почувствовала сытое довольство, охватившее рой, нежность, испытываемую к уничтоженному ими человеку, и она вернула эхо этого чувства рою.
Это была их толпа – ее и Роя.

Глава 51
Клип

– Нэт еще не приехал, давайте начнем без него, – сказала Клип, слыша, как ее голос эхом отдается в пустом клубе.
Усталые взгляды зероев обратились к ней: им нужна была хоть какая-то уверенность и руководство. Им необходимо было выйти из-под гнета чувства вины и печали Келси.
– Это нечестно, – выдавил Итан. – Нам пришлось тащиться сюда ночью в непогоду, а наш Великий Вождь спит без задних ног?
– Скорее всего, он выключил телефон. – Клип попробовала небрежно пожать плечами, но все понимали, что выключился сам Великий Вождь. По крайней мере, на какое-то время.
Но она была готова возглавить зероев. Кто-то  же должен был заменить его и проявить величие.
– Прошлой ночью Рой нашел Келси, – начала она, – но, к счастью, ей удалось убежать.
– Нет, не удалось, – прошептала свернувшаяся в конце бара у стены Келси.
Клип неуверенно замолкла. Келси так и не рассказала ей полностью, что же произошло прошлой ночью. Она сказала только, что толпа убила полицейского. В полночь она в шоке позвонила Клип, и той потребовалась почти вся ночь, чтобы успокоить ее и вызвать остальных в «Чашку».
– Ты здесь, с нами, – заметила Клип. – Это лучше, чем быть с Роем или быть мертвой.
Келси ничего не ответила, и Клип быстро проверила реакции других зероев, чувствуя, как Итан нервно заморгал. Может, не стоило ничего говорить про смерть.
Господи, как же легко это давалось Нэту, способному немедленно видеть и чувствовать эффект каждого его слова.
– Почему мы собрались все вместе? – спросил Итан. – Я думал, мы должны были держаться подальше друг от друга! И уж точно  не собираться в нашем широко разрекламированном штабе!
– Итан, сейчас полседьмого утра и с Рождества прошло всего два дня. Улицы абсолютно пусты. Откуда в городе взяться толпе? – Клип повернулась к остальным зероям, пытаясь придать голосу уверенность. – Если он заявится сюда, мы легко справимся с ним.
Ответом ей было молчание. Она надеялась услышать хоть какую-нибудь шутку про то, как они надерут задницу Рою, но все они были слишком испуганы и вымотаны для этого.
И сейчас ей предстояло еще добавить им проблем – но другого выхода не было.
– Вчера Рой убил полицейского.
– Не без моей помощи, – тихо сказала Келси.
– Он использовал Келси. – Клип гнула свою линию. – И он нашел ее, хотя зероев вместе с ней не было. Что означает, что держаться поодиночке недостаточно для решения этой проблемы. Мы не можем ждать, пока он выберет удобное время и место для нападения. Мы должны схватиться с ним на наших условиях.
– О каких условиях  вообще идет речь? – задал вопрос Итан. – Мы же не можем сказать ему что-то вроде: «Эй, Рой, давай встретимся в темной аллейке, подальше от людей, чтобы мы могли надрать тебе задницу!»
– Итан прав, – заметила Чизара, – этот парень всегда появляется вместе с толпой.
Клип подумала, что, видимо, дела совсем плохи, если даже Чизара согласна с Итаном.
– Как я уже сказал в прошлый раз, – продолжал Итан, – нам надо уносить отсюда ноги. Заберемся куда-нибудь, где вообще не бывает никакой толпы. Как насчет Аляски?
– Я попробовала уехать из Кембрии. Дело кончилось плохо, – сказала Чизара.
Клип взглянула через ее глаза, устремленные на Келси. Но Келси упорно не желала ни с кем встречаться взглядом.
– Вы понимаете, что я имею в виду, – сказала Чизара. – Нам сейчас едва-едва удается не свихнуться, а ведь мы у себя дома, в родном городе, где мы все знаем. А за пределами города легко потерять контроль и не заметить, как какая-то неизвестная опасность подберется к тебе вплотную.
Она снова уставилась в пол.
Что же все-таки произошло во время совместной поездки Аварии и Банды? Клип еще не успела просмотреть новости в поисках очередной катастрофы. На ее месте Нэт уже давно бы это сделал.
– Наши способности могут причинить достаточно вреда и здесь, – произнес Тибо.
Клип воспользовалась глазами Жулика и, прежде чем его взгляд скользнул в сторону, успела увидеть Тибо, отметив, насколько у него бледный и вымотанный вид. Она вспомнила вчерашний завтрак с его семьей – слезы его мамы, гнев отца и замешательство братьев. Воспоминания об этой сцене были настолько ужасны, что она гнала их прочь. Но ради Тибо она должна была помнить каждое мгновение – потому что его семья никогда больше не вспомнит его.
– Неважно, куда я уеду, – сказала Келси, не поднимая глаз от трещины в досках пола. – Даже если Рой не найдет меня, я сама могу это проделать.
– Это неправда, – быстро сказала Клип. – Ты же не хотела убивать того копа.
– Нет, но я хотела убить лучшего друга моего отца! А коп просто помешал нам!
Келси подняла голову, и Клип увидела выражение ужаса у нее на лице.
– Рой предложил мне выбрать, кого убить, – продолжала Келси. – И я выбрала Фигга, своего друга, именно потому, что я знала, в какой ужас он придет, когда увидит, что я помогаю Рою. Я знала, что именно его ужас будет самым приятным  на вкус!
Эмоции Келси затопили зероев – но на этот раз это было не отчаяние, а потрясающая смесь голода, желания и восторга.
Они отшатнулись, чудовищный экстаз затух, и Клип почувствовала тошноту при мысли о том, что она собрала зероев вместе, пока Келси была в таком состоянии. Что она натворила? Это была ужасная идея, особенно в отсутствие Нэта.
Куда он, черт его побери, запропастился?
– Все эти бедные люди до конца жизни будут помнить, что случилось, что они сделали с тем копом, – сказала Келси. – Их ждет постоянный кошмар, а может быть, и тюрьма. Я на свободе только потому, что Рой позволил мне уйти.
– Все будет в порядке, – заметил Итан. – Людей в торговом центре же не обвинили в убийстве.
Он испуганно отшатнулся, когда Келси повернулась и посмотрела на него в упор:
– Там в торговом центре были добропорядочные граждане из среднего класса. А здесь была толпа алкоголиков и наркоманов. И погиб полицейский. В этот раз никто не станет придумывать всякие версии про вызывающий агрессию газ!
Разговор постоянно шел по кругу, и чувство вины Келси лежало на них всех безнадежным грузом.
– Вам всем нужно держаться подальше от меня. Я только и жду подходящей возможности, чтобы превратиться в Роя.
Клип почувствовала, что отвращение Келси к себе грозит затопить комнату. Она не могла этого позволить – для того чтобы их план сработал, остальные должны были доверять Келси.
Клип подумала, что в этом случае сказал бы Великий Вождь.
– Келси, ты одна из Зероев. Что означает, что ты не одинока – вместе мы справимся с этим парнем.
– Но как? – раздался голос Тибо.
– Уж точно не бегством, – заявила Клип. – Завтра вечером мы встретимся с ним. И мы победим его.
Никто ничего не сказал. Она даже не могла глянуть на их лица, потому, что они все смотрели на нее, а не друг на друга. Но они, по крайней мере, были готовы выслушать ее.
– Он убил Дэйви с помощью толпы в торговом центре – люди ждали у дверей всю ночь, они были усталые, раздраженные, агрессивные. Такая толпа может кого угодно раздавить – и никакая суперсила не понадобится. Прошлой ночью он убил, пользуясь агрессией людей, в чье убежище он вторгся. Они и так были в очень уязвимом состоянии.
– Многие из них на самом деле сильные и волевые люди, – заметила Келси. – Но только не прошлой ночью, когда он разбил об пол бутылку виски.
– Я просто хочу сказать, что Рой не использует людей, испытывающих радость или удовольствие. Ему нужны страх и гнев.
– Нам что, парад клоунов организовать для него? – поинтересовалась Чизара.
– Клоунов ? – взвизгнул Итан. – Ты же слышала, она только что сказала, что страх – это то, что ему нужно.
Клип покачала головой:
– Нет, клоуны, а также радуги и единороги не подойдут. Но мы можем использовать толпу, которую мы тренировали последние три месяца. Мы знаем, как заставить этих людей испытывать счастье.
Чизара хмыкнула:
– Ты хочешь пригласить его в «Чашку»?
– Вот именно. Мы будем у себя дома. Здесь мы контролируем все – свет, музыку, даже пиво. Это наш путь к победе над ним.
План Клип завладел их вниманием. Она чувствовала это – даже Келси поверила в эту возможность, или, по крайней мере, хотела поверить.
Итан откашлялся:
– А как мы можем заставить его заявиться сюда именно тогда, когда нам нужно? Он же может выбрать любой удобный для него день.
Клип заколебалась, и Келси ответила за нее:
– Очень просто. Мы поступим так, как Рен и Дэйви – мы как следует разозлим  его.

Глава 52
Жулик

Зимы в Кембрии редко бывали холодными, городские пруды не замерзали, и поэтому раз в год муниципалитет устраивал искусственный каток рядом с Главной площадью. Музыка там была паршивая, коньки в аренду давали тупые, а какао разводили из порошка.
Но Соня почему-то захотела встретиться с Итаном именно там. Скорее всего, она подозревала, что сам вид катка будет раздражать его: он не вставал на коньки с самого детства. Показушники, демонстрирующие подсечку назад под веселые рождественские мотивчики, раздражали не меньше.
Но деваться ему было некуда. Для того чтобы победить Роя, им нужно было устроить самую большую, самую веселую вечеринку – и забросить приманку для врага. Так что раздачи флаеров на улице было явно недостаточно. Им нужна была Соня Соник.
Но когда Итан дошел до центральной площади, он почувствовал, как ему становится нехорошо. Он не был среди толпы с той самой ночи в торговом центре. Он смотрел на каток, и ему казалось, что на льду мечется толпа разъяренных зомби. Он вспомнил Дэйви, разорванного на куски, словно рождественская жареная индейка.
Погода была холодная, но он чувствовал, что весь вспотел от напряжения. Соня, само собой, опаздывала, и ему пришлось ждать ее, ощущая, как мурашки покрывают кожу, и напряженно втянув голову в плечи.
– Это просто толпа идиотов на коньках, – бормотал он себе под нос. – Рождественское веселье у них, вот и все.
Но разве он мог быть уверенным в чем-то? Прочие Зерои могли видеть настроение толпы, но Итан даже не почувствовал бы приближение Роя. Люди вокруг могли в любой момент превратиться в толпу голодных зомби.
А хуже толпы голодных зомби могла быть только толпа голодных зомби на коньках .
Итан осторожно подошел поближе к бортику катка. Яркая белая звезда сияла в сумерках на верхушке огромной елки, установленной рядом с катком. Красно-зеленые лучи прожекторов скользили по льду, из колонок лился голос Синатры. Возле ворот расположился киоск с едой, но пива у них не было. Итан раздраженно подумал, что немного «смелости в жидкой форме» ему сейчас не помешало бы.
Его телефон пискнул – пришло сообщение от Сони, оказывается, она уже была на катке. Так что ему ничего не оставалось, как нацепить лезвия и оставить всякую надежду в случае чего убежать от Роя. Вот только этого ему и не хватало.
Итан отстоял очередь, выложил шестнадцать долларов за пару поношенных коньков и с трудом зашнуровал ботинки. Ему представлялось, как злобная толпа швыряет его на лед, а он пытается отбрыкаться от них старыми тупыми лезвиями.
Он поплелся на лед, изо всех сил цепляясь за бортик и увертываясь от других катающихся, проносящихся мимо раза в три быстрее его. Интересно, как он должен был искать Соню, если он с трудом мог удержаться на ногах? И почему именно он должен был встретиться с ней? Она терпеть его не могла, а Итану вконец надоела постоянная неприязнь самых разных людей.
Вцепившись одной рукой в бортик, он повернулся и осмотрел каток. Ее волосы должно было быть видно издалека – если, конечно, она не перекрасила их. Впрочем, она наверняка покрасила бы их в какой-нибудь зубодробительный оттенок – ядовито-зеленый или огненно-красный, так что ее все равно можно было бы отличить от других людей на катке.
Он нашел ее только минут через пять. Тугая повязка на ее правом запястье была вся покрыта блестящими наклейками. Волосы она убрала под мягкую шапку, а ее белая челка отливала разными цветами под лучами прожекторов. Ему пришлось признать, что выглядела она классно. К тому же, в отличие от висящего на бортике Итана, она отлично каталась.
– Соня!
Соня заметила его, помахала в ответ и, описав еще один грациозный круг, оказалась рядом с ним:
– Ты пришел!
После чего схватила его за руку и потащила на лед. Похоже, она была рада встрече с ним. Итану не понравился ее довольный вид: как правило, подобное настроение быстро переходило в разочарование.
– Слушай, ну зачем ты выбрала каток? – жалобно проблеял он. – Я же не умею кататься!
– Это заметно, – усмехнулась Соня. Тем не менее она совсем не выглядела разочарованной, хотя он точно выглядел нелепее любого из катающихся людей вокруг.
– Может, присядем? – попросил Итан. – Мне нужно с тобой поговорить.
– Хочешь со мной поговорить, продолжай кататься.
Вот черт. Итан хотел просто рассказать ей все, что нужно, и уйти. Но говорить, пытаясь при этом не шлепнуться на лед, было чересчур сложно. Голос вполне мог взять на себя разговорную функцию, но с Соней этот номер мог не пройти. Она знала про эффект его голоса, хотя и не понимала до конца, что это такое. Через какое-то время она все равно поняла бы, в чем дело – как поняли Зерои, или Джесс и его мать. Если он не хотел, чтобы это случилось немедленно, надо было действовать осторожно.
– Слушай, ноги должны скользить , – сказала Соня. Держись за меня и попробуй. Сперва правая нога.
Она продела руку ему под локоть, и Итан чуть наклонился, перенося вес на правую ногу. Точнее, это Соня наклонилась, а ему поневоле пришлось сделать то же самое. Они вместе скользнули направо.
– А теперь левую, – напомнила Соня. Как будто у него был какой-то выбор.
Итан накренился налево.
– Отлично! – заявила Соня. – А теперь попробуй сам, без моей помощи. Ты довольно тяжелый.
– Извини. – Он отпустил ее.
Ноги у него по-прежнему тряслись, как желе, но каким-то чудом ему удалось удержаться и не упасть. И он совершенно забыл о возможном нападении Роя.
– Как поживает твоя подружка, та девушка – диджей? – спросила Соня.
Вопрос заставил Итана вздрогнуть. Келси была в полуневменяемом состоянии, она почти окончательно поверила в то, что в любую минуту может стать Роем. Остальные Зерои тоже волновались за нее.
Но только не Итан. Для него Келси по-прежнему была той же самой девушкой. Даже если…
– Она не моя подружка.
– Серьезно?
– Абсолютно. Во-первых, ее интересуют девушки.
– Ах вот что…
Краем глаза Итан заметил, как Соня странно улыбнулась. Наверняка смеется над моей неудачей, подумал он.
Ему совершенно не хотелось обсуждать с Соней Соник свою несуществующую личную жизнь. Помимо всего прочего он чувствовал ответственность за то, что случилось: его Голос повел себя, как последний мудак, Келси убежала ночью одна и оказалась на этом собрании Анонимных Алкоголиков. Добавить к уравнению Рой – и колоссальная проблема налицо.
Ладно, по крайней мере, он более-менее прилично держался на коньках. Настолько, что даже мог говорить с Соней.
– Соня, я хотел попросить об одолжении.
– Я тебя и так научила кататься. Тебе еще что-то нужно?
– Точно. – Итан смотрел вниз на коньки, стараясь двигаться в том же ритме, что и Соня. – Нам нужно, чтобы ты объявила о большой вечеринке завтра вечером в «Чашке».
– О, так вы решили, что я могу быть вам полезна ?
Итан вздохнул. Он знал, что вряд ли удастся убедить ее, не прибегая к помощи Голоса, но все происходило быстрее, чем он надеялся.
Ну, Голос, давай, делай свое дело,  – подумал он – и нужные слова тут же нашлись:
– Помнишь все эти фотографии из «Чашки», которые ты опубликовала? Ну, с той вечеринки, когда все пошло наперекосяк? Это была заказная работа.
– Что?
– Нам специально хотели навредить. Они все подстроили, специально снимали все происходящее и сделали так, что ты высказалась вместо них.
Соня смотрела на него подозрительно, и Итан пожал плечами:
– Это чистая правда.
– Вот досада. – Она минуту подумала. – Я и сама подумала, что странно, что кто-то прислал мне все эти снимки. Ты хочешь сказать, что эти люди устроили то безумие в клубе?
– Угу. Они виноваты в том, что происходит сейчас по всей стране.
Голос был в ударе. Но это было очень близко к правде. 
– Но кто этим занимается?
– Это плохие парни, – сказал Голос. – И они хотят от нас избавиться. Это почти сработало – нам уже приходится постоянно объясняться с полицией. Так что мы решили провести в «Чашке» тематическую вечеринку «Спасение в любви».
– Какую вечеринку?
– Нам надо собрать средства, чтобы сделать клуб вполне легальным. Нам нужна твоя помощь, чтобы собрать большую толпу. Но не всякую, а совершенно определенную. – Он искоса глянул на Соню: она внимательно слушала. – Потому что иначе клубу конец, и нам всем придется уносить отсюда ноги. А у тебя не останется тем для блога.
Соня удивленно подняла брови:
– Что, на самом деле все так серьезно? Вам придется покинуть город?
– Да, – сказал Итан. – Ты сильно навредила нам, но теперь ты могла бы помочь нам. Просто нужно написать, что это клуб, где всем весело и хорошо.
Суть плана Клип состояла в том, что веселая, радостная толпа, музыка, свет плюс влияние Нэта и Келси могли справиться с яростью Роя. Итан очень надеялся, что она права.
– А я приглашена? – спросила Соня.
Голос замялся, и Итан понял, что не уверен, что хочет, чтобы она пришла на вечеринку.
Она вроде как была их врагом, но все равно… вечеринка могла окончиться трагически.
– Но тебе же там было неприятно в прошлый раз, – сказал Голос, – а нам бы хотелось, чтобы у людей были только хорошие впечатления.
– Ничего себе, значит, я вам не подхожу?
Ну вот, теперь она еще и разозлилась. Только этого не хватало. Если благодаря блогу Сони в клуб завалится куча недовольного народа, Рой с их помощью отбивные из Зероев сделает.
Он открыл рот и позволил Голосу исправлять сказанное:
– Слушай, если ты приведешь нам нужную толпу, я тебя лично впишу в ВИП-список.
Он почувствовал укол вины, но напомнил себе, что им приходилось рисковать и другими людьми тоже. По крайней мере, была надежда, что после этого Рой уже не сможет больше использовать людей в своих целях.
Довольная Соня помотала своей забинтованной рукой:
– Тогда скажи мне день и время.
Голос зазвучал на автопилоте, выдавая сообщение, приготовленное Клип:
– Завтра вечером, начало около восьми. Используй слово «любовь» как можно чаще. Тогда придут люди, настроенные веселиться, а не случайная банда…
Он произнес прозвище Келси и вздрогнул. Голос его прервался.
– Поняла, – ответила Соня. – Слушай, я все время сижу в Сети. Думаешь, я не знаю, что такое злобно настроенная толпа?
Его Голос затих, и Итан понял, что его задача выполнена. Но Соня все еще выжидательно смотрела на него.
– Отлично, – сказал он. – Огромное тебе спасибо!
– Ты же не думал, что я откажусь  помочь вам? – Соня закатила глаза. – Почему ты мне не доверяешь, Итан?
– Не знаю. Может, потому, что ты ненавидишь меня?
У нее был до крайности удивленный вид:
– С чего ты это взял?
– Потому что ты передала копам то видео со мной! Потому что представила все так, как будто я был на короткой ноге с грабителями банка. А я всего-то пытался спасти тебя!
– Но ты же знал их имена. Что я должна была подумать? – Она даже на секунду потеряла равновесие на льду.
– Да, но… – Итан неуверенно умолк. Наверное, он на самом деле выглядел очень подозрительно, болтая с Джерри Ласло прямо во время ограбления. – Ты на самом деле думала, что я один из бандитов?
– Ну да! А почему еще я могла бы сообщить о тебе копам?
– Потому что я не люблю Джея Уайта!
Какую-то минуту Соня молча смотрела на него, а потом внезапно расхохоталась. Она бросила его на льду и поехала к бортику катка.
– Эй, подожди. – Без ее поддержки Итан едва держался на ногах, но он все же исхитрился добраться до бортика, не ткнувшись носом в лед.
Соня прислонилась к бортику, все еще смеясь.
– Может, все-таки объяснишь… – начал Итан.
Соня едва могла говорить от смеха:
– Ты что, серьезно думал, что я разозлилась на тебя из-за того, что ты какую-то гадость сказал про Уайта? Слушай, да про него уже никто не помнит.
– Может, и так, – неуверенно заметил Итан, – но в тот момент ты явно была весьма сердита. А потом еще и донесла на меня!
Соня усмехнулась:
– Знаешь, я когда-нибудь выведу всю вашу группу на чистую воду. Но пока этого не случилось, ты меня очень интересуешь, Итан.
Он не знал, что ей ответить, и так и стоял, вцепившись одной рукой в поручень, чтобы удержать равновесие. Еще никто и никогда прежде не называл его интересным.
То ли из-за странного фатализма, вызванного всей этой историей с Роем, то ли потому, что Соня была умной девчонкой с шикарными волосами, но Итану хотелось рассказать ей, насколько он на самом деле  был интересен. Как работал его Голос – и как он вечно втравливал его во всякие неурядицы. И как ему приходилось бороться с Голосом каждый раз, когда он хотел подружиться с кем-то.
Внезапно он понял, что ему на самом деле хочется подружиться с Соней Соник. С девушкой, которая с прошлого лета была олицетворением его худших кошмаров.
– Вот дерьмо, – пробормотал Итан.
Это было полное безумие. Соня, словно мина с замедленным действием, в любую минуту могла растрезвонить секреты Зероев всему миру. Они нужны были ей исключительно, чтобы раздуть ее собственную славу.
И не надо забывать, что он только что пригласил ее на вечеринку, которая могла закончиться массовым убийством.
– Мне пора идти, – сказал он. – Нам еще кучу всего надо сделать до завтра.
Он наконец-то увидел на ее лице выражение разочарования, которое ожидал увидеть с самого начала вечера.
Соня пожала плечами:
– О’кей, надеюсь, тебе понравилось кататься.
– Раз я не упал и не отрезал себе коньками пальцы, считай, я победил. Слушай, а ты успеешь разместить этот пост сегодня вечером?
– Конечно. Надо же помочь вам с этой большой вечеринкой, – улыбнулась Соня. – «Любовь спасет «Чашку»!
Итан усмехнулся: то ли Голос сегодня был в ударе, то ли Соня была в отличном настроении.
– Спасибо.
Внезапно он заколебался. С одной стороны, ему хотелось уговорить Соню не приходить на вечеринку. С другой – он боялся, что тогда она подумает, что он ее недолюбливает. Он так и не решился сказать что-то определенное:
– Ну, пока! Не пропадай, о’кей?
– До встречи, фрик! – подмигнула ему Соня.
К выходу с катка Итан уже подъехал почти совсем уверенно, ноги у него дрожали куда меньше, чем до встречи с Соней.

Глава 53
Анонимус

– Ну-ка, держи покрепче…
Рассыпая стружки дерева и металла из-под дрели, Тибо вогнал болт через стальной лист в раму двери. Он сделал шаг назад и посмотрел на свою работу: проем входных дверей клуба стал меньше, зато теперь их практически невозможно было бы сломать.
– Молодец, парень! – прокомментировал Крейг.
Тибо хлопнул огромного охранника по плечу, не забывая про физический контакт. В клубе сейчас находилось шесть человек, но все они были слишком далеко, чтобы образовалась «Дуга», но Тибо не хотелось бы, чтобы его напарник, таскающий туда-сюда здоровенные куски железа, забыл о его присутствии. К тому же после того, что случилось вчера дома, Тибо чувствовал необходимость в любом контакте.
– Пошли, теперь закроем окна.
– Отлично, Ти. – Крейг пошел вперед через танцпол, заваленный всяким хламом.
Он даже «Ти» выговорил? То, что Крейг запомнил хотя бы половину его имени, было потрясающе. Совместная работа явно пошла на пользу его памяти.
Они установили на место следующий лист металла, Тибо пошарил в кармане, нашел еще один шуруп и принялся сверлить отверстие под него.
Физическая работа, даже если это был вынужденный процесс превращения клуба в крепость, и необходимость двигаться приносили облегчение, давая возможность не думать о семье. Они с Крейгом сужали все дверные и оконные проемы, чтобы роящаяся толпа не могла сразу заполнить клуб. Остальные зерои обеспечивали разные пути отхода.
Правда, не все зерои – Великий Вождь все еще сидел дома и присылал Клип загадочные сообщения. Она дала Тибо прочитать некоторые из них, и они показались ему совершенно бессмысленными:
Запасные мобильники в подсобке. 
Возле побережья идет разлив нефти. 
Если придется бежать, то поодиночке. 
Работаю над своим старым трюком. 
Тибо понятия не имел, о каком трюке идет речь. Или Нэт придумал какую-то новую стратегию, чтобы справиться с Роем?
Клип возглавила их, и «Крепость «Чашка» – это был ее план. Им совершенно не нужно было, чтобы Нэт в последнюю минуту решил все переделать по-другому.
Весь их план строился на расчете, что толпе в клубе будет слишком весело и хорошо, чтобы она превратилась в смертоносный рой. Даже если Рой решил привести свою собственную толпу, они не могли зайти в клуб все сразу. А по мере того как они просачивались бы внутрь, Келси с помощью светового шоу Чизары затягивала бы их в веселую толпу танцоров.
Честно говоря, план выглядел довольно рискованно. Когда Тибо последний раз видел Келси, она по-прежнему была очень расстроена. Но он также знал, что хорошо подобранный трек или взрыв крутящихся цветных пятен мог за одну секунду изменить настроение толпы. Они не зря экспериментировали в «Чашке» все эти месяцы – теперь им просто надо было заставить все это работать.
На тот случай, если план не сработает, Итан и Келси сужали проем лестницы на второй этаж, чтобы разъяренная толпа не могла подняться туда быстрее зероев. А со второго этажа они могли быстро спуститься в переулок позади клуба.
Похоже, в последнее время путь бегства стал для него таким же привычным, как и Срединный Путь.
– Крейг, ты можешь мне помочь? – крикнула Чизара с балкона второго этажа. – Нам нужно установить здесь дополнительные прожектора.
– Уже иду. – Крейг отпустил свой конец стальной плиты, которая с грохотом рухнула на пол.
– Эй! – возмущенно рявкнул Тибо, но Крейг уже трусил прочь, как послушный щенок на зов хозяйки.
Черт бы его побрал! Очередное разочарование. Тибо не мог в одиночку удержать тяжелый лист.
– Итан? Келси? – позвал он. – Кто-нибудь может мне помочь?
Никакого ответа – «Дуга» была слишком сильна. Вечная история.
Борясь с накатывающим отчаянием, Тибо отпустил металлический лист и вернулся на танцпол. Итан и Келси уже были на середине лестницы, он видел яркие связи внимания, протянувшиеся между ними.
– Я не должен был тебе такое говорить, – послышался голос Итана.
Келси молча засунула еще один ящик в растущую баррикаду. Она даже не взглянула на Итана, но ее внимание обострилось.
Тибо чуть кашлянул – никто не обратил внимания.
– Нет, правда, – продолжал Итан, – я очень сожалею о том, что сказал.
Келси выпрямилась:
– Не стоит извиняться. Твой Голос в кои-то веки сказал чистую правду.
– Моя мать говорит, что бывает время, когда нужно говорить правду, а бывает и такое, когда лучше на фиг заткнуться.
Тибо подошел поближе:
– Эй, ребята?
Ни одной искры внимания в его сторону, они были слишком сосредоточены друг на друге.
Кулаки Тибо непроизвольно сжались. Он полжизни провел, подслушивая чужие разговоры, но это всегда были чужие люди, которые не знали и не видели его. Но Итан и Келси всегда старались быть ему хорошими друзьями, и ему совершенно не хотелось подслушивать, что они говорят.
Но он и так всю неделю провел в тщетных попытках, чтобы его заметили. Ему надоело заставлять людей обращать на себя внимание.
Он повернулся к куче стальных обрезков, размышляя, не взять ли один из кусков поменьше…
– Это была моя вина, – донесся голос Итана с лестницы. – Я не могу контролировать Голос, но обычно он слушает, что я ему говорю.
– Что ты хочешь сказать? – спросила Келси.
– Я позволил ревности затуманить мне голову. – Итан деловито складывал ящики. – Я ревновал тебя к Чизаре – вот Голос и завелся так.
Тибо глянул вверх на балкон – может, Чизаре нужна была помощь? Но они с Крейгом уже исчезли из виду. К тому же, чтобы подняться на второй этаж, ему пришлось бы пройти мимо Келси и Итана.
Тем не менее он сделал несколько шагов к лестнице, когда яркость линии внимания между ними заставила его остановиться. Что, если они вообще не заметят его?
– Это ревность на пустом месте, – произнесла Келси.
Итан совсем сник:
– Это жестоко.
– Итан, тебе просто повезло, что мы с тобой не вместе. Влюбляться в меня – очень плохая идея. От меня никому не будет ничего хорошего, я только разочаровываю всех, кто оказывается рядом со мной. Я думала, что у нас с Чизарой получится, но выяснилось, что я ничуть не изменилась. Я – ужасный человек.
– Это не так! – Итан выпрямился, опустив руки. – Но похоже, ты не слишком удивилась моему признанию.
– Итан, Келси должна была быть вообще без сознания, чтобы не видеть, что ты чувствовал, – невольно пробормотал Тибо.
Келси не обратила на него ни малейшего внимания. Она как будто ушла в себя, обрывая все связи и линии внимания. Голос ее звучал тихо.
– Было нетрудно заметить, что ты чувствуешь.
Итан пнул ближайший ящик:
– Мне надо было хоть что-то сказать. Я все время собирался поговорить с тобой, но каждый раз вся вселенная была против – сперва появились Глюк и Монета, потом эти копы, потом Рой… Я просто хочу сказать, что я понимаю тебя. Делай, как лучше тебе. Очевидно, что…
Внимание Келси снова сконцентрировалось на нем:
– Может быть, вселенная пыталась тебе что-то сказать.
– Что она меня терпеть не может?
– Нет, что в твоей жизни есть кто-то другой, с кем тебе будет лучше, чем со мной. Кто-то, кого ты просто не замечаешь, хотя она прямо перед тобой и очень даже тобой интересуется.
Итан молча уставился на нее.
– Соня, – сказала Келси. – Та девушка с сумасшедшей стрижкой.
– Соня Соник ? – ошарашенно пискнул Итан.
Тибо невольно закатил глаза. Да она же при каждой встрече высвечивает тебя, как прожектором. 
– Кстати, она научила меня кататься на коньках, – задумчиво произнес Итан.
– Коньки – это все равно что танцы. Это ритуал ухаживания. – Келси подняла еще один ящик и установила его в баррикаду.
Итан снова сник:
– Да какая сейчас разница. Все равно нам всем конец.
– Итан, как ты не понимаешь: это как раз повод, чтобы жить!
В первый раз после смерти Дэйви Тибо услышал нотку надежды в голосе Келси и устыдился собственного отчаяния. Да, ему пришлось бросить свою семью – но, по крайней мере, они все были живы. Чего нельзя было сказать о семье Келси. И ко всему прочему, дважды за последнюю неделю Рой заставил ее присутствовать при убийстве людей.
Если после всего этого она еще могла улыбнуться насчет шансов Итана и Сони, может быть, завтрашний день не был настолько безнадежен для зероев. Может быть, любовь на самом деле спасет «Чашку»…
На верхней площадке появился Крейг:
– Ребята, как идут дела?
– Нормально. – Келси похлопала по ящику, который она только что засунула в баррикаду. – Это остановит любое воинство зла.
Крейг спустился пониже, оглядел всю конструкцию, потом ухватился за ящик и одним рывком выдрал его из баррикады. Ящик рассыпался у него в руках.
– Эй, ты что?! – возмутилась Келси.
Крейг пожал плечами:
– Если я могу это разрушить, то и другие смогут.
– С этим не поспоришь, – добавила Чизара с балкона второго этажа. Они с Клип стояли среди целого леса осветительных ферм, от которых к распредщиту тянулись связки новых проводов.
– Лучше просто полностью перекрыть лестницу, – добавил Крейг, выразительно сжимая кулак. – Вы оставайтесь наверху, а я тут с ними разберусь.
– Да, вот только проблема в том, что если что-то пойдет не так, ты тоже превратишься в одного из его марионеток, – сказала Клип. – Этот парень контролирует поведение людей.
– Других людей, может, и контролирует. Но не Крейга.
– Не беспокойся, у тебя будет шанс схватиться с ним, – уверила его Клип. – Ребята, вы где, можно вас на секунду?
Итан, Келси и Крейг переглянулись и спустились на танцпол, где уже стоял Тибо.
Стоящая на балконе рядом с Чизарой Клип залихватски перекинула свою трость через плечо, как флибустьерскую саблю. Тибо почувствовал, что начинает улыбаться – в своем роде она тоже была великим лидером.
Сейчас, когда он лишился семьи, он был особенно рад, что она его подруга.
– Крейг прав, – сказала Клип. – Поддерживать толпу в радостном настроении – это только первый шаг. Нам нужно покончить с Роем.
– Вот я и говорю, никаких проблем. – Крейг изобразил медвежий захват, демонстрируя свои феноменальные бицепсы. – Дайте мне секунд десять, и я его вырублю.
– Какие там десять секунд, – засмеялась Клип. – Больше пяти не получится. Проблема в том, что как только ты начинаешь думать о любом насилии, Рой уже у тебя в голове.
– Серьезно?
– Он именно так и действует. Твоя ярость – это его ключ к власти над тобой.
– И что тогда делать? – не выдержал Итан. – Что толку нейтрализовывать его прихвостней, если мы не можем ничего сделать с ним самим?
– Нам нужно будет хотя бы на несколько секунд выключить его силу.
– Я не представляю себе, как это сделать, – сказала Келси. – У него такая же петля обратной связи с его толпой, как и у меня.
Она оглянулась и внезапно заметила стоящего рядом с ней Тибо:
– Анон, ты можешь оборвать такое соединение?
Он тихо ответил, радуясь минутному вниманию всей группы:
– Если речь идет о связи с сотней людей – нет, я не могу этого сделать.
– Получается, что оборвать его связь с его толпой не получится. – Клип размышляла вслух. – Но мы можем использовать ее!
Она кивнула Чизаре, та щелкнула пальцами, и пронзительно яркий белый свет новых прожекторов залил весь клуб, ослепляя Зероев.
Итан возмущенно ойкнул, Крейг что-то сердито пробормотал. Тибо быстро закрыл глаза, но на сетчатке остался четкий след сверкающих огней.
Авария расхохоталась в традиционном стиле чокнутого гения и вырубила слепящие огни.
– Ох. – Голос Келси звучал тихо от боли. Сквозь слепящие круги в глазах, Тибо увидел, что она согнулась пополам и закрыла лицо руками. – Зара, в следующий раз ты хоть предупреди, хорошо?
– Извини, но нам нужно было устроить этот сюрприз.
– Считай, что задача выполнена.
Клип спускалась по лестнице, ощупывая ступени тросточкой, поскольку сейчас она не могла воспользоваться чужими глазами.
– Нам нужно было проверить обратную реакцию толпы на подобный сюрприз. Что скажешь, Келси?
Келси выпрямилась, все еще часто моргая:
– Такое впечатление, что у меня в голове разорвалась граната. Мне все еще слегка нехорошо.
– Мне тоже, – подтвердила Клип. – А теперь представь себе подобную реакцию пары сотен человек.
– К тому же мы можем еще усилить яркость, – добавила Чизара. – После того происшествия на побережье у меня остался изрядный запас мощности. Я могу устроить ярчайшую вспышку, вплоть до того, что все огни перегорят.
– Как ты думаешь, этого будет достаточно, чтобы отключить твои способности секунд на десять? – спросила Клип.
Келси кивнула:
– Как минимум на столько хватит.
– Тогда мне, пожалуй, лучше приготовиться. – Крейг выудил из кармана солнечные очки и надел их. – Когда Рой войдет в клуб, вы ослепите толпу, а я его схвачу и придушу слегка, чтобы потерял сознание. Правильно?
– По-моему, вполне сносный план , – заметил Итан.
– А потом что? – Тибо вышел в единственный оставшийся на танцполе круг света, и внимание всех зероев сосредоточилось на нем. – Что делать с Роем, после того, как мы захватим его? Помимо того что его нужно как можно быстрее изолировать от людей.
Они задумались, и связь с Тибо ослабела.
– Его надо навсегда изолировать от любой толпы. – Итан глянул на Клип с беспокойством. – Придется его запереть? Но где? Где-то в провинции?
– Бункер в пустыне подошел бы. – Внимание Крейга металось между остальными. – Я знаю одно местечко…
– И до конца жизни носить ему туда еду? Скрывая при этом тот факт, что мы похитили человека? – спросил Тибо, и надежда на лицах его друзей погасла.
– Мы могли бы это делать, пока не придумаем решение получше, – заметила Чизара. – Может, нам удастся сообразить, как отключить его способности.
– Типа, положить рядом с ним большой магнит? – фыркнул Итан.
– Может, нам удалось бы вылечить его, – задумалась Клип. – Келси, что, если бы ты попробовала схватиться с ним, а мы пятеро поддержали бы тебя? Ты не могла бы изменить его силу так, чтобы он стал похож на тебя?
Келси съежилась:
– Не думаю. Все наоборот – это он меняет меня .
– А мы не можем каким-то образом уменьшить его силу? Так сказать, перевести его на уровень пониже , – спросил Итан.
Нити внимания окружили его.
– А как ты это себе представляешь? – уточнила Чизара.
Он всплеснул руками:
– Откуда мне знать! Зачем вообще мы собираемся притащить его сюда, если даже не знаем, что с ним потом делать?
Наступило напряженное молчание, связи и внимание переключались с одного зероя на другого.
– Насчет Роя не беспокойтесь, – раздался голос от двери. – Я точно знаю, что с ним надо сделать.
Тибо прищурился: в дверях, спиной к солнечному свету, стоял Нэт. Он вошел тихо и незаметно, вместо того чтобы, как обычно, моментально стать центром внимания. Но сейчас он стоял, как всегда, сияя отраженным светом их удивления и вспыхнувшей надежды.
– Что ты имеешь в виду? – тихо спросила Клип.
Великий Вождь оглядел комнату, быстро устанавливая связи с каждым из них – даже с Тибо. Он укрепил каждую яркую дугу внимания, и это было очень приятно ощущать. Тибо всегда не любил привычку Нэта к театральной демонстрации своей силы, но сейчас он чувствовал только облегчение, что кто-то готов был повести его за собой с такой абсолютной уверенностью. Тибо был рад, что его вообще заметили.
Черт, похоже, ему на самом деле недоставало Нэта.
– Не беспокойся, – ответил Нэт. – Я о нем позабочусь.
Сквозь согревающее Тибо чувство облегчения пробился маленький червячок неуверенности. Он не хотел думать, что Нэт подразумевал под «позабочусь», и еще меньше хотел задавать вопросы на эту тему. Он ждал, что кто-нибудь еще попробует уточнить, в чем же заключался план Нэта. Но охватывающий всех взгляд Великого Вождя заставил замолчать даже тех, у кого были какие-то сомнения. Они все очень хотели верить, что Великий Вождь знал, что делать в этой ситуации.
– А теперь за работу, – сказал Нэт.

Глава 54
Жулик

Итана еще никогда так не огорчали предстоящие выходные.
Но наступила суббота, день, когда они собрались устроить вечеринку «Чашку» спасет любовь» – первый в истории случай, когда мероприятие получило название исключительно с целью позлить мерзкого суперзлодея. Собственно, весь план можно было изложить так: заманить его в ловушку и сокрушить. Если список действий, состоящий из «собрать побольше счастливых людей, завести их как следует фантастической танцевальной вечеринкой и придушить главного бяку », можно было назвать планом.
Итан всю ночь не спал, думая о предстоящем вечере.
Он с тоской вспомнил те времена, когда продажная полиция была самой серьезной проблемой в его жизни. Или когда Джесс злилась на него. Правда, в ситуации, когда смерть казалась вполне вероятным исходом, был и свой плюс. Он мог не думать о том, что Келси знала  о его влюбленности и даже не подумала объяснить ему, как дела обстояли на самом деле.
Он полгода вздыхал по ней, и тут оказалось, что все это время его чувство не вызывало ничего, кроме раздраженного удивления. Ко всему прочему, выяснилось, что у нее на самом деле была темная сила.
Блин… Нет. Келси не стала бы смеяться над ним за его спиной. Она была слишком хорошим человеком для этого. По крайней мере, он на это надеялся.
Потому что если она не была таким человеком, это означало, что сегодня они все умрут.
Итан натянул свои лучшие джинсы и любимую худи – если уж умирать, так хоть выглядеть при этом стильно.
– А ну стой, – раздался голос матери, когда он направился к двери.
Итан замер. Обычно в это время мать была на работе. Но сегодня она осталась дома и все еще была одета в домашний халат, подаренный ей Джесс на Рождество. Она сидела у стола, обхватив руками чашку кофе.
– Куда это ты собрался?
Итан замялся. На одно безумное мгновение он подумал, что надо бы ей все объяснить, хотя бы на тот случай, если у него больше не будет случая это сделать. Может быть, пора было рассказать ей о способностях зероев, о Рое и об их отчаянном плане превратить бывший склад в Верхах в ловушку для суперзлодея.
Но мать не стала дожидаться объяснения:
– Я надеюсь, ты направляешься на похороны.
– Какие похороны?
– Похороны офицера Дельгадо. Который погиб при исполнении служебных обязанностей в ночь после Рождества.
– Ах да, тот коп, которого разорвал… разорвала на части толпа.
У матери был расстроенный вид:
– Да, уже вторая подобная смерть, на этот раз прямо здесь, в Кембрии. Он был отличным полицейским и моим другом. Он помогал мне в моем расследовании. Это было бы хорошо для его карьеры.
– Ты имеешь в виду Отдел внутренних расследований?
Она выразительно глянула на него:
– Я не могу разглашать эту информацию. Просто я хотела сказать, что Маркуса Дельгадо похоронят сегодня со всеми почестями. И ты пойдешь со мной на похороны.
Итан мысленно застонал. Похороны со всеми почестями – да это затянется на несколько часов. Года два назад мать уже брала его на такие в Бейкерсфильде. Он готов был поклясться, что его зад до сих пор чувствовал онемение после многочасового сидения на неудобном стульчике. К тому же сегодня у него просто не было на это времени.
– Может, лучше прихватишь Джесс?
– Тебе не кажется, что с нее хватит военных похорон?
– Да, ты права. – Итан сглотнул. – Проблема только в том, что у нас с друзьями намечено одно важное дело.
– Более важное, чем похороны человека, отдавшего жизнь за наш город?
Итан уже готов был выпалить, что куда важнее, потому что если зерои на этот раз облажаются, то похороны предстоят всем. Но любой правдивый ответ означал, что пришлось бы выложить матери все, как на духу. К тому же, похоже, что мать на самом деле горевала о погибшем, и это сбивало его с толку.
– Итан, пожалуйста, сделай это ради меня? – Мать подошла к нему и положила руки на плечи. – Ну пожалуйста!
Ее взгляд заставил его ощутить странное огорчение, как каждый раз, когда она ловила его на лжи о школьных отметках. Но сейчас его вины в этом не было. Наоборот, черт побери, он-то как раз пытался отомстить  за погибшего. Сегодня он никак не мог оставить своих друзей без помощи, чтобы часами слушать горн и похоронные волынки.
Он обратился к Голосу.
Мне нужно, чтобы мать отстала от меня. Только чересчур не усложняй!  Если Голос начнет сочинять что-то исключительное, мать сразу поймет, что имеет дело с другим Итаном – с вечно лгущим, плохим Итаном. Ему совершенно не хотелось в свой последний день на земле еще и получить нахлобучку от матери. Так что придумай что-нибудь хорошее. И самое главное – будь добрее. 
Голос немедленно отозвался:
– Конечно, мама, я пойду с тобой на похороны.
Итан мигом захлопнул рот. Ты что, не понял меня? 
Мать мягко улыбнулась и погладила его щеку теплой ладонью:
– Спасибо, милый. Я как раз почистила твой костюм. Нам надо быть на месте через час.
Она вышла, и с ней исчезла надежда, что Итан мог присоединиться к друзьям и помочь с подготовкой к вечеринке. Голос недвусмысленно дал понять: единственным шансом отвертеться от многочасовых похорон было пойти на них.

Наблюдать за чьими-то похоронами, размышляя о том, что тебя и твоих друзей, вполне возможно, ждет сегодня смерть, оказалось несколько депрессивным занятием.
Полицейский плац-парад был зажат между Верхами и национальным парком. Особенно досадно было, что до «Чашки» было рукой подать – максимум минут десять пешком.
Площадь была заполнена сотнями полицейских, стоящих строем в парадной форме. Их лица были серьезны и мрачны, словно им предстояло проделать неприятную работу. Позади толпилось около сотни гражданских, одетых соответственно случаю. По пути сюда мать сказала ему, что мероприятие будет транслироваться во всех учебных заведениях и даже в барах. Похоже, похороны странным образом сплачивали людей, но ему не хотелось даже думать об этом.
Мать нашла их места на трибуне, где было полно полицейских в форме и в гражданской одежде. Она сидела, глядя перед собой, стиснув в руках голубую розу.
Из-за какого-то придурка с суперспособностями – такого же Зероя, как и сам Итан, – мать потеряла близкого ей человека. Если она когда-нибудь узнает о его способностях, не означает ли это, что при каждом взгляде на него она будет видеть перед собой такого же убийцу полицейского?
Итан старался не смотреть на свой телефон. Нэт вроде бы понял объяснения, почему он вынужден был пропустить подготовку к вечеринке, но в его спокойствии было больше фатализма, чем ободрения. Что бы ни произошло с ним после смерти Дэйви, Великий Вождь больше не был таким, как прежде.
– Не ерзай, – прошептала мать.
Голос встал на его защиту:
– Извини, просто я вообще не знаю, как вести себя в такой ситуации.
Лицо матери смягчилось, и она обняла его за плечи, как в детстве:
– Все в порядке, малыш.
Она не называла его малышом с тех пор, как ему исполнилось восемь. Сегодня ее явно обуяла сентиментальность: она даже чмокнула его в щеку и потом быстро стерла помаду пальцем.
– А то твоя девушка увидит помаду и подумает что-нибудь не то.
– Девушки, с которыми я знаком, обычно вообще обо мне не думают. – Итан вытер щеку о плечо.
– Ты просто еще не нашел ту самую  девушку.
Нашел и влюбился – оказалось, я не в ее вкусе.
Костюм жал в подмышках. Он купил этот идиотский костюм год назад на распродаже, когда ему нужно было пойти на свадьбу отца – и костюм был маловат уже тогда. Сейчас рукава на дюйм не доставали до запястий, а брюки вообще не налезли, и ему пришлось надеть под пиджак джинсы, голубую рубашку и галстук. Отличный прикид – как раз сгодится для его собственных похорон.
Ему очень хотелось проверить телефон, не привлекая внимания. Что, интересно, сейчас делали остальные Зерои? И что Нэт планировал сделать с Роем после того, как они его поймают? Итану хотелось верить, что у Великого Вождя на самом деле существовал настоящий план. И что речь не шла о внезапном вдохновении в самую последнюю минуту.
На площадь с рокотом выехала колонна полицейских мотоциклов. За ней следовал катафалк, который остановился прямо перед трибуной. Мать беззвучно заплакала, и Итан взял ее за руку.
Больше часа они слушали выступления разных официальных лиц. Потом одинокий горнист заиграл «Отбой». Как только такой примитивный на вид инструмент мог звучать так печально? Даже у Итана, никогда не встречавшегося с офицером Дельгадо, сжалось горло.
Он поглядел вокруг и заметил детективов Кинга и Фуэнтеса, одетых в парадную синюю форму. Они стояли по стойке «смирно», но похоже, Фуэнтес тоже плакал.
Тоскливая мелодия горна даже полицейских способна была довести до слез.
При этом вид у полицейских был угрожающий. Как жаль, что Зерои не могли собрать гнев и ярость и убедить их выместить все это на Рое. Прошлись бы маршем по всей Кембрии, нашли бы Роя и заявили бы полиции: «Вот ваш убийца, вот тот придурок с жуткой стрижкой в студенческом свитерке. Это он все сделал при помощи своей суперсилы!» 
Почему эти детективы так смотрят на тебя? – тихо спросила мать.
– Что? – Итан проследил ее взгляд и увидел своих старинных приятелей Мурильо и Энга, тоже одетых в темно-синюю парадную форму, с низко надвинутыми фуражками. К лацканам у них были приколоты синие цветы, а руки в перчатках лежали на кобуре.
Они и в самом деле пристально смотрели на Итана. Причем очень недобрыми взглядами. Впрочем, здесь полно было местных копов, которые его терпеть не могли. Может, ему на самом деле стоило подумать, не уехать ли из города.
– Итан, ты их знаешь?
– Да вроде нет. – Его настоящий голос задрожал, поэтому он обратился к своей силе. Говори, что угодно, лишь бы она перестала думать о Мурильо и Энге.
– Мама, перестань сдерживать свою ярость.
Какого чёр… 
Итан повернулся к матери. Веки у нее дрожали, а все тело тряслось так, что голубая роза выпала из рук. Сидевшие вокруг офицеры тряслись и дергались. Дрожь заставляла стучать их зубы и постепенно охватывала все тело.
Что ж, Голос достиг своей цели – мать больше не думала об Энге и Мурильо.
Она стала частью роя.

Глава 55
Жулик

– Мама! – вскрикнул Итан.
Она ничего не ответила.
Голос, да скажи же что-нибудь! Что-нибудь, чтобы вывести ее из этого состояния!
Но Голос молчал. Итан слышал только лязг зубов и прерывистое дыхание нескольких сотен окружающих их полицейских.
Он окинул взглядом площадь – казалось, вокруг них бушевало человеческое цунами. Копы, находящиеся вблизи от центральной трибуны, сбились в плотную, вздрагивающую массу. Гражданских тоже захватило – толпа кружилась и бурлила, словно водоворот, вокруг центрального синего ядра. Люди, оказавшиеся за пределами зоны поражения, старались отойти подальше, некоторые уже бежали к ближайшей дороге.
Рой явно решил подзакусить перед вечеринкой. Итан был обречен, и, похоже, первой в него готова была вцепиться его собственная мать.
Он извернулся в кресле, выискивая пути для бегства. Но он сидел в самой середине трибун, окруженный со всех сторон роящейся толпой полицейских, которым потребовалось бы одно мгновение, чтобы расправиться с ним. У него оставался только один способ сопротивления.
Он достал телефон и послал Нэту сообщение.
Рой захватил сотни полицейских! 
Сообщение довольно долго не уходило, и Итан испуганно прикрыл телефон руками. Что ж, он готов был пожертвовать собой ради других.
Телефон довольно ухнул – сообщение ушло.
Обмякнув от облегчения, он закрыл глаза и приготовился к смерти, надеясь, что это случится быстро и что останков хватит для похорон. Надеясь, что ему не придется перед смертью увидеть, как его мать, вся залитая кровью, отрывает ему руки.
Жужжание толпы вокруг становилось все громче и перешло в гулкий вой. Рой готов был расправиться с ним. Толпа сжимала его со всех сторон так плотно, что ему было трудно дышать.
Он ждал.
Черт, может, рою нужно больше времени, чтобы объединиться для убийства, и он еще мог бы сбежать?
Телефон завибрировал.
Возвращайся в клуб . Великий Вождь не утратил своей привычки командовать. Еще бы.
Итан принялся быстро печатать: Скажи Келси…
Но он не мог закончить предложение. Он слишком боялся смерти. Он отослал обрывок фразы, надеясь, что Великий Вождь найдет несколько подходящих к случаю слов и передаст ей от имени Итана.
Он старался не встречаться взглядом с матерью, но поневоле видел ее глаза, полные ярости и жадного голода. И вдруг она отвернулась…
Происходило что-то странное. Его мать и все люди на трибуне внезапно двинулись в одном направлении. Толпа потащила Итана за собой. Ее пульсирующий центр уже заполнил середину площади.
Внезапно до него дошло, что толпа уходит с похорон. Рой направлял толпу в Верхи. Он вел на вечеринку свою личную армию. На их вечеринку «К черту Роя!».
Толпа разделилась, открыв его взгляду единственного другого человека, не захваченного безумием посреди дрожащей синей орды. Парень в полосатом свитере стоял на сцене возле гроба и смотрел на Итана с выражением любопытства на лице.
Так это  и был Рой? Итану показалось, что это какое-то надувательство. Тощая глиста… и стрижка на самом деле просто кошмарная.
Рой разглядывал Итана слегка озадаченно, словно пытаясь понять фильм на иностранном языке без субтитров.
– Что  ты такое?
Итан моргнул, пытаясь выудить хоть один из дюжины просящихся на язык идиотских ответов. Такой же суперодаренный фрик, как ты. Сын, младший брат, парень, которому не суждено найти себе подружку. 
Он предоставил говорить Голосу, всем сердцем надеясь, что Голос скажет что-нибудь, что заставит Роя передумать и не убивать его.
– Моя сила способна вывернуть наизнанку любую силу, с которой ты когда-нибудь встречался, – уверенно произнес Голос. – Мои способности уникальны. И если ты сожрешь меня, я обращу всех, кто внутри тебя, – против тебя.
Слова показались Итану безумными. Остальные зерои частенько подшучивали над его силой, просто потому, что он не выносил толпу. Но он все равно был Зероем, не так ли?
Рой кивнул, как будто убедившись в чем-то, что его охотничий инстинкт убийцы зероев уже сказал ему:
– Я разберусь с тобой попозже. После того как разорву твоих друзей на мелкие кровавые клочки.
Итан ощутил порыв гнева, и в ту же секунду жужжащая тьма проникла в его мозг, вытесняя мысли и свет.
Последнее, что он услышал, был задумчивый голос Роя:
– Это оказалось совсем не сложно.
Ах ты, гнусный мелкий задрот . Но чем больше его охватывала злоба, тем крепче он увязал в ловушке Роя. Он боролся с охватывающим его гневом, глубоко дыша и пытаясь успокоиться.
Не злись. Думай о хорошем! Только о хорошем! Считай, у тебя кто-то весело танцует прямо в мозгу! 
Но ничего хорошего в голову не приходило. Сперва этот мудак заставил сойти с ума мать Итана, а теперь еще намеревался ворваться в «Чашку» и перебить его друзей. И было еще слишком рано – они не успели подготовиться, их бесполезный  план не сработал бы.
Охватившая его ярость слилась с яростью полицейских вокруг него. И эта ярость повлекла его вслед за толпой. Напоследок в его голове мелькнула последняя трезвая мысль…
Жаль, что толпа не убила его. Потому, что теперь Рой мог использовать его так же, как он собирался использовать полицейских.
Он намеревался заставить Итана убить Зероев.

Глава 56
Банда

Это было похоже на приготовления к приближающемуся урагану.
Келси изо всех сил старалась не позволить петле связи с зероями соскользнуть в откровенный ужас, но сдерживаться становилось все труднее и труднее. Она весь день без конца ставила всякие жизнерадостные треки – в основном из Болливуда – пытаясь удержать свой страх под контролем. Но каждый раз, когда она хоть чуточку расслаблялась, вспышка тревоги охватывала ее, а вслед за ней и остальных.
Может, Зерои и доверяли ей, но Келси не была уверена, что сама доверяет себе. После того, что случилось на встрече Анонимных Алкоголиков – после того, что она ощущала, видя, что делает рой…
Полиция арестовала десять человек, включая Ташу, которая была там первый раз в жизни. Фигг был избит до такой степени, что ему не предъявили обвинений – было понятно, что он никак не мог принимать участие в убийстве офицера Дельгадо.
Келси навестила его, пока он лежал в Центральной больнице Кембрии, и даже не пыталась объяснить ему, что на самом деле произошло в тот вечер. Он был абсолютно уверен, что рано или поздно полиция обнаружит, что в бутылке с виски был какой-то ядовитый газ.
Но все было гораздо проще – Рой был намного сильнее ее. Она не могла сопротивляться темной власти его силы, по крайней мере не среди столь уязвимых людей, как участники АА программы. Но что, если толпа в «Чашке» тоже не сможет оказать ему сопротивления?
Что, если сейчас она помогала друзьям построить ловушку для них самих?
Вокруг нее кипела бурная деятельность. С того вечера на берегу они едва перекинулись парой слов с Чизарой, но сейчас работали бок о бок, подключая питание к добавочным прожекторам.
Тибо и Крейг сооружали «клетку от акул» из толстой проволоки, чтобы было где укрыться, если толпа застанет кого-нибудь внизу. Нэт и Клип о чем-то спорили, разложив на стойке бара чертежи здания. Все работали с сосредоточенной решимостью, позволявшей сдерживать нервозность, так что Келси слышала только тихую пульсацию их эмоций. Нэт был в центре всех приготовлений, помогая и направляя их. Его энергия снова сияла среди них ярким светом.
Раздался тихий сигнал, Нэт взглянул на свой телефон, и лицо его внезапно побледнело:
– Рой идет сюда.
Зерои вздрогнули и подняли головы.
– И он ведет с собой свою толпу, – сказала Чизара. – Я так и знала .
– И не просто какую-нибудь, а толпу полицейских с похорон.
– До плац-парада совсем недалеко. – Клип чертыхнулась. – Он что, убил полицейского именно для этого? Может, это входило в его план?
Келси вдруг вспомнила, что сказал Рой, когда полицейский появился на пороге: «Еще один герой. Отлично».
Раздался голос Тибо:
– Но мы еще не готовы. Нам еще надо укрепить три окна.
– Это не спасет нас от сотен вооруженных полицейских, – мрачно заметила Чизара. – А наша веселая толпа появится здесь только через несколько часов.
– Погодите, – забеспокоилась Келси. – А разве Итан не на похоронах?
– Это он прислал сообщение. – Нэт смотрел ей в лицо. – Ему удалось скрыться. С ним все в порядке.
– Келси, ты их чувствуешь? – спросила Клип. – Как далеко сейчас Рой?
Келси глубоко вдохнула и прислушалась к окружающему пространству. С того момента, как Квинтон Уоллес появился в Кембрии, она постоянно ощущала его присутствие где-то на самом краю сознания. Словно постоянную тупую головную боль. Но она научилась справляться с этим ощущением и блокировать его.
Сейчас она отпустила свою силу на волю, разыскивая Роя.
И сразу же натолкнулась на сердито гудящую мощь, от которой у нее встали дыбом волоски на руках.
– Он совсем недалеко и приближается все быстрее. – Она обернулась к Чизаре. – Извини, мне надо было следить за ним.
– Это не твоя вина. – Чизара потянулась и взяла ее за руку.
Келси сделала шаг вперед и прижалась к теплому телу подруги. Ей так хотелось снова почувствовать себя в безопасности, как той ночью на берегу, пока не начались все их неприятности.
– Ребята? – раздался голос Крейга. Он стоял рядом с Тибо в луче солнца возле наполовину забитого окна. – Это же полицейские, не так ли? Не станут же они нас убивать? Вы же заплатили им настоящие деньги на этот раз?
Зерои обернулись к нему. В одной массивной руке Крейг небрежно держал молоток, словно готовый защищать «Чашку» до конца.
– Тебе лучше уйти, – сказала Келси. – Ты Рою не нужен.
– Да, ты и так очень сильно нам помог. – Нэт старался, чтобы его голос звучал небрежно. – Ступай домой, мы потом с тобой свяжемся.
Крейг заколебался, глядя на Нэта, словно пытаясь сообразить, куда подевалась обычная властная сила Нэта Салданы.
Келси, как и ее друзья, с одной стороны, беспокоилась за Крейга, а с другой – надеялась, что он останется с ними. Келси всегда чувствовала себя с ним в безопасности. Он был ниточкой, связывающей ее с прошлым, и он был единственным, кроме самих Зероев, кому все доверяли. К тому же он был отличным бойцом.
Но никто из них не хотел подвергать его опасности.
В конце концов, победа осталась за простой силой его верности.
– Ребята, если вы не против, то Крейг останется с вами. Мы ведь с вами одна команда, не так ли?
Нэт словно бы хотел что-то возразить, но после полученного от Итана сообщения энергия Нэта отключилась от петли связи Келси.
Возразила Крейгу только Клип:
– Послушай, сюда идут шестьсот полицейских, разъяренных тем, что случилось с их товарищем. Рой использует их гнев, Крейг, и он может заставить тебя напасть на нас.
Крейг только рассмеялся своим низким смехом:
– Ты это уже говорила вчера. Именно поэтому мы и придумали наш план.
– Как по мне, я только рад буду, если ты останешься. – Тибо хлопнул гиганта по массивному плечу. – Правда, очень рад.
Крейг усмехнулся:
– Значит, решено.
Келси почувствовала, как среди Зероев пробежал слабый ручеек надежды, и они все выжидательно повернулись к Нэту. Но тот не воспользовался внезапно появившейся энергией. Вчера, когда он вернулся в «Чашку», он снова был их Великим Вождем. Но сейчас что-то странное беспокоило его, что-то возникло и нарастало в нем.
Горе. Келси внезапно узнала это чувство. Она не решалась спросить, прислал ли Итан новое сообщение. Горло у нее перехватило от страха.
Клип глянула на нее, словно почувствовав то же самое:
– Копы будут в форме, следовательно, вооружены.
– Мы видели, что рой сделал с Дэйви голыми руками, – тихо ответила Чизара. – Что мы можем сделать, когда сюда заявятся шестьсот человек с оружием?
– Надо продолжать работать, – ответила Клип. – Надо установить шоковые ловушки, как мы и намеревались. Мы можем разорвать петлю его связи с толпой!
– Не сработает, – отозвалась Чизара. – Сейчас середина дня и солнце светит ярче, чем все мои прожектора.
– В любом случае у нас нет времени. – Келси ощущала, как темная гудящая масса смертоносной армии Роя смыкается вокруг них, и чувствовала, как ее кости отзываются тяжкой, сладкой болью. – Они уже окружают здание.
– Что ж, остается надеяться, что Итану удалось выбраться оттуда и он сбежал, – прошептала Чизара.
– Я тоже на это надеюсь. – Голос Келси прерывался. – Хоть кто-то из нас выживет.
– Ребята, сейчас не время сдаваться, – заявила Клип. – Это наш дом. Мы готовы сразиться с ним!
– Клип, вернись на землю, – устало заметила Чизара. – Это был плохой план, даже когда речь шла о паре сотен веселых гостей, пришедших потанцевать. Сейчас нам предстоит столкнуться с полутысячей разозленных копов, которые к тому же вооружены! Разноцветные прожектора и сетка на стенах не остановят пули.
– Давайте придерживаться плана. – В голосе Нэта прозвучала неожиданная решимость. – Просто надо работать побыстрее. Анон, Крейг, заканчивайте клетку. Авария, что там со светом?
У Чизары был такой вид, словно ей очень хотелось врезать ему как следует. Она начала говорить что-то – долго и мрачно. Келси выскользнула из ее объятий и направилась к выходу из клуба.
Она знала, что пришло ее время. Она ощущала силу Роя и слышала низкий мрачный гул полицейских, столпившихся вокруг него. У Зероев не было выхода и не было шанса на спасение. Все, кого она любила, были во власти Роя, и все их суперспособности сейчас не значили ничего.
Она слышала призывный зов Роя, словно обращенную к ней песнь сирены. Этот зов звучал только для нее, для нее одной.
Не было смысла оттягивать неизбежное. Нужно было переходить к выполнению ее тайного запасного плана.
Она открыла дверь, беззвучно шепча молитву. Весь день она повторяла себе, что, если стратегия Зероев не сработает, она сдастся Рою в обмен на жизни своих друзей. Присоединится к нему и постарается направить его голод куда-нибудь еще – только не на Кембрию.
Она ненавидела этот план. Спасение друзей означало, что умереть должен был кто-то другой. Другие люди, в другом городе. Может, такие же группы Зероев, пытающиеся понять, как выжить в этом мире.
Она обернулась, чтобы в последний раз взглянуть на танцпол клуба.
И увидела Нэта прямо позади себя.
– Не сработает, – тихо сказал он. – Что бы ты ни сделала, он не позволит нам уйти.
– Почему ты в этом уверен?
– Я знаю Роя, – мягко объяснил Нэт. – Я видел таких, как он, в каждом клубе и на каждой деловой встрече, куда таскал меня отец. Они никогда не останавливаются, пока не получат все. Они считают себя центром вселенной. Но ты не такая.
Она упрямо подняла подбородок:
– Моя сила точно такая же, как у него, Нэт.
– Да, но ты не такая, как он , – возразил он. – Ты не ограничена только своей силой. Ты больше этого.
Келси посмотрела мимо него на Чизару и остальных, полных отчаянной решимости:
– И как тогда нам остановить его? Мы не можем позволить ему уничтожить все это.
Она имела в виду «Чашку» и всех своих друзей. Но она также имела в виду всех людей, любую толпу, которая могла попасться на пути Роя.
– Он никогда не остановится, – тихо сказала она Нэту. – Он просто не знает, как быть кем-то еще.
Нэт кивнул. Вид у него был совершенно вымотанный.
– У тебя есть идея лучше, чем мне сдаться ему? Ну, придумай что-нибудь, ты же Великий Вождь!
Нэт поднял на нее усталый взгляд:
– Всегда ненавидел это прозвище.
– Я знаю, – улыбнулась Келси. – Но сейчас нам нужен именно Великий Вождь.
Нэт ничего не ответил на это. Внезапно он сказал:
– Итан хотел, чтобы ты была счастлива. Он пытался тебе сказать…
– Он сам? – спросила она. – Своим настоящим голосом?
Нэт пожал плечами:
– Оба его голоса настоящие. Но он же прислал сообщение, так что голос тут ни при чем. Это был сам Итан.
– Пожалуйста, скажи мне, что с ним все в порядке, – шепотом взмолилась она.
– Я почти уверен, что его уже нет в живых, – ответил Нэт. – Только не говори другим.
Келси почувствовала, как ее боль накрывает клуб и ее друзей, услышала, как сдавленно охнул Крейг.
Она не могла потерять еще одного друга. И она шагнула вперед и открыла дверь.
Снаружи гудящая, дергающаяся толпа полицейских перекрыла улицу от одного угла клуба до другого. Все копы были одеты в парадную форму. В глазах у них не было никакого выражения, рты были растянуты в уродливой гримасе. Кобура у всех была расстегнута – они были готовы выхватить оружие в любую минуту.
– Не делай этого, – попросил Нэт.
– Я должна попробовать.
– Эй, Зерои! – позвал голос Чизары с балкона внутри клуба. – Поднимайтесь на крышу – у меня есть план!
Келси с Нэтом переглянулась, и на их лицах расцвела надежда.

Глава 57
Авария

Чизара стояла на крыше вместе с остальными зероями, чувствуя, как поднимается в ней поток готовой вспыхнуть силы.
С того вечера, когда она посадила на мель контейнеровоз, накопленная мощь буквально затапливала ее. Ей даже приходилось напоминать себе, какой ценой она получила этот дар. Чтобы обрести способность исправлять сломанное, она уничтожила электронные системы корабля, устроила разлив нефти у побережья и утопила многомиллионный груз контейнеровоза. А также поняла, что остаток жизни ей придется провести без любви.
Но сейчас эта сила была ей нужна, и она поднималась и сверкала, избавленная от чувства вины или сожаления, чуть не разрывая ее грудную клетку изнутри радостным возбуждением. Авария несла в себе огромный запас силы.
Чизара чувствовала все электронные системы на полмили вокруг клуба. И они не причиняли ей боли или неудобства. Куда бы она ни повернулась, реальный мир казался всего лишь прозрачным экраном перед лабиринтом узлов, соединений, электронных сетей, полных энергии чипов и громадного множества мерцающих микропереключателей.
Энергия текла рекой под ее ногами и над головой, разделяясь на многочисленные, точно калиброванные, контролируемые потоки. Она могла загасить целые поля электроники одним взмахом руки. Она могла послать в них такой импульс энергии, что они немедленно взорвались бы. Она могла точечным острым ударом уничтожить один чип или одно-единственное соединение глубоко в недрах системы. Или дотронуться до паутины мертвой сети в миле от клуба – и оживить ее. Любая испорченная сеть в округе была ей подвластна – Чизара могла выпрямить изломанные провода, разобрать сплавленные компоненты и заставить их работать заново.
Ощущение сбалансированной силы было просто фантастическим. Привычная боль перевоплотилась в холодную, сверкающую информацию, которой она могла воспользоваться в любое время. Сейчас она придерживала свою мощь, но все равно слой за слоем красота электронных систем раскрывалась перед ней: люди больше века работали над улучшением дизайна сетей, постоянно разбирая их и собирая заново, придавая чистой функциональности все более элегантные формы.
Сейчас Чизара повелевала галактиками.
Она была Аварией.
– Так что у тебя за план? – Клип пригнулась, прячась за бетонным выступом на фасаде здания. – Может, поделишься, пока они не начали стрелять?
– Рой пока еще думает, что я могу перейти на его сторону. – Келси решительно вытерла слезы жестом, запрещающим любые вопросы. – Они не начнут стрелять, побоятся попасть в меня.
– Надеюсь, что ты права, – отозвалась Чизара. – Потому что мы уезжаем отсюда.
– Это и есть твой план?! – вскрикнул Нэт. – Угнать машину и просто уехать?
– Да, только я имела в виду не одну машину.
Она махнула рукой в сторону стоянки подержанных машин через улицу от клуба. Площадка была забита рядами блестящих автомобилей самых разных марок. Там было много новых моделей, что означало, что их двигатели оснащены электронными чипами. Были там и старые машины с механической системой зажигания. Но это не имело никакого значения – ее силы с лихвой хватило бы на всю площадку.
При этой мысли двигатели машин на парковке взревели. Импульс, который она послала, оказался слишком силен – вспыхнули фары, по ветровым стеклам заметались «дворники», и включились все радиоприемники.
– Боже милосердный! – Клип наклонила голову, прислушиваясь к доносящейся с площадки какофонии звуков. – А изгородь не помешает?
Авария рассмеялась, и один из громадных восьмицилиндровых агрегатов в переднем ряду внезапно рванулся с места и врезался в столб, на котором держалась сетка забора. Забор согнулся под ударом.
– Там все наполовину прогнило от ржавчины, – заметила Чизара и послала вперед весь первый ряд машин. Они врезались в сетку, отъезжали назад и снова атаковали забор, сломав один столб и вырвав другие из старого бетона площадки. После третьего удара сетка обрушилась. Ревя моторами, машины пошли прямо по ней.
Сколько вреда ты причинила здесь, Чизара! Посмотри на весь этот смятый изломанный металл! 
Потом разберемся, мамуля. Сейчас надо спасать жизни. 
Она перехватила управление машинами, что было куда сложнее, чем просто завести двигатели, и осторожно вывела их на улицу. Крыша «Чашки» вздрагивала под ногами от громового рева и дрожи множества моторов.
– Только не задави кого-нибудь, – попросила Клип. – Это же полицейские.
– Я же не чудовище. – Первая машина достигла линии синих мундиров и осторожно двинулась вперед, нарушив строй людей. Ей казалось, что она подталкивает крутящиеся волчки – люди шатались, теряли равновесие и вновь восстанавливали его. Толчок, колебания, восстановление равновесия. Снова толчок, колебания…
– Отлично, – сказал Нэт, выглянув за парапет. – Рой может контролировать людей, но не машины.
– Вот именно, – ответила Авария. – И он не привык, чтобы его игрушки передвигал кто-то другой, он не сможет удержать строй. Он обычно работает только в двух режимах: или они стоят и трясутся, или приходят в безумную ярость.
Ей нужно было лишить его возможности продумать ответный маневр. Она снова подтолкнула машины к синей цепи мундиров. Через несколько минут пространство перед клубом напоминало какую-то безумную пробку на дороге, где перемешались люди и машины.
Снизу раздался грохот: группа полицейских пыталась выломать дверь клуба.
– Через сталь им не пробиться, – заметил Крейг. – Разве только они применят взрывчатку.
Клип чертыхнулась:
– Но и у нас остается на один выход меньше.
– К тому же мы не можем выехать из клуба на машинах, – добавил Нэт. – Если он прикажет копам убить нас, они просто вытащат нас из клуба через окна.
– Расслабьтесь, – сказала Чизара. – Нам просто нужно что-то побольше.
Она принялась мысленно осматривать все прилегающие к «Чашке» кварталы.
За границей контролируемой Роем толпы заметно было лихорадочное движение техники. Подъезжали все новые патрульные машины. Подкатил фургончик прессы, ощетинившийся спутниковыми антеннами на крыше. К клубу летели машины «Скорой помощи» и даже… пожарники?
Но они были слишком далеко, а все эти машины и так были забиты пассажирами.
Над клубом завис под завязку набитый электроникой вертолет службы новостей, снимающий странное поведение столпившихся вокруг здания полицейских и засевших на крыше подростков. Авария глянула на него с завистью, но не тронула. Вертолеты были слишком сложными и хрупкими устройствами – случайный сбой хвостового пропеллера, и вертолет врежется в толпу людей.
Ей нужно было что-то простое, надежное и мощное – этакий автомобильный аналог Крейга. Она нашла то, что ей было нужно, на строительной площадке через три квартала от клуба. Это был грузовик-мусоровоз.
Она завела мотор грузовика и вывела его с площадки, свалив простой деревянный забор, огораживавший строительство. Огромная машина двинулась в сторону клуба, громыхая шинами в рост человека. Тем временем Чизара заставила автомобили возле клуба раздвинуть толпу людей, расчищая проезд для огромного грузовика.
Она словно мысленно играла в какую-то старую видеоигру, где большие яркие значки силы мягко теснили множество более мелких и хрупких значков.
Чизара чуть уменьшила скорость грузовика и вывела его из-за угла к клубу. Стоявший рядом Крейг довольно кивнул:
– Отличный выбор.
– Рой не позволит нам так легко уйти, – сказал Нэт. – Он наверняка планирует что-то еще.
– Тогда не стоит задерживаться здесь, чтобы узнать, что он решил сделать, – произнес чей-то голос рядом с ними. Это был Тибо, почти совсем потерявшийся среди количества людей вокруг.
– Я и не планирую задерживаться, – отозвалась Чизара, проводя грузовик через свободное пространство, расчищенное другими машинами.
Внезапно на улице раздался грохот выстрелов, так что зерои побыстрее присели, укрывшись за парапетом. Следом за первым раздался второй залп.
– Черт бы его побрал, – заметила Клип. – Они все внизу так трясутся, что трудно что-то увидеть. Чизара, похоже, Рой расстреливает твои машины.
Авария и так чувствовала ущерб, который причиняли пули: разбитые стекла, воздух, с шипением выходящий из пробитых шин, продырявленные топливные баки. Она на ходу залечивала повреждения в металлокремниевых узлах, стараясь удержать на ходу как можно больше машин. Но долго так продолжаться не могло. Сколько же патронов прихватили копы на похороны ?
Чизара, ты только что уничтожила целую стоянку машин. 
Мамочка, я ни при чем. Ты лучше скажи это тому парню. 
Она медленно подводила грузовик все ближе к клубу, ощущая, как его огромная масса и пуленепробиваемый корпус вселяют в нее уверенность. Припаркованные перед клубом машины гигант раздвинул с такой же легкостью, словно это были пластиковые дорожные заграждения.
– Слушайте, мы можем спрыгнуть прямо в кузов из окна второго этажа. Копы не смогут в нас попасть, к тому же у них так прыгает взгляд, что они все равно не могут толком прицелиться, – предложила Клип.
– Отлично, – сказал Крейг. – Все спускаемся на второй этаж.

Глава 58
Авария

После залитой солнцем крыши офис на втором этаже показался особенно темным и тесным. Авария подавила приступ клаустрофобии и подбежала к окну. Кто-то рядом остановил ее:
– Давай лучше я.
Тибо шагнул вперед и глянул вниз сквозь щель в жалюзи:
– Ничего себе! Да это настоящий танк!
– Кузов настолько толстый, что блокирует любые сигналы, – сказала Авария. – Так что пулям его не пробить.
Она осторожно подвела грузовик к стене клуба, словно играя с гигантской игрушкой. Рев двигателя звучал все громче, пока наконец корма грузовика не ткнулась в стену «Чашки», заставив здание содрогнуться.
– Готово, – произнесла Авария. – Можем прыгать.
– Ой, – сказал Тибо, – тут же не меньше десяти футов.
– Ничего страшного, – немедленно отозвался Крейг. – Я вас поймаю.
Он сорвал с окна жалюзи, и зимний солнечный свет залил комнату. Потом Крейг открыл окно и с поразительной ловкостью вылез на карниз.
– Давайте по одному, – добавил он и спрыгнул вниз в металлический кузов, отозвавшийся гулким грохотом.
Тибо подскочил к окну и глянул вниз:
– Эй, ты там в порядке?
– Прыгай давай! – раздался ответный крик.
Тибо взял Клип за руку и подвел ее к окну. Они быстро поцеловались, стоя в луче солнечного света. Холодный ветер развевал волосы Клип. Потом она вскрикнула и прыгнула вниз.
– Крейг поймал ее! – закричал Тибо. – Келси, ты следующая!
– Я должна прыгать последней. – Келси подтолкнула вперед Аварию.
– Я занята! – отмахнулась Авария. Ее машины одна за другой умирали на улице, словно яркие огоньки, гаснущие в игре. И если раньше она не видела, где кончается ее сила, то сейчас уже стала различать отдаленные границы подконтрольной ей территории.
Несмотря на все это, она успела ощутить искру удовольствия, когда тело Келси на секунду прижалось к ее телу.
Не теряй фокус, Авария!
– Рой не прикажет им стрелять, пока я здесь, – пояснила Келси. – Но как только я окажусь в безопасности в кузове, он отдаст приказ открыть огонь. Давай прыгай, Зара!
Авария подчинилась ее приказу и ступила на карниз. На одно мгновение ее взгляду предстала безумная картина, где реальные объекты перемешались в ее мозгу с филигранной картой электронных схем и мерцающих огней. Как же много полицейских! Удастся ли ей провести гигантский грузовик через толпу, не задавив ни одного человека?
Продолжая следить за игрой, разворачивающейся у нее в голове, она спрыгнула в подставленные руки гиганта.
– Ох! Спасибо, Крейг!
Он осторожно поставил ее на нагретое солнцем дно кузова. Клип уже сидела в углу рядом с кабиной, и она скользнула поближе к ней, продолжая мысленно расчищать путь для бегства среди застрявших на дороге мертвых машин и мелькающих среди них крохотных огоньков мобильников в карманах у копов.
Кому-то придется умереть, мамочка. 
Чизара, этого нельзя делать. Я серьезно. Ну-ка, посмотри мне в глаза. 
– Что они там так замешкались? – спросил Крейг.
– Они просто стоят и разговаривают, – сказала Клип. – Эй, Нэт! Келси! Тибо! Да спускайтесь же!
Прошло несколько долгих мгновений, потом Келси перекинула ноги через карниз. Чизара представила себе град пуль и закричала:
– Прыгай!
Келси оттолкнулась от карниза, Крейг сделал шаг вперед и поймал ее.
– Нэт не хочет прыгать!
– Что? – удивилась Клип. – Эй, Вожак, давай сюда! Мы все должны быть вместе!
Чизара протянула руку и заставила Келси сесть в углу вместе с ними.
– Он сказал, что должен решить эту проблему, – всхлипнула Келси. – Что недостаточно просто уехать, это не выход. Тибо пытается переубедить его!
– Нэт! Ты просто придурок! – закричала Клип, подняв голову к окну. – Кончай с этим мачистским дерьмом!
Ответом ей был оглушительный грохот пуль, застучавших по кузову грузовика. Пули срывали жалюзи на окнах, разбивали стекла. Со стороны кабины послышался звон, и радио в кабине, зашипев, замолкло.
– Тибо! – вскрикнула Клип.
Двигатель было практически невозможно повредить, но Чизара чувствовала топливный бак под кузовом и понимала, что одна-единственная пуля – и топливо начнет выливаться из бака. Интересно, топливный бак на самом деле мог взорваться от попадания пули?
– Нэт, иногда я тебя просто ненавижу. – Она начала медленно отводить массивный грузовик от стены здания. – А ну-ка, держитесь!
Стрельба стихла.
– Подожди, подожди! – закричала Клип. – Происходит что-то странное!
Стиснув зубы от усилия, Чизара заставила гигантскую машину затормозить.
– Я вижу только небо, – сказала Клип. – Они все смотрят вверх.
– В чем дело, он что, может привести какое-то подкрепление с воздуха? – вскрикнула Келси.
– Вот дерьмо. – Клип обхватила голову руками, пытаясь сосредоточиться. – Они специально легли. Их там сотни.
– Что? – ужаснулась Чизара. – Но он же не может заставить их всех лечь?
Но по внезапно замершим сигналам мобильников она уже поняла, что копы вокруг грузовика больше не двигались. Две группы улеглись прямо под передними колесами огромной машины. Двинуться вперед означало массовое убийство.
Келси с ужасом смотрела на нее полными слез глазами. Чизара не могла сказать ей, что бегство стало невозможным, что Рой противопоставил всей ее огромной силе заслон из кучки беспомощных людей, просто лежащих на спине перед машиной.
– Прости меня, – сказала Чизара. – Я сделала, что могла.
Келси молча обхватила ее руками.
– Я все-таки гляну, что там, – сказал Крейг.
– Нет! – закричали все трое, пытаясь удержать его, когда он полез на бортик кузова. Но было слишком поздно. Прогремел залп, и тело Крейга обмякло. Он упал навзничь к ним на руки. Пуля пробила ему шею.

Глава 59
Великий Вождь

Нэт направился к дверям клуба, не обращая внимания на гремящие снаружи выстрелы. Ему было безразлично, попадет в него пуля или нет.
Итан был мертв, разорван на куски, как и Дэйви. На его руках была кровь еще одного Зероя.
Он позволил горю и чувству вины затопить его, заставляя себя вновь и вновь переживать ужас и позор, пока не почувствовал, как разрывается его сердце, и не осознал, что он никогда не был настоящим вождем.
Он остановился у двери и прислушался. Выстрелы прекратились.
Нэт открыл дверь.
Два десятка изрешеченных пулями машин забили улицу перед клубом, натекшие из пробитых баков лужи опасно поблескивали в лучах солнца. В воздухе стоял сильный запах бензина.
Двигатель мусоровоза урчал, но машина не двигалась с места, и через секунду Нэт понял почему.
Ковер из одетых в синее тел устилал улицу. Сотни полицейских лежали на спине, уставившись в небо, дергаясь и дрожа. Его снова охватило отчаяние: план Аварии не сработал. Теперь только он мог помочь своим друзьям.
А он стал ничем.
Он шел, осторожно ступая между лежащими копами. Они не отрывали от него полных ярости и жажды мести глаз. Если бы они могли, то разорвали бы его на куски.
Нэт впустил в себя их ненависть. Он заслужил ее. Он был Великим Вождем – и он допустил смерть двух  Зероев.
Несколько минут под сконцентрированными, полными ненависти взглядами копов, и ему показалось, что земля внезапно ушла у него из-под ног. Падая, он покатился во тьму, не понимая, где он и что происходит. Та часть его, которая всегда так жадно хотела внимания, пусть даже полного отвращения, на секунду вздрогнула и замерла.
И Нэт вывернул свою силу наизнанку.
Он использовал свой стыд, как кулак, сокрушая свое эго, уже подточенное его поражением в борьбе за жизни Дэйви и Итана. Все его требования внимания, подчинения и поклонения рассыпались, словно пыль на ветру.

Взгляните на мои великие деянья, 
Владыки всех времён… 

Нэт всю жизнь терпеть не мог этот сонет. Но сейчас он повторял в уме эти строчки, и они служили ему опорой. Пустыня мертвая… и небеса над ней…
Лучи ярости и ненависти, бившие в него со всех сторон от лежавших полицейских, потускнели, ослабли и, наконец, соскользнули с него, устремившись обратно в небо.
Он был недостоин их внимания.
Нэт подошел к ближайшему лежащему офицеру в выглаженной синей форме. Опустился возле него на колено и заглянул ему в лицо, глядя в дрожащие, полные гнева зрачки.
– Меня здесь нет, – сказал Нэт. – Я ничто.
Лежащий смотрел мимо него, словно Нэт на самом деле был невидим. Был ничем.
Похоже, его план действовал, но сейчас малейшая тень удовлетворения могла выдать его. Нэт упорно повторял про себя: я потерял двух Зероев. Я полное ничто.
Он осторожно перешагнул через полицейского и пошел дальше, пробираясь сквозь дрожащую шуршащую массу лежащих тел, не позволяя себе ни одного момента уверенности или ощущения правильности своих действий.
Никто не остановил его. Никто не видел его.
Через минуту, показавшуюся ему очень долгой, он оказался позади Роя, там, где трясущиеся полицейские еще стояли на ногах.
Квинтон Уоллес стоял в группе старших офицеров, чьи парадные мундиры были увешаны медалями.
Вид у Роя был скучающий. Он стоял, жуя губу, уставившись на огромный грузовик и словно бы обдумывая что-то.
Я ничего не стою , напомнил себе Нэт. Я ничто .
Он продолжал медленно идти вперед. Никто не обращал на него ни малейшего внимания.
Но когда он оказался всего в нескольких ярдах от Уоллеса, случилось нечто потрясающее и ужасное – Нэт испытал всплеск надежды.
Он увидел Итана.

Итан, в джинсах и слишком тесном для него пиджачке, стоял посреди группы старших офицеров. Все его тело дрожало мелкой дрожью, зрачки вибрировали, рот непроизвольно открылся. Он был одним из роящихся зомби – но он был жив.
Нэт торопливо подавил свою радость, но было слишком поздно.
– Ты всерьез думал, что я тебя не замечу? – спросил Квинтон Уоллес, переводя взгляд со здания клуба на Нэта.
Рой рассмеялся, и Нэт почувствовал, как этот хриплый звук словно бы обжигает его. Я никто и ничто. Я опасен для Зероев .
– Нет, серьезно? – удивился Рой. – Мне уже приходилось убивать Сталкера.
Сталкер . Нэт чуть не пошатнулся при этом слове.
Внезапно все стало кристально ясно. Его сила и сила Тибо были зеркальным отражением друг друга. Сейчас униженный Нэт был просто еще одной версией Анонимуса.
Нет, не Анонимуса. Его звали Тибо Эммануэль Дюран, хотя он никогда не пользовался своим вторым именем. Внезапно воспоминания затопили его: детали лица Тибо, их долгие разговоры, когда они отправились на кемпинг в национальный парк секвой, все те случаи уже здесь, в Кембрии, когда Нэт обрывал Тибо, забывая о его присутствии. Все те гадости, которые Голос Итана бросил им в лицо позапрошлым летом, когда он рассказал им: как родители забыли Тибо в больнице, как они забыли о существовании своего старшего сына.
Нэт в первый раз по-настоящему вспомнил своего друга. Теперь, когда он стал таким же, как Тибо, он наконец понял всю его ярость, его боль и дзен.
Ему предстояло быть разорванным на куски, как раз когда он столько всего узнал. Когда единственное, чего он хотел, было узнать еще больше .
– Как ты находишь меня посреди всей этой толпы? – спросил он.
Квинтон Уоллес пожал плечами и небрежно махнул рукой в сторону стоящих рядом копов:
– Какая толпа? Все это внутри меня. Это гладкие кусочки, составляющие одно целое. До тех пор, пока я в фокусе, я не забуду про твое присутствие.
Ну конечно, это было все равно что находиться с Тибо наедине – сложно, но тогда его можно было помнить… Значит, его план…
Нэт бросил взгляд на расстегнутую кобуру на поясе ближайшего полицейского, в которой виднелся пистолет.
Полицейский сделал быстрый шаг назад.
– Слишком поздно, – заметил Рой.
Чувствуя свое поражение, Нэт опустил глаза вниз, глядя на начищенные одинаковые ботинки вокруг себя. Он не заслужил победы. Не заслужил права отомстить за Дэйви. Он не заслужил жизни.
– Мне очень жаль, – прохрипел он.
– Ничего страшного, – спокойно сказал Рой. – По крайней мере, ты попытался застрелить меня – уже кое-что. Я был очень разочарован, обнаружив Дэйви в наручниках. Это так скучно, когда не надо даже прилагать никаких усилий.
Нэт покачнулся, чувствуя, как слезы стыда жгут его глаза:
– Это я был виноват. Я приказал Анону…
– Меня это не интересует. Пожалуй, пора убить тебя. – Рой улыбнулся. – Мне еще не приходилось стрелять в кого-то.
Он указал на сердце Нэта, и двадцать копов вокруг выхватили оружие и направили его в одну точку трясущимися от ярости руками.
– Они же будут стрелять друг в друга, – едва выговорил Нэт.
– Можно подумать, меня это волнует, – ответил Рой и вдруг нахмурился, глядя на вытянутую руку офицера, стоящего рядом с ним. Оружия в руке не было.
Нэту потребовалось мгновение, чтобы понять, что происходит:
– Как я вижу, тебе не приходилось встречаться с двумя Сталкерами одновременно.
– Что ты хочешь…
Прогремел выстрел. Внезапный резкий звук словно бы стер все другие звуки в мире, эхом отразившись от стен зданий кругом.
Квинтон Уоллес упал на одно колено с выражением глубочайшего изумления на лице. Он судорожно кашлянул, и изо рта его вылетели яркие брызги крови, пачкая его свитер и асфальт под ним.
Позади него с дымящимся пистолетом в руках стоял Тибо Эммануэль Дюран, не сводя застывших неподвижных глаз с упавшего перед ним на колени мальчика.
Уоллес поднял руку. Его взгляд встретился со взглядом Нэта, и окровавленные губы попытались произнести какие-то слова. Изо рта его полилась кровь.
Грохнул еще один выстрел, и он как подкошенный рухнул на землю.

Глава 60
Анонимус

Полицейские очнулись, как только Квинтон Уоллес умер.
Тибо увидел, как стоящие вокруг копы дернулись и перевели дыхание. Они смотрели на оружие в своих руках, не понимая, зачем они достали его, почему они были в парадной форме и прошли целую милю в ярости до этого места. Воздух буквально гудел от напряженных линий внимания, пока копы пытались разобраться в ситуации.
Потом они увидели труп и стоящего над ним Тибо с пистолетом в руке. Им даже не нужно было видеть Тибо – вида оружия было достаточно. Они мгновенно развернулись, и ряд пистолетов нацелился ему в грудь.
Внимание, сконцентрированное на нем, было столь ярким и плотным, что он боялся поднять руку, чтобы отсечь его, понимая, что при малейшем движении в него полетит град пуль.
Ослепленный, он застыл на месте, каждое мгновение ожидая смерти – настоящего ничто, которого его мозг не был способен достичь. Рука у него еще болела от отдачи пистолета, но он не мог уронить его и тем спасти себя. Словно вместе с Уоллесом он убил и свою собственную волю.
Он понимал, что сейчас он умрет, что полиция просто завершит то, что он сам начал два дня назад – сотрет Тибо Дюрана с лица земли.
– Не стрелять! – Голос Нэта прозвенел в тишине, полный силы и власти. После долгих минут полной анонимности, он вернулся в свое обычное состояние вождя и немедленно стал сияющим, притягательным центром внимания.
Словно искры фейерверка, его сила вспыхнула и заполнила ту тьму, которую создала власть Роя. Сверкающая дуга пронеслась по полицейской шеренге. Тибо почувствовал, что бледнеет и исчезает по мере того, как яростное сконцентрированное внимание переключалось с него на Нэта. Который стоял посреди взрыва сверкающего огня, повелительно подняв руки, управляя этим живым потоком.
– Я сдаюсь! Не стреляйте!
Оружие больше не было направлено на Тибо, и он наконец нашел силы вздохнуть, чувствуя, как воздух заполняет его конвульсивно сжатые легкие. Что ж, может быть, сегодня он не умрет.
– Мне пришлось это сделать, – спокойный голос Нэта казался очень тихим после грохота выстрелов. – Это он контролировал вас. Но я сдаюсь.
Он собирался взять всю вину на себя.
– Погодите! – закричал Тибо. – Вы не можете…
– Ложись! На землю! – закричали сразу несколько полных паники голосов.
Нэт опустился на колени, на лице его по-прежнему была написана великолепная уверенность, что никто из них не осмелится выстрелить в него.
Но полицейские были напуганы случившимся, они не понимали, что произошло – в точности, как те люди в торговом центре, – и они боялись его. Раздались щелчки спускаемых предохранителей… Кто-то толкнул Тибо сзади, он споткнулся и упал прямо на тело Уоллеса. Он уперся руками в окровавленный свитер, лихорадочно пытаясь отодвинуться, не смотреть на ужасающую рану на голове, но копов словно охватила лихорадка, и их было слишком много, чтобы они могли заметить Тибо.
Их было столько, что они преодолели силу Нэта, и он исчез под навалившимися на него телами. Сквозь частокол топчущихся ног, Тибо успел увидеть друга – тот лежал, прижавшись щекой к асфальту. Кто-то пнул его в бок.
И на него по-прежнему был нацелен с десяток пистолетов.
– Выверни силу, Нэт! Исчезни! – Тибо слышал свой голос, как сквозь вату. Он по-прежнему смотрел прямо в окровавленное изуродованное лицо Квинтона Уоллеса.
Что было хуже всего – исчезла близость с Нэтом, возникшая в тот момент, когда Нэт превратился в такого же, как он, Анонимуса. Когда Нэт по-настоящему увидел  его. Вспомнил  о нем даже здесь, посреди толпы. Когда Тибо на мгновение смотрел в глаза еще одного Анонимуса…
Который мог сейчас умереть, если он, Тибо, не сделает хоть что-нибудь.
Он по-прежнему держал в руках оружие. Что произойдет, если он выстрелит в воздух? Опомнятся ли копы – или он просто превратится в новую цель?
Тибо с трудом поднялся на ноги и бросился на не видящих его полицейских:
– Отпустите его!
Подоспевший Итан ухватился за его ремень и принялся оттаскивать назад. Пуговица на его слишком тесном пиджаке отлетела от его усилий.
– Ти, немедленно заткнись!
– Жулик, – удивился Тибо. – Ты что, меня видишь?
– Чувак, ты только что выстрелил – тебя все видели. – Итан отодрал застывшие пальцы Тибо от рукояти пистолета и швырнул оружие на труп Уоллеса. – К тому же мы с тобой друзья. Пошли.
– Но там же Нэт! Они…
– Мы ничем не можем ему помочь. На него столько копов навалилось, что его даже не видно!
Итан тащил упирающегося Тибо за собой сквозь сплошную толпу в темно-синих мундирах, наталкиваясь на плечи и кулаки тех копов, которые пытались рассмотреть, что происходит в самой середине возникшей давки.
А там был Нэт, который взял на себя вину за то, что сделал Тибо.
– Не останавливайся! – бросил Итан через плечо. – Нам надо добраться до «Чашки», собрать остальных и вместе вызволить Нэта…
– Итан! – какая-то женщина схватила его за плечи. – С тобой все в порядке?
На ней был черный костюм с узкой юбкой и небольшая темная шляпка. Миссис Купер, заместитель окружного прокурора – а заодно мама Итана, – взволнованная и задыхающаяся, стояла перед ними.
– Я немедленно увожу тебя отсюда! Это была какая-то газовая атака. Возможно, какой-то галлюциноген или… – Она уставилась мимо них на окровавленное тело Уоллеса.
– Мама, все в порядке. – Настоящий голос Итана звучал нервно и неубедительно. – Мне нужно помочь моему другу.
– Твоему другу? – На секунду зампрокурора Купер обдала Тибо острым внимательным взглядом. Он знал, что на лице у него был написан шок и чувство вины. – Сынок, это что на тебе – кровь?
Тибо опустил глаза: на его рубашке расплылось большое красное пятно. Видимо, он испачкался в крови Уоллеса, когда упал на него. От этой мысли его замутило, но он нашел силы поднять руку и отсечь нить внимания миссис Купер.
Она повернулась к Итану:
– Пойдем отсюда, здесь небезопасно.
Мать потащила Итана прочь, оттолкнув Тибо, словно он был просто случайным прохожим.
А не хладнокровным убийцей.
Ужас произошедшего накрыл его. Одним крошечным движением пальца он уничтожил все, чем когда-либо был Квинтон Уоллес. Это было слишком легко – просто направить оружие на человека и стереть его с лица земли.
И благодаря своей силе он останется полностью безнаказанным. Он мог легко покинуть город, он мог совершить любое преступление и уйти без малейшей сложности. У него едва не подогнулись колени, когда он осознал лежащую на нем тяжесть ответственности.
Тибо мог стереть из жизни любого человека, так же как он стер себя из памяти своей семьи.
Внезапно он почувствовал тоненькую нить внимания, пытающуюся нацелиться на него.
– Мама, ну пожалуйста. Я нужен моему другу !
Моему другу . Тибо с благодарностью ухватился за эти слова – у него были друзья, которые не позволят ему просто уйти от ответственности за его поступки.
Мать Итана внезапно остановилась, просто потому, что дорогу ей преградили двое копов в парадной форме.
– В чем дело, детектив Кинг? – спросила она.
Кинг кивнул на толпу полицейских, схвативших Нэта.
– Вы видели подозреваемого, мэм?
– Нет. Кто это?
– Натаниэль Салдана, – ответил мужчина. – Тот самый парень, которому ваш сын позвонил после той истории в банке прошлым летом.
Зампрокурора Купер посмотрела сначала на Итана, потом на копов:
– Вы уверены?
– Абсолютно. Это точно Салдана.
Все трое уставились на Итана. Итан открыл рот. Тибо знал это выражение ожидания, появившееся на его лице: ожидания того, что Голос вступит в игру и спасет его в очередной раз.
Но мать Итана оказалась быстрее Голоса.
– Даже не думай , – сказала она. – Что тебе известно обо всей этой истории?
– Да ничего! – испуганно выпалил Итан своим обычным голосом.
Его мать внимательно прищурилась:
– Утром ты сказал, что у твоих друзей были большие планы на сегодня.
– Мы просто собирались устроить вечеринку .
– Итан, твой друг только что застрелил кого-то! Тебе пора прекратить лгать и лучше всего сделать это немедленно !
– Мы не предполагали, что случится что-то подобное! – закричал Итан. – Это просто…
– Итан, клянусь, я уже готова приказать полиции арестовать тебя!
Все повторяется. Кто-то же должен взять на себя ответственность за случившееся. На этот раз это буду я.
Тибо дотронулся до пятна крови Роя на своей рубашке, провел окровавленными пальцами по лбу и встал прямо перед зампрокурора Купер:
– Забудьте про своего сына. Это сделал я.

Глава 61
Анонимус

Миссис Купер с ужасом уставилась на кровавую полосу, пересекающую его лоб.
Тибо чувствовал, как зияющая пропасть его вины разверзается все шире и шире. Он снова слышал грохот пистолета в своей руке, ужасное чувство удовлетворения от уничтожения врага, от возможности ответить на насилие еще большим насилием. Взгляд женщины потускнел – похоже, его тактика сработала.
Тибо потянулся, чтобы схватить Итана за руку и ощутил внезапный толчок силы. Концентрированная ненависть к себе отсекала связи внутри столпившихся вокруг людей. Линии внимания стоящих рядом троих взрослых потускнели и оборвались. Все трое недоуменно уставились друг на друга.
Миссис Купер обратилась к детективам:
– Мне нужно найти моего сына.
– Он тоже был на похоронах? – спросил Кинг.
Женщина на секунду заколебалась:
– Мне кажется, да. Пожалуйста, помогите мне.
Все трое повернулись и направились к центру бурлящей толпы.
Итан уставился на Тибо:
– Ни фига себе! Это ты сделал?
– Да. – Линии внимания вокруг соскальзывали с Итана. – Сейчас они не могут увидеть тебя.
– Дружище, ты просто гений!
Тибо покачал головой. То, что он сделал, казалось не победой, в совсем наоборот – словно бы он погружался в забвение и тащил Итана за собой.
– Пошли, нам надо вернуться к остальным. – Тибо необходимо было поддерживать постоянную связь с кем-то. Друзья – это все, что у него осталось.
– Тибо, слушай, ты же перешел на новый уровень!
Тибо невольно быстро улыбнулся – первый раз за все время Итан произнес его имя правильно и своим собственным голосом.
– Я все вспомнил ! – восторженно воскликнул Итан. – Как мы сидели в твоем номере в гостинице. И без конца резались в Красный Скипетр !
Тибо глянул на собственную руку, сжимающую локоть Итана:
– Извини, кажется, я запачкал тебя кровью.
– Но ты победил Роя , – сказал Итан, как будто речь шла о каком-то злодее из игры. Итан помахал рукой под носом у проходящего копа. Тот раздраженно отбросил его руку и прошел мимо, даже не взглянув на парня. – Это все так странно.
– Послушай, я уже сказал, нам надо уходить отсюда, – напомнил ему Тибо. – Пошли обратно в «Чашку».
Итан двинулся было за ним, но вдруг затормозил и показал куда-то пальцем:
– Блин, смотри, там Энг и Мурильо.
Эти двое стояли среди бурлящей толпы и смотрели прямо на потрепанный фасад клуба. Тибо потребовалась пара минут, чтобы вспомнить их – та пара копов, которым Итан передал пакет с деньгами.
– Они и Нэта знают, – сказал Итан. – Он разговаривал с ними на том дурацком хоккейном матче!
Тибо вновь ощутил тоскливое чувство поражения:
– Они свяжут происшедшее с «Чашкой».
– Но мы же заплатили им, чтобы они держали язык за зубами! – воскликнул Итан.
– Мы заплатили, чтобы они не обращали внимания на подпольный клуб. А сейчас речь идет о террористическом акте во время похорон офицера полиции.
Один из копов показал на клуб, и они принялись сердито спорить о чем-то.
– Нам конец, – пробормотал Итан.
Тибо снова почувствовал, как его буквально обжигает стыдом. Получалось, что пострадает не только Нэт, взявший вину на себя. Энг и Мурильо могли втянуть в это дело и Итана, и вообще всех, кто постоянно бывал в «Чашке». На фотографиях, опубликованных Соней, были и Чизара, и Келси, и Клип за стойкой бара.
Тибо мог спокойно уйти от ответственности за убийство, но он навлек кучу неприятностей на своих друзей.
– Ти, пошли, – потянул его за рукав Итан. – Нам надо предупредить остальных!
Тибо замешкался, не в силах заговорить. Ему казалось, что он уже никогда больше не сможет произнести ни слова, что его голос укрылся где-то в самой глубине его души, унося вместе с собой все остальные звуки.
«Чашка» стояла посреди острова полного молчания.
С таким же успехом Тибо мог просто сжечь клуб.
По мере того как они приближались к зданию, он мог видеть все новые подробности: разбежавшиеся инеем трещины от пулевой пробоины в боковом окне грузовика, вылетевшее от выстрелов лобовое стекло. Кузов машины накренился так, чтобы кто-то мог перелезть через заднюю стенку.
Перед ним появилась Клип – обе ее руки и перед ярко-оранжевого платья были покрыты кровью.
В нее попала пуля ? Тибо почувствовал, как последние остатки звуков вокруг глохнут и как рвутся его связи с реальностью.
И тут Итан высвободился из рук Тибо, оборвав еще одну нить. Клип что-то кричала Итану насчет помощи, но Тибо по-прежнему не слышал ни звука. Быстрым уверенным движением Клип спрыгнула на землю.
Может, это была не ее кровь … Тибо ощутил слабый проблеск надежды.
Но тут она подняла голову, и в кузове над ней появились Чизара и Келси. И он увидел привалившееся к задней стенке кузова большое неподвижное тело.
Мертвое тело.
Навсегда отрезанное от жизни, от паутины человеческих связей. Когда-то это был Крейг, но сейчас его глаза застыли, и ни одна нить внимания не связывала его с сетью горя и шока, накрывшей стоящих вокруг него Зероев.
Тибо почувствовал, как рвутся нити, связывающие его с окружающим миром. Как горе, ужас и чувство вины остаются позади, бледнеют и тускнеют, как и все вокруг. Это не был переход на другой уровень. Это было нечто куда более огромное и страшное – и в то же время незначительное, просто исчезновение одного ничего не значащего человеческого существа.
Его имя уплыло прочь – он не стал цепляться за него, оно никогда ничего для него не значило. Ему казалось, что все его существо растягивается, становясь все тоньше и тоньше. Постепенно в утончившейся ткани его существования стали образовываться все новые и новые дыры, пока он не превратился в паутину, мерцающую на фоне вселенной.
Во что-то, что может легко смести ветер.
Анонимус не мог даже почувствовать благодарность, поднимаясь в великое Ничто, которое ожидало его всю жизнь.

Глава 62
Клип

Клип показалось, что от нее оторвали кусок живой плоти.
Это чувство пришло ниоткуда и словно затопило ее – ужас пережитого дня словно приобрел вес и форму и рвал сердце у нее из груди.
Она услышала шум позади и увидела сползающую по борту машины Келси – Чизара едва успела подхватить ее.
На мгновение Клип с испугом подумала, что Келси задела шальная пуля, но она больше не слышала звуков выстрелов – только сирены патрульных машин, крики и рокот винтов вертолета над головой.
– Ты тоже это почувствовал? – спросила она Итана.
– Мне как будто мозги вышибли.
Тихий шепот со стороны Келси:
– Кто-то сейчас ушел .
Может быть, это были последствия шока? Когда несколько минут назад они услышали два выстрела, Келси вскрикнула и рухнула на дно кузова грузовика, без конца повторяя: «Рой мертв!»
Клип поискала в толпе подходящие глаза и через минуту обнаружила Квинтона Уоллеса – с пулями в спине и в голове. Полицейские постепенно приходили в себя, поднимаясь с земли и осматриваясь по сторонам. Их зрачки больше не вибрировали от дикой энергии роя.
Сейчас основная масса копов находилась примерно через квартал от клуба. На солнце сверкнул металлический отблеск – они надевали наручники на кого-то, кого прижали к земле. В нескольких ярдах от них лежало мертвое тело Роя.
Клип попыталась заглянуть в середину толпы, но там была настоящая мешанина движущихся тел и злобы.
Итан подошел к заднику кузова грузовика и увидел Крейга:
– Ребята, что с Крейгом? Он не двигается!
Клип сразу опомнилась. Вот дерьмо, Итан же не знал о смерти гиганта. Он не был с ними в кузове все долгие минуты, когда кровь лилась из пробитого горла и собиралась лужицами под ногами. Не видел, как Келси сопротивлялась изо всех сил охватившему ее желанию присоединиться к рою. Не ждал вместе с ними, что вот сейчас зомбированные копы поднимутся и полезут через бортик в кузов.
– Итан, он мертв.
Итан умолк. Вокруг не было никого, чьи глаза она могла бы использовать, чтобы посмотреть на его лицо.
Келси по-прежнему бормотала что-то несвязное:
– Когда Рой умер, они исчезли. Их были сотни … И только что ушел еще один.
Никто не понимал, что значили ее слова. Но Клип все еще ощущала тот последний толчок, когда ее сердце словно пронзило ледяной иглой.
– Все эти люди, которых он убил, – они были внутри его. – Келси уткнулась лицом в плечо Чизары, голос ее звучал глухо. – И Дэйви, и другие зерои, и самые обычные люди.
– Келси, пожалуйста, не теряй голову, – попросила ее Чизара. – Я и так еле удерживаюсь, чтобы не разрушить весь квартал!
– Он мертв ? – внезапно вскрикнул Итан.
Клип схватила его за плечи:
– Итан, ты же был там. Что там случилось? Кто застрелил Роя?
– Мне кажется, это был Нэт.
Клип показалось, что от ее сердца оторвали еще один кусок:
– Нэт  убил Роя?
– Должно быть, это был он. Копы свалили его на землю. – Итан схватил ее за руку и потянул за собой. – Нам надо скрыться. Копы могут прийти в любую минуту!
– Но зачем копам приходить в «Чашку»? – резко спросила Клип.
– Энг и Мурильо знают Нэта! Они знают, что все крутится вокруг «Чашки», знают, что клуб принадлежит Нэту и что он только что застрелил человека!
Сама мысль наполнила ее ужасом. Нэт убил Зероя .
Она вспомнила ледяное спокойствие Нэта накануне в клубе. Я позабочусь о нем .
Она позволила ему обмануть себя.
Когда Нэт отказался прыгать в грузовик, она сперва решила, что он окончательно пал духом. А на самом деле у него был план. Самый простой и ужасный план – убить Зероя вместе с сотней запертых внутри его душ.
– Ты же понимаешь, почему он это сделал? Кто-то же должен был! – Итан тащил молчащую Клип в аллею позади клуба, Келси и Чизара шли следом за ними. – Похоже, он все заранее продумал – как подобраться поближе к Рою, схватить пистолет и вышибить из парня дух!
Вышибить из парня дух  – так просто и обыденно. Да, он был убийцей, но он был таким же Зероем, как и они. Просто у него было столько силы, что он не знал, как ее контролировать.
В проулке позади клуба, как всегда, стояла вонь мусорных мешков и валяющихся везде старых окурков. Толстые кирпичные стены приглушили вой сирен и крики толпы.
– Отлично, теперь нас никто не видит, – сказал Итан. – Как будем спасать Нэта?
– Спасать Нэта? – переспросила Клип, закидывая взгляд петлей в самую середину толпы. Она увидела, как двое копов подняли его на ноги и потащили к полицейскому фургону. Нэт пытался обернуться и взглянуть на «Чашку» – его бледное, покрытое кровоподтеками лицо ничего не выражало, волосы были взъерошены.
– Слишком поздно, – сказала она. – Копы уже уводят его прочь.
– Но мы же не можем позволить арестовать Нэта! – закричал Итан. – Вы бы только слышали, какие теории высказывала моя мать – что это терроризм или газовая атака! Они упекут его в тюрьму самого строгого режима!
– Я могу угробить там все двигатели до единого. – Голос Чизары звучал напряженно, словно она едва сдерживала себя. – Только скажи.
Клип чертыхнулась про себя. Они обращались к ней, словно теперь она была их вождем. Они же видели, как провалились все ее жалкие планы. Подумать только, она намеревалась справиться с Роем с помощью цветомузыки и счастливой толпы…
Когда на самом деле решением была просто грубая сила.
Сконцентрируйся на настоящем моменте. Думай, что можно сделать сейчас .
Она позволила своему зрению охватить все близлежащие кварталы, глядя на происходящее глазами копов, зевак, застрявших в пробке водителей, даже пассажиров вертолета, смотрящих вниз из иллюминаторов.
Голова у нее готова была разорваться, но ответ стал ясен.
– Мы ничего не можем сделать, – сказала Клип.
– Что значит ничего ?! – завопил Итан. – Мы должны пойти и…
– На него нацелено по крайней мере с десяток камер. Люди теперь знают его в лицо, а твоя мать к тому же знает, как его зовут. Если мы вытащим его оттуда, ему весь остаток жизни придется скрываться от закона.
Итан сильнее вцепился в ее руку:
– Это лучше, чем отсидеть двадцать лет за убийство.
– Мы сегодня уже попробовали справиться с шестью сотнями копов. И потерпели неудачу.
– Но мы же не можем просто… – Голос Итана прервался. – Нэт никогда не позволил бы схватить кого-то из нас!
Едва держащаяся на ногах Клип прислонилась плечом к шершавой кирпичной стене:
– Нэт в любом случае поступил бы умно. Даже если бы ему пришлось принять неприятное решение.
– Черт побери, ты права, – заметила Чизара. – Он бы так и сделал.
Клип смотрела, как полицейские запихнули Нэта в фургон, и снова ощутила ту же самую странную, тянущую боль в сердце. Словно она потеряла возлюбленного, а не просто друга. Давящий груз утраты был слишком тяжел.
Толпа вокруг Нэта постепенно редела. Некоторые полицейские направились в сторону плац-парада и забытых похорон. Остальные сгрудились в середине, вызывая кого-то по рации и огораживая место убийства желтой лентой. Ситуация постепенно приходила в норму, что означало, что им нужно было пошевеливаться.
Она смотрела, как Нэта поместили в фургон и дверь за ним захлопнулась. Смотрела, как фургон медленно пробирается сквозь толпу и исчезает вдали.
Клип оттолкнулась от стены и выпрямилась:
– Нам надо бежать. Но сперва надо захватить из клуба кое-какие вещи.

Глава 63
Клип

– Деньги? – спросила Чизара. – Мы что, за этим вернулись?
Клип сидела на полу, роясь в коробке со средствами для уборки, где Нэт обычно хранил большую пачку однодолларовых купюр, чтобы всегда иметь в запасе сдачу для бара. Вчера пришедшие от него сообщения казались бессмысленными, но сейчас она начала понимать их.
– Эй, нам пора уносить ноги! – Итан стоял возле черного хода.
Клип не ответила. Они явно не понимали, как плохи их дела, если считали, что деньги им не понадобятся.
Келси избавила ее от необходимости что-то объяснять.
– Ребята, нам понадобятся деньги, – раздался ее спокойный голос. – Мы не просто бросаем «Чашку» – нам придется навсегда оставить Кембрию.
– Подожди, – прервал ее Итан. – Что значит навсегда?
– То и значит. – Хотя Келси говорила тихо, ее голос отдавался гулким эхом от стен пустого клуба. – Никто из нас не может вернуться домой.
– Почему нет? – спросила Чизара. – Те продажные копы знают Итана и Нэта, но они больше не встречали никого из нас.
– Сестра Итана видела нас, – напомнила ей Келси.
– Черт, а ведь так и есть. – Настоящий голос Итана прерывался. – Как только Джесс увидит в новостях лицо Нэта, она тут же все расскажет маме.
Пальцы Клип нашарили тугой сверток с деньгами. По крайней мере, на пару заправок хватит. Что касается всего остального, придется положиться на Голос Итана.
Похоже, им всем предстоял чертовски неконтролируемый эксперимент.
– Джесс сказала, что если случится еще какая-нибудь дрянь, связанная с суперспособностями, она все выложит матери! – Тяжело дышащий Итан был на грани истерики. Нужно было дать ему какую-нибудь работу, чтобы отвлечь его от этой темы.
– Жулик, – произнесла Клип, – в подсобке под бумажными полотенцами лежит коробка с запасными телефонами. Тащи ее сюда.
Итан ушел с мрачным видом, а Клип поняла, почему Нэт продумал этот план бегства – он всегда все заранее продумывал, все возможные последствия .
Как могла она заменить кого-то, кто был просто рожден, чтобы вести людей за собой?
– Я захвачу лишнюю майку и одну из моих юбок для тебя, – сказала Келси. – Ты же не можешь выйти на улицу, вся залитая кровью.
Клип кивнула:
– Мне понадобится пара минут.
Руки у нее тоже были липкие от крови. Она направилась к мойке позади бара.
Чизара нервно расхаживала взад-вперед:
– Я не могу снова уехать! И вообще, учитывая все, что случилось сегодня, с чего бы полиции вообще интересоваться кучкой подростков, устраивающих подпольные вечеринки?
– Они заинтересуются клубом из-за Нэта. – Клип пустила воду и принялась оттирать руки. – И обнаружат, что все оборудование куплено за многие тысячи из-под полы. Они сочтут, что «Фарадеева сетка» здесь для того, чтобы блокировать возможную слежку. Сколько ты знаешь клубов, где есть такая сетка? А теперь здесь еще и укрепленные двери и окна, словно для того, чтобы выдержать атаку спецназа. Как ты думаешь, все это наводит на мысль о вечеринках?
Наступило напряженное молчание. Чизара пыталась не поддаться пугающей логике ситуации. Клип и самой стало вдруг страшно, и она быстро нашла кого-то снаружи и глянула, не направляется ли к клубу полиция.
Но снаружи по-прежнему царила полная суматоха. Зеваки напирали на заградительную линию полицейских, чтобы поближе увидеть очертания мертвого тела Квинтона Уоллеса на темном асфальте. Везде маячили представители прессы, пытающиеся хоть как-то разобраться в непонятной ситуации.
Полиция уже разворачивала временный командный пункт…
– Черт. – Клип закрутила кран. – Вы бы видели сообщения, которыми обмениваются старшие чины. Центральное полицейское управление Кембрии не может расследовать происшедшее, поскольку практически вся полиция Кембрии принимала в нем участие.
– Конечно. – Итан вернулся с телефонами. – Они вызовут агентов ФБР!
– Они уже поняли, что убийство Дельгадо, та история в торговом центре и… – Клип постаралась, чтобы голос звучал уверенно, – сегодняшнее происшествие вызваны одними и теми же причинами. А сейчас они вспомнили о случае в отделении полиции прошлым летом.
– Не может быть, – сказала Чизара. – Но почему?
– Потому что именно тогда моя мать познакомилась с Нэтом!  – закричал Итан. – Она узнала, кто он такой, после того, как я позвонил ему из полицейского участка.
– Господи, – вздохнула Чизара. – Все, что мы делали, только ухудшает  наше нынешнее положение.
– Это точно. – Клип отключила зрение, пытаясь сосредоточиться. – Итан позвонил Нэту, когда его задержали, а Нэт тут же позвонил всем нам. Так что среди записей его разговоров есть даже телефон Келси.
– Мы все связаны друг с другом, – добавила Келси, спускаясь по лестнице.
– И поэтому нам необходимо покинуть Кембрию. – Клип вытащила свой телефон и положила на стойку бара. – Мы не можем пользоваться нашими старыми телефонами, полиция может проследить их по номерам.
– Я их вырублю, – глухо сказала Чизара. – Заодно избавлюсь от всех наших сообщений и фотографий, по крайней мере, на какое-то время.
Клип отвернулась от Итана и стащила через голову свое платье, стараясь, чтобы кровь не испачкала волосы.
Запах горелой электроники наполнил комнату.
Клип вздохнула, взяла у подошедшей Келси рубашку и натянула ее. Она столько времени настраивала голосовое управление телефоном, и все исчезло от одного взмаха волшебной палочки Чизары.
– Зара, ты действительно поедешь с нами? – тихо спросила Келси. – И бросишь своих чудесных братьев?
– Вариантов у меня немного, – бесстрастно ответила Чизара. – «Дочке срочно пришлось уехать» или «дочку арестовали прямо в присутствии ее чудесных братьев». Я знаю, какой вариант выбрала бы моя мать.
– Я с ней согласна, – вздохнула Келси.
Клип была уже одета. Она слегка откашлялась:
– Авария, ты можешь найти нам подходящую машину на ходу?
– Сейчас займусь.
Клип проверила сумку, где лежали ее складная трость и запасные темные очки. Плюс куча кредитных карт, которые отныне были бесполезны. Разве что отдать их кому-нибудь, едущему в противоположном направлении, просто чтобы сбить федералов со следа.
– Мы же все равно вызволим Нэта из тюрьмы, правда? – спросил Итан, стоявший у окна.
– Мы его как-нибудь оттуда вытащим. – Клип постаралась вложить в слова уверенность, которую совсем не чувствовала. – Без него мы все сегодня погибли бы.
– Без него и без Крейга, – тихо напомнила Келси.
– О, черт. – Итан снова начал задыхаться, словно он уже совсем забыл про Крейга.
Но Клип не забыла – она до сих пор чувствовала запах его крови, заливающей ее руки.
Ее снова резануло ощущение пустоты, какой-то невосполнимой утраты. Все, что случилось, случилось из-за нее. Это она приняла решение схватиться с Роем, хотя им всем надо было побыстрее бежать, как только он появился в Кембрии.
– Я нашла машину, – заявила Чизара. – Припаркована с нашей стороны на Хилл-стрит. Дорога свободна?
Клип оглядела пространство позади клуба, но полицейских заграждений не обнаружила. Там было какое-то количество зевак, но движение на улице было нормальное.
– Все чисто, – подтвердила она.
Келси подошла к ней и чуть дотронулась до плеча:
– Ты отлично справляешься. Из тебя получится Вождь не хуже, чем из Нэта.
Несмотря на жуткую усталость, Клип почувствовала, как ободрили ее эти слова. И все же, направляясь к двери в проулок, она никак не могла избавиться от тревожащего ощущения, что она что-то забыла.
Что-то исключительно важное.
Внутри ее зияла пустота – там, где раньше светилась яркая живая искра. Пустота, которую нельзя было объяснить ни арестом Нэта, ни даже ужасом смерти Крейга.
Ее правая рука автоматически взялась за левое запястье и нащупала кожаный браслет с выбитыми на нем выпуклыми точками.
Т-И-Б-О…
Какой-то бессмысленный набор букв. Откуда вообще взялся этот чертов браслет? Клип стащила его с руки и бросила на пол.
Она попробовала нашарить чьи-нибудь глаза позади клуба – но не смогла.
– Все чисто.
Дверь распахнулась, и четверо оставшихся Зероев навсегда покинули «Чашку».